[ARTICLE] Harper's Bazaar Korea: «Искренняя душа — Джин из BTS»

Автор: Сон Анна
Перевод: Roni @ BangTan Today
Источник: печатный выпуск сентябрьского номера
журнала Harper’s Bazaar Korea

Во время пробной съёмки он, словно юный мальчишка, лукаво выставил длинные пальцы в победном жесте и озарил нас ослепительной улыбкой. Однако, когда началась основная фотосессия, перед объективом предстал уже зрелый, харизматичный мужчина. И я, зачарованная этим перевоплощением, долго пыталась разгадать тайну его двойственной натуры. Где же истинный Джин — в детской непосредственности или взрослой серьёзности? Лишь в ходе задушевной беседы я осознала всю бессмысленность этого вопроса. Оба образа — и озорной парень, и мудрый мужчина — неотъемлемая часть его сложной и многогранной личности.

Оглядываясь на его творческий путь, нельзя не заметить искренность, с которой он делится сокровенными уголками своей души. В сольных работах он предстаёт перед слушателями тонким лириком, исследующим глубины своих чувств и эмоций. В «Epiphany» он размышляет о самопознании и принятии себя, в «Tonight» погружается в пучину печали, вызванной утратой любимого питомца, а в «Abyss» без прикрас описывает состояние эмоционального выгорания. В «The Astronaut» он прощается с преданными фанатами, АРМИ, перед уходом на военную службу, и в каждой ноте, каждом слове чувствуется нежная и искренняя любовь. «Когда я работаю над сольными песнями, то обычно начинаю с мысли: "А что, если попробовать так?" И часто мои самые личные переживания, которые я не всегда готов выразить словами, находят отражение в музыке. Я верю, что музыка обладает уникальной способностью передавать эмоции, даже самые сокровенные. Не думаю, что прям уж каждый слушатель полностью разделяет мои чувства, но я работаю над этим». (Смеётся.)

«С одной стороны, не хотелось бы быть слишком откровенным, ну, прямо как открытая книга, — размышлял он. — Но с другой, чувства имеют свойство просачиваться наружу, их невозможно полностью скрыть». Я кивнула в знак согласия. Действительно, некоторые эмоции, подобно неудержимому чиху, вырываются на свободу, несмотря на все попытки их подавить. Интересно, что в народе принято называть это «откровенностью». (прим.: игра слов, «진심» — это «искренность», «откровенность», «сердечность», а слог «진» буквально корейское написание имени «Джин»). Теперь становится понятным, почему Джин не поёт песни, если те не рождены из глубины души. Даже «Super Tuna», ставшая вирусным хитом благодаря флешмобу, при всей своей легкомысленности, возникла из его искренней страсти к рыбалке.

Джин, всегда так искренне выражающий свои эмоции в песнях, сейчас сосредоточен на ключевом слове «счастье». «Я невероятно счастлив, — признался он. — Во время службы в армии я так сильно скучал по музыке, что после демобилизации практически поселился в студии. Кажется, от переполняющей меня радости моё лицо вот-вот треснет».

Интересно и то, что Джин сравнивает свою грядущую сольную эру с изысканным десертом, утверждая, что вкус его работ столь же многогранен и впечатляющ, как сочетание газировки, леденцов и горького шоколада. «Я не могу раскрыть всех секретов, — интригует он. — Но могу заверить вас, что живые выступления будут незабываемыми». Кажется, что артист готовит для своих слушателей настоящую усладу для ушей и души.

Отмечая 11-летие дебюта группы, Джин поделился трогательными размышлениями о нерушимой связи BTS и АРМИ. Он сравнил их более неподвластными времени, нежели чем те же горы. «Благодаря вашей неизменной поддержке, — признаётся он, — мы можем продолжать творить и радовать вас. Ваша любовь — это то, что вдохновляет нас каждый день». И, заверяя фанатов в своей преданности, Джин обещает, что и через десять лет они будут вместе, создавая новую музыку и даря незабываемые эмоции.

Джин поделился, что благодаря безграничной поддержке АРМИ он обретает всё большую уверенность в себе. И эта привязанность, безусловно, взаимна. Для миллионов поклонников он стал надёжным якорем, источником вдохновения и утешения. Его рациональность, твёрдые моральные принципы и зрелый подход служат для фанатов опорой в этом быстро меняющемся мире.

Однако, как признаётся сам Джин, эти качества — результат длительной и кропотливой работы над собой. Секрет он видит в простом, но таком важном качестве — вежливости. «Всё очень просто, — отмечает он. — Главное — быть вежливым. Соблюдая элементарные правила этикета и добавляя немного юмора, можно расположить к себе практически любого человека. В каком-то смысле, это моя личная стратегия выживания». (Смеётся.)

Рациональность — это постоянство, предсказуемость, синоним надёжности. В нашем мире, полном неопределённости и дефицита доверия, Джин подобен неизменному маяку, к которому можно обратиться в любую минуту. Поэтому доверие к нему столь глубоко и безоговорочно. И он всегда здесь. С вами и во имя вас. От всего сердца.

Harper's Bazaar: Ваше первое появление в роли глобального амбассадора легендарного итальянского дома моды Gucci, да ещё и на страницах корейского издания нашего журнала— это поистине знаменательное событие. Какие впечатления остались у вас от этой съёмки?
Джин: Честно говоря, поначалу я очень волновался, так как съёмка проходила в совершенно новой для меня атмосфере. Но теперь, когда всё закончилось, я рад, что нам с Gucci удалось создать такую отличную синергию. Команда была замечательной, атмосфера на съёмочной площадке была не менее потрясающей, так что я получил огромное удовольствие и отлично провёл время.

Harper's Bazaar: Что общего вы находите между собой и брендом Gucci?
Джин: Ну, думаю, Gucci покорил сердца миллионов людей по всему миру, точно так же, как и я завоевал сердца АРМИ. Наверное, мы оба — мировые звёзды, тем и похожи, не так ли? (Смеётся.)

Harper's Bazaar: Прошло уже два месяца с тех пор, как вы сняли с себя армейские погоны. Как вам гражданская жизнь? Удалось ли уже полностью адаптироваться к новому ритму, или всё ещё мерещится утреннее построение и запах казармы? Говорят, такие воспоминания часто преследуют демобилизовавшихся во снах.
Джин: Не, слава богу, такие кошмары меня не посещают. Хотя примерно раз в две недели мне снятся сны про армию. Я после них просыпаюсь аж взвинченный весь.

Harper's Bazaar: В день вашей демобилизации участники группы прибыли, чтобы встретить вас и устроить приятный сюрприз. Даже глядя на фотографии, ощущается безграничная радость того дня. В интервью для Weverse вы поделились, что участники вам прямо позавидовали. Вы поддержали их какими-либо словами?
Джин: Можно ли назвать это лёгким поддразниванием? Я тогда сказал им что-то вроде: «Ничё, ничё, ребятки, время быстро пролетит, уволитесь и будете тоже в студии вкалывать, так что не спешите». (Смеётся.)

Harper’s Bazaar: Вашим первым мероприятием после армии стала незабываемая встреча с фанатами в формате объятий. Вы обняли целую тысячу АРМИ! Каково это было — вновь оказаться так близко к своим поклонникам после долгого отсутствия?
Джин: Честно говоря, я очень сильно нервничал, но после долгой разлуки встреча с АРМИ стала для меня настоящим праздником. Хоть сердце и колотилось в груди от волнения, а немного нервная улыбка не сходила с лица, я очень быстро расслабился и наслаждался каждым мгновением. К концу мероприятия щёки разболелись от улыбки!

Harper’s Bazaar: Нас всех несказанно интригует предстоящий сольный проект. Учитывая многогранность вашего творчества, — от созерцательного «Epiphany» до энергичного «Super Tune» — сложно даже предположить, каким окажется новый альбом.
Джин: Следуя примеру мемберов, я тоже решил поделиться в своих работах личными историями. Песни, их стилистика — всё это плод моего личного выбора. Поэтому они получились очень самобытными. Не стану раскрывать всех карт, но уверен, живые выступления запомнятся надолго. (Смеётся.)

Harper's Bazaar: Звучит увлекательно! А можете сравнить свои сольные работы с каким-нибудь вкусом или цветом? Ну, слегка намекнуть нам.
Джин: Ох, так сразу и не скажу даже, потому что каждая песня по-своему уникальна. Хотя, наверно, я бы сравнил их всех с мороженым. Есть вкус газировки, есть вкус леденцов и даже тёмного шоколада.

Harper's Bazaar: Оглядываясь на ваш творческий путь, невозможно не заметить вашу искренность. В своих работах вы предстаёте как тонкий лирик, исследующий самые глубины человеческих эмоций. Например, в «Epiphany» вы размышляете о самооценке и принятии себя, в «Tonight» погружаетесь в пучину печали, вызванной утратой любимого питомца, а в «Abyss» без прикрас описываете состояние эмоционального истощения. В «The Astronaut» же вы нежно и искренне прощаетесь с преданными фанатамами, АРМИ, перед уходом на военную службу. Значит ли это, что вы верите, что искренность всегда найдёт отклик?
Джин: Когда я работаю над сольными песнями, то обычно начинаю с мысли: «А что, если попробовать вот так? Вдруг зайдёт». Часто бывает так, что в моих треках находят отражение глубоко личные переживания, которые я не всегда готов выразить прямо. Однако я верю, что музыка обладает уникальной способностью передавать эмоции, даже если они не всегда очевидны. Не думаю, что прям уж каждый слушатель на все 100% до сих пор разделял мои чувства, но я работаю над этим. (Смеётся.)

Harper's Bazaar: Особое впечатление на меня произвела композиция «Abyss». В ней вы раскрыли перед АРМИ сокровенные глубины своей души, те, которые обычно остаются скрытыми. Особенно запомнилась строка: «Я стремлюсь найти тебя в ночной тьме и признаться, что сегодня хочу узнать тебя лучше». И вправду, чтобы постичь что-то истинно важное, зачастую необходимо погрузиться во тьму собственных раздумий.
Джин: Последние годы я ощущал себя опустошённым. Искал ответы у разных людей, но никак не мог найти то, что утолило бы мою жажду смысла. И лишь спустя время кто-то подсказал мне: «Попробуй выразить это чувство в музыке». Когда песня увидела свет, поддержка АРМИ стала для меня настоящим бальзамом на душу. Фраза «Мы всегда рядом с тобой» придавала мне сил и уверенности. И сейчас, выходя на сцену, я чувствую их незримую поддержку, которая вдохновляет меня двигаться вперёд. Оглядываясь назад, я понимаю, что делал всё возможное, чтобы оставаться верным себе. Благодаря этому я смог не только преодолеть кризис, но и попросту вырасти. Я понял, что в сложные моменты можно не только скрывать свои чувства, но и делиться ими с миром через музыку. Ведь я не просто артист, а артист, у которого есть АРМИ.

Harper's Bazaar: Джин-щи, представьте, что весной 2011 года судьба не свела вас с представителем BigHit Entertainment. Как бы, по-вашему, сложилась ваша жизнь?
Джин: Даже не представляю. Наверное, сидел бы себе безвылазно в видеоиграх и дёргал бы брата, мол: «Хён… Подкинь деньжат, мне надо лут прикупить». (Смеётся.)

Harper's Bazaar: Вы, кажется, мастерски совмещаете два амплуа: яркой поп-звезды Джина и обычного парня Ким Сокджина, желающего к спокойствия. Как вам удаётся сохранять столь хрупкий баланс?
Джин: Думаю, секрет кроется в умении вовремя отдыхать. Я довольно быстро истощаюсь, хотя это может быть и не очевидно. На самом деле, я, пожалуй, самый заядлый интроверт из всех, кого вы только можете себе представить. После шумных выступлений и бесконечных шоу мне жизненно необходимо уединиться дома и вернуться к образу простого Ким Сокджина. Я с удовольствием провожу вечера за видеоиграми или в компании близких друзей. Именно так я восстанавливаю свои силы. Несколько таких дней — и я снова готов к работе.

Harper's Bazaar: Не возникает ли иногда желание отказаться от публичного имиджа и просто насладиться обыденными вещами, такими как поход по магазинам или поездка на метро?
Джин: Я и сегодня могу позволить себе такие простые радости. Посещение ресторанов или магазинов без необходимости скрывать свою личность не доставляет мне никакого дискомфорта.

Harper's Bazaar: Вы производите впечатление надёжного, зрелого друга, прекрасно осознающего иерархию и границы. Неудивительно, что АРМИ чувствуют в вас такую твёрдую опору. Это ваше врождённое качество или результат самосовершенствования?
Джин: Думаю, всё гораздо проще. Дело в простой вежливости. Соблюдая элементарные правила этикета с долей юмора, можно расположить к себе практически любого человека. В каком-то смысле это моя стратегия сосуществования с окружающим миром, а не результат каких-либо особых усилий. (Смеётся.)

Harper's Bazaar: Вас нередко отмечают за исключительное трудолюбие. Но что, по-вашему, истинно означает самосовершенствование?
Джин: Этот вопрос, как мне кажется, тесно связан с понятием вежливости. Несомненно, природные данные играют значительную роль, однако даже если я сталкиваюсь с трудностями в освоении каких-либо навыков, я убеждён, что необходимо неустанно трудиться, пока не достигну желаемого результата. Самое главное для меня — это сохранение интереса к тому, что я делаю. Если бы я почивал на лаврах год-другой, возможно, какое-то время испытывал бы удовлетворение, но однообразие быстро наскучило бы. Моя работа постоянно подкидывает новые задачи и дарит уникальный опыт. Именно этот неугасаемый интерес и служит мне мотивацией для постоянного роста.

Harper's Bazaar: Когда, по вашему мнению, произошёл самый значительный этап вашего становления как артиста и личности?
Джин: Полагаю, в тот миг, когда я осознал свою способность дарить радость другим людям. С тех пор я неустанно стремлюсь оправдать ожидания АРМИ, стать тем, кем они могут по праву гордиться.

Harper's Bazaar: Если бы вы могли обратиться к Джину из 2013-го года, когда он только переехал в общежитие в районе Нонхён-дон, что бы вы сказали ему?
Джин: Это лишь начало, дружище. Не упусти его и выше голову!

Harper's Bazaar: Есть ли что-то, что вы знаете сейчас, но не знали 11 лет назад? За время своей деятельности вы наверняка набрались жизненной мудрости.
Джин: Даже если сейчас какая-то проблема кажется огромной, то, оглянувшись на неё через год, она покажется сущим пустяком.

Harper's Bazaar: Вы часто говорите, что только вам известно о масштабах ваших усилий, но, несомненно, АРМИ стремятся поддержать вас и выразить признательность за вашу работу. Если бы вы могли сказать что-то ободряющее себе, оглядываясь на все достигнутое за эти годы, что бы это было?
Джин: Я испытываю чувство глубокой гордости за пройденный путь, но при этом я отчётливо понимаю, что мои возможности безграничны. Поэтому я намерен продолжать трудиться ещё усерднее. И всё же, я не могу не признать, что мне удалось достичь немалого.

Harper's Bazaar: Вы прям истинный Т (прим: тип личности по системе MBTI; тралиционно, INTP — интроверты, которые любят необычные факты и делиться ими, но страдают от частых коммуникаций с людьми), прямо скажем (смеюсь). Какие чувства вы испытываете сейчас? Чувствуете ли вы необходимость делать что-то особенное для других людей, для АРМИ?
Джин: Я желаю всем только счастья. Сам знаю, каково это— радоваться жизни, когда занимаешься любимым делом. Мне кажется, АРМИ хотят того же. Думаю, они проводят время с нами, чтобы почувствовать себя счастливыми.

Harper's Bazaar: Вы сейчас счастливы? Когда-то вы сказали, что счастье — это «делать то, что нравится».
Джин: Сейчас я испытываю невероятное счастье. Во время службы в армии я так сильно мечтал вернуться к музыке. После демобилизации я буквально живу в студии. Кажется, от такой радости моё лицо вот-вот треснет. Я хочу продолжать творить и дарить счастье АРМИ. Если моя музыка делает кого-то счастливее, то это и есть самое большое счастье для меня!

Harper's Bazaar: Возможно, этот вопрос звучит глупо, но если бы вам пришлось выбрать между своим собственным счастьем и счастьем АРМИ, что бы вы выбрали? Можете ли вы сказать, что одно важнее другого?
Джин: Счастье АРМИ, конечно же. Я ж тоже АРМИ, поэтому если они счастливы, я тоже буду счастлив (смеётся).

Автор: Сон Анна
Перевод: Roni @ BangTan Today
Источник: печатный выпуск сентябрьского номера
журнала Harpers Bazaar Korea