«Из истории поступлений. Английский клуб – оплот художественной жизни России XIX века».

Москва Онегина встречает

Своей спесивой суетой,

Своими девами прельщает,

Стерляжьей потчует ухой.

В палате Англицкого клоба,

(Народных заседаний проба)

Безмолвно в думу погружён,

О кашах пренья слышит он.

А.С. Пушкин

«Евгений Онегин»

Клуб – общественная организация, добровольно объединяющая группы людей в целях общения, связанного с различными интересами, а также для отдыха и развлечения. Клуб реализовывал потребности в общении: в деловом и досуговом, в самой атмосфере такого общения - творческой и конструктивной.

Истоки клубных форм общения восходят к самым ранним периодам в истории человеческой культуры. Так называемые неинституированные формы клубной жизни сопровождали человеческое общество на всех этапах его существования. Мужские дома в первобытном обществе, гомеровские обеды, римские бани, базары и ярмарки средневековья, трактиры и кабаки, кофейни и кафе, русские кузницы и французские казино так или иначе выполняли очень важную в жизни людей коммуникативную функцию, были популярными местами досугового общения, однако они еще не носили названия «клуб».

Возникновение клуба в современном его понимании в полном смысле справедливо отнести к Новому времени. Первое объединение, собственно, и получившее название клуба возникает в Англии в 1693 году - им стал клуб «Уайт», вслед за которым начали возникать и другие клубы. «Английский клуб в течение столь долгого времени упорядочивал общество, укрепляя уверенность в себе и мужскую солидарность в зыбкой, неустойчивой среде постоянного рыночного соперничества, перенасыщенной неженатой молодежью и закоренелыми холостяками, а также мужьями, которым не сидится дома». [1]

В России клубные формы проведения досуга стали возникать только в конце XVIII века. В Санкт-Петербурге в 1770 году, а затем в 1772 году в Москве появились первые Английские клубы, в число членов которых могли входить только потомственные дворяне. Создавались и более узкие дворянские объединения клубного типа, в которые имели доступ только представители высшей аристократии. Именно период с конца XVIII - начало XIX века явился временем развития салонов, кружков, обществ различной направленности: музыкальных, литературных, спортивных и других. Главной задачей клубов ставилась организация отдыха, общения и развлечений представителей дворянских кругов.

Вскоре мода на создание клубов охватила провинцию. Через сто лет уже было сложно найти город, где не существовал бы свой клуб. Писатель и юрист Р.Р. Минцлов замечал: «Когда впервые появились у нас в России клубы, – я не знаю, не имея даже никаких материалов в виду по этому вопросу. Редкий город русский, однако обходится теперь без этого учреждения, и часто в каком-нибудь уездном городке вы встретите два клуба, из которых один непременно “благородный”». [2]

Старейшим среди клубов, возникших в России, являлся Петербургский Английский. Его девизом было: "лат. Concordia et laetitia" (Согласие и веселье), и если вторая часть девиза обозначала форму клубного бытия, то первая декларировала и цель, и средство клубного общения, что отмечалось и в уставах столичных клубов.

К 1772 г. относятся первые свидетельства о Московском Английском клубе. С первых лет своего существования, клуб стал центром общественной жизни. В нем формировалось общественное мнение по многим важным вопросам государственной политики, и оно не всегда совпадало с официальными взглядами высших членов Российской империи. Поэтому не удивительно, что клуб закрывался три раза, но всегда находились инициативные люди, которые возрождали его к жизни.

Вскоре название «Английский» стало не более, чем данью прошлому - английские традиции благополучно вытеснялись русскими. Титулованные особы и видные государственные деятели считали за честь состоять в клубе и общаться с равными себе по положению, духу и умонастроению. В Энциклопедии Брокгауза и Эфрона сказано: «Быть членом Английского клуба – означало преуспевать» [3].

Клубная жизнь была столь значима, что нашла отражение в воспоминаниях его членов, в литературных произведениях Пушкина, Грибоедова, Карамзина, Баратынского, Гоголя, Некрасова, Достоевского.

До середины XIX века в Английском клубе доминировали представители дворянских родов – князья Юсуповы, Голицыны, Оболенские, Долгорукие, представители поместного дворянства. Во второй половине XIX века социальный состав клуба изменился. Кроме аристократии в клубе появились представители буржуазии, – купцы, финансисты, промышленники: С.И. Мамонтов, К.Т. Солдатенков, П.И. Харитоненко. Входили в него и купеческие династии – Морозовы, Кноппы, Прове, Щукины. Участие в Московском Дворянском собрании или в Московском купеческом клубе ничуть не мешало им быть членом Английского клуба.

В Английском клубе состояли министры, канцлеры, московские губернаторы, сенаторы, военные. Почетными членами клуба были князь П.И. Багратион, А.П. Ермолов, М.С. Воронцов, генерал Д.В. Давыдов. В сообщество исторического клуба всегда входили представители творческой аристократии: М.С. Щепкин, Н.Н. Фигнер, Н.Г. Рубинштейн, А.И. Южин-Сумбатов, династия Садовских.

Несколько десятилетий Московский Английский клуб не имел постоянного помещения. Он несколько раз переезжал. С 1802 по 1812 год клуб арендовал дворец князей Гагариных у Петровских ворот. Именно здесь был дан торжественный обед в честь полководца князя Петра Багратиона, описанный Львом Толстым в романе «Война и мир».

Во время Отечественной войны 1812 года московский Английский клуб вновь был закрыт. После того, как клуб в 1813 году возобновил свою деятельность, он несколько раз менял адреса.

В 1831 году у клуба появилось постоянное помещение – дворец графов Разумовских на Тверской улице. В конце XIX-начале XX века особняк перешёл в собственность клуба. Пушкин неоднократно посещал Английский клуб, о чём упомянуто у Гиляровского, а сам дворец вместе с близлежащим Страстным монастырём был упомянут в поэме «Евгений Онегин»:

«Балконы, львы на воротах

И стаи галок на крестах…» [4].

Клубное общество формировало вокруг себя неповторимую общественную ауру. Среди членов клуба были почти все ведущие благотворители Москвы. На их средства были построены многочисленные больницы, приюты для бедных, основаны народные училища, институты и даже построено университетское здание в Швейцарии.

Покровительство искусству – также было очень распространено среди членов клуба. Третьяковская галерея, Исторический музей, Музей изобразительных искусств имени А.С. Пушкина получили значительное пополнение за счет подаренных членами клуба частных коллекций.

Первые общедоступные художественные галереи были открыты именно членами клуба – А.Ф. Ростопчиным, а затем В.А. Кокоревым. Многие коллекционеры – члены клуба специально передавали в дар государству свои богатейшие собрания, надеясь увидеть их в качестве основы будущего художественно-исторического музея в Москве. Это коллекции М.П. Погодина, Ф.Ф. Вигеля, П.Ф. Карабанова, Ф.А. Толстого, А.Д. Черткова. Даже Ф.Ф. Юсупов признавался, что хотел бы видеть исторические имения предков доступными публике художественными музеями [5].

Члены Московского Английского клуба во второй половине XIX столетия стали основателями практически всех крупных музеев Москвы, за исключением Румянцевского, который был переведен из Петербурга и который москвичи охотно пополняли своими коллекциями и поддерживали материально. С именами членов клуба связано основание Исторического, Политехнического музеев, Музея изящных искусств, Третьяковской галереи.

После Октябрьской революции большевистская власть национализировала царские дворцы, часть общественных и частных собраний, музеи, а также церковную собственность; ввела государственную регистрацию памятников искусства и старины. В результате образовалась значительная совокупность отчужденных предметов музейного значения, которые хранились в государственных хранилищах и нуждались в организации, охране, нормативном обеспечении и концептуальном осмыслении.

Для обозначения этой совокупности в 1918-1919 гг. использовались названия «Национальный музейный фонд», «Государственный музейный фонд», «Единый национальный музейный фонд», «Национальный государственный фонд», «Единый государственный фонд». Впоследствии, с начала 1920-х годов, официально употребляемым стал термин «Государственный музейный фонд».

В коллекции Таганрогского художественного музея представлены картины, ранее являющиеся часть коллекции Английского клуба в Москве.

По данным Каталога Таганрогской картинной галереи за 1979 год следует, что полотно И.К. Айвазовского (1817-1900) «Лунная ночь. Купальня в Феодосии», 1853 г., поступившее в собрание музея из Государственного музейного фонда, ранее было представлено в Английском клубе в Москве.

Также в 1924 году в музей поступила работа Неизвестного художника первой половины XIX в. «Портрет Елизаветы Алексеевны (1779-1826), жены Александра I», который ранее относился к собранию Московского Английского клуба.

Очень важно установить историю бытования данных полотен до поступления их в собрание Таганрогского музея. Следуя данным Каталога Таганрогской картинной галереи за 1979 год, становится известно, что в собрание Таганрогского музея полотна поступили из Государственного музейного фонда.

На обращение в современный Английский клуб Москвы, который был возрожден в мае 1996 года, благодаря группе подвижников и энтузиастов, ответа не последовало.

И следующим шагом в исследовательской деятельности стало изучение архивов Московского Английского клуба. Все документы Московского Английского клуба (каталоги книг и повременных изданий, списки членов клуба, устав, книги описей фондов клуба) хранятся в архиве Российской государственной библиотеки.

В оцифрованном виде на сайте Российской государственной библиотеки доступны только книги описей фонда Английского клуба. Доступ к изучению непосредственно фондовых книг клуба возможен только при очном обращении, что и стало причиной невозможности проследить всю историю бытования полотен И.К. Айвазовского «Лунная ночь. Купальня в Феодосии», 1853 г., и Неизвестного художника первой половины XIX века «Портрет Елизаветы Алексеевны (1779-1826), жены Александра I».

История бытования этих полотен до передачи их в Таганрогский музей в 1924 году из Государственного музейного фонда остается пока вопросом, ответ на который нам предстоит еще найти при более глубоком и тщательном изучении данного вопроса.

ЛИТЕРАТУРА

1. Социальное воспитание в учреждениях дополнительного образования детей: учеб. пособие для студ. пед. вузов/ Б.В. Куприянов, Е.А. Салина, Н.Г. Крылова, О.В. Миновская; Под ред. А.В. Мудрика. – М.: Издательский центр «Академия», 2004. – 240 с.
2. Минцлов Р.Р. О клубах… С. 158.
3. Энциклопедический словарь Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона в 86 томах (полный комплект из 86 книг). - М.: Издание Брокгауз-Ефрон,1986.
4. Пушкин А. Евгений Онегин; Государственное издательство художественной литературы - Москва, 2012.
5. Буторов А.В. Портретная Московского Английского клуба. Князь Николай Борисович Юсупов. Вельможа, дипломат, коллекционер. - М: Астрель, 2012. - 655 с.:ил.
6. Русское дореволюционное и советское искусство: живопись, графика, скульптура: каталог / Таганрогская картинная галерея. - Л.: Художник РСФСР, 1979.
7. Бартенев П.И. К истории Московского Английского клуба // Русский архив. - 1889. -Кн. 2, №5.-С. 85.
8. Гиляровский В.А. От английского клуба к музею революции. - М.: Изд. Музея революции, 1926.
9. Куманецкий К. История культуры Древней Греции и Рима. - М. Высш. школа, 1990.
10. Буторов А.В. Московский Английский клуб. Страницы истории. М., 1999. - 280 с.
11. Гиляровский В.А. От английского клуба к музею революции. - М.: Изд. Музея революции, 1926.
12. Комиссаренко С. Этот русский «Английский клуб» // Клуб. - 1997. - № 7. - С. 22-23.
13. Музейный мир в лучах науки : сборник материалов научно-практической конференции (ГБУК РО "Таганрогский художественный музей", 5 апреля 2021 г.) / Министерство культуры Ростовской области, Государственное бюджетное учреждение культуры Ростовской области "Таганрогский художественный музей" ; ответственный редактор: Пугач Тамара Фёдоровна. Вып. 1. — Казань : Бук, 2021-, 2021. — 109 с.