Карен Прайор: Игра в шейпинг

Даже если вы знаете и понимаете принципы шейпинга, применять их без предварительной практики может быть затруднительно. Шейпинг — это не только и не всегда разговор, а еще нужное время и ситуация — сложный и развертывающийся во времени процесс наподобие танца, флирта или серфинга. Поэтому его нельзя до конца познать с помощью чтения, размышления или разговоров. Шейпинг нужно практиковать.

Один из простых способов обучения шейпингу — это игра. Ее используют как технику обучения дрессировщиков, многие тренеры играют в нее из спортивного интереса, она интересна и для развлечения гостей. Для игры необходимо по крайней мере два человека: слушатель и говорящий. Оптимально количество шесть человек, потому что тогда каждый сможет поменяться ролями, прежде чем группа утомится. Большая группа, например класс или лекционная аудитория, тоже возможна, потому что наблюдать за этим почти так же увлекательно, как участвовать.

Группа выбирает слушателя, и он временно покидает комнату. Остальные выбирают говорящего и финальное поведение: например, написать свое имя на доске, попрыгать или залезть на стул. Слушателя приглашают обратно в комнату: его просят перемещаться и производить любые движения. Говорящий свистком подкрепляет аппроксимации движений в направлении финального поведения. При первых нескольких подкреплениях, можно придерживаться правила, чтобы слушатель возвращался к дверям после каждого подкрепления и начинал двигаться заново. Это может помочь с ситуацией, когда ненамеренно подкрепляется остановка в месте последнего подкрепления. Смех, вздохи и и любые эмоции допускаются, а инструкции и обсуждения откладываются до момента, пока не появится финальное поведение.

Обычно обучающие игры протекают довольно быстро. Например, шесть человек играют в комнате у одного из друзей. Руфь соглашается быть слушателем, очередь Анны быть говорящим. Руфь выходит из комнаты. Друзья определяют финальное поведение как «включить лампу, стоящую на столике у кушетки».

Руфь приглашают назад и просят двигаться по комнате. Когда она поворачивается в сторону лампы, Анна свистит. Руфь возвращается на старт, дверь в комнату, затем «целенаправленно» движется к точке последнего подкрепления и останавливается там. Свистка нет. Она делает попытку сдвинуться с места сначала в сторону от лампы. Попрежнему свистка не слышно, Руфь снова начинает ходить. Когда она снова направляется к лампе, Анна свистит. Руфь возвращается к двери, а затем снова к тому новому месту, где был свисток, но на этот раз продолжает двигаться вперед. Удача: свисток! Не возвращаясь к двери, она еще немного проходит вперед и слышит свисток, как раз когда проходит мимо конца стола. Она останавливается. Стучит по краю стола. Свистка нет. Разводит руками, свистка нет. Одна рука слегка касается абажура, Анна свистит. Руфь начинает ощупывать со всех сторон абажур — двигать, поворачивать, качать: свистка нет. Руфь опускает руку под абажур. Свисток. Руфь снова опускает руку под абажур и включает лампу. Анна свистит, а мы все аплодируем.

Но не всегда все идет так гладко, даже если поведение простое и знакомое. Если вернуться к только что описанной последовательности, то надо сказать, что Анна нашла хорошее решение при обучении, воздержавшись от подкрепления, когда Руфь пошла в сторону от места, где произошло первое подкрепление ее поведения, двигаясь от нужного направления.

Однако, если бы Руфь снова пошла к тому месту и остановилась, Анне пришлось бы сложнее. Вот пример обучающей игры, в которой встречается больше затруднений. Я вела занятия по приемам дрессировки в старшем классе школы. Леонард был слушателем, а Бет говорящим. На этот раз финальное поведение состояло в том, чтобы включить свет выключателем на стене.

Леонард пошел в комнату и начал по ней двигаться, а Бет подкрепляла его приближение к стене c выключателем. Леонард изначально держал руки в карманах: после нескольких подкреплений с руками в карманах, их там как будто приклеило. Он толкал стену, поворачивался и прислонялся к ней, он даже прислонился к выключателю, но так и не дотронулся его и не вынул рук из карманов. Будь движения руками Леонарда доступны для шейпинга, все стало бы в разы легче. Но как вынуть их из карманов? Бет подкрепила сгибание ног в коленях в то время, когда Леонард стоял спиной к стене, и скоро он стал тереться спиной о стенку около выключателя. Остальные ученики начали хихикать, так как поняли, что, сдвинув эти движения в сторону, Бет сможет сделать так, чтобы Леонард нажал выключатель спиной.

Но это был медленный процесс, а мы стали замечать, что Леонард начинает расстраиваться и сердиться. «Можно я попробую?» — спросила Марта. Бет взглянула на меня вопросительно, я кивнула, класс согласился с видимой неохотой, и Марта достала свой свисток. Она отправила Леонарда назад на стартовую позицию у двери, а затем поставила стул недалеко от выключателя, уселась на него сама и кивнула Леонарду, чтобы он начинал.

Леонарда понесло к стене, где относительная частота подкреплений была выше всего, следуя мимо Марты. Она быстро выставила ногу, дав ему подножку. Руки Леонарда вылетели из кармана и уперлись в стену, чтобы предотвратить падение; как только руки коснулись стены, раздался свисток. Леонард застыл. Он глядел на Марту. Она смотрела в пространство, чтобы ненамеренно не подкрепить альтернативную активность. Он начал осторожно похлопывать по стене — Марта свистнула. Он снова похлопал по стене, на этот раз осматривая свои действия, она снова свистнула. Затем Леонард внезапно посмотрел на выключатель. Все затаили дыхание. У него напряглась спина — зрители со стороны увидели момент осознания— и он включил свет. Бурные аплодисменты.

Все, кто участвует в игре в шейпинг, будь то участники или зрители, получают урок почти при каждом подкреплении. Имитация, есть практика — взаимодействие слушателя и говорящего. При каждом подкреплении она передается наблюдателям, передача подкрепляется организатором игры.

Вскоре говорящий замечает, что при шейпинге поведения с тонкой координацией важна временная точность подкрепления. Предположим, слушатель приближается к выключателю, но в момент свистка, поворачивается в сторону от него. Слушатель возвращается на стартовую позицию, затем быстро направляется в сторону выключателя и поворачивается от него. Увы! Говорящий уже сформировал этот поворот. И вся аудитория, а не только говорящий, видят, насколько критично подкрепить чуть раньше, пока желаемое поведение в действительности осуществляется. Теперь повороты будут повторятся какое-то время. Потом они исчезнут, но теперь шейпинг будет суммарно требовать больше ресурсов.

Слушатель должен уяснить, что при этой форме обучения мозг — не помощник. Совершенно безразлично, что вы об этом думаете; если вы просто передвигаетесь, коллекционируя свистки, поведение будет меняться без дополнительных разговоров — осознаний, осмыслений или инсайтов. Это поистине мучительный опыт для ярких интеллектуальных людей: они замирают, услышав свисток, и пытаются анализировать, что они делали — то, что они этого не знают, и то, что их незнание ничего не значит, их шокирует.

Однажды мы с моей коллегой Шери Диш обучали психолога Рональда Шустермана ходить по комнате заложив руки за спину в течение примерно минуты — довольно длительный период без подкрепления, но поэтапный шейпинг дает результат: зрители разразились аплодисментами, таким образом подкрепляя поведение говорящего в игре. Рон, который в своих исследованиях работал с поведением животных и опрометчиво считал собственное поведение уходящим от тех же процессов, не подозревал, что его сцепленные за спиной руки — результат шейпинга подкреплением, а не поза глубокого размышления.

Словесную коммуникацию считают наиболее важной: кажется, что без разговора или некоего осмысления изменения в поведении не произойдут, — шейпинг показывает обратное.

Опыт невербального обучения особенно полезен тем, кто использует массу словесных инструкций в своей профессиональной деятельности: учителям, терапевтам, инспекторам и остальным. Побывав слушателем, у вас появится хорошая история — вы сможете понять любого, чье поведение меняется без инструкций, просто засчет отбора подкреплением, и не отдает себе отчета в происхоядщем. С историей подкрепления шейпинга в подобной игре сложнее сказать в повседневных ситуациях, что кто-то «глупый», «нарочно делает все наоборот», «чувствует себя сегодня неважно» или воспользоваться любым другим оправданием, чтобы закрыть неподходящий режим подкрепления.

Игра в шейпинг показывает, что если что-то идет не так, то дело в истории подкрепления, а не в слушателе. Игра в шейпинг может быть просто досуговым времяпровождением — в нее может играть любой человек без какой-либо предварительной подготовки. Шейпинг получил свое название от слова «форма», потому что процесс напоминает скульптора,который придает материалу определенную фому — это творческий процесс. За исключением театра, ощущение творчества редко является групповым — и уже только с одной этой точки зрения игра в шейпинг представляет ценность.

Мы провели несколько запоминающихся раундов шейпинга в океанариуме Sea Life Park (Гавайи, США). Особенно запомнилась одна, в которой философ Грегори Бейтсон создал забавную ситуацию, засыпая неопытного говорящего таким количеством действий, что тот просто не успевал подкреплять нужные. Другой интересный раунд этой игры состоялся после завтрака, на котором присутствовали шесть деловых женщин, мало знакомых друг с другом и не связанных общностью работы. После двух часов игры, в которой психотерапевт оказалась превосходным слушателем, а танцовщица диско — блестящим говорящим, мы расстались, узнав друг друга много лучше и к тому же питая друг к другу большую симпатию.

В 1980-х я вела курс экспериментальной дрессировки у группы студентов одного из колледжей в Нью-Йорке. Мы попробовали шейпинг во время занятия, но часть студентов продолжили ее дома, пытаясь сформировать экзотическое поведение в виде подъема по лестнице спиной вперед. Они успешно освоили мышление в терминах растянутых временных отрезков, тщательная продумывая возможные этапы для подкрепления. Они продолжали использовать шейпинг в общении с родителями, применять положительное подкрепление для учителей и превращать неприятные сборища в веселые компании, дифференциально подкрепляя желательное поведение.

Оригинал: Pryor, K. (2019). Don't Shoot the Dog: The Art of Teaching and Training.
Перевод: Тимур Курицын.
Оформление: Вероника Пачина.