Почему поведение не меняется
По мотивам главы из второй части сборника «Experimentos Clássicos em Análise do Comportamento» про классические эксперименты поведенческих аналитиков.
Контекст эксперимента
Понятие силы реакции начала формироваться вместе с появлением экспериментальных исследований поведения. Со временем исследователи предложили несколько определений: Иван Петрович Павлов говорил о силе рефлексов; Кларк Халл — о силе привычек; Эдвард Ли Торндайк — о силе связи между реакцией и контекстом, в котором она вызвала удовлетворение. Но Беррес Фредерик Скиннер и Джон Энтони Невин предложили наиболее значимые для анализа поведения определения. Скиннер отождествлял силу реакции с её частотой (например, кол-во реакций в минуту) во время обусловливания и угашения, то есть реакции, которые происходят с большей частотой, сильнее, чем те, что происходят реже. Невин же определял силу реакции как устойчивостью поведения при изменении контекста.
Невин был не согласен со Скиннером. Он считал, что частота реакций сама по себе является обусловленным аспектом поведения и поэтому не показательна для силы реакции. Две одинаково сильные реакции могут, например, происходить с различной частотой, зависящей от режима подкрепления. Режим, который подкрепляет только высокие частоты реакций (например, дифференцированное подкрепление высоких частот реакций; DRH), не обязательно будет приводить к более сильным (или слабым) реакциями, чем режим, который подкрепляет низкую частоту реакций (например, дифференцированное подкрепление низких частот реакций; DRL). И если некоторые режимы требуют более высоких или более низких частот реакций для получения подкрепления, тогда сила реакции не будет проявляться в частоте. Невин считал, что лучшим индикатором силы поведения является стойкость или устойчивость поведения перед лицом изменений.
Вопросы о сопротивлении изменениям призваны прояснить, например, почему мы так придерживаемся того, что уже не работает. Почему упорствуем, когда используемое решение не приводит к результату? Почему некоторые люди так стойки, что могут преодолевать сложные ситуации? Какие переменные окружающей среды способствуют изменениям в поведении?
Невин предложил оценивать силу реакции как степень изменения некоторого показателя этой реакции по сравнению с базовым уровнем (baseline, BL) при изменении некоторых элементов среды. Схема проведения этой процедуры изображена на рисунке 1.
Исследования сопротивления изменениям включают два условия: базовое и тестовое. В базовом условии на поведение воздействует определённый режим подкрепления до тех пор, пока частота реакций на станет стабильной. Мы считаем поведение стабильным, если интересующий нас аспект поведения (например, частота) перестаёт быть волатильным и отсутствует тенденция в повышению или понижению частоты. В тесте какой-то аспект изменяется, например, подкрепление перестает быть доступным (т.е. происходит гашение), или подкрепление появляется таким образом, что не зависит от демонстрируемых реакций, либо до сессии (процедура, известная как предварительное кормление), либо во время сессии (например, предоставление подкрепления согласно режиму с переменным временем, VT). Другими словами, в ходе теста происходит нечто, нарушающее прежние условия, в которых поддерживалось поведение. Это называется дизрапт-операцией (DO).
Важно подчеркнуть ещё один аспект экспериментальной процедуры: для того чтобы оценить сопротивление изменению чего-либо, оценка должна быть сравнительной. Другими словами, поведение А изменяется сильнее (или слабее), чем поведение Б? Мы не просто хотим знать, что А меняется. Мы хотим знать, изменяется ли А в большей или меньшей степени по отношению к чему-то другому. Например, изменится ли частота реакций A меньше, чем частота реакций B, после проведения дизрапт-операции? Показатели A и B изменяются, но у какого поведения показатель изменяется больше?
Если мы хотим сказать, что поведение А более (или менее) устойчиво к изменениям, то его большая (или меньшая) устойчивость к изменениям должна быть оценена по отношению к какому-то другому поведению. Поэтому, чтобы оценить устойчивость поведения к изменениям, необходимо иметь как минимум два вида поведения. На рисунке 2 ниже показаны основные аспекты экспериментальной схемы изучения сопротивления изменениям.
Невин предложил несколько схем оценки поведенческого сопротивления изменениям, ставшие классическими. Множественные режимы подкрепления — это режимы, в которых два или более режима подкрепления (которые мы называем компонентами) действуют попеременно, каждый в присутствии различных стимулов (например, различная подсветка диска для клевков, наличие или отсутствие света или звука в экспериментальной камере). При обусловливании поведение в каждом компоненте находится под дискриминативным контролем стимула, с которым он был сопряжен. Например, предположим, что мы используем режим DRH в одном компоненте множественного режима и сигнализируем его начало зелёной подсветкой, а в другом компоненте используем DRL и сигнализируем его начало красной подстветкой. Со временем мы будем наблюдать более высокую частоту реакций при наличии зелёной подсветки, чем при красной. В этом случае более высокая частота реакций компонента DRH контролируется зелёной подсветкой. С другой стороны, более низкая частота реакций, создаваемая компонентом DRL, контролируется красной подсветкой. Используя множественный режим для BL (базового уровня), мы можем оценить влияние одной и той же DO (дизрапт-операции) на два поведения одной у той же особи, причем более или менее одновременно (поскольку компоненты множественного режима часто чередуются).
Как указывалось ранее, для того чтобы оценить, насколько сильно поведение сопротивлялось изменениям во время DO, мы должны сравнить его уровни на этапе теста с его уровнями на этапе BL. В конце концов, говорить о том, что наблюдалось сопротивление или изменения (и квалифицировать это изменение), имеет смысл в случае, если мы используем его предыдущее состояние в качестве эталона для сравнения. Поведение А меняется только по отношению к тому, каким оно было до того, как его каким-то образом «нарушили». Это кажется очевидным, но часто упускается из виду.
Ещё один важный аспект анализа сопротивления изменениям заключается в том, что изменение относительно базового уровня одного поведения (A) сравнивается с изменением относительно базового уровня другого поведения (B). Мы задаёмся вопросом: какое поведение было более устойчивым к изменениям? Поведение A считается более устойчивым к изменениям, чем поведение B, если поведение A изменяется меньше, относительно своего базового уровня, чем поведение B, относительно своего базового уровня.
Для иллюстрации рассмотрим поведение А с абсолютными значениями, использованными для построения левой части рисунка 3. Предположим, что в среднем частота поведения А на BL составляла 80 реакций в минуту (р/мин), а в первых четырёх тестовых сессиях частота составляла 80, 67, 54 и 41 р/мин соответственно. Между BL и Тестом 4 (Т4) абсолютное снижение частоты поведения А составило 39 р/мин. Теперь предположим, что средняя частота реакций поведения B составляла 40 р/мин в BL, а в первых четырех тестовых сессиях — 37, 30, 24 и 18 р/мин соответственно. Таким образом, абсолютное снижение частоты реакций поведения B от BL к Теста 4 (Т4) составило 22 р/мин. Какое поведение (A или B) изменилось больше?
Возможно, вы скажете, что поведение А изменилось сильнее (т.е. было менее устойчивым к изменениям), потому что снижение частоты было более сильное, что заметно и на графике (рис. 3). Исследователи, изучающие устойчивость поведения к изменениям, считают такое сравнение неточным, поскольку в зависимости от BL абсолютные изменения могут различаться гораздо сильнее, чем относительные. Например, снижение частоты на 10 р/мин представляет собой изменение на 50% при частоте 20 р/мин; однако такое же снижение представляет собой лишь изменение в 10%, если предыдущая частота составляла 100 р/мин. Поскольку утверждается, что поведение в тесте должно сравниваться с тем же поведением в BL, для оценки сопротивления изменениям более подходят относительные изменения (например, те, что показаны на правой части рисунка 3). Кроме того, расчет устойчивости в относительном выражении устраняет погрешности, связанные с очень разными абсолютными показателями реакции во время BL. Однако, если показатели реакций между компонентами очень похожи, анализ устойчивости к изменениям в абсолютном и относительном выражении приведет к схожим выводам.
Оценка сопротивления изменениям в относительном выражении сводится к соотношению: сопротивление изменениям в тестовой сессии равно частоте реакций в этой сессии, деленному на среднюю частоту реакций в BL. То есть уровень реакций в тесте выражается как доля от уровня частоты реакций в BL. Рассмотрим поведение A. Организм демонстрировал в среднем 80 р/мин в конце BL. Если в первой тестовой сессии он демонстрирует 80 р/мин, то изменений не произошло. Другими словами, сопротивление изменениям было максимальным (т.е. 80/80=1). Если во второй тестовой сессии частота реакций равна 67 р/мин, то эта частота составила 0,84 от той, что была в BL (67/80 = 0.84); если частота реакций падает до 54 р/мин, то она уменьшилась до 0.68 от той, что была в BL (54/80 = 0.68) и так далее. Абсолютные и относительные значения можно увидеть в серии данных A на рисунке 3 (незакрашенные круги), в левой и правой частях соответственно. Наиболее устойчивым к изменениям является поведение, которое изменяется меньше всего по отношению к своему BL. Поэтому поведение A было более устойчивым, чем поведение B, так как точки для поведения A ближе к 1, чем точки для поведения B, как видно в правой части рисунка 3.
Как и многие другие авторы после него, Невин использовал несколько режимов, в которых в каждом компоненте действовал режим с переменным интервалов (VI). В режиме VI подкрепление даётся за первую реакцию, выданную через средний промежуток времени, определяемый режимом подкрепления (например, VI 30 сек.). Этот режим генерирует умеренную и постоянную частоту реакций, идеальную для оценки влияния других переменных на поведение (поскольку она оставляет возможность для заметного увеличения или уменьшения частоты). В исследованиях сопротивления изменениям VI используется для определения различных темпов подачи подкреплений (чем ниже значение VI, тем чаще выдаются подкрепления), или они используются в сочетании с другими условиями для определения различных параметров подкреплений (например, задержки, длительность доступа к подкреплению, количества пищи) при сохранении постоянной частоты подкрепления между компонентами множественного режима (путем манипулирования значением VI).
Концептуальные и методологические разработки, которые сегодня характеризуют исследования сопротивления изменениям — определение феномена, использование множественных режимов в BL (обычно состоящих из компонентов VI), использование различных DO для оценки сопротивления — стали следствием исследования Невина, которое будет описано ниже.
Описание экспериментов
Исследование Невина состояло из пяти экспериментов (см. таблицу 1).
Между экспериментами в каждом сеансе голубя помещали в экспериментальную камеру с дисками для клевков, которые подсвечивались зелёным или красным. В камере также была кормушка, которая давала доступ к зерновой смеси в течение 3 секунд (подкрепление). Во всех экспериментах независимой переменной манипулировали между компонентами множественного режима. Действие одного компонента сигнализировалось красной подсветкой, а второго — зелёной. Оба компонента были режимом VI.
Частота подкреплений и сила реакций
В первом эксперименте Невин исследовал влияние частоты подкрепления на сопротивление изменениям. В качестве DO в интервалах между компонентами множественного режима (ICI) выдавали пищу независимо от поведения пищи независимо от поведения.
Испытуемыми были четыре голубя, содержавшиеся на уровне примерно 80% от массы тела . В BL для установления различных частот подкрепления Невин использовал два значения VI, которые действовали во множественном режиме с двумя компонентами. В компоненте, сигнализируемом зелёной подсветкой, действовал VI равный 1 минуте (т.е. голубь мог получать 60 подкреплений в час). В компоненте с красной подсветкой действовал VI равный 3 минутам (т.е. голубь мог получать 20 подкреплений в час), то есть во время «зеленой» фазы поведение производило в три раза больше подкрепления. Компоненты длились по 1 минуте и предъявлялись в случайном порядке. Между компонентами включалась 30-секундная задержка (ICI), во время которой все лампы в коробке были выключены.
После ознакомления с множественным режимом в BL начинался тест на устойчивость к изменениям. Тестовые сессии были похожи на те, что проводились в BL, однако в них присутствовала DO: пища также предоставлялась в ICI вне зависимости от реакций в течение 3 секунд, то есть во время ICI голуби не должны были демонстрировать какую-либо конкретную реакцию, чтобы получить пищу). Во время ICI пища была доступна в течение 3 сек. согласно режимам VT 60 сек., 20 сек., 10 сек. или 180 сек., т.е. предоставляя 60, 180, 360 или 20 подкреплений в час, соответственно. Каждое значение VT тестировалось в течение интервалов от 6 до 10 часов и перемежалось возвратами к BL на период длительностью 5 часов.
Результаты и обсуждение
В BL частота реакций была выше в том компоненте, где подкрепление выдавалось чаще, т.е. в VI 1 мин. Этот результат повторяет результаты других исследований. Во время теста на сопротивление, чем чаще пища выдавалась во время ICI, тем ниже была частота реакций в обоих компонентах. Другими словами, частота реакций снижалась с увеличением DO (количества пищи, выдаваемой в час). Однако это снижение зависело от частоты выдачи подкреплений, действующей в BL: по отношению к BL наблюдалось меньшее снижение частоты реакций в компоненте, поддерживаемом VI 1 мин., по сравнению с компонентом VI 3 мин. Таким образом, в компоненте, где подкрепление было более частым в BL, поведение было более устойчивым к изменениям. Согласно определению силы реакции, данному Невином, условие с более частым подкреплением (более высокая частота выдачи подкреплений) приводило к более сильному поведению, когда проверкой этой силы была выдача дополнительной пищи во время ICI.
Частота подкреплений и гашение
Во втором эксперименте Невин исследовал влияние частоты выдачи подкреплений на сопротивляемость гашению.
Испытуемыми были три голубя, содержавшиеся на уровне примерно 80% от массы тела во время свободного доступа к пище. Экспериментальная камера была похожа на ту, что использовалась в эксперименте 1. В BL два компонента множественного режима чередовались один за другим, каждые 30 секунд. Когда действовал компонент, сигнализируемый зелёной подсветкой, действовал режим подкреплений VI 2 мин., т.е. до 30 подкреплений в час. Когда действовал компонент, сигнализируемый красной подсветкой, действовал режим VI 6 мин., т.е. до 10 подкреплений в час. Это значит, что зелёная подсветка коррелировала с контекстом, предоставляющим в три раза больше подкреплений, чем контекст, совпадающий с красной подсветкой. После 85 ежедневных сессий по 90 минут каждая начался тест на сопротивление к изменениям. В этом тесте подсветка продолжала чередоваться, как и в BL, однако пища больше не предоставлялась — то есть действовало гашение как дизрапт-операция (DO). Гашение действовало в течение одной сессии длительностью 5.5 часов.
Результаты и обсуждение
В конце BL частота реакций была выше в том компоненте, где подкрепление выдавалось чаще (т.е. VI 2 мин.), для всех голубей. В ходе теста на гашение частота реакций также снижалась меньше в компоненте с более частым подкреплением, для всех голубей. Как и в Эксперименте 1, более частое подкрепление вызывало поведение, которое было более устойчивым к гашению и, следовательно, более сильным, согласно определению Невина.
Величина подкреплений
Как показывали исследования других авторов, изменение величины подкрепления (например, продолжительность доступа к зерну или количество зерна) влияет на выбор аналогично изменению частоты, поэтому Невин исследовал влияние величины подкрепления на сопротивление изменениям.
Испытуемыми были два голубя, которых содержали на уровне примерно 80% от их веса во время свободного доступа к пище. В сессиях BL действовал множественный режим VI 1 мин. и VI 1 мин. (т.е. голубь мог получить в среднем 60 подкреплений в час в обоих компонентах). Один из компонентов был соотнесен с красной подсветкой на левом диске для клевания. Доступ к пище в этом компоненте предоставлялся на 7.5 секунд. Другой компонент был соотнесен с зелёной подсветкой на правом диске. Доступ к пище в этом компоненте предоставлялся на 2.5 секунды. Таким образом, компонент с красной подсветкой предоставлял подкрепления величиной в три раза большей, чем компонент с подсветкой зеленой. Компоненты предъявлялись в случайном порядке в течение одной минуты каждый. Интервал между предъявлениями составлял 30 сек., в течение которых свет в коробке был выключен. Каждый компонент предъявлялся 25 раз за сессию.
После 39 BL-сеансов проводился тестовый сеанс: как и в Эксперименте 1, пища предоставлялась во время ICI независимо от наличия реакций на 4 сек., во время действий действия режима VT 60 сек., предоставляя 60 подкреплений в час. После ещё шести сессий BL был проведен тестовый сеанс с VT 10 сек. (360 подкреплений в час) во время ICI.
Начиная с 50-го сеанса, вся процедура повторялась, за одним исключением: в BL и тесте использовался множественный режим VI 3 мин. и VI 3 мин.
Результаты и обсуждение
В BL частота реакций одного голубя была выше в компоненте с наибольшей величиной подкрепления; для другого голубя частота реакций была одинаковой между компонентами, независимо от того, составлял ли интервал VI 1 мин. или 3 мин. Во время теста результаты были более последовательными: сопротивление изменениям было выше в компоненте с бо́льшей величиной подкрепления (за исключением случаев, когда VI 3 мин. и VI 3 мин. с VT 10 сек. в качестве DO, в которых пропорция изменений была одинаковой в обоих компонентах). К третьему эксперименту Невин задокументировал еще одну закономерность — условия с более сильным подкреплением приводили к более сильному (устойчивому) поведению, если проверкой этой силы было получение дополнительной пищи во время сессии. Если в качестве DO использовалось гашение, то поведение ослабевало быстрее.
Задержка подкреплений
Временной интервал между реакцией и подкреплением (т.е. задержка между возникновением реакции и последствием, вызванным этой реакцией) — ещё один важный параметр оперантного поведения. Известно, что организмы выбирают опции с более высокой частотой и величиной подкрепления и более короткой задержкой подкрепления, что Невин и попробовал продемонстрировать в эксперименте 4 с помощью оценки сопротивления изменениям.
Испытуемыми были два голубя, которых содержали на уровне примерно 80% от их веса во время свободного доступа к пище. Как и в эксперименте 3, в сессиях действовал множественный режим VI 1 мин. и VI 1 мин. Также как и в Эксперименте 3, один из компонентов сигнализировался красной подсветкой на левом диске, а другой компонент — зелёной подсветкой на правом диске; компоненты предъявлялись в случайном порядке, по 1 мин. каждый; они разделялись 30-секундным ICI, во время которого свет в коробке был выключен; и каждый компонент предъявлялся 25 раз за сессию. В отличие от Эксперимента 3, в обоих компонентах была задержка подкрепления после завершения VI. То есть первая реакция в конце VI выключала все лампы в камере и запускала таймер; этот таймер отсчитывали фиксированное время (FT), после чего в камере загорался общий свет и корм был доступен в течение 4 сек. в обоих компонентах (таким образом, это была сигнальная и несбрасываемая задержка). В разных компонентах менялась продолжительность FT — то есть задержка между клевками, завершающим VI, и выдачей подкрепления.
На протяжении всего эксперимента использовались четыре комбинации значений задержки подкрепления: 2.5 и 7.5 сек.; 1 и 9 сек.; 5 и 5 сек. и 0.4 и 9.6 сек. в одном и другом компоненте множественного режима, соответственно. После последовательности сессий компоненты, которые обозначали самую короткую и самую длинную задержку, менялись местами. Все комбинации задержек составляли в сумме 10 сек. Каждая комбинация задержек действовала от 12 до 25 сессий, пока показатели частоты не стабилизировались.
В качестве тестов на устойчивость к изменениям отдельно использовались две дизрапт-операции: выдача пищи через случайные интервалы во время ICI и гашение. Между тестами на устойчивость проводилось не менее двух сеансов BL. Тесты со свободным доступом к пище в ICI и гашение проводились отдельно.
Результаты и обсуждение
В тесте BL, хотя частота реакций была в целом выше в компоненте с более короткой задержкой подкрепления (данные о частоте реакций в каждом компоненте для каждого голубя не были приведены в статье Невина), не было систематических различий в частоте в зависимости от различных значений задержки. Частота реакций была немного выше при более коротких задержках (1 и 2.5 секунды), чем при более длинных (7.5 и 9 секунд), но она не уменьшалась систематически с увеличением интервала задержки. Несмотря на эту нечувствительность частоты реакций к различным значениям задержки, сопротивление изменениям было систематически связано с задержкой, запрограммированной в каждом компоненте: частота реакций в компоненте с самой короткой задержкой уменьшалась меньше по отношению к его BL по сравнению с уменьшением частоты реакций в компоненте с самой большой задержкой. Резюмируя, поведение было сильнее, когда задержка подкрепления была меньше, а также когда тестом на устойчивость выступало дополнительная пища во время сессии, а не гашение.
Требование к частоте реакций
В экспериментах 1–4 Невина использовал режимы подкрепления VI в обоих компонентах множественного режима. В последнем эксперименте его интересовало, будет ли частота подкреплений оказывать такое же влияние на сопротивление изменениям, когда условия, запрограммированные в каждом компоненте множественного режима, были разными и приводили к относительно разным частотам реакций в каждом компоненте.
Испытуемые и экспериментальная камера были такими же, как в Эксперименте 1. Сессии были такими же, как в Эксперименте 1, за исключением того, что компоненты множественного режима чередовались один за другим. Продолжительность каждого компонента составляла 60 сек., интервал между ними был 30 сек., а ежедневные сессии длились 60 мин.
На протяжении всего эксперимента зелёная подсветка сигнализировала о VI 1 мин., а красная — о VI 3 мин. Высокая или низкая частота реакций в каждом компоненте обеспечивалась с помощью условий, связанных с интервалом между реакциями (interresponse time; IRT), которые приводили к появлению подкрепления. В каждом компоненте по очереди действовали два условия: сначала нужно было достичь критерия VI; затем становилось активно новое условие, но это условие было направлено на частоту реакций (точнее, условие касалось интервала между реакциями). Такой тип режима, в которой выполнение одного условия инициирует возможность выполнения другого условия, а сигнализирование, указывающее на смену двух (или более) условий, отсутствует, называется тандемом. После завершения тандема открывался доступ к кормушке.
Для получения низкой частоты реакций в компоненте, когда VI был завершен, доступ к пище получали только те, чей IRT превышал 3 сек. Если IRT был короче 3 сек., таймер перезапускался до тех пор, пока не наступал IRT, превышающий или равный 3 сек. Таким образом, режим в этом компоненте представлял собой тандем VI и DRL (дифференцированное подкрепление низкой частоты). Для того чтобы добиться высокой частоты реакций в другом компоненте, после завершения VI голубь должен был дать три реакции в течение максимум 3 секунд. До этого момента корм был недоступен. Таким образом, в этом компоненте действовал режим тандемного VI DRH (дифференцированное подкрепление высокой частоты).
Изначально в BL два голубя (назовем их A и B) подвергались воздействию тандема VI 1 мин. DRH, когда подсветка диска была зелёной (в одном компоненте), и тандема VI 3 мин. DRL, когда подсветка диска была красной (в другом компоненте). Другими словами, для этих голубей частота подачи подкреплений была в три раза выше в тандемном компоненте VI DRH (который отбирает высокую частоту реакций), чем в тандемном компоненте VI DRL (который стимулировал низкую частоту реакций).
Два других голубя C и D сначала были подвергнуты воздействию тандема VI 1 мин. DRL, когда подсветка диска была зелёной (в одном компоненте), и тандема VI 3 мин. DRH, когда подсветка диска была красной (в другом компоненте). Другими словами, для этих голубей частота подкрепления была в три раза выше в компоненте тандема VI DRL (который отбирает низкую частоту реакций), чем в компоненте тандема VI DRH (который отбирается высокую частоту реакций).
После 35 сеансов, когда частота реакций в компонентах множественного режима стала стабильной, был проведен тест на устойчивость, в котором DO являлась свободным доступ к еде в ICI (как в Эксперименте 1). Затем BL повторяли и проводили тест на устойчивость к гашению.
После теста на устойчивость к гашению условия BL были изменены: голуби A и B подвергались воздействию тандема VI 1 мин. DRL в одном компоненте и тандема VI 3 мин. DRH в другом компоненте, а голуби C и D подвергались воздействию тандема VI 1 мин. DRH в одном компоненте и тандема VI 3 мин. DRL в другом компоненте. После 60 сеансов с этой BL голуби подвергались той же последовательности тестов на устойчивость, в которой DO состояла из свободного доступа к пище во время ICI, возвращение BL и теста на устойчивость к гашению.
Результаты и обсуждение
Во всех BL и для всех голубей частота реакций была выше в контексте DRH, чем DRL, независимо от частоты подачи подкрепления в каждом компоненте (т.е. независимо от значения VI, которое предшествовало DRG или DRL).
Что касается устойчивости к изменениям, то результаты совпали только в тесте на гашение. В этом тесте для всех голубей частота реакций изменялась меньше по сравнению с BL в присутствии подсветки, при которой частота подкрепления была выше (VI 1 мин.), независимо от того, действовал ли в тандеме режим DRH или DRL. То есть поведение было более устойчивым, когда голубь получал больше подкреплений вне зависимости от требования к частоте реакций.
Однако влияние требования на частоту реакций было выявлено при сравнении устойчивости к изменениям в условиях с одинаковой частотой подкреплений и разной частоты реакций (т.е. тандем VI 1 мин. DRH против тандема VI 1 мин. DRL, и тандем VI 3 мин. DRH против тандема VI 3 мин. DRL). Для этого анализа Невин усреднил соотношение изменений у четырёх голубей. Результаты показали, что требование меньшей частоты реакций (т.е. DRL) коррелировало с большей устойчивостью к изменениям в двух проведенных тестах (т.е. свободный доступ к пище во время ICI и гашение). Короче говоря, сила (или устойчивость) поведения была прямо пропорциональна частоте, с которой оно подкреплялось. В условиях равной частоты подкрепления поведение с наименьшей частотой реакций, как правило, оказывалось самым сильным.
Дальнейшее развитие
В экспериментах 1–4 сопротивление изменению поведения было напрямую связано с частотой и величиной и обратно пропорционально задержке подкреплений. В эксперименте 5 прямая зависимость между частотой подкреплений и сопротивлением, полученная в экспериментах 1 и 3, была воспроизведена. Более того, когда частота подкреплений была одинаковой между компонентами, сопротивление было выше в том компоненте, в котором условные сигналы вызывали более низкую частоту реакций.
Исследование Невина положило начало обширному направлению исследований сопротивления поведения изменениям и дало начало теории поведенческого импульса (ТПИ). Согласно ТПИ, сопротивление изменению и частота реакций — два независимых аспекта оперантного поведения. Частота реакций определяется отношением между реакцией и подкрепляющим фактором — отношением R-S, а сопротивление изменению определяется количеством подкреплений в присутствии данного стимула — отношением между предшествующими стимулами и подкрепляющими факторами, т.е. отношением S-S, независимо от отношения R-S. Развитие ТПМ, возможно, привело к отказу от выражения «сила реакции» как синонима сопротивления изменениям, как это было, например, в ранних работах Невина, поскольку в центре внимания ТПИ находится сила отношений S-S, установленных в истории подкрепления, независимо от отношений R-S. В названиях более поздних статей, как правило, больше говорится о ТПМ и сопротивлении изменениям.
Невин и соавторы в 1990 провели исследование, которое было очень важно как для разработки ТПИ, так и для проблем, которые решались позднее. Лишенные пищи голуби подвергались воздействию множественного режима, в котором один компонент предоставлял пищу в соответствии с VI, а другой компонент предоставлял пищу в соответствии с VI и VT. Компонент с добавлением VT предоставлял более высокую частоту подкреплений, чем компонент только с VI. Компонент в более частыми подкреплениями оказался более устойчивым к изменениям. Этот результат укрепляет представление о том, что сопротивление поведения возрастает, когда в ситуацию добавляются подкрепления (т.е. когда отношения S-S становятся «богаче»), даже если эти подкрепления не зависят от демонстрируемых реакций. Эти результаты были воспроизведены Чарльзом Мейсом и соавторами с атипично развивающимися людьми, а Джули Граймс и Ричард Шалл воспроизвели эти результаты с крысами, используя качественно разные подкрепления в VI и VT.
Последующие работы в области ТПИ носили и прикладной характер. В практических ситуациях основной целью зачастую является снижение частоты проблемного поведения (например, самоповреждающего поведения или агрессии) и увеличение частоты более желательного поведения (например, выполнения просьб). Часто предпринимается попытка увеличить частоту желательных форм поведения путём их дифференцированного подкрепления; такое вмешательство называется дифференцированным подкреплением альтернативного поведения (DRA). Как правило, DRA применяется в том же контексте (то есть в присутствии тех же стимулов), в котором подкреплялось или продолжает подкрепляться нежелательное поведение. Как показывают результаты исследований сопротивления изменениям, чем больше подкреплений в контексте, тем больше сопротивление изменениям, то есть подкрепление альтернативного поведения в ситуации, в которой происходило (или всё ещё происходит) нежелательное поведение, приведет к обратному результату. Частота проблемного поведения снижается, но она становится ещё более устойчивым к изменениям (то есть его труднее устранить), просто подкрепляя другие виды поведения в том же контексте.
Обеспокоенные такой возможностью, Чарльз Мейс и соавторы сравнили устойчивость к гашению проблемного поведения (например, кражи еды) у детей с атипичным развитием, когда лечение включало или не включало дополнительное дифференцированное подкрепление более подходящих форм поведения (например, DRA поведения, связанного с просьбой о еде). Как показывают результаты исследований с животными, проблемное поведение было более устойчивым к гашению при наличии DRA, чем при отсутствии подкрепления альтернативного поведения.
Во втором эксперименте возможное решение этой проблемы проверялось на крысах. Это решение заключалось в подкреплении «альтернативного» поведения в контексте, отличном от того, в котором подкреплялось «проблемное» поведение («альтернативное» и «проблемное» поведение это нажатия на один из двух рычагов; эти названия используются только для пояснения аналогии, проведенной авторами). Подкрепление каждого поведения в разных контекстах снижало как частоту, так и сопротивляемость изменению «проблемного» поведения; другими словами, решение, основанное на исследованиях сопротивления изменению, было эффективным. В третьем эксперименте Мейс с соавторами проверили и подтвердили эффективность этого решения в клинических условиях, на людях с атипичным развитием.
Практическая иллюстрация предложенного Мейс и соавторами решения — техника привязки нежелательного поведения к стимулу, описанная американской писательницей и биологом-бихевиористом Карен Прайор в книге «Не рычите на собаку»:
Я использовала этот метод, чтобы успокоить шумных детей в машине. Если вы направляетесь в какое—нибудь замечательное место — скажем, в парк развлечений, - дети могут шуметь и быть возбуждены, слишком возбуждены, чтобы следовать методу 5. В подобных случаях вы не захотите использовать метод 3, отрицательное подкрепление, съезжая на обочину и останавливая машину, пока они не успокоятся. Тогда пригодится метод 6, взять поведение под контроль стимула: "Хорошо, все шумите как можно громче, сейчас!" (Шумите). Секунд тридцать это доставляет массу удовольствия, а потом все заканчивается. Двух-трех повторений обычно более чем достаточно, чтобы обеспечить разумную тишину на протяжении всей поездки. Вы могли бы сказать, что шум по сигналу лишает его удовольствия; или вы могли бы сказать, что поведение, происходящее под контролем стимула, имеет тенденцию угасать в отсутствие стимула.
В примере Прайор, гашение и подкрепление поведения происходит в разных ситуациях — в отсутствие и присутствие инструкции кричать и шуметь — что снижает сопротивляемость поведения гашению, потому что DRA происходит в контексте другого стимула (не в тишине).
Начавшись как попытка переосмыслить термин «сила реакции», исследование Невина подсветило важную роль связи между дискриминативным стимулом и частотой подкрепления в его присутствии. Как показали его эксперименты, реакция в контексте стимула, с которым было ассоциировано больше подкрепления, угасает медленнее. Последующие работы других авторов продемонстрировали, что этот эффект наблюдается даже если подкрепление в присутствии антецедента подается независимо от поведения. Если поведение не меняется, то, возможно, потому, что проблемное и желательное поведение происходят в одних условиях. О стимульном контроле помнить не менее важно, чем о дифференциальном подкреплении.
Переводил Артем Ефремов, редактировал Иван Чистяков, иллюстрации Вероники Романовой. Подписывайтесь на не.психологию, чтобы не пропустить новые материалы!