Св. Иларион (Троицкий) и папская безошибочность

Автор: Петр Пашков

Католическая проповедь на Руси (будь то Северо-Восточная или Юго-Западная Русь) еще со времен Брестской унии включала в себе один важный нарратив: в отличие от «греков», которые были злонамеренными зачинателями «схизмы» и сознательными врагами Римского престола, славяне, особенно русские, стали «схизматиками» едва ли не по ошибке, по невежеству и недомыслию. Не утруждая читателя множеством цитат, приведем лишь один пример — рассуждение выдающегося католического агиографа Даниэля Папеброха:

«Из сказанного следует достаточно очевидный вывод, что святые, которых этот народ [московитов] имел в течение четырех первых веков от своего обращения, могут считаться находящимися вне подозрений в схизме или ереси, особенно в свете того, что их святость подтверждена Божественными чудесами и потому не только является предметом веры, но и доказана <…> Ведь московиты, чрезвычайно отличные от греков и языком, и нравами, большей частью и не знали, пребывают ли латиняне и греки в единстве или разделении между собою, а помнили только о своем подчинении Константинопольскому патриарху, принятому от начала их веры»[1].

Иными словами, «московитам» оказана сомнительная честь — быть «святыми простаками», которые за четыре века так и не заметили, что между Римом и Восточными патриархами нет единства ни в вере, ни в Таинствах. Поэтому и архиереи (Петр и Алексий), и подвижники (в частности, «Сергий Радозненский», Sergius Radoznensis[2]) Руси могли считаться святыми. Более того, распрострялись и истории наподобие сообщения о переходе в католичество отца св. Александра Невского [3].

Аналогичный ход мысли, как кажется, перешел и в ХХ век; и тогда католические проповедники полагали, что русские не являются католиками лишь по недоразумению. В частности, именно в таком свете изображается в популярной русскоязычной католической литературе один из крупнейших критиков католичества среди отечественных богословов начала прошлого столетия, священномученик Иларион (Троицкий):

«В особенно тесном контакте о. экзарх [Леонид Федоров, экзарх для русских католиков восточного обряда] находился с Высокопреосвященным архиепископом Иларионом, бывшим ректором Московской духовной академии и правой рукой патриарха Тихона. Они всегда беседовали на апологетические темы, касающиеся Церквей: Восточной Православной и Западной католической. (...) Встреча экзарха с архиепископом Иларионом на Соловках оказалась знамением судьбы — после прекращения московских собраний, на которых председательствовал православный архиепископ, им суждено вновь было продолжить былые диспуты. Об одном примечательном эпизоде соловецких дискуссий повествует <...> в своих воспоминаниях епископ Б. Слоскан: “Однажды была между ними горячая беседа о папской безошибочности в делах веры и нравственности как о догмате Католической Церкви. Ясно, что Преосвященный Иларион был убежденным противником этого догмата. Отцу экзарху как-то удалось, пи помощи соловецких монахов, проникнуть в бывшую монастырскую библиотеку, где он нашел подлинный текст католического учения о папской безошибочности. Его Высокопреосвященство внимательно его прочитав (он хорошо владел латинским языком), руками развел и прямо сказал, что он должен признаться, что никогда до сего момента не видел подлинного текста догмата о папской безошибочности и что, прочитав текст, он должен откровенно сказать, что в таком толковании учение о папской безошибочности является совершенно приемлемым для Православной Церкви”»[4].

Удивительная история: профессор и ректор Московской Духовной Академии, один из самых ярких деятелей Русской Церкви своей эпохи, непримиримый антилатинский полемист — и притом никогда в жизни даже не видел подлинной формулировки того самого учения, которое считал причиной нарушения церковного единства! «Темная атмосфера создана не богословским ригоризмом, но исторической гордостью и властолюбием Римского епископа, в жертву которым принесен церковный мир, единство и самая истина Христовой веры»[5]. Впрочем, епископ Слоскан рисует св. Илариона в тех же красках, в которых, как мы видели, русских святых и всегда рисовала католическая полемическая литература: он, конечно, был противником католического догмата, но исключительно по невежеству, поскольку никогда не видел подлинной его формулировки. А как только увидел — немедленно согласился с нею (и только внезапная смерть помешала ему, по-видимому, стать католиком). Если верить этому рассказу, выходит, что св. Иларион — профессор, архиепископ, помощник патриарха, святой — так и судил о папской безошибочности по журналу для народного чтения «Домашняя беседа», в котором публиковались следующие страшилки: «Папа, — учат латины, — есть божественный человек и человеческий бог. Посему никто не может судить его или о нем. Папа имеет Божескую власть, и власть его неограниченна»[6].

Но если оставить в стороне эмоции, то рассказ епископа Слоскана сводится к следующим фактам:

1. Св. Иларион никогда не видел текста догматической конституции Pastor Aeternus, которой в 1870 г. Первый Ватиканский Собор утвердил учение о папской безошибочности.

2. Экзарх для русских католиков Восточного обряда Л. Федоров смог найти подлинный латинский текст этой конституции в библиотеке Соловецкого монастыря и дать ее прочесть св. Илариону.

Остается только проверить достоверность обоих этих утверждений. Епископ Б. Слоскан находился на Соловках с февраля 1928 г. по 17 сент. 1930 г., св. Иларион — с февраля 1926 г. по 19 окт. 1929 г., экзарх Л. Федоров — с 1926 г. по авг. 1929 г. Иными словами, описанный разговор должен был произойти между февралем 1928 г. и августом 1929 года.

I. Видел ли сщмч. Иларион «подлинный текст догмата о папской безошибочности» до февраля 1928 г.?

Здесь можно ответить с уверенностью: однозначно да. Не нужно гадать или рассуждать логически: есть документальное подтверждение.

Среди творений св. Илариона присутствует рецензия на «Православное Догматическое Богословие» прот. Н. П. Малиновского (1914 г.). В свою очередь, в догматике прот. Малиновского в издании 1910 г. §135 посвящен «догмату о непогрешимости папы», а §134 — «характеру римо-католического учения о Церкви и догмату о папском главенстве». В §135 прямо цитируется текст «догмата о папской безошибочности» — догматическая часть конституции Pastor Aeternus (жирным шрифтом выделяем помещенные в тексте комментарии прот. Н. Малиновского).

«Твердо держась предания, дошедшего до нас от начала Христовой веры, (точнее было бы – предания латинской церкви), мы (т. е. папа Пий IX), с согласия священного собора (sancto approbante consilio), во славу Бога Спасителя нашего (каким образом – не понятно; не наоборот ли?), к возвышению католической религии (точнее было бы сказать – папы) и ко спасению христианских народов (каким образом? – не наоборот ли?), учим и объявляем, как Богом открытое (когда и кому?) вероопределение (догмат):

Когда римский первосвященник говорит ex cathedra (от своей кафедры), т. е. когда, исполняя свое служение, как пастырь и учитель всех христиан, в силу своей апостольской власти, определяет обязательное для всей церкви учение веры и благочестия, то, при божественной, обещанной ему в лице Петра, помощи, он обладает тою непогрешимостию (ineffallibilitate), какою Божественный Спаситель благоволил наделить Свою церковь, относительно определения предметов, касающихся веры и нравственности. Посему таковые определения римского первосвященника не могут подлежать изменению уже сами по себе, а не вследствие согласия церкви. Если же кто-либо, чего Боже сохрани, возымеет дерзость противоречить этому, да будет анафема»[7].

Сравним теперь содержательную часть определения в изложении Малиновского (прочитанную св. Иларионом!) с существующим сегодня переводом той же конституции, который распространяют католические структуры в России.

«Поэтому, верно держась Предания, полученного со времен возникновения христианской веры, во славу Бога и Спасителя нашего, для прославления католической религии и спасения всего народа христианского, с одобрения Святого Собора, мы учим и определяем как догмат, открытый Богом:

Папа Римский, когда он говорит ex cathedra, то есть когда, исполняя свои обязанности учителя и пастыря всех христиан, определяет, в силу своей верховной апостольской власти, что некое учение по вопросам веры и нравственности должно быть принято Церковью, пользуется, с Божественной помощью, обещанной ему в лице блаженного Петра, той безошибочностью [infaillibilitas], которой Божественный Искупитель благоволил наделить Свою Церковь, когда она определяет учение по вопросам веры и нравственности. Следовательно, эти определения папы Римского непреложны сами по себе [ex sese], а не из-за согласия Церкви.

<Канон>: Если кто-либо, не дай Бог, поимеет дерзость противоречить нашему определению, да будет отлучен от сообщества верных»[8].

Как видно, если вычесть из текста свящ. Н. Малиновского его замечания (помещенные, впрочем, только в преамбуле, а не в самой формулировке догмата), в его пособии по догматическому богословию цитируется «подлинный текст догмата о папской безошибочности». Св. Иларион оставил замечания на эту часть пособия; более того, в своих замечаниях он раскритиковал свящ. Малиновского за нарушение академичности тона и вообще некорректность полемики: «Сам о. Малиновский начинает писать не только в повышенном, но и прямо в бранном тоне; см. напр., начало 750-й стр. <…> Ни в одной из доселе существовавших догматических систем ничего подобного встретить нельзя; их авторы проявляли больше такта и серьезности, нежели в данном случае о. прот. Малиновский»[9]. Иными словами, сщмч. Иларион не только внимательно прочел текст свящ. Малиновского (разбирая буквально каждую строку), но и счел его сочинение недостаточно академичным; он не только знал текст догмата о папской безошибочности, но и считал неуклюжей ту критику, которую давал свящ. Малиновский.

Итак, в одном отношении еп. Б. Слоскан либо солгал сознательно, либо ошибся в своих воспоминаниях. Св. Иларион (Троицкий) знал подлинный текст догмата о папской безошибочности. Никакому сомнению это подлежать не может.

II. Мог ли экзарх Леонид Федоров найти подлинный текст догмата о папской безошибочности на латыни в библиотеке Соловецкого монастыря в 1928/1929 г.?

Здесь можно быть практически уверенным в отрицательном ответе. Конечно, при упоминании о монастырской библиотеке неподготовленному читателю фантазия начнет рисовать удивительные образы: ряды книжных полок, рукописи, фолианты, католический экзарх, который тайком пробирается в недра мрачного подземелья с книгами, уклоняясь от охранников лагеря… Однако весь этот сюжет есть чистейшая химера. На Соловках к тому времени вообще не было большой библиотеки!

Когда-то Соловецкий монастырь располагал внушительным книжным фондом, но, как сообщает официальный сайт РНБ, дальше история была следующей:

«В 1854 г., во время Крымской войны, библиотека как величайшая ценность была вывезена из Соловецкого монастыря для обеспечения ее сохранности ввиду возможного нападения на монастырь английского флота. 16 ящиков с книгами некоторое время хранились в Антониевом Сийском монастыре, а в 1855 г. были переправлены в Казанскую Духовную Академию. На Соловки библиотека не вернулась. Указом Синода от 9 сентября 1858 г. она стала собственностью Академии. Только 33 рукописные книги были возвращены Соловецкому монастырю. В 1928 г. Соловецкое собрание Казанской Духовной Академии поступило в Государственную Публичную библиотеку (ныне Российская национальная) и с тех пор хранится в Отделе рукописей (фонд 717)» [10].

Разумеется, это не значит, что не было какой-то небольшой библиотеки для братии, в который могли быть и какие-то актуальные сочинения. Однако Соловецкий монастырь не был ни научным центром, ни выдающимся книгохранилищем. Ожидать наличия там издания актов Первого Ватиканского собора на латинском языке было бы странно.

Заключение

Итак, рассказ о русском «иванушке-дурачке»: профессоре и ректоре духовной академии, который критиковал папскую безошибочность, никогда в глаза не видев подлинного текста догмата Первого Ватиканского собора, рассыпается на глазах. Св. Иларион знал — и это подтверждено документально — текст догматической части конституции Pastor Aeternus. Крайне сомнительно при этом, что экзарх Леонид Федоров мог найти латинский текст конституции в библиотеке на Соловках.

Сообщение еп. Б. Слоскана о том, как св. Иларион осознал православие учения о папской безошибочности, представляет собой, таким образом, либо прямую и открытую ложь, либо ошибку (возможно, возникшую вследствие нескольких пересказов изначального сюжета).

[1] Papebrocius D. Ephemerides Graecorum et Moscorum // ActaSS. Mai. T. 1. P. III-IV.
[2] ActaSS. Mai. T. 1. P. LXIV

[3] https://vk.com/wall-184478279_65286

[4] Юдин А. В. Леонид Федоров. М., 2002. С. 279-280
[5] Иларион (Троицкий), сщмч. Единство Церкви и Всемирная Конференция Христианства // Творения. М., 2004. Т. 3. С. 507
[6] Цитируем в изложении благочестивого, но также чуждого всякой научной корректности писателя С. А. Нилуса: Нилус С. А. На берегу Божьей реки: записки православного // Полное собрание сочинений в 6-ти тт. М., 2006. С. 241
[7] Николай Малиновский, свящ. Православное догматическое богословие. Серг. П., 1910. Т. 3. С. 742-743
[8] Христианское вероучение: Догматические тексты учительства церкви III-XX вв. / Ред.: свящ. П. Дюмулен. СПб., 2002. С. 263
[9] Иларион (Троицкий), сщмч. Замечания, поправки и дополнения к «Православному Догматическому Богословию» прот. Н. П. Малиновского (тт. III и IV). Серг. П., 1914. С. 66-67 [10] https://expositions.nlr.ru/ex_manus/Solovki_Manuscripts/collection.php