Мифы и измышления Алана Зимма

Не собирался возвращаться к теме Пёрл-Харбора, но, в связи с про­шед­шим юби­леем и моим репликам по поводу некоторых выступлений по это­му во­про­су, меня несколько раз спросили, почему я столь скептически отно­шу­сь к на­шу­мевшей книжке Алана Зимма «Удар по Пёрл-Харбору: Стратегия, так­ти­ка, ми­фы, измышления», что кое на кого произвела столь неизгладимое впе­ча­тление.

Я очень не люблю критиковать коллег, и вовсе не по моральным соображениям – с моим-то склочным характером… Просто по мне го­раз­до интересней делить­ся тем, что накопал сам, чем выискивать косяки у других. Но в данном слу­чае де­ло даже не в каких-то ошибках или спорных интерпретациях, а в самой мето­дологии ис­сле­до­вания. А вот это уже серьёзно, и об этом стóит поговорить.

Акры и фотографии

Для начала пара примеров. Я выбрал такие, чтобы были понятны и неспециа­ли­с­там. Итак, в главе «Оценивая фольклор», в части, посвящённой пре­д­полагае­мой эффективности пресловутого «удара по инфраструктуре» мы читаем:

Со­глас­но измерениям, сделанным по аэрофотоснимкам и подтвержденным соответствующими источниками⁵⁶, общая площадь во­енно-морской верфи и прилегающих пирсов составляла 498 акров или 21 692 880 кв. футов.

Если что, 498 акров это 201,5 га, а ссылка [56] ука­зы­вает на известную работу «US Navy Base Construction in World War II». При написании своей статьи про «ро­ковые ошибки» японцев в Пёрл-Харборе я тоже обращался к этой ра­бо­те, и по­э­то­му знал, что на самом деле там написано немного другое:

В то время [1939 г.] военно-морская верфь занимала 498 акров и включала в себя сухой док линкорного размера с поддерживающими его промышленными мощностями, же­лез­ную до­ро­гу, административные здания, два наземных нефтехранилища, складские помещения и жилье, всего 190 строений.

То есть, как нетрудно заметить, указанная площадь включала в себя далеко не только промышленную застройку самóй вер­фи, которую имело смысл бомбить, а ещё много чего прилегающего и даже не прилегающего, а просто от­носяще­го­ся к вер­фи административно. Именно поэтому я сделал то, о чём написал Алан Зимм, но на самом деле, как мы увидим далее, по­ле­нил­ся сделать – взял аэро­фо­тоснимок, и посчитал площадь собственно застройки верфи. Благо в кадре присутствовали за­ме­ча­тель­ные «мерные линеечки» в виде полётных па­луб ави­а­нос­цев «Лексингтон» и «Эн­тер­прайз», длина которых известна до дюйма.

Выше я привожу сделанный для наглядности более грубый вариант, где вклю­чён жилой квартал, автостоянки, проезды, зелёные насаждения и пустыри. В су­м­ме выходит около 44,3 га, а если оставить только промышленную застройку и считать по­точ­нéй, то остаётся вообще 24 га. Но в любом случае, это немножко отличается от 201,5 га, которые Зимм использует для рас­чётов того, какой про­цент промышленной застройки могут разрушить 280 авиабомб калибра 250-кг.

Откуда взялась эта цифра 280 мы здесь обсуждать не будем – это отдельная сме­шная история, отметим лишь, что в ре­зуль­тате длинной цепочки допуще­ний уровня «пол-палец-потолок» автор «вычисляет», что ими было бы разру­ше­но менее 6% про­мышленной застройки верфи, а «если придать предположе­ни­ям более реалистичный характер, то ущерб был бы ми­ни­мум вдвое меньше». Чего стóят эти расчёты, базирующиеся на многкратно завышенной площади и куче предположений, типа умозрительных рассуждений о том, насколько япон­ская 250-кг бомба слабей американской 500-фунтовой, – судите сами.

Но самое весёлое начинается дальше. Видимо в какой-то момент Зимм сообра­зил, что как-то маловато получается, и решил это как-то подкорректировать. Одна­ко предшествующие «расчёты» переписывать поленился, а вынес эти кор­ректи­вы – ба­ра­бан­ная дробь! – в концевую сноску [58], которую 99% читателей, коне­ч­но же, никогда не прочтёт, а запомнит цифру 3-6%. Но мы-то с вами люди упо­рные, и мы-таки полезем в конец книжки, где увидим следующее:

⁵⁸ Площадь верфи в 498 акров, указанная в официальных источниках, могла включать незастроенные на момент атаки тер­ри­тории и открытые пло­щадки хранения. Оценки, сделанные путем измерения площади, содержащей крупные здания и скла­ды по фотографиям, снятым в конце 1941 г., дают площадь менее 7 500 000 кв. футов. Используя те же предположения, мы мо­жем ожидать, что верфь была бы повреждена на 17%, но скорее всего, на 12-15%. Общие выводы остаются неизменными.

Не спрашивайте меня, откуда была высосана ровненькая и всё равно сильно за­вы­шенная цифра в 7,5 млн. кв. футов – это 69,7 га, если что – меня гораздо боль­ше интересует другой вопрос. Если я ещё понимаю, каким образом получились 17% – умень­шив волевым решением площадь цели в 2,9 раза, автор умножил на эти же 2,9 свои 6%. А вот откуда взялись «ре­а­лис­тич­ные» 12-15%, если он только что заявлял, что там процент должен быть «минимум вдвое меньше»? Впрочем, когда «оценки» гу­ля­ют от 3% до 17% – стоит ли придираться к таким мелочам?

Если что, аналогичные прикидки по вероятному разрушению нефтехранилищ «расчитаны» по примерно такой же «методике». А чё, никто ж проверять не бу­дет, а выглядит солидно и «ма­те­ма­ти­чес­ки обосновано».

Стволы и индексы

Следующий пример будет заметно длинней. В главе «Что могло бы быть: Пёрл-Харбор обороняется предупреждённым» мы с удивлением читаем:

Существуют различные оценки количества тяжёлого зенитного во­о­ру­же­ния. Одни насчитывают 353 ствола 3" и 5" орудий на находившихся в Пёрл-Харборе кораблях. Другие приводят следующие цифры: 5"/38 − 136, 5"/25 − 96, 3"/50 − 121, 3"/23 − 14, 4×1.1" − 16, .50 − 397

То есть уже 367 стволов 3" и 5", плюс данные по другим калибрам.

В этом месте хочется задать бестактный вопрос: «Коммандер, сэр, а вас совсем-совсем не смутил этот разнобой в цифрах? У вас не возникло желания самому эти зенитки посчитать, раз вы у нас такой весь из себя ревизионист?» Благо, в отличие от са­мо­лётов вообще и ис­требителей в частности, где до сих пор име­ю­т­ся неясности как по общему количеству, так и по бое­го­то­вым – по кораблям в га­вани известно всё до последнего корыта.

Ваш покорный слуга в своё время при написании всё той же статьи не поленил­ся, потратил несколько часов, сверяя спра­воч­ные данные с рапортами кораблей по Пёрл-Харбору, так к в ряде случаев в данный конкретный момент их состав вооружения сильно не соответствовал «табличному». В результате получилась здоровенная, но симпатичная табличка, из которой в ста­тью вошла всего одна цифра. Чтобы вас не гру­зить, здесь я приведу лишь итоговые цифры:

Универсальные 5"/38 (127-мм) — 144
Универсальные 5"/25 (127-мм) — 100
Зенитные орудия 3"/50 (76-мм) — 89
Зенитные орудия 3"/23 (76-мм) — 21
Зенитные автоматы 4×1.1" (28-мм) — 20
Зенитные пулемёты .50 (12,7-мм) — 381

В результате получилось 354 ствола 127-мм и 76-мм, имевшихся на кораблях и судах ВМС США, находившихся в гавани. Без учёта катеров Береговой охраны и кораблей и судов ВМС, находившихся в момент атаки вне гавани. Их количество хорошо бьётся с пер­вой цифрой, которую Зимм взял из ма­те­ри­а­лов расследова­ния Конгресса – ти­па, я молодец, посчитал не хуже, чем ответственные профес­си­оналы в своё вре­мя. В то вре­мя как второй набор цифр, приведённый без ссы­л­ки на источник, вы­глядит стран­но, но данные автор будет брать из него.

Хотя буквально сразу становится понятно, почему Зимм не удосужился разо­б­раться с этим разнобоем. Потому как пря­мо следом он начинает рассуждать, сколько из этих ору­дий и пулемётов не могли вести огонь по самолётам про­ти­вника из-за технического состояния и за­кры­тых препятствиями или местопо­ло­жением корабля секторов огня.

Маленькое лирическое отступление. Когда-то очень давно мой папа – дай бог ему здоровья – выдал афоризм, который сразу и забыл, а я запомнил на всю жи­знь: «Хули чего-то думать там, где можно тупо посчитать?» Забыл он это по­то­му, что для инженера это нечто само собой разумеющееся, да и не только для инженера, наверное.

Но вот Алан Зимм почему-то так не думает. Что бы сделал на этом месте обыч­ный военный (и не только) историк? Он бы просто просмотрел с каранда­шиком рапорты ко­раб­лей по Пёрл-Харбору. Где – о чудо! – в большинстве слу­ча­ев ука­за­но каким количеством и каких стволов они вели огонь.

А потом на основании этих данных – пусть и с неизбежной экстраполяцией там, где данных нет, но, по крайней мере, хоть чем-то обоснованной – вывести не­кий коэффицент, «среднее по больнице». Но мы не ищем лёгких путей! Вместо этого мы волевым решением берём с потолка ровненькую и красивую цифру 50%. Но это бы­ло только начало. Затем из этих 50% стволов мы убираем ещё 50% уже «по вре­мени», в тече­нии которого зенитчики «не имели целей».

Для чего нам это нужно? А для того, чтобы «вычислить» опять же «средний по бо­льнице» темп стрельбы в 8 выстрелов в минуту, обосновывая это тем, что име­нно такие показатели были у 5"/38 орудий новейшего линкора «Норт Кэро­лайн» во время отражения массированной воздушной атаки 24 августа 1942 г.

Мило «забывая» при этом, что те 5"/38 там были не в одиночных установках с ручным наведением по 5° в секунду по возвышению и 10° по горизонту, как у большинства этих орудий в Пё­рл-Харборе, а в двухорудийных башнях Mark 28 с электрическим приводом, по 15° и 25° в се­кун­ду. Не говоря уж о механи­зиро­ва­н­ной подаче снарядов с досы­ла­нием и автоматической же установкой дистан­ци­он­ных тру­бок. И уж совсем не говоря о радарных системах управления зенит­ным огнём, что в Пёрл-Харбо­ре ещё отсутствовали как класс.

Но нас такие мелочи не останавливают, и мы, вдабавок, недрогнувшей рукой при­сваеваем такой же темп стрельбы и всем остальным типам зениток в Пёрл-Харборе! И правда, какая, нафиг, разница какие выстрелы таскать и в казённик пихать – раз­дель­ные 127-мм (около 40 кг в сумме и без автоматического досы­ла­теля), унитары 76-мм (7,5-11 кг) или вообще обоймы на восемь 28-мм сна­ря­диков по 0.86 кг каждый и в магазины по два на ствол. Темп стрельбы у всех один. «Я сказал!»

Что в этом месте сделал бы любой военный (и не только) историк? Правильно, он не стал бы «прикидывать» известно что известно к че­му, а опять же просмо­трел бы те са­мые рапорты кораблей, где – опять, о чудо! – в большинстве слу­ча­ев, англий­с­ким по пожелтевшей бумаге, указаны как расход боеприпасов всех калибров, так и время начала и завершения стрельбы.

А по этим данным, даже не имея высшего математического образования, не­тру­дно «тупо посчитать» реальный средний темп стрельбы для каждого ко­ра­б­ля и каждого типа орудий. А при остром желании вычислить и то самое «сред­нее по больнице» для каждого ка­либ­ра. Хотя не совсем понятно – зачем?

Потому как наш целый коммандер взял невнятные цифры по количеству ство­лов, потом поделил их на взятую с по­тол­ка двойку, потом ещё раз на взя­тую от­туда же двойку исключительно для того, чтобы потом умножить получен­ный таким макаром «средний темп стрельбы» на взятые опять же с потолка 15 мин­ут огня, а потом умножить полученное на некий «ко­эф­фицент попаданий на выстрел».

Его он, правда, брал уже не с потолка, а просто вычисленный совсем в дру­гих ус­­ло­виях, с другими зенитными установками, системами подачи боеп­ри­пасов, наведения и управления огнём. Согласитесь, при такой методике рас­чё­тов дей­ствительно совершенно неважно, сколько там на самом деле было тех зениток.

Зато в результате мы имеем «математически обоснованную оценку» того, что при своевременном открытии огня только ко­ра­бель­ные зенитки в Пёрл-Харбо­ре должны были только только за первые 15 минут завалить как минимум 32 японских са­мо­лёта, «а хомячка вообще разорвёт, нафиг!» Апплодисменты!

Ос­тальные расчёты в книге построены примерно по такому же принципу, не­во­ль­но заставляющему помянуть мистическую связь растения семейства Адок­со­вые с проживающим в столице со­седней страны родственником. Но за­то выгля­дит солидно и «по-научному», словом, внушает доверие и вызывает уважение…

Станьте ёжиками!

Кому-то может показаться, что я придираюсь к незначительным мелочам, «а в главном-то он прав!». Ещё раз повторяю, что я привёл лишь пару первых попав­шихся наглядных примеров даже не манипуляций, а банального отсутствия на­вы­ков во­ен­но-исто­ри­ческого исследования. И банальной интеллектуальной не­по­рядочности. Когда читателя элементарно дурят большим количеством полу­чен­ных псевдонаучными методами цифр, призванных «придать веса» заранее при­­думанным умозрительным тезисам. Никого не напоминает?

И хотя подобные подтасовки по идее должны быть поня­тны даже людям «не в теме» — в реальности их мало кто замечает. А вот для тех, кто в вопросе хоть минимально разбирается, буквально физио­ло­гически неприятно читать текст, чуть более, чем полностью состоящий из по­добных беспомощных натяжек и передёргиваний. Это как тот электрон – тамо­ш­ние косяки можно разбирать бес­конечно. Включая, например, описание соб­с­твенно атак японских бомбар­ди­ровщиков. Весь остальной «нарратив» у Зимма примерно на том же уровне.

С другой стороны, «любим-то мы его не за это»! Не за кривой, но искромётный «анализ» реальных событий 7 декабря 1941 г., а скорей за вторую часть его тво­рения, где он лихо рассуж­да­ет, как бы он на месте тупых японцев гораздо более круто раздолбал бы амери­канцев, и как бы он на месте не менее тупых амери­ка­нцев не менее круто дал бы отпор японцам. С позиции послезнания, конечно же. «При­н­цип историзма»? Не знаю, не слышал!

Что я тут могу сказать… Я очень люблю «аль­тер­нативки» как жанр, а ещё боль­ше – древний анекдот про «мышки, просто станьте ёжиками!» Но вот читать нудное и испорченное псевдонаучными выкладками и высосанными из пальца «расчётами» изложение анекдота на доброй сотне страниц… Вы уж извините, я лучше Р. Злотникова какого-нибудь в следующий раз почитаю. Право слово, у него намного правдоподобней получается. Не говоря уж о занимательности.