Микролатте

Вечером город накрыл ливень со штормом. Асфальт словно рубцы на ранах покрывал землю ломкой коркой, отсекающей воду от глубины грунта; бордюры забивали дождевые потоки в каналы улиц. Городская школа стояла на холме и высилась островком над бурей, вместе с тем оказавшись в самом её центре.

Домой идти было нельзя, и четверо учеников остались в школьной библиотеке. Помещение постепенно отдавало тепло улице через тонкие стены. Закипал электрочайник с заклеенной кнопкой. Два мальчика и две девочки занимались своими делами и пока ещё не зябли: Старшая закрылась от всего за ноутбуком в наушниках, Мелкая читала книгу, а мальчики Умник и Заяц несли поднос с посудой.
— А куда ставить? Освободите стол, э? — требовал Умник.
Старшая поморщилась и сделала жест, мол, «занята», однако уже кипел заклеенный чайник. Заяц показал на него и молча попросил её снять наушник.
— Эй, Умник… — обернулась она к чайнику. — Выключи.
— Рук нет.
— Заяц пусть тогда сходит, я занята.
— Занята, как и мои руки, — отозвался Заяц. — Ставить куда?
Умник и Заяц стали сверлить её хмурыми взглядами, но Старшая вставила наушник обратно и только презрительно фыркнула.
Чайник тем временем откинул крышку давлением пара и продолжил кипеть, пока мальчики вдвоём стояли с подносом, который легко мог нести и один. Но Старшая устала злиться — закатила глаза и всё же сняла наушники, поднялась… Но не успела — к чайнику подскочила Мелкая и выключила. Старшей стало дурно.
— А принесёшь сюда? — попросил Умник.
— Ага! — жизнерадостно кивнула девочка.
Мелкая вернулась с чайником и снова уселась читать, уходя в книжный мир, а Старшая вернулась к своему ноутбуку и надела назад наушники, картинно вздохнув, ведь снова её побеспокоили совершенно зазря.

В этом старом электрочайнике выгибающаяся под кнопкой пластина настолько износилась, что стала подпирать выключатель, даже когда вода в чайнике ледяная, из-за чего он сразу выключался — приходится заклеивать кнопку пластырем или скотчем. Поэтому вода выкипит, если оставить чайник без присмотра.

Мальчики тем временем кое-как расчистили площадку для подноса, поставили несколько мисок и чашек, вскрыли пакет с чаем…
— Тебе кто разрешил? — взъелась Старшая, когда Заяц уже загрёб ложку, чтобы высыпать чай прямо в чайник.
— А?
— Ты придурок? — она встала и отобрала у него ложку. — Раз не умеешь, не переводи продукт. Мой чай буду заваривать сама!
Старшая отыгрывалась на мальчиках за дерготню. Мелкая же закрыла книгу и стала расхаживать вокруг, чтобы согреться.
— Ну а что, ждать что ли будем, когда остынет? — вмешался Умник.
— А ты термопот нормальный бы купил! Только в такой стране используют такой хлам…
— Да, десять тысяч за дешёвый термопот вместо пяти штук за хороший электрочайник.
— Ой-ой, а когда я в кафе за нас плачу, ты так не экономишь, — сказала она иронически и скрестила руки. — И вообще, где тот самый хороший чайник? Я вижу только этот — плохой и сломанный!
— Кипятит — и ладно, — оправдывался Умник, выкладывая на стол лапшу.
— Я так не могу… Заказывай доставку, живо! Только не паназиатское.
— А чего такого? — спросил Заяц.
— Так а что за хрючево корейское вы достали? Вот его кипятком и заливайте.
Кипяток сделал бы зелёный чай горьким — и невеждам нельзя было позволить его испортить. Старшая знала про заварку не только из интернета, а по своему опыту.

Умник рылся в приложении, подбирая всякую еду. Старшая составляла заказ очень привередливо:
— …Нет, не этот — у яиц желток рассыпается, нарушая вид кусочков. …Нет, слишком популярный. …Во-от, давай слоёный, обожаю!
— Он не доедет, — возразил Умник.
— Да? Голодом заморить меня хочешь? Или всё же дашь мне выбрать хотя бы вот этот… с ананасами?

Несмотря на ливень и глубокую ночь, курьер уже выехал на велосипеде с грузом — робот-доставщик же мог в принципе не доехать. Итоговый заказ включил в себя также и кофе. Старшей было невыносимо без хотя бы частички цивилизации среди продувающихся окон и сломанных, хотя и работающих, чайников. В столовой этой школы не было ни кофе, ни нормальных продуктов, не говоря уже о круглосуточном обслуживании — ведь остаются же иногда ученики на ночь? И не попить раф с солёной карамелью.

Мелкая стала прыгать на месте и растирать руки. В школе всё холодало, а один чайник не мог прогреть комнату, даже если бы весь выкипел. Но скоро должна была прибыть доставка.
— Darlin’, сходи в гардероб. Мне холодно! И Мелкую забери, шумит. И у курьера заказ забери!
— Почему это шумлю? — возмущалась Мелкая.
— Это я должна у тебя спросить, зачем ты шумишь.
— Не зачем, а почему… — Мелкая обиженно отвернулась.
— Пойдём, поможешь мне, — Умник взял Мелкую за руку. — А пока, принцесса, погрейтесь чайником! — он взял чайник и всучил его Старшей и выскользнул с Мелкой в двери.
Растерявшаяся Старшая обнимала чайник, провожая взглядом убегающего с Мелкой за руку Умника. Как-то согреваться он помогал, но всё равно…
— Гадость…

Умник и Мелкая шли по пустующему школьному коридору. Неярко горел свет редких люминесцентных ламп, все двери были заперты, и шаги гулко отдавались по безлюдной школе — хотя через тонкие стены классов было слышно барабанивший в окна дождь. Неаккуратно вымытый пол с разводами после высыхающей воды пах половыми тряпками и отдавал весь этот запах в воздух.
— Жуть… — Мелкую подрагивало от ветра, гуляющего по коридорам, бьющего в спину— будто где-то не закрыли окно.
— Ужастиков насмотрелась? Грязновато, конечно, но тут везде грязно…
— Ничего не грязно, а страшно. Почему ты молчишь?
Умник посмотрел на эти разводы — будто просто воды разлили и пригладили шваброй. Если каждый дежурный будет так делать, скоро, может быть, бетон трескаться начнёт. Лучше уж без всяких дежурных, но дисциплина, глупая дисциплина…
— Говорить нечего.
— А что… там?
Из учительской шёл слабый свет, какое-то невнятное шуршание и гудение вентилятора. Свет мерцал, переливаясь на двери напротив, на которую он падал, разными цветами от зелёного до бурого или серого…
— Это телевизор, — констатировал Умник.
Мелкая спряталась за спиной Умника, а вот он и сам уже не был уверен, что этот телевизор — не проделки сверхъестественных сил. Кто ещё мог остаться в школе кроме них? Умник заглянул в дверь…
— ДВА НОЛЬ! КАК ТАК МОЖНО?! А-а-а-а-А-А!..
Учительница замахнулась пустой банкой в проём, но увидела Умника и спохватилась:
— О, так вы тоже тут, хе–хе… Футбол смотрите?
— Нет.
— Да, и правильно! Нахрен их… Ик… Какая боль, какая боль…
Учительскую освещал только телевизор — наши играли с соседями. Училка стояла в одной майке и трусах, шпарила тепловая пушка, и на это всё смотрел из кабинета портрет премьер-министра…
— Пойдём, малыш, — обратился он к Мелкой, заслоняя её от учительницы.
— А вы где это э-э?..
— В библиотеке.
Умник задвинул дверь прямо перед её носом, и они с Мелкой пошли к гардеробу.

В библиотеке Старшая чуть согрелась чайником и уже мечтательно болтала с Зайцем, наматывавшим свою корейскую лапшу на палочки. Под ветром дерево настолько изогнулось, что упёрлось в окно и теперь отстукивало на стекле равные промежутки…
— Зайчик, а вот… скажи-и… Почему ты вступил в тот клуб… авиамоделистов? Моделей клеить, м-м-м?
— Неа…
— А я знаю — ты мечтал о летающем такси. Не толкаться в автобусе и электричке, скрипящей при остановке и открытии дверей, с этими неудобными сидениями, которые всегда заняты… Но дорого же на такси, но приходится, нельзя без такси. А на летающем ещё дороже будет, но как романтично…
— Особенно если электро!
— Разгорячился как. И кажется, ты знаешь, как согреть женщину. Нет ведь у наших школ транспорта, а в Америке есть… И дерево бы там обрезали заранее, не ждали бы ни ливня, ни чего ещё…
— Не, сомнительно. Кто ж заранее о таком думает?
— Думает, думает… Знаешь, Зайчик, что-то холодает…
Воркование оборвалось как струна, когда скрипнула дверь. Из-за неё выглянула Мелкая…
— Ой!
…и спряталась снова.
— Мы здесь, — в комнату впорхнул Умник, подскочил к Старшей и накинул куртку ей на плечи.
— Ох… Сп… Подожди, вы там заказ не растрясли?
Пакеты донесла Мелкая, оправившись от творившихся здесь непотребств, которых Умник, в отличие от неё, не заметил.
— Вот!

Радовалась Старшая недолго — всё было замечательно с салатом, был идеальной температуры и цвета борщ, только вот он забрызгал внутреннюю сторону крышки своей тары… А кофе вообще остыл.
— Ну и в микроволновку его, — заявил Умник.
— Эх, всему тебя учить… Нельзя ни в коем случае.
— И что, вкус поменяется?
— Именно! — многозначительно ответила Старшая.
Умник приложил пальцы к стакану — он не был холодным, довольно тёплым, просто не горячим. Чего-то такого можно было ожидать, если кофе не приготовили тут же, а везли.
— Может, я допью?
— Н-нет уж!
Но эта трескотня не согревала, а в библиотеке всё холоднее, пока спорщики тратили время. И тут Заяц понял:
— Так у нас окно продувает!
— Вот, делом займись, а не препирательствами со мной, — Старшая показала Умнику на Зайца.
— А почему я? А он что? — возмущался Умник.
— А он пусть обогреватель несёт. Слышал? — последнее «слышал» было для Зайца.

Во второй раз путешествовать по коридорам отправился Заяц. Ему сказали пойти в учительскую, ведь наверняка если была тепловая пушка, то был и обогреватель.
Эти разводы на полу… Хоть свет не мигает, на том спасибо. Такие лиминальные пространства (говорить так про пустые коридоры было модно) навевали тревогу. Особенно на фотографиях. Но здесь дискомфорт с лихвой перебивался тем, что всё так неопрятно, неотёсано — не как на тех фотках. Присутствие людей тут зримо. Уже на подкорке отложились эти мантры про мытьё полов, что это почётный труд, забота о коллективе… На самом же деле гниль и преступление, «Преступление против Человека» — так говорила Старшая (жаль, что под «Человеком» она имела в виду исключительно себя).
За дверью было слышно болтовню комментаторов и шуршание пакетов. Заяц постучался, но не был готов увидеть учительницу в одной майке.
— Ой, ты не мешаешь, как раз тайм-аут!
— Простите…
— Да не мешаешь, говорю… Что не так? Ты за чем? Не смотреть?
— За обогревателем.
— Жа-аль… Ну забирай. А я бы поуговаривала, если б наши играли удачнее, но смотреть уже не на что…

А Умник в это время заклеивал окно — валявшиеся на столе в груде хлама малярный скотч и ножницы тут оказались весьма кстати. Хотя стеклопакет не должно было продувать, видимо, где-то между окном и рамой была щель, или чёрт его знает что… Прямо в это окно и стучала та ветка. Дерево просто-напросто сломалось — теперь его верхушка лежала на окне и будет стучаться при любом ветерке.

Когда Умник закончил, как раз вернулся Заяц — он тащил обогреватель, кривляясь имитацией старческого кряхтения, затем стал искать розетку. Мелкая зачем-то доказывала Старшей, что кофе можно и в микроволновке погреть, потому что чего от этого будет воде, и всё равно у них тут нет ни плиты, ни горелки, ни свечей, а на спичках много не нагреешь, тем более в картонном стакане.
— Мы пока спорили, он совсем остыл, нужно уже ставить, — Младшая напирала.
— Это агрессия против вкуса — не могут люди с чувством собственного достоинства пить такое. Только в исключительных обстоятельствах. Хорошо. Поставим. Только пить его будешь ты.
— А мне не дала-а, — ворчал сидевший за ноутбука Умник — ковырял ногтём крышку ноута от скуки.
— Мама мне говорила, что нельзя детям кофе — пусть тогда он выпьет.
— По-че-му бы и нет, — согласился Умник по слогам.

Было уже совсем зябко. Старшая решила сдать это кофе — обойдётся без него. И как только Младшая поставила его в микроволновку и включила, Заяц включил обогреватель и… потух свет.
— Мда. Электричество кончилось… — пробубнил Заяц.
— Чего?!
Старшая только смирилась с постоянными неудобствами, но тут ещё и отключение энергии. И шутки Зайца тут не помогали. На улице прогремела далёкая гроза. Ветка продолжала бить в окно, что теперь было слышно ещё отчётливее.
— Ничего серьёзного, — Заяц подсветил себе смартфоном лицо, чтобы видно было, насколько всё несерьёзно. Старшая вместо ответа стала бороться с желанием сгрызть свой маникюр.
— Ну… — начал Умник, но не закончил.
— А в коридоре свет горит, — перебила его Мелкая и распахнула дверь. Неяркий бледный свет парочки коридорных ламп упал посередине библиотеки.
— То есть только у нас вырубило…
— Это просто отключился электрощит, — Мелкая откуда-то обладала такими знаниями.
— Сейчас разберёмся, — встал Умник.
— Вот и разберись! — рявкнула Старшая, отпихнула его от стола и уткнулась в свой ноут.

Умник быстро нашёл электрощиток — он был не на замке, а на скотче. За крышкой были ряды автоматических выключателей, где рычажки были намертво сцеплены рейкой, поэтому включались и выключались вместе. Все они были повёрнуты вниз. Умник поднял рычажки…
— Стой! — крикнула Младшая.
…и свет зажёгся.
— А?
— Мы не отключали ничего!
— Ну так в порядке всё. Малыш, не парься.
В тот раз по чьей-то злой воле сработала защита, но в сети всё было в порядке — причины случившегося так и останутся загадкой.
— Не могу я так… — простонала Старшая. — Как всё непра-авильно…
— Милая? Всё же в порядке…
Тут Умник обнял Старшую — ему в какой-то мере передались её чувства. Действительно, как-то всё неустроено…
— Что ты делаешь? Отпусти… — но Старшая его не оттолкнула.
Заяц тактично отвернулся и заметил, что воткнутый в розетку обогреватель спокойно включился, о чём и пыталась Умника предупредить Младшая — защита могла из-за этого снова сработать. Впрочем, Младшая уже уселась рядом с обогревателем на полу со своей книжкой, не обращая внимания ни на какие разводы на полу. Ливень же не кончался, так что придётся здесь, наверное, ночевать. Но, по крайней мере, уже не выйдет замёрзнуть.

Но они всё ещё не были в школе одни: в библиотеку вбежала учительница.
— Го-о-о-ол!!! Наши мяч забили! Вы не смотрите? Мы тогда их при Хасане сделали, и сейчас не дадим слабины! Ну же?
— С русскими что ли? — спросил Заяц.
— С кем же ещё? — учительница махнула рукой. — Совсем не следите. В какой стране живёте? Чем гордиться должны?
Тут Старшая отцепила от себя Умника и закричала:
— ХВА-АТИ-ИТ!!!
Все кроме Младшей посмотрели на разъярённую Старшую и замолкли. Младшая продолжила читать.

В итоге Старшей всё же вызвали такси — около полуночи её увезли домой. Ливень же всё лил и лил, и Умник, Заяц и Мелкая остались в школе с ночёвкой. Больше приключений не было, а гордость страны не была посрамлена: русские сдали, и матч СССР — Япония кончился со счётом 2:2.