От призыва до контракта – шаг. Сколько до ротации?

В России с 1 апреля стартовала весенняя призывная кампания. В соответствии с указом президента России Владимира Путина, до 15 июля 2025 года на срочную военную службу призовут 160 тыс. граждан. Эта кампания станет самой масштабной с весеннего призыва 2011 года – тогда в армию отправились 203 тыс. человек. С 2012 года норма призывной кампании не превышала 155,5 тыс. новобранцев.

Особенным стал осенний призыв 2023 года: он впервые проводился в новых российских регионах – Донецкой и Луганской народных республиках, Запорожской и Херсонской областях. В прошлом году в рамках весеннего призыва ВС РФ пополнили 150 тыс., а осеннего – 133 тыс. человек.

С какими нововведениями связан весенний призыв этого года, с чем сталкиваются срочники во время несения службы и с какими сложностями может быть связана ротация мобилизованных в случае положительного решения о ней военно-политического руководства России – в материале обозревателя Аналитического центра ТАСС Ирины Альшаевой.

Цифровые новшества и странная инициатива

Весенний призыв пройдет во всех регионах нашей страны, кроме 54 районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к ним. Из-за особенностей климата этих территорий их жители призываются на военную службу только в осеннюю кампанию. С 1 января 2024 года на срочную службу отправляются мужчины от 18 до 30 лет – до этого предельный возраст составлял 27 лет.

Призывная кампания проводится в четыре этапа. Сначала военнообязанный получает повестку из военкомата – особенностью весеннего призыва станет использование государственной информационной системы. Как пояснил на брифинге, посвящённом началу весеннего призыва, замначальника Главного организационно-мобилизационного управления Генштаба ВС РФ вице-адмирал Владимир Цимлянский, это – централизованная база данных о всех россиянах, подлежащих воинскому учету. Она должна обеспечить работу военкоматов по актуализации сведений воинского учета и рассылку гражданам электронных повесток. Они будут направляться призывникам в их личные кабинеты на портале «Госуслуги», москвичам – в их аккаунты на mos.ru.

Единый реестр воинского учёта тестируется с сентября прошлого года в Рязанской области, республике Марий Эл и на Сахалине, но о переходе реестра из тестовой версии в полноценную рабочую не сообщалось. В Москве же с начала этого года в электронный формат переведена первичная постановка на воинский учет – теперь 17-летним подросткам не нужно являться в военкомат.

Однако, бумажные повестки пока не отменили: военкоматы будут рассылать их призывникам заказными письмами с уведомлениями по их месту жительства или пребывания. Будут - вручать и лично в руки. Стоит отметить, что повестка должна быть составлена правильно и вручена надлежащим образом, иначе она не будет считаться законной. Например, давать повестку не может полицейский, она не должна заполняться на улице, не может быть написана в свободной форме, её нельзя передавать призывнику через его родственников или оставлять в двери квартиры. Также незаконно вызывать человека в военкомат по телефону или через СМС. Повестка считается автоматически врученной через неделю после размещения в цифровом реестре.

Если призывник не явится в военкомат без уважительной причины в течение 20 дней, то он лишится возможности брать кредиты и займы, не сможет зарегистрировать ИП, получить права и управлять транспортом, а также столкнётся с запретом на сделки с недвижимостью. За неявку по повестке накажут и рублём: сейчас штраф составляет от 10 до 30 тысяч рублей. Столько же «стоит» непостановка на военный учёт при переезде на новое место жительства. К тому же, военнообязанный должен сообщать в военкомат об изменении семейного положения, места работы, должности, образования или места жительства, если он этого не сделает – заплатит от 1 тыс. до 5 тыс. руб. Военкомат нужно уведомлять и о выезде из России более чем на полгода, иначе грозит штраф в размере от 5 до 15 тыс. руб.

Так что, если у военнообязанного нет иных планов, чем служба в армии, то после получения повестки он должен явиться в военкомат и пройти медкомиссию из семи врачей-специалистов – уклонение от неё обойдётся ему в 25 тыс. руб. Терапевт оценивает общее состояние здоровья призывника: измеряет его давление, вес, рост. Хирург проверяет наличие или отсутствие плоскостопия, грыж, варикоза, оценивает последствия травм или операций. Невролог выявляет ВСД, эпилепсию, проблемы с позвоночником и последствия ЧМТ, если они есть в анамнезе. Психиатр определяет состояние психического здоровья, склонность к депрессиям и неврозам, интересуется наличием учёта у нарколога или психиатра. Офтальмолог обследует глазное дно, проводит тесты на близорукость, дальнозоркость, астигматизм. ЛОР проверяет остроту слуха и носовое дыхание. Призывники, у которых отсутствует ушная раковина с рождения или в результате травмы признаются негодными к службе. Стоматолог осматривает полость рта на предмет кист, пародонтита и отсутствие зубов – если у военнообязанного на одной челюсти меньше 10 зубов, то возможна отсрочка.

Следующий этап – призывная комиссия: она определяет категорию годности к службе по итогам медкомиссии. Категорию «А» присваивают полностью здоровому призывнику, в соответствии с ней он годен к службе в любых войсках. «Б» дают «почти» здоровому – она свидетельствует о годности с незначительными ограничениями. Эта категория имеет четыре модификации: «Б-1», «Б-2», Б-3» и «Б-4» – чем выше показатель, тем критичнее нарушения в состоянии здоровья призывника. Обладателем «В» становится человек с серьёзными проблемами со здоровьем – он подлежит призыву только в военное время. Под категорию «Г» попадает временно не годный – ему дают отсрочку на полгода или год для прохождения лечения. «Д» присваивается гражданину, который не подлежит призыву ни при каких обстоятельствах.

Кстати, в феврале Минобороны предложило изменить категорию годности для призывников, страдающих сифилисом, гипертонией первой стадии и умеренно выраженными и кратковременными эндогенными психозами, к которым относятся, например, бредовые расстройства и шизофрения. Проект постановления правительства опубликован на портале правовых актов. В пояснительной записке к документу говорится, что опыт массового освидетельствования граждан после начала СВО «показал наличие в расписании болезней ряда неточностей, диагностических критериев, требующих их приведения к современным подходам». То есть, «современный подход» сулит военнообязанным с такими болезнями, с которыми, на данный момент, не берут в армию, успешную службу?

Так, авторы проекта предлагают больным с первичным, вторичным и скрытым сифилисом вместо непризывной категории в мирное время «В» присваивать категорию «Б-4», которая трактуется как «годен с незначительными ограничениями». Тем временем, сифилис любого типа передаётся не только половым, но и бытовым путём в случаях несоблюдения правила личной гигиены: при использовании общей посуды, чужого полотенца, зубной щётки, докуривании сигареты «за товарищем». Кроме того, больных гипертонией первой стадии, которые также относятся к категории «В», планируют наделить категорией «В-3» – признать годными к службе с ограничениями по родам войск. Так же под вопрос ставится не годность призывников с атопическим дерматитом, экземой, псориазом и нейродермитом. Эта инициатива выглядит, по меньшей мере, странно. Критерии отбора людей в армию не с потолка слетели – они выработаны исходя из прогнозов последствий, которыми может обернуться служба и для тех, кто страдает определёнными недугами, и – для окружающих. Такие предложения об изменении в расписание болезней, в соответствии с которым определяется годность к военной службе, трудно объяснить даже дефицитом призывников, возникшем в российской армии из-за последствий демографического кризиса 1990-х и 2000-х годов. Радует, что на данный момент в расписании болезней остаётся всё как прежде.

Заканчивается призыв отправлением новобранца к месту прохождения службы. Её срок, как и прежде, составляет год, «обратный отсчёт» начинается с момента прибытия призывника на сборный пункт и получения звания. Те, кто выбрал альтернативную гражданскую службу, будут служить 21 месяц, а в организациях ВС РФ, например, в госпиталях – 18 месяцев. Как заявили в Минобороны, к местам прохождения службы призывники отправляются с банковскими и персональными электронными картами. Треть призывников отправятся в учебные соединения и воинские части, где за пять месяцев освоят современную военную технику и получат военно-учетную специальность, сообщил на брифинге Цимлянский. По окончанию обучения, в соответствии с полученными навыками, они отправятся в войска. Также продолжится комплектование научных и научно-производственных подразделений и спортивных рот. Сейчас в ВС РФ функционируют 17 научных рот, восемь из которых находятся в Военном инновационном технополисе «Эра», 12 научно-производственных подразделений и шесть спортивных рот.

Кто воюет с диверсантами?

Цимлянский отметил на брифинге, что новобранцев весеннего призыва не будут отправлять ни в зону СВО, ни в приграничные регионы – Белгородскую, Курскую, Брянскую области. Об этом говорили с начала спецоперации и Путин, и представители правительства и Минобороны. Запрет на отправку военных, служащих по призыву, в зону боевых действий прописан в ФЗ «О воинской обязанности и военной службе». В гущу СВО срочников, действительно, не перебрасывают. Но, к примеру, с Белгородским приграничьем, третий год терроризируемым ВСУ, дело обстоит иначе.

В марте 2023 года на российско-украинской границе активизировались националисты из запрещенных в России организаций «Русский добровольческий корпус» и Легион «Свобода России». Сначала они прорвались в Брянскую область, назвав эту вылазку своим пиаром, потом – несколько раз в Белгородскую. За год они пересекли границу около 11 раз. В бой с ними на нашей территории вступали сотрудники погранслужбы ФСБ и Росгвардии, прибывшие военные, бойцы батальона «Запад-Ахмат» и – срочники под командованием генерал-полковника Александра Лапина. Глава комитета Госдумы по международным делам, лидер ЛДПР Леонид Слуцкий тогда призвал признать солдат, оборонявших регион, участниками боевых действий. Парадокс на парадоксе: Белгородская и Курская области, несмотря ни на что, до сих пор официально не признаны зоной военного конфликта. Поэтому, с одной стороны, сюда можно отправлять срочников – и это не противоречит ФЗ «О воинской обязанности и военной службе». С другой стороны – в реальности, вопреки бумагам, эти территории давно стали фронтовыми и срочников, не то что без опыта боевых действий, но и - опыта обращения с оружием, посылать сюда просто не целесообразно.

Тем не менее, они отправляются на приграничные позиции – в частности, военные, проходящие срочную службу в воинской части, дислоцированной в районе поселка Ясные Зори Белгородской области в 5 км от Украины. Вместо теории у них – сразу практика, а вместо питания и нормального быта в 2023 году была дырка от бублика. Вернее, «крупа пшеничная каменная», «макароны с плесенью зелёной, для гурманов – белой», «картофельная мука запашистая». В часть планомерно поставлялись просроченные продукты – об этом обозревателю АЦ ТАСС рассказал волонтёр Евгений Бакало. Забота о бойцах легла на плечи небезразличных местных жительниц – Анны и Елены. По словам Анны, собиравшей гумпомощь для солдат, им не хватало всего – от продуктов до белья и бытовой химии. Плесневелой крупой, которую женщинам привозили солдаты для приготовления каши, они не могла накормить даже собаку – поэтому готовили им еду за свой счёт.

Между тем, согласно постановлению Правительства РФ N 946 от 29 декабря 2007 года (последняя редакция от 18.09.2020) «служащему по призыву или по контракту положено 1 яйцо, 120 г крупы и столько же рыбы, 250 г мяса, 350 г пшеничного и 300 г ржаного хлеба, 100 мл сока, 150 мл молока и 900 г овощей в день». Постановление регламентирует и калорийность меню: в сутки солдат должен потреблять не менее 4260 кКал, из который до 35% приходится на завтрак, до 45% – на обед и до 30% – на ужин.

Байки о «синем супе» и «резиновой каше» в армейских столовых десятки лет переходят «из уст в уста» – ненормальное давно стало нормой. Но в условиях идущего военного конфликта недопустимо обделять солдат, находящихся, фактически, на переднем крае, необходимым минимумом, вынуждая их обращаться за помощью к гражданским. В армии, как госструктуре, в принципе не должно быть таких явлений как «сбор пожертвований», «помощь волонтеров тыловым подразделениям», «баня у местных» – всем этим должна заниматься служба материально-технического обеспечения ВС РФ (МТО). История со снабжением в данной конкретной части в Белгородской области – это иллюстрация халатности командования и поставщика продуктов. Кстати, в 1943 году Сталин снял с должностей и отдал под трибунал генералов, отвечавших за снабжение войск продуктами: боевые дивизии – даже легендарные панфиловцы – фактически голодали. На данный момент ситуация с бытом и поставками продуктов надлежащего качества в части под Ясными Зорями наладилась – сменился командир. Но единственная ли это часть, в которой процветало недопустимое?.. Этот вопрос Минобороны должно держать на особом контроле. Минутка истории, или к чему могут привести «плевки» в солдат: в 1905 году на броненосце «Потёмкин» вспыхнуло восстание матросов, отказавшихся есть борщ, приготовленный из червивого мяса – так началась первая русская революция.

В боях же с диверсантами в белгородском приграничье в 2023 году участвовали не только «местные» срочники, но и – военные, проходившие срочную службу во 2-й гвардейской мотострелковой Таманской ордена Октябрьской Революции, Краснознамённой, ордена Суворова дивизии имени М.И. Калинина, расположенной в Наро-Фоминском районе Московской области.

«Объявили сбор, ничего не объяснили, перевели нас из полка в полк. Снарядили, посадили на поезд. Мы доехали до Курска, оттуда на «Уралах» добрались до Валуек. Из полка уехало 70-80% человек. Провели три дня в Валуйках и уехали на позиции в Новой Таволжанке Белгородской области – тогда туда прорвались выходцы из «Русского добровольческого корпуса». Мы вступали с ними в бой, охраняли границу, выходили «за ленточку». Среди нас были раненые – в том числе, тяжело», – рассказал АЦ ТАСС бывший срочник Таманской дивизии.

Причина, по которой военнослужащие по призыву оказываются в бушующем приграничье, не только в его статусе, но и – истории двадцатилетней давности. В 2005 году в России упразднили погранвойска – со всей их военной техникой, вооружением и самой сутью деятельности пограничников. «Погранреформа» заключалась в том, чтобы войсковую структуру поменять на формат пограничной «милиции». Проще говоря, контроль за нерушимостью госграницы сведён теперь к проверке паспортов и досмотру грузов на таможне. Кстати, сегодняшние сотрудники погранслужбы ФСБ не имеют не то бронированной техники, авиации, гранатомётов, как их предшественники, но и – права участвовать в СВО. То есть, они не могут стрелять в сторону противника даже из условного травматического оружия. То, что и вылазки диверсантов в наше приграничье, и вторжение ВСУ в Курскую область в августе прошлого года, стали реальностью, говорит о том, что для охраны и обороны рубежей России нужны полноценные боевые подразделения: только контролёрами и таможенниками не обойтись. Поэтому задачи по защите границы лежат и на росгвардейцах, и на военных, и на «ахматовцах». И – на срочниках. Но что такое срочник в бою? Это потенциальный груз 300 – в лучшем случае.

Впрочем, срочник может отправиться «легально» и на границу, и даже на СВО, если по собственному желанию подпишет контракт с Минобороны. Сделать это он может уже через три месяца службы с момента призыва, если соответствует следующим требованиям: ему от 18 до 40 лет, его здоровье соответствует категориям годности «А» или «Б» без серьёзных ограничений, у него есть полное среднее образование и нет судимости. После подписания контракта военнослужащий отправляется в учебную часть для подготовки к СВО, а его срочная служба засчитывается в контрактный срок. Стимул – социальные гарантии и зарплата от 100 000 руб. в месяц в зависимости от звания, региона и задач. На 2024–25 годы официальной статистики по точному числу срочников, перешедших на контракт, в открытых источниках нет, но в 2023 году Минобороны сообщало, что около 30–40% срочников подписывают контракт после 3–6 месяцев службы. В основном, на контракт идут военнослужащие ВДВ, морской пехоты, спецназа. Насколько целесообразен этот шаг и для самого военного, и для армии, насколько такие бойцы эффективны в выполнении реальных боевых задач – сложный вопрос. Несколько месяцев срочной службы и непродолжительный период подготовки к СВО после подписания контракта – вряд ли достаточный срок для приобретения военным прочных знаний и навыков хотя бы по собственной военно-учётной специальности.

Острый вопрос

Тем временем, на заседании Совета по культуре и искусству при участии Путина, прошедшего накануне весеннего призыва, писатель Захар Прилепин поднял тему ротации мобилизованных, участвующих в СВО. По его словам, её добиваются их жёны и родственники – периодически они проводят акции протеста с требованием вернуть их близких домой. «Три года без детей, без жён, даже с отпусками – это тяжело. Мы уже все слова истратили, чтобы успокоить матерей, ближайших родственников, жён», – сказал Прилепин.

Кстати, как показывает история, подобного рода протесты нельзя игнорировать. Нечто подобное уже было: революция 1917 года началась с «Марша пустых кастрюль». Солдатские жёны и вдовы шли по Невскому проспекту к Зимнему дворцу, стуча ложками по кастрюлям – по дороге к ним примыкали вооружённые мобилизованные и ожидающие отправки на фронт солдаты…

Президент ответил Прилепину, что вопрос ротации наших военнослужащих на фронте стоит остро, российские власти о нем не забывают. По его словам, «Минобороны об этом думает», но «исходить будем из реалий, которые складываются на линии боевого соприкосновения».

Ротация в зоне боевых действий – это процесс замены военнослужащих, длительное время находящихся на передовой, на свежие силы. В России нет законов о ротации, она может регулироваться указами Минобороны и решениями командования. Заменить мобилизованных, находящихся в зоне СВО с осени 2022 года, могут или контрактниками из числа ВС РФ, служащих на территории России, или – новыми мобилизованными, путём проведения второй волны частичной мобилизации.

О том, что военных в зоне СВО нужно менять, говорят не только настроения их родственников. Участники спецоперации вынуждены по второму, а то и третьему кругу, возвращаться после ранений на передовую. Порой – прямо из госпиталей, с аппаратами Илизарова на конечностях и незажившими ранами, не говоря уже о том, что вовсе не многие раненые отправляются на реабилитацию. Это происходит из-за нехватки рядового и командного состава на СВО – командиры вынуждены выполнять задачи, в буквальном смысле, любой ценой. Обозреватель Аналитического центра ТАСС писал об этом ранее – материал «Тяжело в учении - легко в бою» можно прочитать здесь: https://vk.com/@311944828-tyazhelo-v-lechenii-legko-v-bou

Итак, мобилизованных можно было бы заменить контрактниками, но это сложно реализуемый процесс. Для полной замены, а это примерно 300 тыс. мобилизованных, нужно столько же подготовленных контрактников. Численность ВС РФ сейчас составляет более полутора миллионов человек, но контрактники – это профессиональные военные, которые учатся годами: терять их в зоне боевых действий не выгодно. Минобороны в 2023 году впервые с начала СВО назвало число контрактников в ВС РФ – согласно инфографике «Армия в цифрах – 2023», их было более 640 тыс. человек. По заявлению заместителя главы Совбеза Дмитрия Медведева, за 11 месяцев 2023 года года на военную службу по контракту были приняты свыше 452 тыс. человек. Да, изначально в СВО участвовали только контрактники и кадровые воинские части, потому что Кремль рассчитывал именно на спецоперацию, для решения задач которой хватило бы профессиональной армии, а не на затяжные военные действия. Контрактники ВДВ, спецназа, ЧВК «Вагнер» должны были быстро взять под контроль Киев, Харьков и другие ключевые города, но этого не произошло и для дальнейшего проведения СВО Россия оказалась вынуждена частично мобилизовать граждан в сентябре 2022 года.

Проведение второй волны мобилизации для реализации ротации в случае позитивного решения на этот счёт может быть связано с рядом сложностей, обнажившихся в первую волну. Частичная мобилизация показала ряд организационных и бюрократических проблем. Первая из них заключалась в нечётких критериях призыва. Формально мобилизация должна была коснуться только военнообязанных с боевым опытом, но на практике призывали и людей без опыта, и не годных по здоровью, в том числе – инвалидов, и отцов многодетных семей, по закону имевших отсрочку. Не обошлось и без ошибок в базах данных: в некоторых регионах призывали даже умерших, пенсионеров и женщин.

Все эти моменты связаны с деятельностью военкоматов, которые оказались не готовы к качественному проведению частичной мобилизации. Они столкнулись с организационными и логистическими сложностями: мобилизация проводилась в сжатые сроки, и военкоматы, годами занимавшиеся, в основном, призывом срочников, не справились «без осечек» с масштабным призывом резервистов. Почему так получилось? Отчасти, это – следствие масштабной модернизации российской армии, проведённой министром обороны Анатолием Сердюковым (2007-2012 гг.) и начальником Генштаба Николаем Макаровым (2008-2012 гг.), в которую входила реформа системы военкоматов. В результате её проведения с целью снижения коррупции и повышения эффективности призыва было сокращено количество военкоматов по всей России: до реформы их было около 1,8 тыс., после – их стало меньше почти на 40%. При Макарове началось внедрение автоматизированных систем «Военком» для учета призывников – от бумажных повесток планировали отказаться ещё тогда, но процесс затянулся до наших дней. Несмотря на «позитивное» реформирование, система военкоматов оставалась несовершенной. По-прежнему были распространены взятки за отсрочки, в учёте царил хаос: базы данных обновлялись медленно, многие призывники «терялись». Таким образом, создать эффективную систему, в том числе, для мобилизации, не удалось, но стало очевидным это только в 2022 году, когда порядок в мобилизации людей для участия в реальном военном конфликте был крайне необходим.

Мобилизация вытащила из шкафа и скелеты службы МТО. Бойцам, отправлявшимся в зону СВО, не хватало формы, бронежилетов, аптечек. Многие уходили на фронт в старом или не полном обмундировании, покупали снаряжение за свои деньги. Как выяснилось теперь, одна из причин этого кроется в коррупции, процветавшей в МТО как минимум на протяжение 15 лет. С 2010 года её возглавлял, уже бывший, заместитель министра обороны по тылу Дмитрий Булгаков. В сентябре 2022 года, после объявления частичной мобилизации в России и массовых жалоб на отсутствие экипировки у призванных военнослужащих и бытовые условия их размещения, его отправил в отставку Путин. Задержали и арестовали Булгакова в июле 2024 года, правда, по другому поводу – куда же делись более полутора миллиона комплектов обмундирования, находившихся на складах МТО до мобилизации, не ясно до сих пор. В отношении него возбуждено уголовное дело по ст. 290 и 285.4 УК – получение взятки и злоупотребление должностными полномочиями при выполнении государственного оборонного заказа. Оно связано с заключением контракта на оказание услуг по энергетическому обследованию систем внутреннего и наружного освещения Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова. Ущерб оценили в 49 млн руб.

Вообще, в 2024 году по Минобороны прокатилась волна арестов. В апреле по обвинению в получении взятки в особо крупном размере арестовали замминистра обороны Тимура Иванова. Следствие считает, что подрядчики Минобороны провели на принадлежащих Иванову объектах бесплатные строительство и ремонт на общую сумму около 1,2 млрд руб. В мае арестовали начальника главного управления кадров Минобороны генерал-лейтенанта Юрия Кузнецова. Он обвиняется в получении взятки в обмен на помощь при заключении госконтрактов и договоров на оказание гостиничных услуг. Также в мае был заключён под стражу замначальника Генштаба Вадим Шамарин. Его обвиняют в получении взятки от гендиректора и главбуха пермского телефонного завода «Телта» в размере 36 млн руб. Он обещал увеличить для завода объем поставок по контрактам Минобороны и оказывать «общее покровительство». В августе задержали главу «Военторга» Владимира Павлова - следствие считает, что он приобрел и перепродал Минобороны армейские несессеры на сумму около 625 млн руб., из которых 400 млн. руб. оказались необоснованной наценкой.

С таким тылом и врагов не надо: пока обогащались его «обитатели», военные на СВО собирали (и продолжают собирать) «с мира по нитке» на те же дроны, маскировочные сети, прицелы, обувь, одежду, бельё, предметы гигиены, бронежилеты, каски и многое другое, без чего воевать, в общем-то сложно. Не то что – побеждать.

Также мобилизация показала проблемы в области подготовки бойцов. Перед отправкой на СВО они проходили обучение в сжатые сроки – за одну-две недели, а то и вовсе отправлялись «за ленточку», минуя полигоны. И это критично: если в СССР военкоматы хотя бы раз в год устраивали учения для «мирных мужиков», годных к службе, то сейчас этого нет. И фактически получилось, что часть мобилизованных отправились на СВО или «нулёвыми», или с минимальными навыками, полученными ещё в годы службы в армии, порой – далёкие. Пятая проблема – в опыте командиров: из-за нехватки кадров офицерами ставили людей без боевого опыта. Кадров не хватало, боевые задачи выполнять, опять же, нужно: поэтому мобилизация оказалась резкой и масштабной, а не «плавной» – по мере имеющихся ресурсов.

Не обошлось и без социальных последствий: мобилизация спровоцировала массовый отток сотен тысяч россиян за границу – в Казахстан, Грузию, Турцию, что создало кадровый дефицит в некоторых отраслях: IT, медицине, строительстве – за границу сбежали «мозги», а не только блогеры, певцы и актёры. Так, Минцифры «вербует» в Индии айтишников для работы в IT-сфере, потому что в России закончились инженеры. Такие вузы, как МАИ, Бауманка, Физтех, МИФИ, мехмат МГУ не могут обеспечить занятость на предприятиях Ростеха. Только на одном авиационном заводе в Рыбинске дефицит в несколько сотен инженеров! К сборке беспилотников сейчас привлекают школьников на уроках ОБЗЖ и факультативно, начиная с 14 лет. И это только небольшая часть проблемы. Индийцы же заинтересовали наших «оборонщиков» тем, что свободно говорят на английском языке (втором государственном) – главном языке программистов.

По итогам «мобилизационной кампании» Путин поручил Минобороны улучшить работу военкоматов, обеспечить мобилизованным нормальную подготовку и экипировку, учитывать обратную связь от их семей. В частности, принимаются меры по цифровизации военкоматов – кроме осваивания практики рассылки электронных повесток призывникам через Госуслуги, они заняты интеграцией с базами МВД, ФНС и вузов. Это делается для того, чтобы право гражданина на отсрочку проверялось автоматически. Ведётся и контроль за коррупцией – СК РФ завёл дела на десятки военкоматов за взятки.

В случае проведения новой мобилизации эти меры, теоретически, могут помочь избежать беспорядка в ее проведении, массового оттока мужчин из России, потерь в зоне СВО из-за ненадлежащего снабжения мобилизованных техникой, амуницией и оружием. Но дело в том, что в системе, которая десятилетиями находилась в кризисе, чрезвычайно сложно навести порядок за три года.

А, может быть, мобилизация станет «тихой»? Депутаты Госдумы 8 апреля приняли во втором и третьем чтениях закон об исполнении решения о призыве на срочную военную службу в течение года со дня его принятия, если оно не было исполнено во время призыва. Получается, что военнообязанный, получивший повестку в весенний призыв, но не ушедший в армию, например, из-за отсрочки по учёбе, отправится туда осенью. Закон начнёт действовать с 1 января 2025 года и коснётся решений осеннего призыва, прошедшего с 1 октября по 31 декабря 2024 года. То есть, речь идёт о призыве в течение года, что может снизить или вовсе исключить случаи злоупотребления призывниками их права на обжалование принятых по ним решений, чтобы затянуть сроки и уклониться от службы в армии. Грубо говоря, с принятием этого закона служить будут все. Такой шаг может позволить призывать граждан на службу без ажиотажа, как при реальной мобилизации, и создавать им условия для подписания контракта с последующей отправкой на СВО.

В любом случае, актуальность вопроса о ротации мобилизованных в зоне спецоперации крепнет день ото дня: военнослужащих, третий год находящиеся в зоне конфликта, было бы целесообразно заменить свежими силами. Но решение не очевидно: кем может быть обновлена объединённая группировка войск (сил) ВС РФ, как именно, с какими рисками, ошибками и последствиями процесса, в каком количестве и на какой срок, на сегодняшний день остаётся не ясным.

Ирина Альшаева, военный обозреватель Аналитического центра ТАСС