Глава 10.

Степени свободы

.

Я свободен от любви

От вражды и от молвы

От предсказанной судьбы

И от земных оков, от зла и от добра

В моей душе нет больше

Места для тебя.

(Валерий Кипелов, Маргарита Пушкина «Я свободен)

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

– Могли бы и сказать, что лекарю нужно будет платить! – высказалась я недовольно.

Господин глянул на меня с высоты своей лошади. Показалось, или в глазах промелькнуло удивление?

– Интересно, на чем вы сошлись? – спросил он.

Я вздохнула и автоматически схватилась рукой за шею – потрогать цепочку, которой там больше не было.

– Золотая? – уточнил Двоедушник.

– Серебряная, – буркнула я.

– На Обратной Стороне лунный металл дороже, – усмехнулся он.

– Отлично! – заявила я и посмотрела на Василия.

Тот шагал рядом и не вмешивался в разговор.

– Я вообще хочу вернуть все назад! – озвучила я созревшую мысль и покосилась на Двоедушника, вдруг поможет?

– Могу убить вашего помощника прямо сейчас, – отозвался он.

– Да нет, я имела в виду – чувства ему вернуть, а то он какой-то… бесчувственный теперь получился.

– Это логично. Кажется, в этом и заключалось лечение.

– Нет, так не пойдет!

– Считаете, он будет хуже выполнять свои обязанности? – Господин обернулся и поглядел на Василия изучающе.

– Харе его обсуждать, он же не товар на витрине, – вклинился в разговор Иван.

– Кстати, я думал, этот шарлатан начнет выпрашивать в качестве платы ваше кольцо, – переключился на него Двоедушник.

– Пытался! Но быстро расхотел! – Иван нервно покрутил на пальце серебряный перстень с зеленым камнем.

Господин некоторое время ехал молча, потом уточнил:

– Вы, кстати, совершили серьезное преступление.

– Чего еще? – спросила я устало.

Эта сторона регулярно подсовывала сюрпризы, так что я уже привыкла. А еще у меня ноги устали от походов и горели, будто в кроссовки угли напихали, так что Двоедушник со своим личным транспортом раздражал. А еще вылеченный Васька вызывал ужас.

– Здесь запрещено платить за лечение, – пояснил Господин.

– Тогда это не мы виноваты, а он, – ответил Иван, все еще обиженный на лекаря. – Он сам начал спрашивать про оплату.

– Нет, любезнейший, не отвертитесь. Вы платили, значит вы и виновны! – отрезал Двоедушник и прибавил хода, мы уже подъезжали к воротам. Вернее, подъезжал он, а мы тащились по дороге, рискуя угодить под первые Черные лучи, но кого бы это волновало!

– Нормально так! – Иван даже остановился на дороге, и мне пришлось толкать его, чтобы поскорее заходил в укрытие.

– Ладно, я, лично, спать, – заявил Ванька, как только мы зашли в прохладу замка, и учесал в свою комнату.

– Погоди, давай обсудим, как мы будем… возвращать…

Кажется, никто не хотел мне помогать в этом вопросе, и я их понимала. Жизнь к Василию вернулась, а то, что он был какой-то не такой, Ванька даже не замечал, а Господину все равно. Был только один человек, с которым я могла посоветоваться. Я решительно позвала:

– Незнайка!

Маленький слуга объявился тут же. Он как-то умудрялся всегда меня слышать.

– Сколько Господину осталось до… будильника? – спросила я.

– Ну так… это…

– А, ну да, ты же со временем не в ладах. Может, примерно скажешь?

– Да вот уж, вроде, прямо щас.

Я заглянула в зал, в котором упорно заседал Господин. Только приехал – уже опять тут, на своем троне. Тот успел меня заметить, но в тот же миг по звонку будильника уполз в подсознание. На свет вышел его светлый двойник. Я вздохнула и расслабилась.

– Ян Борисович, я к вам!

Старик выглядел потерянным. Все-таки ему все эти переходы давались тяжело.

– Да, моя дорогая. Я вас слушаю.

Незнайка начал деловито накрывать на стол.

– Дело в том…

Я внезапно поняла, что пришла не по адресу. Ну чего он может мне посоветовать? Он же про здешние места тоже ничего не знает.

Незнайка уронил глиняную тарелку, мелкие осколки разлетелись по каменному полу, а мы с Яном Борисовичем вместе подскочили от неожиданности. Старик схватился за сердце.

– Детка, не пугай так!

– Как вам новый помощник? – нашлась я.

– О, этот молодой человек действительно очень полезен, – улыбнулся Ян Борисович. – Знаете, он называет вас крестной.

– В смысле? – удивилась я.

Незнайка молча подбирал осколки и только ниже опустил голову.

– Ну, насколько я понимаю, это не связано с религией. Просто вы дали ему новое имя и таким образом подарили новую судьбу, – пояснил Ян Борисович.

– Да я же… ну ладно, раз так, – протянула я.

Маленький слуга исподтишка поглядывал на меня, пришлось улыбнуться ему.

– Ну, ты это… давай, имя свое больше не забывай!

Незнайка кивнул.

За окном во всей своей страшной красе всходило Черное Солнце.

– А вы не можете всех этих слуг взять и освободить, пока правите? – спросила я у Яна Борисовича.

Сама не знаю, что на меня нашло. Я поняла уже, что рядом с Двоедушником остались только самые преданные, но, возможно, они были просто обязаны ему, и поэтому тут горбатились. Этот Господин – мастер обманов, на себе убедилась.

Однако Ян Борисович смотрел на меня без обычной мягкой улыбки. Похоже, идея ему не пришлась по душе.

– Знаете, моя дорогая. Я, может, и недавно в этом мире, но успел понять, что здесь совсем другие ценности.

Я молча ожидала продолжения и смотрела на серого паренька, который усердно пытался быть полезным.

– Понимаете, мне кажется, что это я им помогаю, когда даю работу, – попытался выразить свою мысль старый преподаватель. – Я чувствую связь с каждым из них и ответственность. А их работа… это…

– Работа – это награда, – вмешался вдруг в разговор Незнайка, уловив колебания своего хозяина.

– Но вы же как рабы! – удивилась я. Незнайка, похоже, такого слова не знал, поэтому пришлось объяснять: – Вы не можете отсюда уйти.

– Почему это? – удивился он в свою очередь. – Господин уйти не могет, это же его дом, а мы – очень даже могем.

– А почему не уходите?

– А где же мы еще кого найдем? – поразился Незнайка. – Господин – он нам и дом дает, и заделье, куда ж мы без него? Это мы ему за такое обязаны.

– Похоже, моя дорогая, в этом мире ответственность и связь между… э… существами – большая ценность, одна из немногих настоящих.

– Но это неправильно! – не сдавалась я. – Они просто не понимают!

– Да нет, я думаю, тут как раз все верно. В нашем мире я много лет жил один, так что могу вам сказать точно: когда кто-то дает тебе возможность чувствовать себя нужным – это огромная радость! – вздохнул Ян Борисович. – А умение брать на себя ответственность за других – вообще редкий дар.

– Но они считают, что работа – это их награда!

– Думаю, в каком-то, глубинном смысле, это может быть верно, – подтвердил Ян Борисович. – К старости, когда обычные развлечения уже так не радуют…

Обратная сторона показалась мне изнанкой огромного ковра или вышивки. Она, может, и не такая красивая, но зато на ней видно, откуда и куда тянутся ниточки.

– …Так что не всегда зависимость от других – это зло. А если вспомнить любовь…

Я внезапно поняла, что должна делать. Действительно, почему я все время чего-то ждала, оглядывалась? Сейчас будет мое время принимать решения, на то я и хозяйка!

У Незнайки из рук вылетела металлическая ложка и подняла в зале звонкое эхо.

– Спасибо вам, Ян Борисович! – крикнула я, убегая.

– … нерасторопный и неловкий слуга! Считаешь, если тебя приблизили, это дает право считать себя каким-то особенным? – гремел мне вслед голос Господина.

***

Как же хорошо! Новое ощущение свободы хотелось пробовать и осваивать. Давно мне не было так покойно. Может быть, даже никогда. Я как будто оказался на вершине и мог теперь оглянуться на все свысока, издали.

Моя бывшая соседка по коммуналке осталась в давнем прошлом – даже странно, что я так долго помнил ее. Новая хозяйка казалась милой, но взбалмошной и глуповатой – все-таки она еще слишком молода. А вот старая Яга вызывала у меня огромное уважение и благодарность, хотя, если задуматься, она выбрала мою судьбу за меня, не спросив даже.

На месте не сиделось. Я немного полюбовался на восход Темного Владыки и отправился бродить по пустым переходам. Хотелось еще раз найти зал с коллекцией оружия. В этот раз массивные деревянные двери обнаружились быстро. Дом, похоже, подстраивался не только под хозяина, но и под гостей.

Однако в зале я оказался не один. У окна виднелась высокая фигура Господина.

– Я ждал вас, любезнейший, – проговорил он, как только я вошел. – Любопытно поговорить с вами теперь, когда вы в более разумном состоянии.

Я понял, что он имел в виду, и усмехнулся. Я прекрасно помнил свое прошлое «состояние» и был с ним абсолютно согласен – холодное блаженное спокойствие действительно делало меня гораздо более трезвым в мыслях.

– Прекрасная коллекция, – ответил я.

– Рад, что наконец нашелся кто-то, способный ее оценить.

Господин обнаружил между двух ятаганов потрепанную книжку, вытащил ее брезгливо двумя пальцами и небрежно уронил.

– Я правильно понимаю, что это на самом деле… – я задумался над определением.

– Вальхалла, – донесся до меня ответ.

Двоедушник достал из ножен один из клинков и со свистом разрубил воздух. Я понял, что спарринговаться с ним не рискну. Даже в шутку.

– Здесь собраны воспоминания о лучшем оружии, которое когда-либо было создано на Светлой Стороне. Все экспонаты, которые вы видите, были в свое время знамениты и служили своим хозяевам верой и правдой. Это как нельзя более точно отражает суть служения на Обратной Стороне. Тут по-другому не умеют. Так что все это – весьма заслуженные мечи. Оружие на пенсии. Оно заработало свой покой рядом с такими же героями. Там, под Белым Солнцем, большинство из них уже давно превратились в ржавую крошку, а некоторые еще пылятся в музеях. Которая из версий теперь лишь воспоминание? Вот вы, на какой стороне ощущаете себя более настоящим?

Вопрос застала меня врасплох. Я задумался. Пустота в груди начинала быть ощутимой, как будто я был воздушным шариком – легким и не привязанным больше за ниточку.

– Хотите мне что-то предложить? – догадался я.

– Хорошие помощники во всех мирах на вес золота, – серьезно ответил Двоедушник. – Я имел возможность оценить вас. Думаю, именно такой человек мне и нужен.

В дальнем углу загремели доспехи. Из-за них выбрался Незнайка. Двоедушник цыкнул на пацана строго, и тот улепетнул в приоткрытую дверь как заяц.

– Не тороплю вас, – продолжил Господин. – Вам надо свыкнуться с мыслью о моральной свободе. На самом деле, вы и раньше могли выбирать, просто кто-то забыл вам об этом рассказать. Если захотите, текущее служение вполне можно заменить на другое, более выгодное. Все-таки рабское подчинение Яге всегда казалось мне…

– Она никогда не пользовалась своим правом хозяйки специально! – ответил я быстро и вспомнил, как летел к ней с книгой-подарком, подчиняясь капризному «Давай сюда скорее!».

– Так случалось только сначала, когда она еще не знала о моем подчинении, – объяснил я Господину, – а потом она всегда старалась формулировать свои просьбы нейтрально.

– Поверьте, – ответил он, – это всего лишь вопрос времени.

***

Я подбиралась к спящему, как охотник в джунглях. Двигалась в сторону кровати по сантиметру, стараясь не потревожить даже воздух. Кто знает эту тушу, вдруг он чутко спит?

Иван повернулся на спину. Я остановилась на секунду, потом продолжила скользить. Наверное, стоило выпросить у него кольцо по-хорошему – ну, типа почистить или посмотреть, но он так над ним трясся, что вряд ли бы отдал.

Рот спящего открылся, и он тоненько, заливисто захрапел. Я приободрилась и подошла, наконец, вплотную. Нашла глазами свою добычу – блестящий ободок на пальце.

Снимать нужно было потихоньку, буквально по миллиметру. Сердце стучало в горле, мешало глотать. Пальцы сомкнулись на теплом гладком металле. В это же мгновенье Ванька решил повернуться. Дернул ладонь из моих загребущих ручек, и я в страхе потянула за кольцо. Оно неожиданно легко соскользнуло, и я улетела из комнаты, громко своротив по пути стул.

За дверью можно было успокоиться. Я прислушалась. Богатырский храп не прерывался, значит все в порядке. Теперь – скользнуть в соседнюю дверь и закрыть засов.

Нарядная гостевая комната за эти дни мне порядком надоела. Вроде все хорошо тут было, но почему-то начинало бесить. Хотелось уже в свою избушечку. Но вернуться туда одной или вот с этим, чужим, Василием… в голове не укладывалось. Поэтому сейчас мне нужна была помощь.

Я кинула кольцо на пол, оно весело звякнуло на деревянных досках.

– Марина тьма Соболевна! – произнесла я строго, точно так же, как мой помощник всегда разговаривал с нежитями.

Маринка появилась тут же, просто выросла из серебряного кружочка на полу. Как всегда – идеальная. Толстенные черные косы, бледная кожа и огромные глазищи. Брови вразлет. Наверное, именно такие называют «соболиными». Даже в современной одежде она выглядела старинной королевной. В современной, почему-то, это даже больше чувствовалось. Перевертыш оглянулась.

– Блин, опять ты? – проворчала она.

Я опешила:

– Не поняла. Ну да, я. А что значит опять?

– Упс! – бывшая подруга закатила глаза. – Ну, понимаешь…

– Значит, я уже вызывала тебя?

– Ну, в общем… А как там Василий твой? Вылечили?

– Погоди, а почему я этого не помню? Ты чего же, и меня? Вот как Ваньку?

– Представь себе, да! Задолбали уже все! А еще мне каждый раз приходится тебе внушать ничего не говорить Ивану. Так, в общем, сори, Яга…

Зеленая вспышка полыхнула неожиданно вслед за маринкиной рукой, которая промелькнула перед глазами.

***

Кольцо поблескивало в Черных Лучах. Я все-таки молодец. Здорово провернула похищение. Или это кража? Фиг знает, во всяком случае, взлома точно не было, этот идиот дверь на ночь, то есть на день, не запирает. И то хоть ладно. Сердце все еще колотилось от страха. Я осторожно положила перстень на пол и тихонько позвала:

- Марина тьма Соболевна! Появись!

Бывшая подруга выросла из кольца как гигантский гриб. Отряхнулась, расправила косы по свитеру и обернулась ко мне.

– Привет! – улыбнулась она. – Рада тебя видеть! Спасибо, что не сдала меня Ивану... хотя я тебя и не просила.

– Да, мы с Васькой поговорили, и я согласилась подождать. Сама не знаю, кстати, почему. Нехорошо это все! – пробурчала я. – Может, выйдешь из подполья?

– Не сейчас, – нахмурилась она. – Лучше немного подождать.

– Ну ладненько. Слушай, мне помощь твоя нужна! – зачастила я. – У нас тут такое было! Васька сначала заболел…

– Да ты что? – перебила она заботливо.

– Да, представляешь, а потом мы его к лекарю свели. Шарлатан хренов! Он из него какую-то хрень вытащил, и мой Васька теперь – не мой. В смысле не немой, а какой-то чужой. Хреново, в общем, все! Понимаешь?

Маринка кивала. Как же здорово найти того, кто реально может помочь!

– Надо было сразу у тебя спросить про его болезнь! – загрустила я.

– Нет, с этой хворью я бы тебе не помогла, – ответила она быстро. – Если честно, и сейчас не знаю, что посоветовать. Понятно, конечно, что именно лекарь из него извлек. Но почему это чувство было таким болезненным? – она посмотрела на меня с интересом.

– Не знаю, – буркнула я и прижала руки к щекам, чтобы малость их охладить. – Чего вы все так смотрите, типа это я виновата? У него там вообще какая-то старушка мелькала. А меня он… может и вообще… я ему фиолетово, прям точно! – озвучила я мысль, которая давно уже камнем висела на шее – хоть вешайся. Или с камнем на шее топятся?

– Наверняка лекарь эту хворь расщепил и на все четыре стороны отправил, так что ее теперь и не собрать, – Маринка глядела на меня как будто с жалостью.

– Не, – объяснила я, – он ее пытался на всяких там собачек-кошечек наслать, только у него не получилось. Я засмеялась не вовремя, и эта штука прям целиком убежала.

– И правда, шарлатан. Неуч! – нахмурилась подруга. – Кто ж так делает?

– Ну фиг-то с ним, зато лекарь сказал, что эта штука теперь будет за ним ходить, так что, давай, мы ее поймаем и в Ваську назад запихнем!

Я умоляюще сложила руки, но Маринка только многозначительно постучала пальцем по лбу.

– Ты совсем, что ли?

– Я не совсем. То есть, да, я совсем уже до ручки дошла, но так сделать очень надо, правда. А то Васька какой-то не такой, понимаешь? Вот представь, что твой Иван смотрит на тебя… как на чужую. Вроде помнит, как зовут, и все!

Маринка задумалась. Последний довод ее впечатлил.

– Но это чувство его чуть не убило, значит, опасно его назад возвращать. Да он и не согласится, поди. А тут без его согласия никак! – она не отговаривала меня, а просто перечисляла пункты, которые нужно решить.

– Так ты поможешь?

– Ну… предположим. Ты, вообще, слушала меня сейчас? Это серьезные вопросы.

– У меня есть ответы! – Я сжала кулаки и глянула на нее.

Вероятно, она что-то увидела в моих глазах, потому что ответила:

– Это полное безумие, чтобы ты знала, но, вижу, придется помогать.

Я выдохнула с облегчением. До сих пор меня не покидало ощущение, что я потерялась на людной улице на празднике. Так было один раз в детстве. А когда нашлась, то долго потом ревела – у меня тогда воздушный шарик потерялся. Веревочка выскользнула из рук, и он улетел в небо. До сих пор жалко, как вспомню.

До последней минуты я не была уверена, что мой план в принципе реален. Может, эти тени и не ловятся вообще? Но раз Маринка согласилась – значит, можно. Она опытная волшебница, или как тут всяких магов называют? Наверняка она знает кучу способов, как поймать и удержать кусок серого тумана. У нас все получится!

– Маринка, ты супер!

– Не сомневалась, – вздохнула она и переключилась на деловой тон:

– Ну, рассказывай, и как ты это чувство извлеченное собралась ловить?

Читать дальше - - - > Глава 11.