JSOC встает на крыло или бурные 80ые, часть 1
Мирное разрешение драмы с заложниками в Иране дало Шолтесу и его Командованию время перевести дух и обдумать свое место и роль в структуре национальной безопасности рейгановской эпохи.
По указанию начальника штаба Сухопутных войск Мейера, Полевая Оперативная Группа была переименована в Отдел оперативной разведки (ООР), который с 3-го марта 1981 года стал штатным подразделением Командования с пунктом постоянной дислокации в Арлингтоне, штат Вирджиния, расположенном рядом с Вашингтоном. Но поскольку JSOC (ОКСО) считалось чисто оперативно-тактической антитеррористической организацией, а отдел должен был проводить широкомасштабные тайные разведывательные операции на государственном уровне, Пентагон не стал передавать «Деятельность» (1), как стали потом называть это подразделение, под оперативное управление Шолтеса.
(1) Англ. Intelligence Support Activity (ISA), или просто “Activity”. Основной орган специальной разведки ОКСО, основной задачей которого является сбор агентурным путём, оценка и анализ разведывательной информации в интересах боевых подразделений Командования и Сил специальных операций других родов войск (по необходимости), а также выдача частям и подразделениям ССО конкретных рекомендаций по ведению разведывательно-диверсионных действий в данном районе.
За день до официального создания ООР, в составе Сухопутных войск, при содействии ЦРУ, появилось секретное авиационное подразделение под кодовым названием Seaspray, в задачу которого входила переброска людей и материальной части на гражданских (или, по крайней мере, выглядящих как гражданские) вертолетах и самолетах. Подобные операции и подразделения называются «тайными авиационными операциями». «Сиспрей» являлся тайным аналогом 158-й тактической группы, которая пережила развязку кризиса с заложниками и получила новое название — 160-я тактическая группа — и свой «дом» (пункт постоянной дислокации) в Форт-Кэмпбелле, штат Кентукки. Но хотя 160-я группа также была секретным подразделением, его функции были чисто военными, в то время как «Сиспрей» мог использоваться для скрытного вывода на задание оперативников ЦРУ или военной разведки. Тайная авиагруппа вскоре собрала у себя небольшой флот из девяти самолетов «Цессна» и «Бичкрафт Кинг Эйр», а также нескольких вертолетов «Хью» MD500 (гражданский вариант «Маленьких птичек»), которые в случае необходимости могли быть оснащены оружием и/или «контейнерами» для операторов.
Подразделение также получило вполне безобидное легендированное наименование — 1-й испытательный вертолетный авиаотряд — и стало дислоцироваться в Форт-Юстисе, штат Вирджиния, удобно расположенном рядом с Кэмп-Пири, учебным центром ЦРУ, более известным как «Ферма». Как и Отдел оперативной разведки, изначально авиагруппа «Сиспрей» в оперативном отношении Командованию не подчинялась.
По мере появления новых секретных подразделений продолжали развиваться и два подразделения, предназначенных для непосредственного выполнения специальных операций, — отряд «Дельта» и 6-я команда «морских котиков». Для «Дельты» это означало научиться справляться со своими функциями без Беквита, который покинул подразделение в октябре 1980 года. Мейер, начальник штаба Сухопутных войск, позвонил Шолтесу и предложил ему назначить Беквита своим начальником оперативного отдела. Шолтес не был кадровым офицером спецназа, и хотя он с большим уважением относился к тому нестандартно-неожиданному образу мышления, который Беквит пытался привить в «Дельте», но все же считал полковника чем-то вроде неуправляемой пушки. Он сообщил Мейеру, что оставит Беквита в своем штабе в качестве специального помощника, но делать его своим оперативным офицером не намерен. Вскоре после этого Беквит ушел в отставку.
Шолтес также быстро разочаровался в том, как сильно пьет и тратит деньги «Демо Дик» Марсинко, коллега Беквита по Команде-6. Тот превратил свое подразделение в связанную тесными узами организацию из 175 человек, которая впервые применила новую тактику для уничтожения различных морских целей, от нефтяных вышек до круизных судов. Первоначально дислоцировавшаяся на военно-морской базе Литтл-Крик, в Вирджиния-Бич, в штате Вирджиния, 6-я команда «морских котиков», прежде чем переехать в близлежащий учебный центр флота Дам-Нек, на котором она и останется, усердно — и дорого! — тренировалась. Ежегодный расход боеприпасов для стрелкового оружия в этом подразделении был бóльшим, чем во всем Корпусе морской пехоты. Но ресурсы, расточаемые на команду, и явное удовольствие, которое Марсинко получал, забивая хер на любые авторитеты, все вместе привело к его противостоянию практически с каждым офицером в сообществе военно-морского спецназа и со многими за его пределами.
В течение шести месяцев после инаугурации Рейгана пентагоновское начальство Шолтеса поставило перед ОКСО новую задачу, которая будет доминировать в подготовке командования на протяжении следующих двух десятилетий: противодействие распространению оружия массового поражения. Они посоветовали генералу поговорить с экспертами Министерства энергетики, чтобы определить угрозу, которую могут представлять террористы, получившие доступ к радиоактивным материалам, и выработать ей пути противодействия.
Интерес Командования к оружию массового поражения будет расти, но в начале 1980-х годов его внимание было сосредоточено больше на угрозе со стороны ядерных террористов, чем на нападении на объекты ядерной инфраструктуры во враждебных странах. «Мы никогда не рассматривали подобные варианты [на государственном уровне], — сообщил высокопоставленный сотрудник ОКСО. — В основном мы изучали варианты, когда небольшим ядерным оружием овладевали террористы, угрожая одному из наших городов или объекту в США». Командование работало в тесном контакте с Министерством энергетики и его национальными лабораториями, проводя учения повсюду — от центра Лос-Анджелеса до пустыни Невада, чтобы обеспечить их успешную совместную работу на случай, если террористы смогут получить доступ к ядерному устройству.
По просьбе Министерства энергетики Пентагон также задействовал «Дельту» и 6-ю команду, чтобы те выделили «красные команды» для проверки безопасности атомных электростанций в Соединенных Штатах. Операторы должны были разрабатывать свои планы на основе любой информации из «открытых источников», которые они могли найти в библиотеках. В планах мероприятий по обеспечению безопасности АЭС были выявлены многочисленные уязвимые места.
Скромные по размерам совместные учения вскоре стали обычным явлением для штаба и подчиненных ему подразделений. «Мы пытались проводить учения каждый квартал, и это было либо освобождение заложников, либо нападение на террористический объект», — рассказывал высокопоставленный представитель ОКСО. Помимо более крупных учений, подразделения постоянно тренировались. Шолтес включил Командование в цикл боевой готовности, поэтому в каждом подразделении была небольшая группа, находившаяся в готовности к боевому применению в течении четырех часов. Подразделения должны были знать основные моменты предстоящей задачи до того, как взлетят, чтобы личный состав мог собрать все необходимое для конкретной операции снаряжение, которое может понадобиться, но все остальные подробности должны были доводиться уже в полете.
Несмотря на все тренировки, все, чего действительно жаждали операторы, так это возможности проверить свои навыки в бою. Казалось, что такая возможность представилась в самом начале существования ОКСО, когда в конце 1980 года разведка предположила, что американцы, захваченные в плен во время войны во Вьетнаме, содержатся в лагере для военнопленных, расположенном в джунглях недалеко от города Неммарат, в центральной части Лаоса.
На Гавайских островах ОКСО тщательно отрабатывало операцию, которая предполагала выход тактической группы с крошечного тихоокеанского острова Тиниан на севере Марианских островов и использование в качестве передовой базы заброшенного и заросшего военного аэродрома США в Таиланде. После взятия аэродрома под контроль, на него приземлились бы транспортные самолеты C-5, несущие собственную версию троянского коня ОКСО: белые восемнадцатиколесные грузовики гражданского образца, в каждом из которых скрывались две «Маленькие птички» AH-6 из 160-й группы со сложенными лопастями несущего винта. Пока оперативники «Дельты» выходили к лагерю военнопленных по суше, личный состав 160-й группы должен был подъехать на грузовиках поближе к лаосской границе, остановиться и запустить вертолеты.
Эту редко используемую тактику, известную в ОКСО как «Полицейский и бандит» — по названию одноименной дорожной комедии 1977 года с Бертом Рейнольдсом в главной роли, — в 160-й группе десятилетиями держали подобно тузу в рукаве, потому что она представляла собой скрытный способ приблизить смертоносные возможности вертолетов к цели. «Наши ребята прошли подготовку и даже имели водительские права на грузовики», — рассказывал ветеран группы. У подразделения были свои собственные грузовики, но транспортных средств, приобретаемых на месте, было бы достаточно «наверно, после доработки в течение нескольких дней и определенной доле сварки», сказал он. Когда придет время запускать самолеты, экипаж выкатит их из задней части грузовика и отправит в полет в течение трех минут. «Вы должны быть действительно хорошо обучены, — сообщил ветеран 160-й группы. — Это абсолютно невероятная способность».
По ряду причин операция была отменена.
Свое первое задание в реальном мире ОКСО выполнило в конце июля 1981 в крошечном западноафриканском государстве Гамбия. Там повстанцы-марксисты воспользовались присутствием президента Дауда Джавары на королевской свадьбе в Великобритании, чтобы совершить государственный переворот и захватить более сотни заложников, в том числе американских, французских, канадских, британских, швейцарских и немецких граждан. В Гамбии не оказалось военных, которые достойны были бы хотя бы упоминания, поэтому усилия по обращению вспять переворота легли на плечи соседнего Сенегала и западных союзников Гамбии. ОКСО отправило команду из пяти человек в Дакар, столицу Сенегала. Работая в посольстве США, команда координировала свою работу с тремя сотрудниками САС, которых направила в страну Великобритания. Как только сенегальские десантники захватили аэропорт в столице страны Банджуле, а САСовцы осуществили освобождение заложников, майор «Дельты» Уильям «Джерри» Бойкин и сержант первого класса Томми Корбетт плюс радист прилетели, чтобы организовать их эвакуацию в Дакар на самолете ВВС C-141. Переворот закончился в течение нескольких дней. Командование боя так и не увидело, но, по крайней мере, помочило ноги, не поставив себя в неловкое положение.
… одним американским солдатом, который действительно попал в плен в тот период, был бригадный генерал Джеймс Дозье, — 17-го декабря 1981 года генерал был похищен из своей квартиры в итальянской Вероне террористической группировкой «Итальянские красные бригады», что положило начало кризису, обнажившему бюрократические ограничения власти ОКСО.
Следуя приказу министра обороны Уайнбергера отправить в Италию группу, чтобы помочь в поисках Дозье, Шолтес направил группу из состава «Дельты» во главе с заместителем командира отряда полковником Джесси Джонсоном. Однако работу группы замедлил исключительный спор между Европейским командованием ВС США, Государственным департаментом и ОКСО по поводу того, перед кем должен отчитываться Джонсон. Командная иерархия ОКСО — в то время считавшейся чисто контртеррористической организацией — шла прямо от Шолтеса к председателю Объединенного комитета начальников штабов, а оттуда к министру обороны и президенту. Исключением были случаи, когда подразделение ОКСО разворачивалось в другой стране, но еще не было готово к действиям. В этом случае ответственным считался посол США в этой стране. Но когда группа Джонсона прибыла в Италию, командование американскими войсками в Европе, которое в ином случае руководило всеми военными операциями США в этой части мира, попыталось утвердить свою власть. В результате возник запутанный и отнимающий много времени спор, который Объединенный комитет начальников штабов не смог урегулировать. Пентагон также направил в Италию группу радиоразведки Отдела оперативной разведки, еще больше усложнив ситуацию. Группа поднялась в небо на вертолетах, оснащенных электронными системами пеленгования и засечки сигналов, которые определяли местонахождение многочисленных конспиративных квартир «Красных бригад», фиксируя радиопередачи террористов.
Благодаря массированному прессингу «Дельты», Отдела оперативной разведки, Агентства национальной безопасности и итальянских властей, Дозье и его похитителей в конечном итоге удалось обнаружить в квартире в Падуе, где итальянские агенты спасли его 28-го января. Этот эпизод продемонстрировал растущее мастерство оперативных сотрудников Соединенных Штатов, но также высветил проблемы, связанные с их местом в общей бюрократической структуре органов национальной безопасности, не предусматривавшей их размещения.
Шолтес часто сражался с этой бюрократией, чтобы держать свои войска подальше от операций, для которых они не были предназначены. В то время это включало в себя интервенции в суверенные страны. «Босс, у нас есть ряд адских возможностей, но я бы не хотел бы их уничтожать — некоторых из этих действительно хороших, талантливых оперативников «Дельты» или 6-й команды «морских котиков» — ради чего-то, что не имеет критического значения для их основной задачи» — заявил он Весси.
Для Шолтеса и его преемников это была постоянная борьба. В качестве примера можно привести приказ Пентагона 1981 года о подготовке к вторжению в Суринам. Огромные запасы бокситов в бывшей голландской колонии на северо-восточном побережье Атлантического океана в Южной Америке означали, что крупными активами в стране владел американский алюминиевый гигант, компания «Alcoa». Военный переворот 1980 года, в результате которого было свергнуто избранное правительство и лидером страны стал диктатор левого толка, жестокий Дези Бутерсе, поставил эту собственность — и, что более важно, западных работников, которые работали на ней, — под угрозу. В конце 1981 года ОКСО начал планировать операцию по вытеснению Бутерсе и освобождению всех западных заложников, выведя в страну своих оперативников под легендированным прикрытием с целью разведать возможные цели и сфотографировать маршрут от аэродрома до столицы страны Парамарибо. «Люди [из 1-го отряда MACOS]… отправились в Суринам и обследовали все аэродромы под видом орнитологов, наблюдающих за птицами, — рассказывал сотрудник ОКСО. — Там было много парней. Выводить их и эвакуировать было легко».
Но задание начало расширяться, особенно когда стало ясно, что Бутерсе может захватить и удерживать западных заложников в нескольких разных местах. «Эвакуировать этих людей должны были рейнджеры и сотрудники “Дельты”, — сказал представитель Пентагона по специальным операциям. — Нам пришлось бы отправиться в несколько разных мест и привезти заложников на аэродром, и в то же время захватить радио-и телевизионные станции в Суринаме и захватить президента. Это становилось довольно сложным». В результате к 1982 году задача, в которой участвовало только ОКСО, превратилась в операцию, в которой главную роль должен был играть 18-й воздушно-десантный корпус.
Однако в рамках модели отношений, к которой ОКСО привыкнет в течение следующих двух десятилетий, администрация Рейгана отменила операцию 1982 года прямо в конце процесса планирования. Администрация по-прежнему была заинтересована в свержении Бутерсе — в конце 1983 года, после того как ЦРУ в начале того же года изучило, а затем отказалось от плана по проведению контрпереворота для свержения диктатора, ОКСО все еще планировал и отрабатывал полномасштабное вторжение в страну с авианосца. Операторы «Дельты» посетили Суринам, работая под агентурным прикрытием и ведя разведку, прежде чем администрация вновь приняла решение не проводить операцию. Тем не менее, перспектива вторжения в эту страну под руководством ОКСО продолжала всплывать на поверхность до конца 1980-х годов.
Однако события осени 1983 года показали, что усилия ОКСО по планированию операции в Суринаме не были потрачены впустую. Когда 14-го октября в Гренаде произошел военный переворот, в результате которого на смену убежденным марксистам пришли еще более ревностные марксисты, президент Рейган решил осуществить вторжение в крошечное островное государство Карибского бассейна. В первоначальном плане ведущая роль отводилась Командованию, которое задействовало отряд «Дельта», Команду-6, оба батальона рейнджеров, 160-ю группу и 1-й отряд MACOS. План Командования был в значительной степени списан с его работы по Суринаму. «Для каждой цели, которая у нас была в Суринаме, была аналогичная цель в Гренаде, так что это ускорило нашу работу, — сообщил сотрудник ОКСО. — Суринам был для нас своего рода большой шуткой, но на самом деле это оказалась модель Гренады». Операция в Гренаде, получившая название «Вспышка ярости», должна была стать первой боевой операцией ОКСО, но поставила Командование в положение, для которого оно не было предназначено: возглавить вторжение, а не реагировать на террористический акт. Несмотря на конечный успех, «Вспышка ярости» по итогу оказалась провалом, который, как и «Орлиный коготь», высветил недостатки даже у самых элитных подразделений, что для Сил специальных операций США возымело долгосрочные последствия.
В пятницу, 21-го октября, Шолтес проинформировал трехзвездных генералов, заместителей начальников штабов по оперативным вопросам в Пентагоне, о том, как ОКСО планирует провести нападение. Он должен был вернуться 23-го октября, чтобы доложить об этом Объединенному комитету начальников штабов, но в то утро группировка боевиков из «Исламского джихада», поддерживаемая Ираном, убила в Бейруте 241 американского военнослужащего, в том числе 220 морских пехотинцев, подорвав их казармы с помощью бомбы, заложенной в грузовике. Потери морской пехоты побудили коменданта Корпуса генерала Пола Келли подать Весси доклад о необходимости более заметной роли морской пехоты во вторжении на Гренаду, начало которого было запланировано на время, наступавшее менее чем через сорок восемь часов. Весси уступил, и тщательно составленные планы пришлось спешно переписывать, так как генерал перераспределил в пользу морских пехотинцев все цели в северной части острова.
Включение в план в самый последний момент морской пехоты привело к тому, что Атлантическое командование США изменило время «Ч» операции с 2-х часов ночи, — предпочтительное для ОКСО время, — на предрассветные часы, что дало возможность гренадским силам и их кубинским союзникам подвергнуть силы Командования сильному, эффективному огню, когда они начали свои десантные действия. «Черные ястребы» 160-й группы были изрешечены пулями, когда они пытались высадить спецназовцев «Дельты» и 6-й команды на остров. Американские силы, которые превосходили обученные войска противника на острове в соотношении примерно десять к одному, в конечном итоге одержали победу, но потеряли девятнадцать человек убитыми, тринадцать из которых являлись сотрудниками оперативной группы ОКСО. В их число вошли четверо «морских котиков» Команды-6, которые утонули после ночного прыжка с парашютом в море в сорока милях от берега, и трое рейнджеров, погибших при столкновении трех «Черных ястребов», когда они шли на посадку во время десантной операции.
Операция затруднялась запутанной цепочкой командования, неспособностью должным образом подготовиться (силы США не проводили тренировок и вторглись, не имея хороших карт Гренады), плохой или вообще отсутствующей связью между различными подразделениями сил вторжения и прискорбно неадекватной разведкой. (например) Шолтес отказался от предложения командира Отдела оперативной разведки Джерри Кинга, чтобы его подразделение провело предварительную разведку в интересах оперативной группы, потому что у него не было веры или доверия к нему, — межличностный конфликт, который ограничивал сотрудничество между двумя организациями на протяжении 1980-х годов. Почти треть американских убитых и раненых стала следствием дружественного огня.
Вторжение было первой крупной боевой операцией Соединенных Штатов после падения Сайгона, и оно показало, что очень многое, связанное с важностью единства управления и тщательной подготовки, оказалось забытым. Пентагон создал Объединенное командование специальных операций отчасти для того, чтобы избежать повторения ситуативного характера, характерного для операции «Орлиный коготь», но Гренада показала, что, хотя Командование и входящие в его состав подразделения достаточно хорошо работали вместе, в том, что касалось взаимодействия с обычными силами, все еще предстояло добиться значительного прогресса.
В этом отношении ОКСО также было ограничено навязчивой секретностью, которая пронизывала и окружала Командование. Это было главным фактором, обусловившим беспорядочные действия в Гренаде, поскольку многие старшие командиры обычных подразделений не имели ни малейшего понятия о существовании Командования, не говоря уже о том, чтобы знать, как лучше всего использовать его подразделения.
Гренада оставила глубокие шрамы в коллективной психике Командования. Шолтес по-прежнему был глубоко озлоблен вмешательством в его план в последний момент. И он был не единственным старшим офицером ОКСО, возмущенным событиями, связанными с участием элитных сил в операции — вскоре после операции с отвращением ушел в отставку командир 1-го отряда MACOS полковник Джон Карни. В конечном итоге у Шолтеса появится возможность выразить свое разочарование таким образом, чтобы это возымело эффект. Но не все ошибки были вызваны проблемами, не зависящими от ОКСО. В работе оперативной группы Шолтеса было допущено несколько серьезных ошибок. Операция «Вспышка ярости» дала ОКСО возможность осознать, что Командованию и подчиненным ему подразделениям еще предстоит пройти большой путь, чтобы стать по-настоящему эффективными боевыми единицами.
https://vk.ru/album-20674223_202042478 фотографии Delta из Гренады