Вал'Шая асу сехем
Вал’Шая асу сехем – это больше, чем фраза.
Вал’Шая асу сехем – это ритм их жизни, это правило, это необходимость.
Вал’Шая асу сехем – это здесь и сейчас.
Иима открыла глаза и сладко зевнула. Новый день только загорался на горизонте, бросая на пески косые лучи. Барханы медленно окрашивались в алые и пурпурные оттенки. Пару мгновений атту пристально наблюдала за игрой света и тени, после чего резво вскочила. Дел было слишком много, чтобы разлеживаться. Следовало напомнить о законе семьи ее главному добытчику.
Когда острые клыки погрузились в мясо гребня, Бес даже не открыл глаза. Он шумно выдохнул и заворчал, как гигантский двигатель, возвращающийся к жизни. Вал’Шая не оценила скорость ответной реакции и, на мгновение отпустив самца, ухватила его за нос. Зеленые чертики в глазах самки игриво прыгали перед горящими углями Беса, дразня. Черный демон, всхрапнув, спешно встал, но иима не отпускала, заставляя гиганта склонить голову к земле. Ниже, ниже. Достаточно! Отпустив Беса, Вал’Шая погарцевала дальше, как ни в чем не бывало.
Следующим на очереди был Алистер. Обычно собу спал в стороне от других, сторожа покой стаи и бдительно следя за окрестностями. Появление Великой Матери не стало для него сюрпризом. Самец спокойно наблюдал за приближением белого вихря. Шагах в десяти Вал’Шая остановилась, буквально всем своим естеством потянувшись вверх, как вздыбившаяся кошка. Алистер не двинулся с места, напротив, положив голову на землю и всем своим выражая полную отстраненность. Если бы только это имело какое-то значение…
Шае было достаточно мимоходом лизнуть самца в морду, чтобы идущая по ее пятам тень с рычанием вышла вперед. Бес задрал капюшон, нависнув над Алистером. Собу терпеливо выжидал. Только кожа на голове подрагивала от напряжения, отчего вся морда «плыла», принимая гротескное выражение. Воздух буквально плавился, не хватало только маленького огонька, чтобы всё вокруг вспыхнуло.
- Хсс, - игриво шикнула Шая и боднула Беса в круп.
Утренняя тишина утонула в рыке и ворчании двух сцепившихся атту. Именно эти звуки и привлекли Н’джала. Он внимательно наблюдал за потасовкой, главным образом, за состоянием Алистера, но опытный самец и сам прекрасно справлялся. Тоа трепал его из стороны в сторону, но умудренный долгой жизнью демон подставлял только самые защищенные места и огрызался ровно тогда, когда этого требовал собственный статус.
На мгновение мир подернулся белыми полосами и Н’джал зажмурился. То Вал’Шая, заметив его присутствие, изволила покружить рядом, «нечаянно» хлестанув самца хвостом по морде. И еще раз, для надежности. Н’джал только взрыл копытом землю и склонил голову, выражая покорность. Иима, оценив до ужаса правильного собу, фыркнула и потеряла к нему интерес. Тем более, старшие самцы уже расцепились.
Девиз нового дня был напомнен всем, кроме еще одной парочки. Они частенько рыскали в предрассветных сумерках по округе. Как малые дети, которые рано или поздно навлекут на семью беду. Задрав хвост, Шая потянула носом, ловя запахи. Ухватившись за пряно-мускусный аромат, свойственный Тринадцатому, иима уверенно пошла по следу. В любое другое время это было бы выше ее достоинства, но каждое утро должно было начинаться с Вал’Шая асу сехем. Без исключений.
Койлусу первой услышала призывное шипение-клекот приемной матери. Она тут же боднула Тринадцатого, всё еще выслеживающего молодого тумакки в расщелине меж камней. Самец проигнорировал предупреждение, и тут же поплатился за это. Когда острые зубы Шаи сомкнулись у него на ноге, Тринадцатый от неожиданности рыкнул и взбрыкнул. За это на него обрушился Бес, мгновенно сметая юного наглеца и теперь смачно валяя его в песке.
- Аауу? – неопределенно протянула Койлусу и в следующее мгновение уже дернула Беса за хвост.
Затем еще раз, и еще. Это было уже выше сил Беса, который предпочел бы принять в семью второго Алистера, чем терпеть Койлусу лишний день. Однако права решать он был лишен и давно. Стоило только самцу повернуть морду к юной самке, как между ними материализовалась шипящая дьяволица – зачинщица всех беспорядков. Вновь померившись с ней взглядами, Бес уронил капюшон и отправился обозревать окрестности.
На этом ритуал был окончен. Члены стаи занялись привычными делами, готовясь к выходу на охоту. Иима наблюдала за ними со стороны, грея спину на солнце. Самое главное она сделала.
Вал’Шая асу сехем. Всегда и во всем.
Когда находиться под прямыми солнечными лучами Акали стало невыносимо, Шая приняла решение сняться с места. Резко встав и вскинув голову, она поискала взглядом Беса. Через мгновение в ухо великану требовательно зашипели, и только тогда окрестности содрогнулись от грохочущего рева самца. Довольная своим рупором, самка лизнула его в длинное ухо и первой деловито направилась в ущелье, соединявшее их лежку с пустынными равнинами Джерры. Бес последовал за ней. От ближайших скал к ним скользнули тени Алистера и Н’джала. Еще через несколько минут сзади послышалась легкая поступь Койлусу и дробный топот Тринадцатого. Кабоа была в сборе, и уверенно шла за своим лидером. Лишь Бес беспокойно качал головой, следя за развивающимися молочными прядями хвоста Вал’Шаи. Когда они выходили на охоту в самую жару, это могло означать только одно: самка давно приметила нечто любопытное. Нечто, что передвигалось только днем – человека.
Сухой такыр Красной Пустыни сильно пылил, покрывая демонов одинаковым коричневым налетом, и это было им на руку. Издалека признать в них страшных хищников не смог бы даже самый опытный икмичи, приняв шестерку за полудиких кехал кувуллов. Последние частенько встречались на горизонте, но Шая игнорировала их, заходя всё дальше на территорию мелких ферм, раскинувшихся на южном берегу озера Сур-Оч. Здесь уже всюду витали соблазнительные ароматы: тяжелый густой запах конского навоза и сладковатый дух потных тягловых лошадей. Одной такой хватило бы всей семье на пару дней, но… Они пробирались глубже, вплотную к самым зажиточным хозяйствам этого региона.
Алистер насторожился, уже не в первый раз замечая в поле зрения двуногих. И пусть они ловко уклонялись от встречи с ними, игра выходила на новый опасный уровень. Ускорившись, самец поравнялся с Бесом и издал предупреждающий тихий клекот, но тут же получил ощутимый толчок от черного демона. Никто не смеет оспаривать решение иима. Фыркнув, Алистер вернулся на свое место, и стая продолжила движение.
Впереди уже отчетливо слышался гомон множества людей. Вал’Шая замедлила шаг, резко изменив траекторию движения и направившись к крутому холму, символично разделявшему бесплодную пустыню и слегка зеленеющую равнину. С верхушки открывался вид на несколько коралей, заполненных дородными кехал кувуллами. Коренастые с блестящими шкурами, они одним своим видом вызывали повышенное слюнотечение. Койлусу нетерпеливо переступила с ноги на ногу. В отличии от более опытных самцов, она не опасалась людей, уверенная в своей скорости и хитрости.
В окружении густых белых ресниц Вал’Шая азартом горели два изумруда ее глаз. Она была захвачена своей идеей, и теперь оценивала обстановку, строя в голове план. Бес молчаливо стоял рядом. Он был не в восторге от нахождения здесь, но ни звуком, ни жестом не подавал виду. Эти места самец помнил достаточно хорошо: в первые месяцы своей свободы они частенько крутились здесь, пока местные не нанимали опытных ловцов. Тогда пара просто растворялась в песках Джерры и выжидала следующего удобного случая. Однако зачем приводить сюда семью?..
- Хс-хс-хс! – возбужденно завибрировала Вал’Шая, и шесть хищных взглядов обратились к ближайшему коралю, в который вводили невероятного кевулла.
В холке жеребец был ростом не меньше ста восьмидесяти сантиметров, а его мясистая шея качалась при ходьбе из стороны в сторону. Такую лошадь атту видели впервые. Мгновенно позабыв о разногласиях, они наблюдали за тем, как люди оставляют желанную добычу так близко и в то же время очень далеко. Высокий забор и плотность табуна не оставляли демонам шансов. Однако теперь цель была ясна и, спустившись за холм, семья залегла отдыхать в ожидании сигнала от Великой Матери. Вал’Шая ни на секунду не покидала своего наблюдательного поста. В эти часы она была совсем на себя не похожа. Собранная, внимательная и молчаливая самка излучала уверенность и сосредоточенное напряжение.
Когда Акали стала клониться к горизонту, иима резко встала, взмахнув хвостом. Пора.
Кабоа растянулась в шеренгу, идя по склону на восток – прочь от опустевших коралей к большим амбарам, видным издалека. Сегодня там горело множество огней. Двуногие ходили с кевуллами в поводу, демонстрируя их друг другу. В центре полыхали костры, на которых готовилась пища, а у большого столба был привязан тот самый гигант. Сейчас он напоминал живое украшение – обвешенный всевозможными лентами и связками цветов, жеребец горделиво задирал голову, когда к нему подходили люди и оставляли на шкуре красавца причудливые узоры желтыми, синими и оранжевыми красками.
Тринадцатый и Н’джал отделились от остальных и направились дальше на восток, обходя беспечных гуляющих. Так было нужно. Вал’Шая всегда сама распределяла роли своих охотников и никогда не ставила вместе двух опытных членов семьи. Знания возраста и скорость возраста – формула, никогда не оставлявшая кабоа без еды.
Алистер и Койлусу отошли назад, чтобы перейти на галоп и занять свое место со стороны реки. Бес и Шая остались вдвоем, как и всегда. Они были клыками, которым предстояло первым «порвать» толпу и посеять панику.
Теперь, когда зрительный контакт был потерян, всем атту приходилось полагаться только на своё чутье и незримую связь. Они хорошо знали друг друга. Белые зрачки Шаи были едва различимы под полуприкрытыми веками. Иногда они резко двигались, как будто самка видела вдали передвижения своих подопечных. Бес ждал. Мышцы натянулись канами под шкурой. Всё начнется, как и всегда, неожиданно.
- ХСССС!!!
Секунду назад Шая была рядом, а сейчас – уже влетала в первый круг света, на полном скаку опрокидывая первую связку фонарей. Звон стекла, вспышки пламени, бегущего по разлитому маслу – никто даже не понял, что случилось.
Бес врезался в толпу, как настоящий тяжелый таран, опрокидывая сразу несколько кевуллов. Истошное ржание и страшный утробный рёв посеяли панику, в которой иима чувствовала себя, как рыба в воде. Она не стремилась добраться до цели, напротив, нарезая круги далеко от столба и костров. В воздух взметнулось конфетти из чьих-то пальцев. В пасти хрустнул череп случайно попавшейся кобылки. Вал’Шая не стояла на месте, скача, как горный згакхи, и щелкая челюстями. Лягнув очередную стойку с фонарями, она подожгла еще несколько кевуллов.
- Бей их! Окружай!
Когда раздались первые осмысленные выкрики людей, в дело вступили Тринадцатый и Н’джал. Они вылетели из темноты аккурат за спинами образовавшегося сопротивления, смяв их ряды. Несколько такегга успели заискриться разрядами. Послышался вой ужаленного Тринадцатого, но это лишь разозлило молодого собу.
Ближайший к толпе амбар задымился. Пламя быстро поползло по балкам вверх. Кажется, внутрь забежала одна из подожженных лошадей. Двуногие были подавлены и разобщены. Обернувшись к дородному жеребцу, иима не обнаружила его на месте. Он легко оборвал привязь и вместе с остальными умчался в ночь. Туда, где его уже поджидала пара охотников. Шая издала несколько клекочущих трелей, призывая семью уходить. Они посеяли достаточно хаоса, чтобы деморализовать противника. Оставалось нагнать Койлусу и Алистера, гонящих добычу прочь от человеческих поселений.
Внезапно добыча буквально вылетела навстречу Вал’Шае, сбив ее с ног. Самка покатилась по земле, но тут же подскочила, даже не тормозя. Прищепкой повиснув на ляжке кевулла, она остервенело начала жевать. Удар тяжелым копытом пришелся по груди. Второй – по боку. Ребра затрещали от такого напора, но иима и не думала отпускать. Жеребец протащил ее несколько метров перед тем, как подоспевший Бес просто схватил его поперек морды, оканчивая мучения.
На мгновение охотники замерли, переглянувшись. Из-за оплошности загонщиков около семи сотен килограмм мяса лежала прямо посреди человеческого поселения, а не любезно уносилось прочь, облегчая задачу демонам. Тащить такую тушу было невозможно, не говоря уже об уровне опасности.
- Гррррру, - загудел Бес, призывая спутницу проявить благоразумие.
Вот уж нет. Вал’Шая свирепо зашипела. Остальные члены кабоа окружили добычу, собираясь защищать Мать до последнего вздоха. Со стороны фермы к ним бежали люди с оружием. Шая внимательно смотрел на них исподлобья, совершенно забыв про огромный пожар в десятке шагов от нее. Хвост закрутился в тугое кольцо. Казалось, демоница сейчас лопнет от негодования и злости, явив миру настоящее чудовище.
- Вот они!
- Сколько ж их… Осторожно!
Двуногие замедлились. Шесть атту – это была редкость даже для привычных к хищникам фермеров. Повисла напряженная тишина. Враги смотрели друг на друга и ждали, кто сделает первый ход. Столкновения было не избежать.
- Хсссс, - злобно зашипела Вал’Шая, сделав шаг вперед, но лишь затем, чтобы склонить голову и подобрать что-то с земли.
Люди сощурились, присматриваясь. Кто-то удивленно прошептал:
- Это кисточка?.. Она взяла…кисть?
Иима гордо распрямилась, держа меж клыков одну из деревянных кистей, которыми разукрашивали кевулла. Не спуская взгляда с фермеров, она вновь наклонилась, обмакивая грубую щетину кисточки в кровь, натекшую с их трофея. Вновь театрально расправившись и выдержав драматическую паузу, Шая несколькими легкими движениями нанесла свои узоры на шкуру мертвого жеребца.
Это стало переломным моментом. Сцена была настолько абсурдной и вместе с тем осмысленной, что люди просто суеверно попятились, чтобы не гневить вселившегося в демоницу злого духа. Ведь животное не было способно сделать нечто подобное. По крайне мере, фермеры были в том искренне уверены.
Когда последний человек скрылся из виду, Вал’Шая плюнула кисточку и тут же налетела вихрем на Алистера, вымещая на нем всю свою злость и недовольство. В ход пошли не только укусы, но и демонстративное хлестание хвостом. Остальные молча ждали, недоверчиво поглядывая в сторону ферм.
- Ффф, - наконец удовлетворенно выдохнула иима и, как ни в чем не бывало, прогарцевала к добыче, первой вгрызаясь в сочное бедро.
Это был заслуженный трофей. Трофей, который она приметила еще пару месяцев назад во время охоты и перемещения которого она ненавязчиво отслеживала время от времени. И сейчас самку не смущал ни пожар, ни клубы дым, ни буквальное нахождение в тылу злейшего врага, ни даже красноречивые взгляды остальных членов кабоа.
Она хотела – она получила это. И никто не испортит ее ужин.
Почему?
Потому что в мире существует лишь одно правило: Вал’Шая асу сехем.
