Перед рассветом
Ничто. Виктанн не задумывался о том, что называют этим странным и вязким словом. Стоило лампам загореться холодным белым светом, отмечая наступившее утро, он вставал с постели, и Ничто растворялось в такой знакомой и понятной Вселенной. Звезды, планеты, астероиды и вакуум пустоты между ними, все предельно ясно и измерено в математических формулах. Страх космоса виделся ученому таким же абсурдом, как боязнь дышать. Нелепица, бред.
Но так казалось лишь днем. По ночам, засыпая в грубо смятой и отвратительно горячей постели, Виктанн сталкивался с тьмой совершенно иного рода. Ничто казалось живым и крайне разумным. Оно медленно, но неотвратимо наползало из-за спины. Сначала Виктанн ловил движение лишь краем глаза, но через секунду Ничто уже окружало его плотной пеленой. Подрагивая и качаясь, непроницаемая стена замирала, уходя вверх на десятки метров. Виктанн оказывался в ловушке гораздо более изощренной, чем можно было представить на первый взгляд.
Поначалу ничего не происходило. Черные стены не смыкались вокруг него, во тьме не пряталось никаких чудовищ.
- Эй, и что ты сделаешь теперь? – голос звучал насмешливо, но слегка дрожал.
Виктан молча надавливал руками на податливую преграду. Ладони тонули в черном тумане только по локоть, сталкиваясь с неясным сопротивлением.
- Ты слишком маленький, - сочувственно шепнул голос. – Тебе бы просто перешагнуть, но вот беда, ты не видишь даже краев и топчешься тут, как насекомое в банке. Поднимись!
Виктанн импульсивно подпрыгнул, как будто это могло помочь преодолеть стену. Неловко и грузно. Глупо. Чувство стыда обожгло не хуже реагентов. На пальцах тут же заиграли искорки пламени. Вспышка, болезненная, яркая. Ничто поглотило огонь, не оставив от него и следа.
- Поднимись… Поднимись… Поднимись… - слова звучали все глуше и глуше.
Неожиданно горло неприятно запершило, и только в этот момент Виктанн осознал, что насмешливый и капельку нервный голос принадлежит ему самому. Спину прошиб холодный пот. Замешательство. Голову словно стиснули железным ободом, кончики пальцев похолодели и подкатила ужасная тошнота. Страх липкими каплями катился по шее. Хотелось позвать на помощь, громко, зажмурившись. Только сил совсем не осталось. Виктанн упал на колени, и в этот момент Ничто схлопнулось.
Вокруг была тьма, но даже в ней медленно и отчетливо проступали фигуры. Квадрат, Пирамида, Шар, Цилиндр. Эти идеальные в своей простоте геометрические фигуры были титанических размеров. Даже взгляд не мог охватить их целиком. Среди них Виктанн казался песчинкой, такой легкой, маленькой, безвольной…
- Хватит!
Приказ вырвал Виктанна из беспокойного сна. Ничто стремительно отступило, спрятавшись по углам комнаты, подальше от проснувшихся, но не ушло до конца. Утро еще не наступило, время торжества разума еще не пришло.
Элиард не сводил с Виктанна тяжелого взгляда. В воздухе чувствовалось напряжение, но стоило ситху коснуться рукой бледной щеки Виктанна, как ощущение пропало.
- Хватит. Ты меня понял? – все еще отчетливо и строго повторил Элиард, однако с тревогой склоняясь над собеседником.
Виктанн часто заморгал, не в силах сделать вдох. Он просто открывал и закрывал рот, беспомощно шаря руками по простыне. Было бы глупо погибнуть сейчас, застряв на грани между сном и явью, очень глупо. Как-то так Виктанн и представлял себе собственную смерть – невозможная нелепость, о которой окружающим будет стыдно говорить вслух.
Все эти мысли уместились всегда в пару секунд, за которые Элиард лег рядом, чуть навалившись на Виктанна и крепко обняв его поперек груди. Болезненно сосредоточенный взгляд ловил каждое движение человека. Помочь, позаботиться, не навредить – каждый раз сталкиваясь с тем, что ему неподвластно, Элиард начинал злиться. И каждый раз он одергивал себя, брал эмоции под контроль и вкрадчиво говорил:
- Сейчас три сорок, в Цитадели еще действует ночной протокол. На утро я запланировал эксперименты с щелочью. Под воздействием сильного давления и высокой температуры она должна успешно войти в соединение. Думаю, мы используем вакуумную полость для частоты эксперимента, как ты предлагал в записи…
Виктанн жадно вслушивался в голос, сообщающий такие будничные, но важные новости. Эксперимент, да. Они бьются над этой щелочью уже несколько месяцев, вызывая насмешки других отделов. Казалось бы, зачем заново изобретать то, что открыли уже десятки лет назад? Глупцы! Виктанн знал: с помощью щелочи можно добиться гораздо лучших результатов в нейтрализации агрессивных веществ, чем работая исключительно с многослойностью защиты. Нужно только правильно интегрировать ее в привычные протекторы, и тогда они смогут пробраться в такие уголки мира, куда не ступала нога разумного существа.
- Виктанн?.. – мягкий оклик вывел исследователя из задумчивости. Он сам не заметил, как дыхание выровнялось, и невидимая петля больше не стягивала горло.
- П-прости… Температура, знаешь? Я проводил термический расчёт в синем блокноте. Видел?
- Видел, только разобрал далеко не все. Завтра тебе придется уделить этому пару минут перед настройкой аппаратуры, - Элиард незаметно выдохнул и даже облегченно улыбнулся, но лишь на мгновение. – Виктанн?
-..вакуум – плохая идея, - Виктанн покачал головой.
- Хорошо, поговорим об этом завтра…
- Но среда – важная часть эксперимента. Ионизация. Да, определённо.
- Виктанн! – Элиард повысил голос, сжав руку собеседника.
- Что?.. – Виктанн испугано уставился на Элиарда.
- Ты прожег постель во сне. Я думаю, нам стоит ее поменять.
Только сейчас странный запах, до этого казавшийся остатками липкого ночного кошмара, снова ударил в нос. Жженая синтетика. Виктанн медленно скосил взгляд на кровать. Даже без света черное пятно было легко различимо.
Повисла неловкая пауза. Виктанн не шевелился, рассматривая обугленную простынь, и лишь его губы едва заметно двигались, словно беззвучно проговаривая некую формулу.
- Да. Поменять было бы..знаешь, раз уж я все равно проснулся, можно провести эксперимент прямо сейчас. То есть, кто нам будет мешать? К утру управимся, - Виктанн энергично сел, затем попытавшись встать с постели, но Элиард удержал его за руку.
- Останься..пожалуйста.
Виктанн повиновался. Уже спустив ноги на пол, он сгорбился, так ничего и не ответив.
- Спасибо. Я думаю, нам стоит поговорить, - Элиард тщательно подбирал слова, неторопливо и вкрадчиво проговаривая каждое из них. – Эксперимент никуда не убежит, он же не хссисс, верно?
- Время уходит, - покачал головой Виктанн. – Я сделал мало. Слишком. Так не должно быть.
- Не должно кому? – Элиард подсел ближе, сочувственно глядя на сгорбленную спину самого дорогого ему человека. Вт он, сидит всего в паре десятков сантиментов, но вместе с тем – остается недосягаем, несмотря на все попытки Элиарда.
- Ты не понимаешь, - Виктанн ожесточенно сжал переносицу. – Я топчусь на месте! Сколько бы сил, времени…разве ты не видишь? Всё бесполезно. Я – бесполезен.
- Чушь, - на этот раз Элиард мягко привлек собеседника к себе, обнимая его со спины. – Дурак называет себя мудрецом в то время, как мудрец себя – дураком, но всему есть предел. Разве ты не чувствуешь? – взгляд ситха метнулся к особенно темному углу комнаты. – Еще немного, и ты сам будешь ходячим источником темной стороны. Это убьет тебя.
- Я не могу быть источником силы. Биологически. Да. Да?.. – Виктанн тоже всмотрелся в притаившееся Ничто, опасаясь, что оно вот-вот перестанет притворяться простой тенью.
- Да, - Элиард вздохнул, положив подбородок на макушку собеседника. – Но страдания – это не менее сильный источник энергии, который притягивает темную сторону и тех, кто ею питается. Ты вовсе не бесполезен.
- Аргументируй? – попросил Виктанн, стараясь сосредоточиться только на голосе наставника.
- Нет нужды, - Элиард зажмурился на мгновение и снова беззвучно вздохнул. – Ты нужен мне. Завтра в лаборатории и сегодня, здесь, в этой постели, пусть даже ты сжег бы ее целиком.
- Огонь опасен. Я мог повредить, - эта мысль заставила Виктанна задышать чаще и беспокойно заерзать. – Тебя. Твои руки. Или голову? Ты понимаешь…
- Что у нас лучший лазарет из всех, известных в Империи? Слушай меня, - в последние слова Элиард вложил больше напора, чем ему бы хотелось.
Раздражение всколыхнулось внутри с новой силой, но движение Виктанна помогло Элиарду совладать с собой. Снова забравшись на кровать, Виктанн повернулся к собеседнику и ткнулся в него, словно ребенок, которому не хватало словарного запаса и сил выразить свои чувства.
Ничто всколыхнулось в углу, задумчиво пошарив тенями рядом с кроватью. Виктанн загривком ощущал это пугающее нетерпение и желание снова погрузиться во мрак. Свое собственное желание. И от этой двойственности восприятия кровь начинала усиленно биться в висках, как будто ей было тесно в черепной коробке. Слишком много всего для одного маленького, ничтожного в рамках Вселенной человека…
Элиард ласково погладил притихшего страдальца. Почувствовав это, Виктанн заставил себя открыть глаза и принялся суетливо расправлять одеяло, не переставая касаться Элиарда ни на мгновение. Ситх вовсе не возражал, помогая Виктанну не запутаться в остатках простыни. Наконец, безопасный кокон из одеяла был свит и Виктанн замер, прислушиваясь к чужому сердцебиению.
Ничто покружило вокруг и нехотя отправилось вон, просочившись между панелями в застенки. Сегодня делать здесь было нечего. Виктанн измученно улыбнулся и обнял Элиарда, просунув руку под его рубаху. И это простое касание принесло ситху неимоверное удовольствие, окупив все волнения. Он чувствовал себя бесконечно усталым и все же тоже – улыбался.
