«Виноват всегда начальник»: как Кировский завод доказал, что Россия может делать лучшие тракторы

Сергей Серебряков возглавляет ПАО «Кировский завод» уже 13 лет. За это время предприятие пережило второе рождение: средний возраст сотрудников снизился с 63 до 33 лет, а трактор «Кировец» стал символом возрождения отечественного машиностроения. Мы поговорили с Сергеем, а также с главным конструктором Михаилом Дмитриевым о том, почему промышленность — это про мысли, как завод пережил 2022 год без потерь и зачем сельскому хозяйству цифровые технологии.

Сергей Александрович, как вы попали в промышленность?

Промышленность — это про мысли. Это огромный, интересный интеллектуальный труд. Эмоциональное и духовное развитие человека здесь идет семимильными шагами. Поэтому это вопрос саморазвития.

Во-вторых, это очень полезное дело. Для нашей страны наличие сильной промышленности — это и сильное образование, и сильная наука, и сильная оборона, и безопасность. Это прогресс и развитие России. Поэтому я здесь.

Какая ваша главная цель на посту руководителя?

Когда-то я хотел доказать две важные вещи. Первое: мы не в лаптях ходим и можем делать хорошие, качественные, умные машины. И второе — создать предприятия нового вида, то, что называют бирюзовыми компаниями. Мы движемся в этом направлении, трудимся круглосуточно. Сегодня мы уже одно из лучших машиностроительных предприятий России, работаем по мировым стандартам и придумываем собственные инновационные управленческие вещи.

Как заинтересовать молодежь промышленностью?

Дать человеку возможность раскрыться. Социальная справедливость, хороший климат в коллективе, достойные условия труда, сложные задачи — все это в совокупности заинтересовывает людей. Я вообще не люблю слово «человеческий капитал», считаю его злодейским. Люблю слово «человеческий потенциал». Надо помочь людям раскрыть его.

У вас средний возраст сотрудников — 33 года. Как вам удалось «омолодить» завод?

Когда мы начинали преобразования, средний возраст был 63 года. Вопрос омоложения коллектива был вопросом выживаемости предприятия. Невозможно было двигать его вперед, не решив эту проблему.

У нас, к примеру, запрещено слово «виноватый». Есть только «ответственный». Рабочий никогда не виноват. Виноват всегда начальник: не так обучил, не того поставил, не помог вовремя. Плюс у нас мощная система подготовки кадров прямо на площадке, мы проводим массовые экскурсии для школьников и студентов.

Беспилотные тракторы — это необходимость или мода?

Это рациональность. Поле — это относительно ровное пространство, где нет движения разных людей с разным стилем вождения, как на дорогах общего пользования. Это свободное пространство, где машину можно запрограммировать по маршрутам, скорости и траектории. Достижения науки позволяют это делать. Это экономит топливо, снижает потери времени, увеличивает производительность и эффективность. Весь мир туда идет.

Действительно ли необходима цифровизация?

В климатических условиях России цифровизация — это измерение влажности почвы, микроэлементов, понимание эрозионных процессов, картографирование полей дронами. Раньше мы давали удобрения ровным слоем по всему полю. Сегодня мы видим, где нужно дать больше, а где меньше. Это экономит деньги, ресурсы и улучшает экологию.

Но здесь важно понимать: все требует осмысленности. Когда цифровизация превращается в догму или религию, она заводит не туда. В бережливом производстве есть термин «муда», который означает потери или бесполезное использование. Так вот оцифрованная муда останется оцифрованной мудой. Нужен анализ, осознанность и перекладывание позитивного опыта прошлого на современные технологии, а не цифровизация ради цифровизации.

Какие результаты показывают «Кировцы» с системами автопилотирования и точного земледелия?

Такие машины выпускаются серийно и показывают себя хорошо. Если 3–4 года назад их приобретали 10–15% от общего объема, то сегодня — уже 60%. Люди понимают пользу. Как это выглядит: человек садится за руль, справа экран бортового компьютера. Он программирует маршруты, глубину обработки, скорость, правила разворота на поле. Нажимает кнопку — машина выполняет задачу.

Случались ли какие-то забавные или даже мистические истории на производстве?

Забавный случай был с отработкой автопилота. Мы тестировали остановку перед препятствием — на человека. Машина должна была видеть, что это человек, и нормально реагировать. Но как только мы столкнулись с реальной ситуацией, когда на поле выбегает животное или слетает стая ворон, она начинает кричать, останавливаться и вести себя неадекватно. Хотя вороны, слетающиеся на червяков, — постоянные спутники землеобработки. Если машина будет так себя вести, это будет неэффективно. Любой искусственный интеллект требует наложения ограничений естественного интеллекта, чтобы вести себя правильно в условиях применения.

Кто ваши конкуренты и в чем ваше преимущество?

Конкуренция на российском рынке достаточно сильная. Это и отечественные компании и китайские бренды. Европейские и американские компании в основном ушли с рынка. Но мы более 100 лет выпускаем тракторы. У нас огромный опыт, который мы не растеряли. Мы старейшее предприятие России в области сельхозмашиностроения, первые и единственные сегодня выпускаем автоматическую коробку перемены передач.

Как сказался на вашем заводе уход иностранных поставщиков в 2022 году?

Петербургский тракторный завод даже не заметил эту ситуацию по обрыву поставки комплектующих. Мы нарастили объемы производства почти на 40% в 2022 году, потому что трактор российско-белорусский. Мы не зависели от европейских, американских или других комплектующих.