Прекрасные атомщицы
Без женской силы, точности и упрямства советский «атомный проект» мог бы не состояться
20 августа, в день 80-летия атомной промышленности России, впервые в истории капитаном атомного ледокола назначена женщина: судно «Ямал» (то, которое «зубастое», с нарисованной акульей улыбкой) возглавила Марина СТАРОВОЙТОВА. И мы решили, что это замечательный повод рассказать про атомщиц – ведь не только мужчины двигают атомную отрасль вперёд! А в некоторых сферах – и порой весьма неожиданных – именно женщинам принадлежат ключевые роли.
Мечта о море
Марина Старовойтова по первой профессии – учитель русского языка и литературы. Правда, не потому что мечтала учить детей, хотя работа ей и нравилась. Мечтала она как раз о военной карьере, хотела поступать в воздушно-десантное училище, но в то время, в конце 1990-х девушке попасть туда было практически нереально. Она окончила филфак Брянского государственного университета и преподавала в средних классах сельской школы родного городка Унеча Брянской области русский и литературу.
Но потом знакомые из Заполярья рассказали ей, что в Мурманском морском пароходстве набирают в плавсостав женщин. Марине тогда, в 2005 году, было 23 года – и она пошла во флот. Вслед за мечтой.
Её первая морская должность – дневальная на атомном контейнеровозе «Севморпуть». Строго говоря, устроилась она на ледокол «Советский Союз», но буквально через неделю её перевели. В 2005‑м же впервые вышла в рейс – на 11,5 месяцев! Там поняла, что это – её. Поступила на заочное отделение Морской академии им. адмирала Макарова и получила диплом. Прошла все ступени морской службы, от матроса второго класса до второго, потом первого помощника капитана на сухогрузах и старшего помощника капитана на атомном ледоколе «Ямал». Бывало и трудно, и тяжело, и холодно – но Марина Старовойтова говорит так: «Это наша работа и любимое дело».
Значок капитана атомного ледокола Марина Старовойтова получила 20 августа в Нижнем Новгороде во время праздничного концерта, посвящённого 80‑летию атомной промышленности России. Вручал ей знак ветеран атомного ледокольного флота РФ Александр Баринов, который много лет служил в атомфлоте, был капитаном атомных ледоколов «Арктика» и «Россия», а потом стал первым капитан-директором ледокола-музея «Ленин», пришвартованного в Мурманске.
Кроме Марины Старовойтовой, в мире есть ещё только одна женщина, достигшая наивысших должностей в табели о рангах на атомном флоте – Диана Киджи, старпом на ледоколе «50 лет Победы».
Русская мадам Кюри
Её так называли ещё при жизни! Зинаида Ершова – одна из основателей советской радиохимии, автор технологии получения металлического урана, плутония, полония и трития. Трижды лауреат Сталинской премии. По легенде, именно с неё писали профессора Никитину, которую сыграла Любовь Орлова в «Весне».
Зинаида Ершова в радиохимии – со студенческой скамьи. Она родилась в 1904 году в Москве, в 1923-м поступила в Московский университет на физмат, записалась в радиохимическую лабораторию – и это стало делом её жизни. Ещё студенткой познакомилась с замдиректора созданного в 1922 году Радиевого института АН СССР Виталием Григорьевичем Хлопиным, и он первым увидел её потенциал. По его совету после окончания МГУ в 1930 году Зинаида Ершова поступила работать на Московский завод редких элементов, где тогда создавалось первое в нашей стране промышленное производство радия. Коллектив молодого радиевого цеха по большей части состоял из вчерашних выпускников вузов, но уже в 1931 году была получена первая партия радия – около 200 мг.
В 1936 году Зинаиду Васильевну отправили в Париж для научной стажировки – и она работала там в лаборатории Марии Кюри в Институте радия. Её труд «Определение отношения 238U/235U в UY» в 1937-м был опубликован в «Journal de physique», а потом, в 1943-м стал темой её кандидатской диссертации.
В 1938 году по рекомендации Хлопина Зинаиду Ершову назначили руководителем лаборатории радия в Государственном институте редких металлов (Гиредмет), но в 1943-м отозвали «для работы по специальности». «По специальности» - это получить металлический уран для первого опытного реактора, который конструировал Игорь Курчатов. Уже в 1944-м Игорь Васильевич нужные для реактора материалы получил (и это было огромное достижение!), а Зинаиду Васильевну стали за глаза называть русской мадам Кюри.
В конце 1944 года был создан Институт специальных материалов – НИИ‑9, позднее ВНИИНМ. Зинаида Ершова возглавила его радиохимическую лабораторию. Здесь занимались методами получения из урана, облучённого в курчатовском реакторе, соединений плутония, и ночью 18 декабря 1947 года получили первые в СССР весовые количества плутония – 73 мкг.
В 1948 году в новой лаборатории Зинаиды Ершовой начали работать над получением полония из облучённого висмута. В первой атомной бомбе, испытанной в 1949 году, использовался полоний, наработанный именно здесь. За это достижение в 1952 году Зинаиде Ершовой присвоили степень доктора технических наук без защиты диссертации. А в начале 1960‑х полоний из материала для атомного оружия превратился в топливо для энергетики: блоки на его основе питали спутники связи и самоходные станции «Луноход‑1» и «Луноход‑2». С 1950-х Зинаида Ершова занялась ещё и тритием: тогда он был нужен для водородной бомбы, а с 1960-х – для работ над термоядерным реактором.
Зинаида Васильевна ушла с должности начальника отдела, когда ей было уже за 80 – и ушла легендой.
Взрывные женщины
Екатерина Феоктистова исследовала взрывчатые вещества и создала малогабаритный ядерный заряд с взрывчатым составом на основе октогена. Лауреат двух Сталинских премий и Государственной премии СССР и единственная во ВНИИТФ женщина – доктор наук.
Родилась Екатерина Феоктистова в 1915 году в Петрограде. В 1939-м закончила Ленинградский химико-технологический институт и осталась – сначала как аспирант, а потом как научный сотрудник. В 1947-м блестяще защитила кандидатскую, и все прочили ей научную карьеру – но уже в декабре 1947-го её забирают в Арзамас-16 в КБ-11 – теперь это РФЯЦ-ВНИИЭФ в Сарове. Там она стала одним из ведущих в стране специалистов по взрывчаткам.
Тема Екатерины Алексеевны – один из основных узлов ядерного заряда с деталями из взрывчатых материалов. Она начала с исследований самого на тот момент мощного взрывчатого состава – тротил/гексоген, который использовали в первых советских атомных бомбах. В 1952 году возглавила лабораторию, где продолжала исследования, а также изучала влияние радиации на взрывчатые материалы – для разработки крылатой ракеты с ядерным двигателем. В 1958 году переехала в Снежинск – работать в РФЯЦ-ВНИИТФ, и с начала 1960-х годов отдел Феоктистовой стал заниматься созданием новых взрывчатых составов. Так был создан октогеновый взрыватель – первое отечественное взрывчатое вещество, созданное специально для атомной бомбы. 21 октября 1968 года его успешно испытали в малогабаритном ядерном заряде. А в 1969-м Екатерина Феоктистова защитила диссертацию и стала единственной во ВНИИТФ женщиной – доктором наук.
Екатерина Алексеевна проработала в Снежинске до 1987-го, когда её не стало в возрасте 71 года. Она участвовала в разработке ядерных зарядов от самых первых до современных. Некоторые находятся на вооружении армии до сих пор.
А её коллега Людмила Фомичёва свою научную жизнь посвятила саровскому ВНИИЭФ – и это именно её первой назвали «взрывной женщиной». Она лично участвовала в создании, исследовании и внедрении всех взрывчатых составов, которые когда-либо использовались в советских и российских ядерных боеприпасах. Ей трижды присуждали Государственную премию: дважды в СССР и один раз – уже в России.
Людмила Валентиновна родилась в Курске в семье военнослужащего, в 1954 году окончила с отличием химический факультет Воронежского государственного университета и сразу же начала работать в том же КБ-11, где начинала Екатерина Феоктистова, в той же лаборатории. Всего за три месяца она создала методику анализа нового взрывчатого вещества, которую сразу внедрили в производство. После решения ещё ряда нетривиальных задач её без экзаменов приняли в аспирантуру, в 1970 году она защитила кандидатскую диссертацию, в 1985-м – докторскую. Её научные работы стали справочниками по взрывчаткам того времени.
В 1967 году она возглавила отдел химии и технологии взрывчатых веществ ВНИИЭФ и руководила им до 2004 года. И отдел её был преимущественно женским: считалось, что работа с взрывчаткой требует огромной аккуратности и внимания, а также чувства страха, которые более развиты у женщин.
Плутоний в девичьих руках
Это название знаменитой книги, которую написала Лия Сохина – учёный-радиохимик, доктор химических наук. Книга посвящена первым годам химико-металлургического цеха ПО «Маяк», где Лия Павловна работала 40 лет, с самого его строительства.
Лия Сохина родилась под Курском и закончила тот же химфак Воронежского университета, что и Людмила Фомичёва, только шестью годами раньше. Сперва, в 1948 году по распределению её отправили работать в НИИ-9, где тогда «русская мадам Кюри» Зинаида Ершова трудилась над технологией производства оружейного плутония. А в 1949-м Лия Павловна уехала на строящийся под Челябинском химико-металлургический завод ПО «Маяк». Она ожидала увидеть современное автоматизированное предприятие с герметичным оборудованием, а реально тогда это были – бараки, где колбы с радиоактивными растворами стояли прямо на рабочих столах… Несмотря на всё, работа шла (и именно об этом – её книга).
Лия Сохина занималась технологией очистки плутония, потом – извлечением америция. В 1954-м стала начальником только созданной лаборатории по обезвреживанию радиоактивных отходов – много позже эта работа легла в основу технологий обращения с отработавшим топливом АЭС. С 1959-го Лия Сохина – заместитель, а потом и начальник центральной заводской лаборатории. Она возглавила работу по выяснению каналов неучтённых потерь плутония в технологическом процессе и их устранению. Это стало темой её докторской диссертации. Лия Сохина первая и единственная на комбинате женщина – доктор химических наук.
А руководила её диссертационной работой Анна Гельман – ещё одна великая атомщица, химик, автор технологии получения особо чистого плутония, доктор химических наук, профессор, дважды лауреат Государственной премии СССР.
Анна Дмитриевна родом из Сибири, и в юности тянуться к знаниям ей было непросто: школы были слабые, она занималась самообразованием, работала учительницей. Только в 28 лет, в 1930 году она поступила в Крымский пединститут (бывший Таврический университет, где учился Игорь Курчатов) на кафедру химии, затем в аспирантуру Ленинградского госуниверситета. Тут и раскрылись её таланты. Уже в 1941 году она защитила докторскую диссертацию по исследованиям платиновых металлов. А с 1945-го занялась ураном, торием и плутонием – их выделением и очисткой. Созданную ею технологию очистки плутония применили на строящемся первом в СССР производстве плутония на комбинате 817 – ПО «Маяк». А когда она приехала туда сама, через её руки прошёл почти весь плутоний для первой советской атомной бомбы.
С 1953 года Анна Дмитриевна руководила лабораторией московского института физической химии АН СССР: занимались и фундаментальными исследованиями по химии урана, нептуния, плутония, америция, и прикладными – в помощь радиохимическим заводам Челябинска (ПО «Маяк»), Томска (Сибирский химкомбинат) и Красноярска (Горнохимический комбинат). Плутоний здесь очищали именно по её технологии.
И ещё одна женщина, которая внесла огромный вклад в атомную отрасль, - доктор Ангелина Гуськова, основатель советской медицинской радиологии. О ней мы рассказывали отдельно - вот тут.
Алиса Мучник, с использованием материалов портала «Библиоатом» и издания «Страна Росатом»