МЯТЕЖ. День седьмой. 12 июля 1918 года. Жизнь под обстрелом.

Для ярославцев известие о том, что город захвачен белыми, стало полной неожиданностью. Первой реакцией большинства была радость, что большевистской власти пришел конец. К этому примешивалось чувство некоторой тревоги, но даже перестрелка на окраинах города не слишком портила общего настроя горожан.

Второй день восстания - 7 июля - пришелся на воскресенье. День был теплым и солнечным, и горожане по привычке готовились к традиционному променаду на Казанском бульваре. Вдруг где-то около 10 утра раздался непривычный звук пушечного выстрела. Судя по темному облачку в небе, снаряд разорвался в районе Вознесенских казарм. Ближе к полудню обстрел города со станции Всполье возобновился. Снаряды не долетали до центра, но испуганные обыватели предпочитали прятаться по домам. Следующие два дня прошли сравнительно спокойно, хотя обстрел города не прекращался, более того, теперь он шел одновременно и со Всполья, и из-за Которосли.

А 10 июля начался непрекращающийся ад. Артиллерия красных бомбила город по расписанию каждый вечер и всю ночь, несколько снижая интенсивность обстрела с рассветом. Но даже в такой обстановке нужно было как-то жить – есть, пить, по возможности, находить время на отдых.

Еще 7 июля Ярославский торгово-промышленный союз по требованию Перхурова распорядился открыть все продовольственные лавки – частные, городские и кооперативные. Владельцам и управляющим лавок, уклонявшимся от исполнения распоряжения, грозил арест и полная конфискация имущества. Продовольствие, прежде всего хлеб из расчета ¼ фунта на человека, выдавалось по карточкам, напечатанным еще при большевиках. У продовольственных лавок выстраивались длинные очереди. Люди стояли в них по два дня, рискуя попасть под случайную пулю или осколок.

Совсем плохо стало после того, как артиллерией красных был разрушен городской водозабор (здесь и сейчас расположено главное здание горводоканала) - прекратил работать водопровод. Воду в деревянных бочках ежедневно привозили в установленные пункты на Варваринской улице (ныне улица Трефолева), Семеновской площади (ныне – Красная площадь), в некоторых других районах города, но из-за непрекращающегося обстрела сделать это удавалось не всегда.

Ярославль стоит на берегу двух полноводных рек, но обстрелы не давали возможности добраться до вожделенной воды.

Один из современников рассказывал:

Интересную картину представлял Семеновский спуск к Волге (ныне Красный спуск). Под аркой лежало несколько человек офицеров в полной форме, с георгиевскими крестами, убитых, а рядом старуха с пустыми ведрами, уткнувшись лицом вниз… На другое утро офицеры были раздеты мародерами. Этих хищников развелось тоже порядочно. Бывали случаи специального поджога брошенных жителями домов с целью воспользоваться имуществом…

На счастье, после первых жарких дней погода испортилась, и две недели шли почти непрекращающиеся дожди, так что жажда перестала быть серьезной проблемой.

Зато настоящим бедствием стали пожары, в короткий срок уничтожившие полгорода и породившие тысячи беженцев.

Продолжение – Демидовские среды, 13 июля.