Миллениалы: герои нашего времени. Или нет.

“Миллениалы”, “поколение Y”, “эхо-бумеры” – без этих терминов сегодня не обходится ни одна конференция эйчаров или маркетологов. Под миллениалов меняют рабочие места, создают продукты, адаптируют каналы продаж. А еще их называют поколением героев. Как это получилось, кто такие миллениалы на самом деле и должны ли они быть героями?

Чтобы разобраться с этим, нужно начать с теории. Миллениалов, а заодно бумеров и зуммеров придумали американские писатели Уильям Штраус и Нейл Хоув. Некоторые медиа называют их учеными-социологами, но это не совсем верно. Штраус и Хоув никогда не были институализированными учеными в области социологии. Первый получил образование юриста, работал в сфере политики, прославился как автор сатирических песен. Второй изучал английскую литературу, а также экономику и историю, работал в сфере фискальной политики, занимался проблемами миграции.

В 1992 году Штраус и Хоув опубликовали книгу Generations, которая сделала их знаменитыми. Проанализировав европейскую и американскую историю начиная с XV века, Штраус и Хоув пришли к выводу, что она носит циклический характер.

По мнению Штрауса и Хоува, в человеческой истории есть повторяющиеся циклы, которые состоят из четырех фаз. Эти фазы они обозначают термином turning. Первая фаза – подъем (период после кризиса, во время которого расцветают новые институты общества), вторая – пробуждение (общество обнаруживает проблемы нового социального устройства), третья – спад (проблемы нарастают и определяют развитие общества, под их действием институты деградируют), четвертая – кризис (институты разрушаются и воссоздаются заново – уже обновленными). Затем схема повторяется. Один исторический цикл занимает 88 лет, что связано со средней продолжительностью человеческой жизни.

Теория о том, что социальное развитие циклично не была новацией Штрауса и Хоува – она давно включена в научный дискурс (например, ее активно используют в экономике для описания циклов развитие-кризис). Их оригинальная идея состояла в том, что разные фазы цикла должны порождать разные типы личностей, которые затем породят новый цикл. Эти типы личностей они и считают поколениями. Их определение поколения звучит так: люди одной популяции, которые пережили схожие события в определенный период времени. Тот факт, что события истории, по мнению Штрауса и Хоува, цикличны, позволяет выделить типы поколений, в зависимости от того, в какую фазу цикла родились их представители.

Штраус и Хоув разделили все поколения в истории на четыре типа. Вот эти типы: пророки (избалованные дети, родившиеся в период кризиса и получающие все преимущества нового социального порядка), странники (незащищенные дети периода социального подъема, которые первыми сталкиваются с противоречиями новой социальной структуры), герои (дети, родившиеся в период социального спада, который первыми сталкиваются с глубокими кризисом) и художники (гибкие дети, родившиеся в кризис и видевшие становление новых социальных норм).

Миллениалы – это поколение, родившееся в период с восьмидесятых до нулевых. В рамках схемы Штрауса и Хоува, миллениалы – поколение героев. Они следуют за поколением странников (поколение Х, 60-80 годы) и пророков (бэйби-бумеры, 40–60 годы). За миллениалами идут зуммеры, которым отведена роль художников. Если следовать логике этой схемы, то на время зрелости нынешних миллениалов приходится период кризиса миропорядка, который был создан после Второй мировой войны (это предыдущий кризис). Новый кризис определяют такие вопросы как глобализация, цифровая безопасность, растущее экономическое и политическое влияние Китая, экологические вызовы, изменение структуры коммуникаций, разрушение традиционных иерархических институтов власти и семьи, а также рост влияния социальных меньшинств.

Таково положение миллениалов в системе координат теории поколений. Но прежде, чем углубить характеристику миллениалов в России, хотелось бы охарактеризовать позицию самой теории Штрауса и Хоува в научной картине мира. Нужно сказать, что свою популярность эта концепция нашла в первую очередь у профессионалов сферы маркетинга, PR, а также корпоративных специалистов по управлению персоналом. Ученые-социологи и социальные философы в большинстве своем относятся к ней со скепсисом. И это вполне объяснимо. В своей методологической основе она напоминает цивилизационные концепции Шпенглера, Тойнби или Данилевского, которые также касались вопросов цикличности и периодизации развития цивилизаций. Эти работы были очень популярны в начале ХХ века, однако развитие социального знания выявило ряд серьезных концептуальных проблем, характерных для такого рода теорий.

Для начала все они не выдерживают проверки по критерию фальсифицируемости. Эти концепции не могут быть опровергнуты конкретным фактом или экспериментом. А значит, высказать что-то об их истинности, оставаясь в рамках научного знания, нельзя. Кроме того, теории такого типа опираются на несколько спорных посылок. Во-первых, исходят из установки социального реализма – допущения, согласно которому социальные группы (например, поколения) и социальные процессы (например, циклы) существуют на самом деле, как элементы некой самостоятельной области реальности со своими законами (а не являются описательной моделью, которую придумали люди). Во-вторых, они допускают детерминацию поведения людей установленными историческими законами из этой сферы реальности. В-третьих, эти концепции опираются на гипотезу историцизма, в соответствии с которой исторический процесс подчиняется некому закону (что недоказуемо), и изучая события прошлого этот закон можно постичь (что также невозможно доказать).

Относиться к теории Штрауса и Хоува в той части, где авторы описывают историческую миссию каждого поколения, нужно с большой осторожностью. Это скорее некие эвристические наблюдения или литературные приемы, нежели научные методы описания реальности. Впрочем, определенная часть концепции Штрауса и Хоува это вполне надежный, проверенный столетиями и доказавший свою полезность инструмент. Речь идет об их подходе к описанию поколений, как людей, объединенных схожим опытом. Кажется, такой способ описания поколений ученые применяют еще со времен Древней Греции (его создателем называют Гесиода, с его поколениями золотого, серебряного, бронзового и железного веков). И эта описательная модель вполне эффективно справляется со своей задачей. Она фиксирует факты и события, которые влияли на все общество в целом, и основываясь на таких фактах старается создать образ человека, который формировался под их действием. Иными словами, это своего рода мысленный эксперимент: авторы таких концепций предлагают нам представить человека, личная жизнь которого не оказала никакого влияния на его характер, зато его мировоззрение целиком и полностью формировалось под действием значимых общественных событий. Каким будет с точки зрения этой методики представитель поколения миллениалов? Чтобы ответить на вопрос, сосредоточимся на наиболее значимых для всего российского общества в целом событиях периода с восьмидесятых до нулевых.

Это время – бурный период в истории нашей страны. Это период заката и распада Советского союза, изменения экономического уклада, разрушения старых социальных институтов и расцвета новых технологий. Мощные политические потрясения вызывают шок и апатию у большей части общества, и дикий всплеск активности и энергии у меньшей. Формируется класс экономической олигархии. На фоне ослабления государственной власти возникают очаги регионального сепаратизма в бывших союзных республиках. Пока политическая элита ищет способы обосновать неделимость государства, общество потрясает серия военных конфликтов.

Схожий эффект имеет и изменение культурной парадигмы: отказ от идеологии лишает многих граждан чувства опоры, но дарит творческой элите пространство для самореализации. Параллельно этому в советский мир просачиваются новые культурные образцы, товары и медиа. Планета меняется под действием новых технологий: высокоскоростного интернета и сотовой связи. Но пока доступны они не всем. Глобализация и цифровизация, охватившие Землю, в России по началу становятся достоянием небольшой части общества. Экономический кризис подчеркивает и закрепляет социальное расслоение. Этот период нестабильности и потрясений заканчивается в нулевые.

Таковы краткие итоги двадцати лет, на период которых пришлось детство и юность представителей поколения миллениалов. Вернемся к нашему мысленному эксперименту. Какими будут взгляды на жизнь идеального человека, пережившего в детстве все эти события?

Чтобы описать его взгляды, я воспользуюсь схемой стоиков. Они считали, что охарактеризовать любое мировоззрение можно, описав три основных вещи: как человек воспринимает процесс познания, как он видит окружающий мир и как относится к другим людям.

С моей точки зрения, в отношении познания, наиболее значимыми событиями для поколения оказались отказ от идеологии, открытие границ и появления цифровых технологий. Эти факторы сделают нашу идеальную личность открытой миру, определят ее интерес к цифровым медиа, и в то же время сформируют скептический, не склонный доверять большим проектам, характер.

Для восприятия окружающего мира самыми значимыми факторами будут глобализация, политическая нестабильность и мобильные технологии. Личность, сформированная под влиянием этих факторов, будет меньше привязана к своей родине по сравнению с представителями предыдущих поколений, будет иметь склонность к космополитическим взглядам, испытывать глубокое ощущение тревоги, а также использовать социальную и географическую мобильность, как способ справляться с проблемами и вызовами.

И наконец, для восприятия других людей наиболее значимыми мне представляются факторы социального расслоения, терроризма и проникновения новых медиа и культурных образцов. Эти явления должны были сформировать личность, испытывающую потребность в некой общности, и в то же время, бессознательно возводящую границы, делающую ставку на новейшие медиа, обеспечивающие опосредованную и защищенную коммуникацию между людьми.

Суммируя вышесказанное, можно представить смоделированного нами идеального представителя поколения миллениалов как тревожного и скептического интроверта, следящего за мировыми тенденциями, имеющего глубокую потребность в общности, активно путешествующего и меняющего свою жизнь, но чувствующего себя уверенно скорее в цифровой среде, чем на улицах родного города.

Являются ли представители поколения миллениалов героями по факту рождения и должны ли они ими быть? С точки зрения теории поколений, обстоятельства могут способствовать тому, чтобы воспитанные в сложный период миллениалы раскрыли в себе героические черты. Но, разумеется, героизм – это не вопрос принадлежности к поколению. Ответ на вопрос “Быть или не быть?” каждый из нас находит самостоятельно.

Мне бы хотелось напомнить о генезисе самой концепции героизма в европейской культуры. Идея почитания героев, возникающая в далеком III тысячелетии до нашей эры (а может быть и раньше), неразрывно связана с культом поклонения мертвым предкам. В рамках этого культа герой – это человек, соединивший в себе природу двух миров: небесного и земного. Благодаря этому, он, живущий на земле, может выйти за пределы тех естественных закономерностей, которые подчиняют себе всякого человека. Выйти за пределы системы, стать свободным, совершить невозможное. Он оставляет за пределами своей судьбы те естественные детерминанты, которые определяют жизнь человека: бесконечная борьба за существование, тяжелый труд, тревоги, бедствия, и повторяющиеся природные и исторические циклы.

В том числе циклы Уильяма Штрауса и Нейла Хоува, если они действительно существуют. Так что не рассчитывайте на поколения, друзья. Если хотите быть героями – будьте ими, и не рассчитывайте на помощь абстрактных схем. Обстоятельства и правда способствуют проявлениям героизма.