Джефф Лемир
Джефф Лемир на сегодняшний день является одной из главных звезд современных комиксов. Это один из самых трудоспособных и невероятно разноплановых сценаристов, который пишет, казалось бы, любые истории: от сказки про маленького робота в космосе до психологического триллера с выворачиванием реальности, от стандартной супергероики до постмодерновой супергероики и супергероики без супергероики. Сегодня мы попробуем вкратце отследить его творческий путь и разобраться, как эволюционировало его мастерство и как менялись его комиксы.
Джефф родился 21 марта 1976-го года в небольшом городке в графстве Эссекс. О его ранней жизни известно не так много. В детстве он был большим поклонником Г. Уэллса и говорил, что «Человек-невидимка» и «Машина времени» были, пожалуй, первыми книгами в его жизни. Помимо научной фантастики, он является большим поклонником постапокалипсиса – среди своих любимых произведений в этом жанре он называет «Безумный Макс», «Дорога» и «Ходячие Мертвецы».
С самого детства Джефф сделал выбор в пользу DC, неоднократно упоминая, что эта вселенная сразу стала ему ближе - он постоянно перерисовывал комиксы о Бэтмене и даже придумывал собственные истории о нем. Его любовь к комиксам началось с того, что он обнаружил магазинчик с комиксами недалеко от своего дома, и стоит сказать, что взрослел он в наиболее благоприятное время – взрослел он в 80-е годы, в пору коренного перелома и комиксного Ренессанса.
Неудивительно, что 14-летний Лемир был очарован запустившимся Вертиго, выделяя в числе прочих Сэндмена и Hellblazer. Они стали этаким перекидным мостиком между миром супергероики и несколько другими комиксами, непохожими на приключения Лиги Справедливости или Быстрейшего человека на Земле. Окончательным переходом стал переезд в Торонто, где он обнаружил магазин Beguiling и прорву инди и андерграунд комиксов.
Примерно в те же годы он осознал, что хочет связать свою жизнь с комиксами - но увы, комиксных университетов не было, и Джефф решил попробовать себя в кино. В итоге все вылилось в 4 года осознания того, что он не хочет заниматься кино, он хочет заниматься комиксами. Потом пошла череда смены профессий. Джефф довольно красочно описывает тот период его жизни в предисловии к переизданию своего дебютного комикса Lost Dogs.
Это было время, когда он даже и помыслить не мог о том, чтобы зарабатывать созданием комиксов. Джефф работал ночным поваром в забегаловке La Hacienda, которая находилась на месте бывшего бара. Он жил со своей девушкой (что ныне стала его женой), много пил, но и много работал. После каждой ночной смены он просыпался пораньше и упорно рисовал. Не счесть количества комиксов, что так и остались «в столе» и никогда не увидели свет.
На том этапе ему не помогло ничего, кроме упорства и адского, ежедневного труда. Так продолжалось на протяжении пяти или шести лет. Вдумайтесь. Джефф никак не мог найти свой голос и понятия не имел, о чем ему рассказывать. И правда, о чем может рассказать парень из Торонто, что провел все свое детство на ферме в Канаде?
Вот именно.
Первой крупной идеей стала научно-фантастическая эпопея на три сотни страниц, которую он упорно рисовал месяцами напролет, но в итоге бросил – она банально шла в никуда – где-то в 2004-м году.
Примерно в то же время ему на глаза попалась книга «Понимание комикса» Скотта Макклауда, которую он прочел от корки до корки, и на сайте автора узнал о его знаменитом 24-часовом испытании, суть которого проста – за сутки непрерывной работы написать и нарисовать 24-х страничный комикс.
Запасшись кофе (а возможно и виски), Джефф принялся за работу. Итогом его суточных трудов стали 12 страниц его первого опубликованного комикса. Несмотря на то, что испытание он провалил, Джефф почувствовал воодушевление – это было оно. Он понял, какую историю он может рассказать. В течение следующего месяца он работал над комиксом, и так увлеченно, что последние четырнадцать страниц он нарисовал за один присест.
Спустя несколько месяцев после окончания работы, Джефф подал заявку на получение гранта Xeric в размере 5 тысяч долларов. Он, к слову, был основан Питером Лэрдом, соавтором «Черепашек-ниндзя». К своем немалому удивлению, Джефф его получил – хотя до этого он дважды пробовал его получить. Осенью 2005-го года вышел первый тираж в 700 копий. Он не создал шума и не привлек к себе широкого внимания – но это было и не нужно. Джефф нащупал свой стиль и смело ринулся по этой дорожке.
Что можно сказать о Lost Dogs? Он неряшливый, грязный, слегка нескладный, с неровным леттерингом и простейшей композицией – но в нем есть первые ростки авторского стиля Лемира и первая проба исследования тем, что впоследствии станут определяющими в его творчестве.
Это история о моряке, что потерял свою семью и, казалось бы, потерял самого себя – и в открытом море пытается самого себя же найти. Здесь есть небольшой городок, фигура отца, тема защиты своей семьи и открытое море – все те элементы, что получат свое развитие в следующих его работах. «Потерянные псы» были разминкой перед его первым серьезным успехом.
К слову, рисует Джефф до сих пор на бумаге – в цифре он лишь вносит мелкие правки и убирает шероховатости.
После него Джефф перебрался из малоизвестного Ashtray Press в чуть более известное Top Shelf Productions. И именно там вышел комикс, который принес ему моментальный успех и признание – речь идет, как вы поняли, о «Графстве Эссекс».
Комикс выходил с 2008 по 2009 годы. За него Джефф получил номинацию на премию Айснера и Харви. Фактически, это была история о его детстве и о жизни в маленьком городке на ферме. «Графство» было названо одним из лучших произведений Канады за последнее десятилетие – чего до этого не удостаивался ни один комикс.
Помимо того, что является переосмыслением Джеффом своего детства, также стало его первым экспериментом в нелинейном нарративе – действие скачет из прошлого в будущее и обратно. Впоследствии он неоднократно будет использовать этот прием.
О чем этот комикс? Этот комикс о семье, о детстве, о жизни в маленьком городке, о воспоминаниях и об отцовстве. И если в «Псах» Лемир рассказывал полностью выдуманную историю, то в «Графстве» история по большей части основана на его воспоминаниях о своем собственном детстве. Когда-то Стругацкие вывели такой постулат для любого писателя: «Пиши о том, о чем хорошо знаешь, или же о том, о чем не знает никто». Джефф знал, каково это расти на ферме, от скуки выдумывать всякое и читать комиксы – об этом он и написал.
Вероятно, именно это и обеспечило успех комикса – это была максимально простая и максимально личная история, которых в комиксах не сказать, что очень много. Свою роль сыграл и необычный визуальный стиль – по сравнению с «Псами» Лемир стал рисовать гораздо лучше. Для любителей «традиционного» комиксного рисунка он может показаться слишком простым или даже примитивным – разумеется, это не так, и в своих следующих комиксах Лемир все больше доказывал это. В «Графстве» однозначно можно выделить мимику и эмоции персонажей, которые у Лемира получаются весьма талантливо.
Еще одной особенностью его ранних комиксов можно назвать то, что они весьма немногословные, что, в общем и целом, свойственно для «пишущих художников». Очень много элементов истории и атмосферы Лемир передает рисунком: окружением, выражениями лиц, планами и так далее. Диалоги здесь простые и исчерпывающие.
Многообещающего новичка быстро заметили – Vertigo издало его двухсерийный комикс Nobody в 2009-м году.
Вдохновением для этого комикса, как нетрудно догадаться, послужили произведения Герберта Уэллса. После окончания работы над Графством Джефф искал что-то более мрачное и палповое – и обратился к любимым книгам своего детства. Этот комикс не был адаптацией и переосмыслением – их объединяет только центральная фигура Человека-Невидимки.
Здесь вновь есть две любимых темы Джеффа – действие происходит в маленьком городке, и здесь вновь есть фигура отца и его взаимоотношения со своим ребенком. «Графство» было практически полностью реалистичным произведением с однозначной концовкой – «Никто» же получил приличную дозу фантастических элементов и открытую концовку, к которой события подведены, к слову, очень изящно.
Визуальный стиль также претерпел некоторые изменения – в глаза сразу бросается то, что Джефф решил использовать синий цвет для теней. К тому же усложнилась композиция – приведу несколько весьма достойных примеров страниц, которые красноречиво говорят сами за себя.
История рассказывает о Джоне Гриффине – загадочном человеке, чье тело покрыто бинтами. Он появляется в небольшом городке, где живет тихой, уединенной жизнью, стараясь не общаться ни с кем вокруг – но для девушки по имени Милли он стал первым по-настоящему стоящим событием в сонной и размеренной жизни.
И десятилетие Джефф завершил запуском нового комикса для все того же Vertigo – им стал Sweet Tooth, стартовавший в 2009-м году, который он также писал и рисовал.
«Сладкоежка» стал первым регулярным комиксов в его карьере, что для любого автора серьезное испытание – учитывая еще и то, что он сам его рисовал. Джефф давно хотел поработать на поле «постапокалипсиса», но не хотел использовать стандартные сюжеты про атомную войну или типа того – пандемия позволила ему изобразить весь мир опустевшим и пугающим. Источниками вдохновения для него послужили «Остров доктора Моро» все того же Уэллса и серию Kamandi: The Last Boy on Earth легендарного Джека Кирби.
Комикс рассказывает о мальчике, что родился после эпидемии вируса, охватившей всю планету. У него редкое отклонение – он гибрид человека и животного, в его случае оленя. Сладкоежка живет в лесу со своим умирающим отцом, и волей судьбы вынужден покинуть родной дом и познакомиться с огромным, пугающим и непривычно пустым миром.
Помимо всего прочего, это был первый комикс Лемира в цвете – колорист Хосе Вилларубия очень хорошо подчеркивал необычный визуальный стиль Джеффа. Кстати, о нем – прозвучит слегка по-дурацки, но Джефф стал рисовать еще лучше. Помимо непосредственно рисунка, Джефф совершил настоящий рывок в композиции и изображении экшена и нетипичных ситуаций – просто посмотрите:
Вдвойне интересно то, что похожими приемами пользуется и Андреа Соррентино, с которым Джефф в будущем поработает над несколькими крупными проектами – развал панельной структуры, визуальное выделение отдельных элементов в экшен-сценах (моментов удара, оружия и т.д.) и все в таком духе. Неудивительно, что они так хорошо сработались.
Этот комикс на данном этапе является самым длинным в его карьере, продлившись сорок выпусков. Здесь снова появляется фигура отца, снова главный герой – напуганный и одинокий ребенок, вот только окружающий мир гораздо более опасный и незнакомый. В общем и целом, комикс построен по классическим канонам постапокалипсиса – если вы знакомы с жанром, то вряд ли вы найдете что-то кардинально новое. Но это не значит, что история скучна или вторична – она рассказана с фирменной Лемировской простотой и даже теплотой, что чувствуется в его отношении к своим персонажам.
Так завершился первый этап его карьеры. Что можно о нем сказать? Джефф зарекомендовал себя сначала как инди-автор, а затем и полноценный альтернативный автор, если можно так выразиться; к тому же он из довольно редкой породы сценаристов и художников. Его работы были по большей части личными, не претендующими на масштаб или какое-то громкое заявление (исключением можно считать, пожалуй, «Сладкоежку»). Лемира заметили, у него начали брать интервью и в целом уровень его признания увеличивался, и он становился все более известным.
Что «Графство», что «Сладкоежка», что «Никто» – везде действие происходит в небольшом городке. Вообще, судя по всему, его детство оставило на нем серьезный отпечаток – к тому же, по словам Джеффа, его удивляло, как много современных историй происходят в больших городах (урбанизация не про Лемира). К тому же в одном из интервью он произнес хорошую фразу «хорошие истории не должны происходить исключительно в больших городах США».
Джефф признавался, что ему очень нравится писать истории с позиции ребенка. Это получается у него само по себе, на каком-то базовом творческом уровне, и стало особенно ценно для него тогда, когда он сам стал отцом.
Уже к тому моменту стало заметно, что Лемир – трудоголик. Он, опять же, говорил, что причина этого, возможно, также кроется в его детстве на ферме – там приходилось работать очень много, и трудолюбие вместе с менеджментом времени ему привито еще с самого детства. Работает он очень много и в самых разных проектах. В ту пору работа у него обстояла так – за три недели он готовил выпуск «Сладкоежки», после чего неделя оставалась на сценарий к двум комиксам (о них чуть позже) и совсем не оставалось времени на Underwater Welder, о котором также чуть позже. К 2016-му году он уже писал 8 комиксов, из которых два рисовал.
2010-й год начался с заключение эксклюзивного контракта с DC. И вот здесь то Лемира поджидала опасность – он вступал на незнакомую для себя территорию «большой» супергероики, у которой свои правила и законы. К тому же, теперь над ним дамокловым мечом висела редакция, которая, вне всякого сомнения, будет вклиниваться в творческий процесс, да и темы, казалось бы, теперь совершенно другие, не те, над которыми он привык работать. Еще и рисовать его будет кто-то другой! Сам Лемир говорил, что вряд ли был бы доволен, если бы он работал только в DC – по причинам, упомянутым выше.
Справился ли Джефф с навалившимися трудностями? И да, и нет.
Пропустим серии, которые он писал в «переходный период» (например, о Супербое), и обратимся сразу к New 52. С самого старта он взялся за две серии – Animal Man и Frankenstein: Agent of S.H.A.D.E.
Занимательный факт – оба этих персонажа побывали в руках одного лысого шотландца.
Тут стоит сказать несколько слов о том, что вообще из себя представляло New 52. Издательство явно переоценило свои силы, посчитав, что они смогут перенести в новое десятилетие не только обновленные версии «пантеонных» героев вроде Бэтмена или Супермена, но и кучу персонажей помельче, а еще присоединенных недавно персонажей WildStorm, а еще вспомнить о старых военных комиксах… Результат предсказуем. Об этом стоит поговорить категорически отдельно, но в целом ничего толкового получилось – одна за другой сначала закрывались мелкие серии про героев и команды Серебряного Века, затем под редакторские ножи угодили «неоригинальные» персонажи типа Команды 7 или Капитана Атома, и, наконец, герои второго и третьего эшелона непосредственно комиксов DC, вроде Катаны или Дэтстроука.
И в такой экологической обстановке приходилось работать. Я большой поклонник Моррисона и его рана Animal Man, который считаю одним из лучших комиксов, что я читал, но Лемир выбрал абсолютно правильную стратегию и решил углубить и расширить вселенную Бадди Бейкера. Серия была отличной, но, увы, плохо продавалась. В ту пору Болотную Тварь писал Скотт Снайдер, и два новичка приняли решение сблизить двух этих героев, сделав одного защитником Фауны, а другого – Флоры.
Кстати, Моррисон, когда узнал, что Лемир будет писать эту серию, пожелал ему удачи и предупредил, чтобы тот не выделывался с семьей Бейкера.
Про Франкенштейна, увы, сказать толком и нечего – средней руки супергеройский боевик. Для отличного супергеройского боевика время еще придет.
Здесь же произошло еще одно обстоятельство, связанное с его творческим ростом. С работой только в качестве сценариста у Лемира словно открылось второе дыхание – именно у Лемира-писателя, что сразу становится заметно – сюжеты усложняются, диалоги становятся все более активными и талантливыми. К тому моменту он четко определил для себя, то писать сценарий для «Сладкоежки» и сценарий для других художников – это не одно и то же.
Касательно своего писательского стиля Джефф говорит буквально следующее:
«Ну, я не особо интеллектуальный автор, в том смысле, что, когда создаю историю, я не думаю «эта история будет о том-то, и там буду раскрываться такие-то темы». Я ни о чем таком не думаю. Я просто сажусь что-то писать, и оно выходит само собой. Но ты сразу начинаешь переживать за тональность и ощущение от истории, и она начинает работать, и ты просто ловишь эту волну. Все мои работы меланхоличные и грустные».
Лемир с самого начала совместной работы над комиксами привык доверять своим художникам, никогда не делая им жестких указаний – всю энергию он бросал на сюжет, прописывание диалогов и персонажей, отдавая визуал художникам на откуп.
На 9-м выпуске он подхватил Темную Лигу Справедливости, которую писал 14 выпусков. Но подлинным его успехом как финансовым, так и творческим стало спасение серии о Зеленой Стреле.
До 17-го выпуска серия была в настолько плохом состоянии, что и сказать трудно. Кстати говоря, именно там Джефф впервые поработал с Андреа Соррентино, с которым они еще наведут шороху в индустрии.
«Зеленая Стрела» с самого начала не задалась – это была довольно стандартная проходная серия. У нее тоже были свои звездные моменты – когда «Зеленого Фонаря» писал Дэнни О’Нил еще в 70-х, что начинил его социальной повесткой (формально это была серия о Фонаре, но с приходом О’Нила там на постоянной основе прописался и Стрела). Ну и подлинным успехом была мини-серия Longbow Hunters Майка Грелла, что оказалась столь успешной, что после нее запустилась первая сольная серия Стрелы. О ней хорошо написал коллега Першин.
Так вот, в New 52 дела шли неважно – и на 17-м выпуске приходит Джефф Лемир, который все еще новичок для «больших» комиксов, и Андреа Соррентино, что до этого успел поработать только над серией I,Vampire.
Судя по всему, дуэт получил карт-бланш, и они решили воспользоваться им по полной. И несмотря на то, что это адреналиновый боевик про потерявшего все и вся Оливера Квинна, он все равно содержит в себе характерные для Лемира особенности – фигуру отца, детство и его влияние на настоящее, прыжки во времени, и первые-первые зачатки «супергероя без своих суперсил». Помимо убедительного повествования, комикс был еще и великолепно нарисован:
Без преувеличения Лемир и Соррентино вытащили серию из забытья, да так, что их запала хватило на то, чтобы даже после их ухода довести серию до логического конца.
Но то супергероика – а что насчет авторских проектов? Удивительно, но Джефф ухитрялся находить время и на рисование, создавая один из своих лучших, на мой взгляд, «приземленных» комиксов.
В 2012-м выходит новый комикс Джеффа Лемира - The Underwater Welder, который он также рисовал и писал на протяжении четырех лет. Для этого ему даже пришлось найти себе замену в лице Мэтта Киндта, что рисовал выпуски «Сладкоежки» с 26-го по 28-й. Дабы держать себя в тонусе, Джефф периодически менял стили – 18-й выпуск похож на детскую книжку, а 24-й выпуск серый и блеклый.
В интервью Лемир признался, что он больше любит черно-белые комиксы, потому он выполнен именно так. Дело тут в первую очередь в эстетичности и чувстве прекрасного, а не в дешевизне. В процессе работы над книгой у Лемира родился сын – и то, что сначала было историей о травме и стрессе, стало в «своеобразный гимн отцовству». Тема отцовства вообще довольно распространена у Лемира – что Ныряльщик, что Сладкоежка, что Энимал Мэн. Здесь также Лемир играется с временной структурой (он вообще любит этот прием).
Сама история одновременно и простая (как свойственно Джеффу), и не очень – прошлое и настоящее здесь переплетаются, и в этом комиксе лично я сильнее всего ощущал присутствие автора и его вовлеченность в то, что он пишет, и очень хорошо виден тот переход от темы детской травмы к пониманию и принятию. Комикс точно так же получил признание как читателей, так и критиков.
Сам Лемир так объясняет свою привязанность к воде и всему, что с ней связано – он всегда любил океан и с самого детства любил плавать и нырять, чувствуя умиротворение под водой. «Вода может нести в себе множество смыслов: жизнь, смерть, перерождение и я обожаю ее рисовать.» Но при этом он старается не слишком сильно анализировать эту привязанность – ибо есть вероятность, что она пропадет.
Собственно, Сам Лемир считает одним из корней своего успеха то, что он постоянно балансирует между мейнстримом и инди, перепрыгивая с комикса на комикс, сохраняя незамыленный взгляд и свежее восприятие – и так часто бывало, что во время работы все в том же DC ему приходили идеи, что он мог воплотить уже в своих инди-проектах.
Ну и очевидно, что он выбирает инди и творческую свободу – потому, собственно, недавно и свалил отовсюду.
В 2014-м году он вписался в команду авторов, что работала над The New 52: Futures End – еженедельной серией, действия которой разворачивались спустя пять лет после текущих событий. Не будем о ней.
Последним крупным проектом для DC на тот момент стал Teen Titans: Earth One, о котором, увы, сказать особо нечего. К сожалению, перезапуск не вознес Лемира на вершину славы, как того же Снайдера или сейчас Кинга (а может и к счастью) – я имею в виду то, что он не стал рулевым парнем в DC, который ретконит Кризис и создает свои Мультивселенные. Свою долю известности он, разумеется, получил, что заметно помогло ему в дальнейшей карьере.
В 2014-м году контракт Лемира в DC закончился, и он некоторое время работал над авторскими проектами. В те два года начали выходить несколько весьма важных комиксов, что, фактически, и сделали ему имя.
К счастью, его контракт не включал в себя работу в Image, Dark Horse и Valiant. И в 2015 году Лемир выпустил, на мой взгляд, один из лучших своих комиксов – «Посланник».
Следует сразу сделать оговорку, что «Посланник»— это сказка в контексте космоса, и относиться к ней нужно соответствующе. По ходу повествования Джефф Лемир поднимает уже знакомые по другим произведениям темы, связанные с роботами, — об их праве на личную свободу, о том, есть ли у них сознание, о взаимоотношениях в стиле «творец-творение» и так далее. Но ни одна из этих тем не получает серьезного развития, и авторы не выражают определенной позиции по какой-либо из них.
Для кого-то может показаться уничижительным то, что я называю этот комикс сказкой – ничего подобного, ибо написать хорошую сказку, на самом деле, невероятно трудно. А ведь здесь именно сказка – юный герой, что оказался в пучине событий, которых он не понимает, но вынужден сделать над самим собой усилие и перестать быть просто заложником обстоятельств. Это, кстати, главный минус истории, на мой взгляд - сам Тим как персонаж сначала представляет собой лишь инструмент, который необходим всем участникам конфликта, но под конец он решается на то, чтобы взять ситуацию в свои руки и сделать собственный выбор… который тут же становится бессмысленным, после чего он вновь превращается в невольного заложника обстоятельств.
С другой стороны, стороны конфликта представлены так, что нельзя с полной уверенностью разделить их на правых и виноватых. И восставшие роботы, и Федерация, и сами Посланники — древняя раса машин — не рисуются однозначно хорошими или плохими. К плохим парням можно отнести только местных работорговцев, которые однозначно негодяи и сволочи, но их роль в сюжете не так глобальна. И для сказки это достаточно сильный посыл — предложить читателю самому выбрать, кто в итоге оказался меньшим злом.
Некоторые ключевые элементы родились из диалога с Дастином Нгуеном – например загробный мир роботов.
Сам Джефф говорил о том, что, по его мнению, самым человечным персонажем в комиксе является как раз Тим.
«Я думаю, что роботы — это величайший символ человеческого высокомерия. Мы, люди, играем в Бога, создавая что-то по собственному образу и подобию. Мы видим мир, что нас перерос. Эти машины перерастают нас, и мы не можем с этим смириться, потому мы и уничтожаем собственные творения. Мне кажется, это что-то говорит о нас».
В качестве одного из источников вдохновения Лемир называл серию Machine Man Джека Кирби – каких-то прямых отсылок к не в книге нет, лишь некая общая атмосфера. Сам Лемир говорил, что к «Посланнику» он уже привык к ежемесячному формату, логично сравнивая полноразмерный комикс с двухчасовым фильмом, а онгоинг-серию – с сериалом.
Помимо всего прочего, «Посланник» стал первой авторской серией Лемира, которую рисовал не он. Вот так вот.
Изначально было запланировано 24 выпуска, но в итоге вышло 36. И да, концовка должна была изначально быть другой. Просто в один момент Джеффу захотелось разбавить повествование, и он придумал сюжетный эпизод с магией и вампирами. Он так понравился и ему, и Нгуену, что они решили подправить концовку и оставить задел на продолжение.
«Посланник» во многом схож со «Сладкоежкой» - и тут и там невинное дитя буквально выброшено в огромный, жестокий мир, которое постоянно находится под угрозой плена и даже гибели. Немаловажную роль сыграло рождение ребенка – Джефф думал о своем сыне и о том, как защитить его и какие опасности могут ему грозить.
Там раскрывается совершенно новая тема для Лемира – прогресс и взаимодействие с технологиями. Первоначально была мысль, чтобы роботизированное прошлое Тима-21 раскрывалось не сразу – ибо он настолько человечен.
Дизайнерское прошлое ОЧЕНЬ сильно помогло Дастину, поскольку для него не составляет труда рисовать архитектуру, интерьеры и роботов.
«Он видит роботов в трехмерном пространстве, можем мысленно собрать и разобрать их».
Ко всему прочему, акварель придает холодному космосу, роботам и строениям хороший заряд жизни и человечности.
Несколько месяцев Джефф потратил на построение мира и прописывание всех этих миров.
Про Valiant, увы, не расскажу, по причине нехватки времени. Может быть в другой раз.
И в том же 2015-м году начал выходить комикс, который затмил собой все его прошлые работы и вознес его на вершину славы. Я говорю, конечно же, о «Черном молоте».
Джефф постоянно возвращался в своих работах к образам из прошлого – фермы, семья, одиночество и поиск себя. Здесь есть все это – а еще здесь есть комиксы. Сам автор прямо сравнивает работу над «Молотом» с игрой в песочнице:
«У меня есть 70 лет истории комиксов, и тысячи тысяч отличных комиксов, из которых я могу черпать вдохновение, брать идеи, перемешивать их и получать что-то совершенно новое».
И постепенно описывая каждого из пяти героев, Джефф все больше погружается в этот мир. И когда он говорит, что спин-оффы он выпускает в первую очередь потому, что его увлекает процесс создания этого мира, ему можно верить – действительно, куда БОЛЬШЕ комиксов можно выпускать? И неудивительно, что он называет его одним из своих главных проектов.
«Все, что я люблю в супергеройских комиксах, рассказанное в инди- и андерграунд-стилистике».
Забавное совпадение – в Dark Horse уже несколько десятилетий выходят комиксы о Хэллбое, и Джефф считает, что хорошо иметь перед глазами такой вдохновляющий пример. У основной ветки концовка уже написана, но других историй у Джеффа еще на десятилетие вперед.
Сама идея «Молота» появилась еще тогда, когда Джефф делал «Графство Эссекс» и даже и помыслить не мог о том, что будет работать в Марвел или ДС. Собственно, изначально каких-то серьезных планов на расширение вселенной не было – первоначально это была история о пяти супергероях на ферме. Но так сложилось, что художник серии, Дин Ормстон, рисует достаточно небыстро, и в первую серию нужно было вставить несколько «вбоквелов», но которые будет рисовать не Дин. Сначала это был ориджин Токи Воки. Затем история Люси и ее отца. А потом завертелось.
«Вообще, персонажи должны олицетворять собой разные аспекты истории комиксов. Золотая Гейл и Эйб Сэм однозначно герои Золотого Века. Полковник Вирд и Барбалиен космические герои века Серебряного, а Мадам Драгонфлай и Черный Молот уже Бронзового, созданные под влиянием серии Mystery Comics и персонажей блэк-эксполтейшена 70-х.»
И опять же, конкретно здесь в первую очередь комикс о людях и поиске самих себя – кто ты без своего костюма?
Часть персонажей являются прямыми отсылками к их прототипам, фактически оммажами.
Золотая Гейл отсылает нас к Шазаму
Барбалиен это смесь Марсианского Охотника и Джемма Сына Сатурна.
Полковник Вирд сочетает в себе Адама Стрэнджа и Дэвида Боумэна из 2001: Космическая Одиссея.
Эйб это частично Капитан Америка, но в большей степени он навеян персонажами Золотого Века типа Дикого Кота, Алого Мстителя и т.д.
Мадам Драгонфлай это смесь Мадам Занаду, Эльвиры и Эбби Аркейн из Болотной Твари.
Что можно сказать про «Черный Молот»? Я скажу честно – это, пожалуй, один из моих самых нелюбимых комиксов Джеффа, по одной простой причине: я не очень люблю мета-нарратив, переосмысления, отсылки, оммажи и прочий постмодерн. Я понимаю, на что он ссылается, понимаю, к чему аппелирует и с чем играет и могу сказать, что он очень глубоко разбирается в комиксах – но полноценно сопереживать, увы, не получается. На фоне этого Age of Doom смотрится лучше, ибо там, наконец, заканчивается фестиваль оммажей и ориджинов и начинается непосредственный сюжет.
Помимо основной линейки, у серии какое-то запредельное количество спин-оффов под общим заголовком The World of Black Hammer. Смотрите сами: Sherlock Frankenstein and the Legion of Evil, Doctor Star, The Quantum Age, Black Hammer ’45 – а летом у серии будет кроссовер с Лигой Справедливости, что для авторского проекта, по-моему, беспрецедентно.
В 2015-м году случилось его возвращение в Марвел. Первой его работой там стала серия All-New Hawkeye, над которой он работал вместе с Рамоном Перезом. За ней в 2016-м году последовали Extraordinary X-Men, Old Man Logan, Thanos и Moon Knight. Эта огромная куча проектов не могла не повлиять на Лемира – отношения с издательством были, как он сам говорил, натянутые. Подробнее расскажу о тех, что вышли на русском языке.
Moon Knight стал идейным наследником (не прямым продолжением) рана Эллиса. В случаях, когда Джефф работает над не своей серией, работает он очень просто – читает максимальное количество комиксов о персонаже и ловит идеи. В случае с Рыцарем Джефф небольшой его фанат – но он большой поклонник Билла Синкевича, равно как и очень тепло отзывался о ране Уоррена Эллиса. Джефф здесь окунул читателей в запутанный и сложный внутренний мир Марка Спектора…
All-New Hawkeye следовал за серией Hawkeye Фрэкшена и Ахи – те из вас, кто ее читал, знают, что планка качества была задрана очень высоко. Но Лемиру было не привыкать – он фактически начал свою карьеру в супергероике с того, что брался за серию, в которой уже был «образцовый» ран. Да и с лучниками он уже работал, и весьма успешно (вспоминаем Зеленую Стрелу). И если там был хардкорный боевик с мозгоразрывающими разворотами и боевыми сценами, то тут читателя ждет нечто другое. Всего из-под пера Джеффа вышло два тома – один в 5 выпусков, а другой в 6. И просто попробуйте угадать, о чем они?
Все верно. Джефф даже не пытался играть на поле «рутинной жизни супергероя, который испытывает кризис» - зачем повторять то, что до тебя уже сказали? Вместо этого Лемир пустил в ход свои любимые приемы: нелинейное повествование, детство и взросление, фигура отца (или того, кто им стал). Эти комиксы сюжетно невероятно простые, но при этом наполнены той самой меланхолией и печалью, что отличает большинство его работ. Джефф попытался отследить текущее состояние и образ Клинта Бартона в его прошлом, проводя прямые параллели между его детством и текущим временем (порой невероятно прямые), в который раз создавая историю, к которой может проникнуться любой читатель.
Затем был Old Man Logan, и, казалось бы, уж здесь то Джеффу ловить нечего – отцовство и детство особо не пришьешь никуда, максимум временные скачки. Так что же получилось?
Да ладно, когда это Лемир не ухитрился впихнуть скачки во времени? Львиная доля повествования посвящена прошлому-будущему Старика Логана, в котором его семья еще жива (и событиям, что этому предшествовали). События же в настоящем по своему тону ближе скорее к «Зеленой Стреле» и в первых нескольких выпусках, фактически, представляют собой торжество фансервиса. Росомаха дрался с Халком? Пожалуйста! В «Старике Логане» он объединил усилия с Бартоном? Так он завалится к нему домой! О, а ведь там еще и Роджерс постарел – в общем, вы поняли.
Далее же Джефф вновь раскрывает свою любимую тему — супергерой, потерявший себя. Логан не тот, кем был, и теперь он не там, где был — но он герой, и просто не может поступать иначе.
И, наконец, Thanos. Как такой автор, как Лемир, может писать комикс о тиране галактического масштаба, при этом оставаясь верным себе и своему авторскому стилю? Как оказалось, это возможно – Джефф применил тут прием, что опробовал еще на Оливере Куинне. Танос теряет свои силы и скитается по опустошенному Титану. Он перестает быть безумным титаном и тираном, и, казалось бы, теряет самого себя. Кем является Танос без своей силы, и силы ли определяют Таноса – или то, что у него внутри. И вновь, «кто ты без своего костюма?»
Таким образом, несколько лет Лемир работал над супергероикой, продемонстрировав, что он может писать буквально о ком угодно (космические завоеватели, потерянные души, неуверенные и бегущие от самого себя лучники и старики, чужие в новом мире), при этом оставаясь верным самому себе, и что это не будет выглядеть как просто попытка срубить легких денег на популярных тайтлах. Да, эти серии менее глубокие, менее личные и трогательные, нежели чем его авторские работы – но они все так же написаны с душой, и в каждой из них виден интерес самого автора. Я сомневаюсь, что к тому моменту у Джеффа было, ну знаете, мало работы или мало денег, потому не думаю, что брался он за новые проекты исключительно и корыстных соображений – да и качество написанного им говорит об обратном.
В 2017-м году началась серия Terrifics, которая была… никакой. После ее окончания Лемир объявил, что намерен сосредоточиться на авторских проектах (что очень и очень хорошо). Тогда же был заявлен Inferior Five, который пока так и не появился.
В 2017-м году Лемир работал над следующими проектами: “Black Hammer,” “Descender,” и “Royal City”, полноформатная книжка “Roughneck.”, комиксы Valiant, “Death of X,” “Extraordinary X-Men,” “Moon Knight,” “Old Man Logan,” “Thanos” and “IvX.”
В ту пору ежедневная рутина Джеффа была примерно такой – пять дней в неделю по восемь часов в день он рисует, а на выходных пишет сценарии, либо час-другой в будни. По его словам, это не так страшно, как звучит – в выходные он не работает полный день. В неделю он старался писать по одному выпуску – что дает четыре выпуска в месяц. Разумеется, делает он это зачастую с большим запасом, в месяц работая над 5-6 выпусками одной серии сразу, чтобы на несколько месяцев вообще о ней не думать.
Лемир в разговоре с Мэттом Киндтом недоумевал, как сценаристы ухитряются писать всего по 1-2 комикса в месяц.
Его девиз – больше свободы художнику. Джефф упирает на то, что визуал стоит выше сценария – даже средний сценарий, если он будет хорошо нарисован, все еще будет хорошим комиксом. В своих коллаборациях он как бы создает «третьего» автора, который лучше, нежели чем художник и сценарист поодиночке.
Сам Джефф рассматривает временный переход в мейнстрим как благо – это помогло ему создать себе имя, найти новых читателей и привлечь больше внимания к своим авторским работам.
В 2017-м году начала выходить серия Royal City, которая во многом стала очень серьезной эволюцией его творческого стиля, и возвратом к корням. После нескольких лет экспериментов с разными жанрами: супергеройских боевиков, космических сказок, собственных вселенных и прочего Джефф почувствовал необходимость вернуться к своим корням, к чему-то, похожему на «Графство Эссекс». Таким возвращением и стал Royal City.
Но подход изменился – теперь это не воспоминания 27-го парня о своем прошлом, а размышления 40-го мужчины о своем настоящем, у которого есть жена и ребенок.
«Графство Эссекс было моим взглядом на Канаду как наивного 20-с чем-то-летнего, что любит хоккей и прочие вещи, что вызывают приятную ностальгию о Канаде. Roughneck стал размышлениями 39-летнего меня, что смотрит на историю Канады и понимает, что она сложнее и постыднее, нежели чем я мог себе представить».
Royal City стал чем-то средним между двумя этими подходами. Плюс эта серия стала первой «реалистичной» серией Джеффа, что выходила ежемесячно – проводят меткое сравнение между кинематографом и комиксами, Лемир объясняет выбор в пользу ежемесячного формата как раз возможностью глубже изучить вопрос и больше времени уделить раскрытию тех или иных тем.
Перед началом работы его одолевали серьезные сомнения, ибо был соблазн сделать что-то жанровое, в духе «Сладкоежки» или «Посланника», у чего больше шансов быть замеченным, нежели чем писать историю об обычной (почти) жизни – к счастью, он его переборол. Совет Джеффа простой – делай то, что делаешь, и если тебе будет это нравится, то велик шанс, что это понравится и остальным.
Лемир прямо говорит, что для него очень важно не «уходить от реальности» и периодически возвращаться к реализму в своей работе.
В том же 2017-м году вышел комикс After Death (A.D.). – первый комикс в его жизни, который он рисовал не по своему сценарию (его писал Скотт Снайдер).
По словам Лемира, Скотт не прописывал именно комиксные секции – он сосредоточился на диалогах и сюжете, оставив рисунок и композицию на откуп художнику. Они лишь обсуждали что «вот тут будет вот так, а здесь по-другому», и часто Джефф рисовал по наитию, оставляя место для диалогов. Плюс ко всему, комикс построен так, что в нем чередуются секции с прозой и целые главы без диалогов вообще. Много мы на нем останавливаться не будем – все-таки писал его не Джефф, а нарисован комикс в привычной для него манере.
Ну и конечно же в 2018-м году начала выходить серия Gideon Falls.
Здесь, как вы уже привыкли, история довольно удивительная. Нортон, один из главных персонажей комикса – молодой парень без прошлого, что носит на лице медицинскую маску и одержим сбором мусора, появился еще в 1996-м году. Он был персонажем первого учебного фильма, что снял Джефф, будучи еще студентом.
Первый комикс, который Джефф пытался сделать, был комикс о Нортоне. Потом он надолго забросил эту идею и она, казалось, пропала окончательно. Но несколько лет назад Джеффу пришла идея о Черном Амбаре – одном из ключевых элементов этой истории. И в какой-то момент в его голове снова появился Нортон, и он решил совместить две этих идеи.
Как можно его охарактеризовать? Во-первых, это триумф Соррентино в плане композиции и слоев – он создает какие-то безумные сцены и переходы, которым вообще не нужен текст или пояснения.
Касательно сюжета и поднимаемых тем тут, на самом деле, что-то новенькое – ни воды, ни отцовства, ни детства; зато есть игры со временем и пространством, но это жуткий спойлер. И даже по общей атмосфере он очень отличается от его предыдущих работ – вместо меланхолии и печали здесь тревога и ощущение гнетущей безысходности.
Джефф Лемир, без сомнения, талантливый автор, одинаково легко работающих в самых разных жанрах. Я не сомневаюсь, что он войдет в «сонм небожителей» и что его работы еще долгое время будут вспоминать и ставить в пример. Вместо заключения приведу цитату самого Джеффа:
«Я люблю все комиксы. Я никогда не был снобом в их отношении. Я не ворочу нос ни от супергероики, ни от жанровых вещей. Мне кажется, что хорошие комиксы — это хорошие комиксы. И мне нравится иметь возможность играть со всеми этим».