Валентин Андреевич Жернаков

Виленин (именно такое имя ему дали при рождении родители, преданные коммунисты) Жернаков учился в школе, когда началась война. Его отец в первые военные дни ушел добровольцем на фронт, а он пошел работать на завод, был учеником слесаря.

В 1942 году по распоряжению наркома ВМФ адмирала Николая Кузнецова на действующем Северном флоте, недалеко от линии Карельского фронта, на Соловецких островах, была создана школа юнг. Широкого оповещения о наборе не было - опасались излишнего энтузиазма среди подростков и массовых побегов на флот. Набор проводился по особой разнарядке ЦК ВЛКСМ в Москве и еще восьми областях. Всего планировалось набрать 1500 юношей 14-16 лет, имевших 6-7 классов образования.

Несмотря на все меры секретности, желающих было очень много, но отбор был невероятно строгим. Главным условием была добровольность и обязательное согласие родителей: юнги, окончившие школу, получали направление на боевые корабли. Морская романтика подростков тут же претерпела испытание строгостью комиссий - медицинской, технической, определявшей степень грамотности, и мандатной. К 1 сентября 1942 года в Школу юнг было направлено 1192 человека. На 18 сентября юнгами ВМФ стали 1307 человек, из них — 150 человек из Свердловской области. Это был первый набор в школу. Среди юнг был и Валентин Жернаков.

Первые юнги прибыли на Соловки летом 1942 года. Многие мальчишки тогда впервые увидели море. В Савватиево их встретили полуразрушенное здание церкви, каменный корпус и бывшая деревянная гостиница-тюрьма. Юнг поселили в палатках, и они сразу начали строить землянки. Мальчишкам приходилось копать землю, корчевать пни, ворочать валуны, валить лес и таскать на своих плечах бревна. К ноябрю строительные работы были закончены, юнги переселились из сырых продуваемых палаток в землянки, гордо именовавшиеся «кубриками». 7 ноября юнги приняли военную присягу, и началась учеба по 10-12 часов в сутки. Наставником морской практики был сам начальник школы юнг капитан 1 ранга Николай Авраамов, любимый всеми без исключения за знания и справедливость. Валентин Пикуль, тоже юнга из первого набора, посвятил ему свой роман «Океанский патруль», а о школе написал повесть «Мальчики с бантиками».

Юнгам полагалось жалование — 8 рублей 50 копеек. Вместе со своими командирами они решили собрать деньги на постройку торпедного катера под названием «Юнга». К марту 1943 года они собрали 160 тыс. рублей и 40 тыс. облигациями, за что получили личную благодарность от Верховного Главнокомандующего. Катер воевал на Черноморском флоте.

Осенью 1943 года обучение первого набора подходило к концу. Выпускные экзамены принимали офицеры с боевых кораблей. Три четверти юнг получили отличные оценки. После обучения юнгам полагался месячный отпуск, от которого все отказались.

Валентин Жернаков получил распределение на Черноморский фронт. Начинал службу в Поти. Сначала в первой бригаде торпедных катеров, затем в бригаде траления. Был командиром отделения рулевых, боцманом. Фотографий военного времени у него не сохранилось ни одной — им запрещалось фотографировать. Катерники занимались обстрелом береговых целей, высадкой десанта и разведгрупп, конвоем судов, торпедированием, тралением минных полей. В том числе участвовали в схватках с немецкими катерами (именно юнги — первые участники взятия немецких торпедных катеров на абордаж).

9 мая бригада, в которой служил Жернаков, стояла в Очакове. Командир получил шифровку: всю ночь аппаратуру не выключать. Как сообщили - ликование. Но и после войны катерникам хватало работы. Несли дозор, проверяли фарватер, тралили — от Новороссийска до Одессы. Демобилизовался Валентин Жернаков в 1950 году. Вернулся в Свердловск, поступил на ЗИК. Специальность была хорошая, но не по душе, поэтому поступил в школу наездников, по окончанию которой работал на Московском ипподроме. В начале 1970-х Жернаков вновь возвращается в Свердловск и устраивается в ТЮЗ, где за 15 лет служения прошел путь от установщика декораций до легендарного старшего машиниста сцены.

Среди военных наград Валентина Андреевича Жернакова: орден Красной Звезды, орден Великой Отечественной войны II степени, медаль Ушакова, медали «За оборону Кавказа», «За Победу над Германией».

Его воспоминания, которые сохранились в театральном архиве, завершаются так: «Когда прозвучит последняя команда «Корабль к походу изготовить», и мы уйдем туда, откуда не возвращаются, со спокойной душой, что нашим внукам не придется краснеть за дедов-юнг».