АНАТОМИЯ КВАДРАТА
«Черный квадрат» — это чистая идея, манифест: вершина и конец искусства, знак отсчета новой реальности. Он и первичная форма, широко использовавшаяся в искусстве как классическом, так и ХХ века, и универсальный символический объект.
Впервые образ черного квадрата возник у Малевича в процессе работы над оперой «Победа над солнцем» в 1913 году, но как произведение и концептуальное высказывание под названием «Черный квадрат», вместе с аналогичными «Черным крестом» и «Черным кругом» был представлен лишь 19 декабря 1915 года на открытии выставки футуристов «0,10» в Петрограде как главный символ нового направления — супрематизма.
Малевич выделял три главных элемента супрематизма как универсальной системы искусства — квадрат, круг и крест. Все они были показаны на выставке «0,10». Квадрат воплощает порядок в пространстве и времени, равновесие, конструктивность, простоту. Он связан с числом четыре — стороны света, времени года, части суток. Вращаясь, квадрат образует круг – символ движения, динамики, изменчивости, непостоянства.
«Квадрат» Малевича — не квадратный! Ни одна из его сторон не параллельна ни противоположной, ни одной из сторон квадратной рамки, в которую заключен холст. Прямых углов в «квадрате» тоже нет. Это не небрежность автора, а стремление создать подвижную форму.
«Квадрат» — не черный! В его цветовой гамме скрыто присутствует весь хроматический набор, так как белый — это все цвета спектра, соединенные вместе, а черный — поглощение всех цветов. Черный цвет на картине получился из смешения красок, среди которых черная отсутствовала.
Малевич называл квадрат «нулем форм», «зародышем всех возможностей». Он указывает на Ничто, существовавшее до появления всех форм, хаос. Художник опирался на достаточно давние традиции мышления о хаосе. Так, в одной из древнейших греческих поэм, «Теогонии» Гесиода, хаос описан как необъятная темная бездна между землей и Тартаром, наводившая ужас не только на людей, но и на богов. Английский алхимик XVII века Роберт Фладд в своих трактатах изображал это докосмическое Ничто в виде абсолютной черноты, ограничивая ее квадратной рамкой как указания на возможность бесконечного продолжения в воображаемом пространстве во всех направлениях.
По мере развития науки образ черного квадрата как окна в пустоту не раз обыгрывался в искусстве. В 2014 году ученые разработали наноуглеродный пигмент, способный поглощать почти сто процентов света. Он получил название Vantablack: объекты, покрытые им, кажутся вырезанными из поверхности, как провалы в бездну. Английский художник Аниш Капур был настолько очарован этим материалом, что приобрел эксклюзивные права на него. Во многих своих инсталляциях он использует образ темного провала в пустоту, неотличимого от картины.
Благодаря идее Малевича впервые выставить свой шедевр в красном углу комнаты, «Квадрат» прочно ассоциируется с иконой. Разгневанный Александр Бенуа писал в то время: «Это и есть та икона, которую господа футуристы предлагают взамен мадонн и бесстыжих венер». Cам художник не отрицал этой связи, называя «Черный квадрат» иконой Ничто.
По своему устройству «Квадрат», скорее, антиикона. Поля в иконе оставляют свободными, однотонными, а середину заполняют цветным изображением. В малевичевском «Квадрате» все наоборот. Черный проем — главный герой картины, а белое играет роль рамы. Если икона распахивает окно в мир, то «Черный квадрат» — это зияющий проем тьмы, вытесняющей свет.
Но прежде всего квадрат — конечно, не икона, а вещь. Квадратный холст, покрашенный в черный цвет. И автор назвал свое произведение не «Бездна» и ни, к примеру, «Тьма», а просто и честно: «Черный квадрат». Как писал сам Малевич, он «выставил картину, которая была не более и не менее, чем черный квадрат на белом фоне», и это необычайно смелый жест. Один из главных современных художников России Анатолий Осмоловский говорит об этом равенстве изображения и предмета: «Если мы видим изображение черного квадрата, который называется «черный квадрат», то мы видим уже предмет, вещь, которая совпадает сама с собой. Это и можно назвать самым главным достижением авангарда. Создание вещи, которая есть то, что она есть». А теоретик Николай Тарабукин в книге «От мольберта к машине» еще в начале 1920-х утверждал, что всё новое революционное искусство представляет собой не что иное, как реализм, поскольку в основе своей имеет создание подлинной вещи, не воспроизводимой, а конструируемой.
В искусстве ХХ века черный квадрат неоднократно представал во множестве обличий. То он претворялся чисто геометрической фигурой, обращенной в мир чистой математики (например, у Тео ван Дусбурга и группы «Стиль»). То размножался в орнамент из повторяющихся элементов, показывающих, что квадраты отлично дизайнерски организуют любые пространства (концептуалист Алан Макколлум). Он превращался в рамку, объемный куб, решетку, плитку. Даже аквариум для мертвой акулы у Дэмиана Херста представляет собой квадраты, только прозрачные. Но творение Малевича всегда узнавалось, став для искусства одним из «персонажей-супергероев».
Итак, «Черный квадрат» говорит нам:
— современность искусства — в его форме, которая перестраивает окружающий мир под себя, задавая новые правила его восприятия.
— Подлинно современное искусство обращено к вечному, то есть, подлинной реальности. Чем инновационнее форма, тем дальше искусство раздвигает горизонты нашего познания реальности.
Вот почему картина Малевича до сих пор так волнует нас. Она — эталон вечно современного искусства, говорящего о фундаментальных проблемах, повергая зрителя в состояние тревожной неуверенности в своих представлениях о мире и в то же время даруя радость выхода за их пределы.