Роль агрессии и тревоги в спорте

Существуют классификации видов спорта по степени допустимости агрессии в рамках правил вида спорта: поощрение непосредственной агрессии (американский футбол, регби, бокс, борьба и др.); ограничение агрессии (европейский футбол, водное поло, баскетбол и др.); косвенная агрессия по отношению к сопернику (волейбол, теннис, все виды непосредственного единоборства – плавание, бег, фехтование и др.); агрессия, направленная на объекты, так называемые «параллельные» виды спорта (штанга, гольф, прыжки и метания в л/а, фигурное катание и др.)

Известен инцидент в финальной игре Франция – Италия на чемпионате мира по футболу в 2006 году между Зиданом и Матерацци. Один оскорбил другого, а тот ударил его, был удален с поля, и это во многом предрешило исход матча.

При рассмотрении проблем агрессии и тревоги в литературе используются разные термины, часто ассоциируемые как синонимы. Терминологическая нестрогость ведет к путанице, часто ограничивается называнием феномена, реже его описанием. Как уже отмечалось, психологический феномен должен иметь проявления на уровнях личностной и ситуативной диспозиций, т. е. в категории психических свойств и категории психического состояния. Применительно к спортивной деятельности это формулируется следующим образом.

Агрессия – ситуативное проявление психического состояния, находясь в котором спортсмен производит действия, причиняющие или направленные на нанесение физического или морального ущерба себе, другому спортсмену (спортсменам), окружающей действительности.

Агрессивность – свойство личности, выражающееся в готовности к агрессии. Это потенциальная готовность к подобным действиям, которая предопределяется восприятием и интерпретацией ситуации. Тревога – ситуативное проявление психического состояния, заключающееся в переживании опасений, боязни, страха в невыполнении спортивного упражнения, недостижении поставленной или желаемой цели на тренировке, соревновании.

Тревожность – свойство личности, заключающееся в повышенной склонности испытывать беспокойство в различных жизненных ситуациях, в том числе и тех, объективные характеристики которых к этому не предрасполагают.

Проблема агрессии в спорте

Не претендуя на исчерпывающий анализ теоретических положений агрессии и тревоги, остановимся на принципиальных моментах. Во-первых, примечательным является то, что теоретические вопросы агрессии и тревоги рассматриваются одними и теми же авторами (Фрейд, 1991; Хорни, 1993 и др.), а сами концепции строятся на трех теоретических подходах: теории влечений; теории фрустрации; теорий социального, социокультурного научения. Во-вторых, следуя общеметодологическому принципу всеобщей взаимосвязи психических явлений, агрессия и тревога должны иметь свои проявления на уровне категорий психических явлений – процессах, состояниях, свойствах и иметь между собой функциональную связь. Достаточно много говорится о психических свойствах и процессах, что не скажешь о психическом состоянии.

Определение личностной и ситуативной составляющей агрессии и тревоги подчеркивает не перманентность, а ситуативность проявления свойств личности. Поведение спортсмена (по принципу детерминации – внешнее преломляется через внутреннее) зависит от внешних факторов, личностных особенностей, соотношения мотивационных установок и возможных последствий за подобное поведение в конкретной ситуации. В широко используемой методике С. Спилбергера «шкала личностной и ситуативной тревожности» (ШЛСТ) две шкалы – личностной тревожности и ситуативной тревоги: первая как свойство личности; вторая как состояние. Оказывается, им же разработана аналогичная методика экспресс диагностики агрессии – «шкала личностной и ситуативной агрессивности» (Schwarzer, Spilberger, 1982).

В психологической литературе агрессия и тревога рассматриваются изолированно, без анализа взаимосвязей между этими двумя базовыми явлениями психики. (В психотерапевтической практике сочетание агрессии и тревоги описывается с позиций «тревожно-агрессивной депрессии».) В исследованиях агрессии уделяют внимание спорту, считая его удобной моделью для изучения данного феномена. Причем большее внимание уделяется не спортсменам, а зрителям – как спортивные зрелища влияют на поведение зрителей, снижают или повышают проявление агрессивных форм поведения. Это и понятно: случаи нарушения общественного порядка болельщиками имеют большой общественный резонанс. Поведение английских «фэнов», итальянских «тифози», наконец наших отечественных «фанатов» доставляет заботу не только организаторам футбольных матчей и правоохранительным органам, оно породило социальное явление в масштабах планеты.

Агрессия же у спортсменов изучается исключительно спортивными психологами как один из факторов спортивной деятельности. Исследование агрессии в спорте представляет интерес для практики психологического сопровождения спортсменов. Многие тренеры и спортсмены считают агрессию важным компонентом для достижения успеха в спорте, тогда как большинство теоретиков чаще рассматривают негативные аспекты ее проявления. Следует отметить идеальность спорта для психологических исследований поведения и деятельности человека. Особенность спортивной деятельности заключается в том, что в ситуациях максимальной реализации возможностей человека наиболее остро проявляются его психологические особенности. Также нужно отметить, что спорт представляет собой вид деятельности, проявление агрессии в котором социально не порицается обществом, и даже поощряется со стороны тренера и зрителей. Социальная поддержка агрессивных действий в спорте снимает возможный отказ, нежелание спортсмена быть искренним в процедурах обследования.

К сожалению, в целом исследования агрессии в спорте имеют негативный оттенок. Так, насыщенный ссылками на зарубежные исследования обзор исследования агрессии в спорте («Психология спорта», 2011) прежде всего затрагивает вопросы гнева и враждебности: в боксе главной задачей спортсмена является нанесение повреждений оппоненту (Silva, 1980); с приобретением соревновательного опыта возрастает количество случаев агрессивного поведения и нарушений правил (Coulomb, Pfister, 1980); формулируется положение, что агрессия в спорте связана с моральным аспектом деятельности спортсмена (Bredemeier, 1998), более того, это может быть связано с социальным научением и процессами социализации в рамках профессиональной спортивной субкультуры, в которой преобладает модель агрессивного поведения (Mungo, Feltz, 1985). Делается заключение: «агрессивное поведение в хоккее с шайбой может способствовать развитию соответствующей модели социализации, в которой игроки учатся агрессии путем подкрепления и подражания». Необходимо отметить, что в этой работе также приводятся зарубежные исследования проявлений конструктивных и импульсивных форм агрессии, генетических основ психоэмоционального поведения.

В целом анализ зарубежных публикаций показывает, что исследования агрессии в основном касаются агрессивных форм поведения спортсменов в конкретных видах спорта во время спортивного единоборства. Анализ 27 игр Мировой Лиги по волейболу (2007, мужчины) позволил заключить, что атакующий стиль игры, демонстрирующий физическое превосходство (атака со 2-й линии, в блоке 3 игрока), дает преимущество в игровой результативности (Castro, Souza, Mesquita, 2011). Получена положительная связь (r=0,48) между агрессией, совершаемой в первый период, и общей результативностью в хоккее на материале 1176 игр 32 профессиональных хоккейных команд (Widmeyer, Birch, 1984). Предыдущие победы в хоккее повышают тестостерон и, по мнению авторов, оказываются фактором агрессивности игроков (Carré, Putnam, 2009). Успешный опыт игры на грани фола в регби сказывается на проявлениях агрессии за рамками правил (Maxwell, Visek, 2009). Исследования проявлений агрессивного поведения футболистов во время матчей, с одной стороны, показывают, что нацеленность на результат оказывается фактором превышении разрешенных правилами противоборства, с другой – это может компенсироваться контролем поведения и морально-нравственными установками (Vansteenkiste, Mouratidis, Lens, 2010).

Известный отечественный социолог И. С. Кон, занимающийся проблемами молодежи, на материале зарубежных исследований констатирует, что занятие силовыми видами спорта «способствует усилению или активизации антисоциальной вовлеченности подростков», «за пределами спорткомплекса сплошь и рядом начинается беспредел». И далее: «Всем известны многочисленные скандалы с титулованными боксерами и футболистами, которые «вдруг» оказывались в тюрьме за изнасилование, пьяные драки, хулиганство и членовредительство» (Кон, 2010; С. 605, 609). Позволю заметить некорректность известного ученого. В исследованиях речь идет сугубо о проявлениях агрессии на спортивной арене, а заключение делается на основе публикаций СМИ.

Первое и главное заключение по материалам наших исследований – в спорт идут не затем, чтобы «реализовать агрессивные влечения». Спортсмены не отличаются от неспортсменов по выраженности личностного свойства агрессивности. Да, спорт формирует навыки агрессивного поведения, но прежде всего поведения, направленного на достижение цели, т. е. конструктивных форм агрессивного поведения, в том числе и подавления агрессии. Вид спорта накладывает отпечаток на особенности выраженности и формы агрессии.

Выполненные исследования позволяют со всей ответственностью развеять миф о спорте как «школе агрессии» и «выплеске» агрессивной энергии. Приведу основные выводы, сделанные на основании экспериментальных данных, полученных в исследованиях.

1. Спорт, особенности вида спорта формируют техники, приемы конструктивных форм агрессивного поведения в целях достижения победы. Неконструктивные же формы в большей степени имеют свое проявление в ситуациях недостижения цели (проигрыш соревнования или отсутствие возможности достижения цели – ситуация фрустрации).

2. Обследование спортсменов разных видов спорта, уровня спортивной квалификации и молодежи, не занимающейся спортом, не дают оснований для заключения о большей агрессивности спортсменов. Более того, различия по ряду показателей агрессивности свидетельствуют о более выраженных проявлениях конкретных форм агрессивности у неспортсменов: косвенная агрессия выше у тех, кто не занимается спортом; они превосходят спортсменов по показателю раздражительности. Главное различие в агрессивных тенденциях заключается в большей сформированности навыков произвольной регуляции агрессивных форм поведения у спортсменов как приемов мобилизации на спортивную борьбу и большей выраженности импульсивных форм у молодых людей, не занимающихся спортом, как приемов самосохранения.

3. Сопоставление данных по группам спортсменов разных видов спорта (дзюдо, айкидо, легкая атлетика, лыжные гонки) позволяет констатировать, что по показателям агрессивности статистически значимых различий между представителями разных видов спорта не установлено. Что касается конкретных проявлений, то у представителей вида спорта с поощряемой агрессией (дзюдо, самбо) больше физическая агрессия, а косвенная меньше, чем у остальных групп спортсменов. Уточним, это касается ситуаций спорта.

4. Обследование спортсменов в разных ситуациях позволяет говорить об особенностях проявлений агрессии в зависимости от вида спорта. В этом плане наиболее показательно соотношение данных в ситуации покоя и на тренировке. Так, у спортсменов айкидо и циклических видов агрессия больше выражена на тренировках – необходимость в мобилизации функциональных возможностей, у самбистов и дзюдоистов этого нет – необходимо концентрироваться на поведении соперника.

5. Уровень спортивной квалификации в реализации агрессивности спортсменов выражается в ситуативных проявлениях агрессии. В целом профили показателей агрессии в разных ситуациях по группам спортсменов разной квалификации в рамках одного вида спорта достаточно однотипны, что свидетельствует об общих закономерностях. В ситуации покоя у мастеров спорта, мужчин и женщин, показатели агрессии (ситуативная диспозиция) равны или ниже показателей агрессивности (личностная диспозиция), а у разрядников, мужчин и женщин, равны или выше значений агрессивности. Этот факт объясняется лучшей сформированностью навыков расслабления и мобилизации у более квалифицированных спортсменов. Уровень спортивной квалификации проявляется в большей гибкости (управляемости) рациональной, конструктивной агрессии. Можно предположить, что наличие конструктивных форм агрессивного поведения как бы «смягчает критерии запуска» импульсивных, неконструктивных форм агрессии.

6. Существенное влияние на проявление агрессии оказывает самооценка личных качеств. Связи показателей самооценки личных качеств с показателями агрессивности имеют достаточно разветвленный характер, что свидетельствует о функциональной связи явления агрессии и того, как оценивают себя спортсмены. Самооценка удовлетворенности достигнутыми результатами свидетельствует о сформированности стереотипов агрессивного поведения. Чем выше самооценка по этому показателю, тем сильнее выражены активные формы агрессивности (физическая и вербальная) и, наоборот, тем менее выражены скрытые формы агрессивности (косвенная агрессия, негативизм, подозрительность, чувства недовольства и обиды).

Самооценка уверенности в себе оказывается весьма значимой в ситуативных проявлениях агрессии. Чем увереннее в себе спортсмен, тем интенсивнее проявляется спонтанная, рефлексивная агрессия (ситуация фрустрации), тем меньше проявляется агрессия в ситуациях целенаправленной деятельности (ситуация напряженной тренировки). В психологии спорта давно установлено, что занятия спортом формируют такие личностные качества, как уверенность в своих силах, эмоциональная устойчивость, решительность, самоконтроль. По нашим данным, уверенность, удовлетворенность (соответственно спортивным результатом, личными качествами) отрицательно коррелируют с импульсивными, неконструктивными формами агрессии. На основании этого можно заключить, что не уверенный, не удовлетворенный своими качествами человек использует импульсивные формы агрессии как защиту, компенсацию своей нерешительности в ситуациях персональной ответственности.

Проблема тревоги в спорте

Проблема тревоги сформулирована в рамках классических теорий психоанализа, фрустрации, социального, социокультурного научения личности. З. Фрейд первоначально рассматривал тревогу как однозначно негативное, патологическое явление. Однако впоследствии он пересмотрел свою теорию и пришел к выводу, что тревога является механизмом самосохранения «эго-Я». Назначение тревоги заключается в том, чтобы предупреждать человека о надвигающейся угрозе. К. Хорни рассматривает вопрос о различиях между тревогой и страхом. И то и другое является эмоциональной реакцией на опасность, но в отличие от страха тревога характеризуется прежде всего расплывчатостью и неопределенностью. Если чувство страха – реакция на реально существующую конкретную опасность, то тревога, как правило, не обусловлена непосредственной, объективной угрозой, а связана с субъективным ощущением возможности ее появления и острым переживанием по поводу тех сложностей, которые помешают справиться с ней и ее избежать.

Применительно к спорту под тревогой имеется в виду эмоциональное состояние спортсмена в ситуациях неопределенности, при ожидании возможного неблагоприятного выступления или проигрыша в соревнованиях, возникающее в результате неуверенности в себе, переоценки сил соперников и степени предстоящих трудностей. Внимание спортивных психологов традиционно сосредоточивается на связи уровня тревоги спортсмена и результативности его выступлений в соревнованиях. Улучшение спортивных показателей путем контроля и управления своего состояния до и во время соревнований находится в центре внимания тренеров и спортсменов, а также исследователей.

Существуют различные приемы для увеличения и уменьшения уровня возбуждения, направленные на то, чтобы помочь спортсмену регулировать вызванные состоянием тревоги физиологические и психологические проявления. Называют пять основных теоретических подходов зависимости результативности спортивной деятельности от уровня возбуждения (Морган, Эликсон, 1990).

Самая ранняя теория, сформулированная еще в 40-е годы прошлого столетия, так называемая теория побуждения базируется на положении, что с ростом возбуждения должны улучшаться спортивные результаты. Предполагается прямая зависимость между уровнем возбуждения и результативностью. Такой подход служит основанием для «накручивания» спортсменов тренером. При всей абсурдности этого сегодня по-прежнему достаточно часто спортивные функционеры используют классические формы «накручивания» спортсменов. Попытка проверить это экспериментально показала, что для простых действий это подтверждается, однако при возрастании сложности излишняя тревога оказывается негативным фактором (Jones, Swain, Hardy, 1993).

Вторым теоретическим подходом к установлению зависимости уровня возбуждения и соревновательной результативности является закон Йеркса-Додсона, перевернутая «U»-образная зависимость между уровнем возбуждения и спортивным результатом. Согласно этому закону, результаты, достигнутые спортсменом, улучшаются по мере роста возбуждения, однако только до определенной точки, после которой увеличение возбуждения ведет к снижению результативности (Киселев, 1989; Сопов, 2010; Hannon, Fitzgerald, 2006; Nibbeling, …, 2012).

Третий подход базируется на концепции порога, «модели катастрофы». Этот взгляд сходен с теорией перевернутого U в том, что касается роста результатов в зависимости от роста возбуждения до определенного уровня и ухудшения после его достижения. Пороговая теория, однако, в отличие от теории перевернутого U говорит о резком ухудшении качества выполнения деятельности, вплоть до невозможности продолжать спортивную борьбу. Другими словами, при достижении возбуждения до некоторого индивидуального порогового значения продуктивность деятельности резко падает. Так, на 1150 спортсменках художественной гимнастики показано, что злость помогает на соревнованиях, а тревога, порождающая раздражение, может привести к отказу от выступления (McCarthy, Allen, Jones, 2013).

Четвертый теоретический подход – теория релаксации, наиболее модная в 80-е годы и популярная в настоящее время, основана на положении о том, что спокойствие способствует достижению хороших спортивных результатов. Эта модель представляет собой противоположность теории побуждения: акцент делается не на «накручивании», а на процедурах, вызывающих расслабление, успокоение, с тем чтобы уменьшить напряженность спортсмена перед соревнованием. Это направление широко представлено в работах отечественных спортивных психологов Г. Д. Горбунова, Ю. Я. Киселева, Л. Д. Гиссена, А. В. Алексеева, Е. А. Калинина, В. Ф. Сопова и др.

Рекордсмен мира в беге на 100 и 200 м, многократный чемпион мира и восьмикратный олимпийский чемпион У. Болт неоднократно в интервью подчеркивал, что его психолог с 13 лет учит расслабляться. Расслабление, релаксация невозможны без контроля своего состояния. Самоконтроль состояния оказывается необходимым условием снижения уровня тревоги (Ловягина, 2013; Englert, Bertrams, 2012; Lane,, 2012; Lawrence, …, 2012).

Пятый подход базируется на работах Ю. Л. Ханина, в которых высказывается мысль о том, что каждому индивиду присуща «зона оптимального функционирования» (ЗОФ): эффективность деятельности оказывается наилучшей, когда уровень возбуждения находится в пределах ЗОФ (Ханин, 1983, Hanin, 2000). Согласно концепции оптимального возбуждения, одни спортсмены будут достигать своих наилучших результатов при наивысшем возбуждении, другие – при полном расслаблении, третьи – при умеренном уровне возбужденности. Практический вывод из данной теории таков: поскольку уровень ситуативной тревоги весьма различен для разных спортсменов, целью тренера и спортивного психолога должна быть помощь в достижении оптимального уровня «полезной тревоги». Таким образом, задачей является не увеличение или уменьшение возбуждения для данной группы спортсменов, а сосредоточение внимания на оптимальном для каждого индивида уровне предсоревновательной тревоги и помощь в его последовательном достижении. По Ханину, ЗОФ лежит в пределах плюс-минус 4 балла от значения ситуативной тревоги, измеренной по ШРЛТ, при котором спортсмен показывает наивысшие результаты.

В наших исследованиях c Г. Б. Суворовым и В. Б. Чесноковым было обосновано, что ситуативная тревога может быть фактором, сопутствующим спортивному успеху, а может быть негативным (Суворов, 1989; Чесноков, 1993). И связано это с индивидуальными значениями уровня тревоги. Действительно, представляется обоснованным заключение о некотором индивидуально оптимальном диапазоне значения ситуативной тревоги. Тревога как состояние заключается не только в чувстве уверенности/неуверенности в достижении результата, но и уровне активации (возбуждения). Активация НС до определенного уровня – это не что иное, как мобилизация функциональных возможностей спортсмена.

Спортивные психологи, обсуждая проблему тревоги, также говорят о страхе в спорте. Е. П. Ильин (2008) выделяет страх (боязнь) показать высокий результат на соревнованиях, особенно после провального выступления, боязнь конкретного соперника; боязнь ответственности. Б.Дж. Кретти (1978) подчеркивает многообразие факторов спортивной деятельности, способных вызвать страх: смена тренировочного режима; тактические варианты ведения спортивной борьбы; возможные последствия успешного и неуспешного выступления на соревнованиях, страх боли; страх нанести травму сопернику и др. Е. А. Калинин (1970) классифицировал страхи и опасения спортсменов: личные опасения о результате выступления; боязнь получить травму; мысли бросить спорт из-за постоянной боязни неуспешного выступления; боязнь нанести вред своему здоровью; страх по поводу своей агрессии или агрессии со стороны других.

Выделяются три формы реагирования на возникший страх: астеническая реакция – оцепенение, дрожь, иррациональность поступков; паника – безотчётный, неудержимый страх, вызванный действительной или мнимой опасностью, охватывающий одного или многих людей, неконтролируемое стремление избежать опасной ситуации (страх выступления после провала первого номера команды в фехтовании, гимнастике, очередная «бабочка» в фигурном катании при выполнении технического элемента); боевое возбуждение – активная сознательная деятельность в момент опасности (наиболее свойственно спортсменам экстремальных видов спорта – парашютисты, слаломисты, альпинисты, прыгуны в воду и с трамплина и др.). К. Мартенс ситуативную тревогу подразделяет на когнитивную и соматическую. Если соматическая тревога имеет «U», то когнитивная соответствует концепции порога.

В отношении феномена тревоги также обсуждается вопрос о тревожности у спортсменов разных видов спорта. Так, Е. П. Ильин приводит данные о наличии таких различий: художественные гимнастки тревожнее представителей борьбы и лыжных гонок (правда, не указаны другие данные о спортсменах). В работе У. П. Моргана, К. А. Эликсона обосновывается противоположное – отсутствие достаточных различий у представителей разных видов спорта. Наши исследования с Г. Б. Суворовым и В. Б. Чесноковым позволяют обоснованно говорить о различиях в уровне тревожности только по параметру спортивной квалификации спортсменов. Спортсмены международного уровня, как правило, имеют уровень тревожности ниже спортсменов-разрядников. Нужно сказать, что здесь задействованы масса факторов, и главный – это индивидуальная, личностная особенность спортсмена, которая должна и может быть учтена в его многосторонней подготовке как фактор успешности в спорте.

О первичности-вторичности свойств агрессивности и тревожности.

Есть веские аргументы полагать, что базовым основанием этих свойств являются биохимические и нейрофизиологические особенности организма. Это так называемый психогенный базис. В процессе социализации (в том числе занятия спортом) формируется социогенный базис. Все вместе создает личностный «потенциал». Пусковым элементом агрессивного поведения, состояния тревоги всегда является ситуация, в которой в данный момент находится человек, или той «актуальной» ситуацией, на которую в данный момент направлено сознание. Спусковым же «крючком» и агрессии и тревоги оказывается самооценка трудности достижения цели (субъективная оценка вероятности достижения цели) – конструктивная агрессия, боевое возбуждение, частота неудовлетворенности самим собой в конкретных ситуациях – неконструктивная агрессия, астеническая или паническая реакции. По всей видимости, в основе выраженности форм поведения лежит феномен уверенности-неуверенности в достижении цели и соответственно удовлетворенность-неудовлетворенность самим собой.

Агрессия и тревога обязательно имеют место в спортивной деятельности. В одних случаях они могут сработать положительными, в других – негативными факторами успешности выполнения спортивной деятельности, как на соревнованиях, так и на тренировках. Задачи психологической подготовки спортсмена, психологического сопровождения – если не исключить возможность негатива, то, по крайней мере, помочь научить спортсмена вызывать сопутствующие успеху эмоции и избегать факторов, вызывающих неблагоприятные эмоции.