Факторы, способствующие повышению рабочего эффекта силы мышц
Разминка
Разминка способствует приведению организма спортсмена в состояние необходимой работоспособности. Разминка включает в себя две части – общую и специальную. Задача общей части – повышение функциональных возможностей организма в целом; задача специальной части – установление наиболее оптимальных взаимоотношений между структурой предстоящего движения и деятельностью ЦНС, осуществляющей через двигательный аппарат выполнение данного движения. Повышение работоспособности организма в процессе врабатываемости при физической деятельности определяется как внутрицентральными изменениями мобилизационного характера, так и изменениями на рабочей периферии, т.е. в самих мышцах. Естественно, что особый интерес представляет специальная часть разминки, предшествующая силовой работе во всех ее проявлениях. Известно, что мышца сокращается тем скорее и интенсивнее, чем выше ее температура. С повышением температуры тела увеличивается электрическая активность мышцы и уменьшается время активного состояния ее после стимуляции. Местное нагревание увеличивает силу, измеренную динамометром, и время, в течение которого мышцы поддерживают стандартное напряжение или стандартную работу . Нагревание (душ) увеличивает изометрическую выносливость мышц, а также скорость их сокращения и выносливость в работе циклического характера до 7,5–9%. Охлаждение, наоборот, вызывает уменьшение силы мышечного сокращения и удлиняет его время. Период работоспособности мышц, охлажденных до 18º, укорачивается в 3–4 раза. Интересно, что массаж не влияет на уровень выносливости в циклических упражнениях, но повышает мощность взрывной работы.
Однако максимальной работоспособности мышца может достигнуть только после ряда сокращений, число и характер которых определяются функциональным состоянием организма и интенсивностью предстоящей работы. Повторная работа как форма разминки повышает быстроту движения. Вместе с тем если это работа умеренной интенсивности, то она не дает преимущества для силы. Активная разминка с включением интенсивных упражнений является эффективным средством для успешного выполнения упражнений скоростносилового типа и особенно упражнений взрывного характера. Так, прыгучесть у женщин-баскетболисток возрастает на 1– 4,5 см, а у легкоатлетов-прыгунов – до 10 см. Сила боксера увеличивается в среднем на 40–70 кг, а время нанесения удара уменьшается на 0,2–0,4 с. Причем интересно, что если в покое между силой и быстротой удара не наблюдается значимой связи (r = 0,40, недостоверен), то после разминки она существенно отличается от нуля (r = 0,624 при р<0,99). Неоднократно отмечалось, что участие в забегах на 100 м или эстафетном беге 4100 м способствует отличному результату в последующих прыжках в длину. Таким образом, предшествующая работа, сходная по характеру с последующей, значительно уменьшает период врабатываемости по сравнению с работой иной координационной структуры. Но, главное, она позволяет мышцам перенести без повреждения большую нагрузку и выполнить значительные по силе и быстроте сокращения. Движения, включаемые в разминку, должны соответствовать специализируемому упражнению не только по координационной структуре, но и по интенсивности нервномышечных напряжений. Последнее обстоятельство особенно важно для скоростно-силовых упражнений.
Последействие предыдущей работы
Из физиологии нервно-мышечного аппарата известно, что если мышца стимулирована несколькими импульсами, активность ее после последнего импульса падает медленнее, чем в случае стимуляции одним импульсом. Всякое раздражение, каким бы оно ни было кратковременным, оставляет в нервной системе следы. Следовые явления, длящиеся некоторое время после прекращения действия раздражителя, свидетельствуют об относительной инертности нервной системы и имеют огромное значение в деятельности организма (П.П. Пименов, 1907, И.П. Павлов, 1929, Л.А. Орбели, 1947). Эти явления и связанные с ними процессы структурно и функционально приспособительной перестройки лежат в основе развития тренированности организма спортсмена. Они определяют непрерывность повышения тренированности, несмотря на прерывистость тренировочного процесса (Л.П. Матвеев, 1964; Д. Матеев, 1964; Н.В. Зимкин, 1965). В литературе (особенно зарубежной) по данному вопросу содержится довольно разноречивое толкование следового эффекта при мышечной деятельности. Отмечается, например, статистически значимое увеличение скорости ненагруженного движения после выполнения того же движения с отягощением (I. Murray, 1959; W. Van Huss а. о., 1962) и, наоборот, отсутствие такого эффекта, несмотря на утверждения испытуемых, что субъективно их движения были быстрее после применения отягощения (М. Nofsinger, 1963; R. Nelson, W. Lamber, 1965); отсутствие прироста результата в прыжке в высоту после выполнения упражнений с отягощением (A. Stockholm, R. Nelson, 1965) и даже ухудшение результата в толкании ядра после предварительного толкания более тяжелого снаряда (R. Bischke, L. Morehouse, 1950).
В отечественной литературе эффект последействия рассмотрен более обстоятельно. Отмечается, что предшествующее статическое напряжение мышц сказывается положительно на последующей динамической работе. Несмотря на утомление после статического напряжения, эффект динамической работы не только не уменьшается, но даже увеличивается, иногда до 20% по сравнению с работой без предварительного статического напряжения. Обратная последовательность в работе давала худшие результаты (Я.А. Шейдин, В.Г. Куневич, 1935; М.И. Виноградов, В.Е. Делов, 1938; Н.К. Верещагин, 1956; М.Н. Фарфель, 1964; Ю.М. Уфлянд, 1965, и др.). Эффект последействия проявляется сразу после предварительного статического напряжения. Первое динамическое сокращение еще носит признаки торможения, но уже при втором сила резко увеличивается по сравнению с исходной величиной (М.В. Лейник, 1951; М.И. Виноградов, 1966). Приведенные данные говорят о том, что статические напряжения в известных условиях могут стать стимулятором динамической работы и играть важную роль в системе методов развития силы мышц. Динамическая работа, выполняемая с отягощением большого веса, высокой интенсивностью напряжения при относительно небольшом объеме, также вызывает положительное последействие в ЦНС, которое выражается в общем тонизирующем влиянии на двигательный аппарат, улучшении скоростных и силовых показателей (В.П. Портной, 1955; И.П. Ратов, 1957; В.М. Дьячков, 1961; И.В. Муравов и Ф.Т. Ткачев, 1964; С.П. Летунов, 1965).
В практике феномен последействия силовой работы используется в плане его срочного и отставленного эффекта. В первом случае имеется в виду количественное улучшение деятельности, непосредственно следующей за силовыми напряжениями. Предшествующие интенсивные силовые напряжения приводят к улучшению результатов в прыжковых упражнениях (В.М. Дьячков, 1958, 1961; Ю.В. Верхошанский, 1961; В.В. Татьян, 1964; Ф.Т. Ткачев, 1967), толкании ядра (Д. Фрич, 1961; Л.С. Иванова, 1964; А.Д. Марков, 1966), гребле (Н.Р. Ермишкин, С.В. Возняк, 1965; А.К. Чупрун, 1966). Во втором случае предварительная стимуляция используется с целью улучшения функционального состояния нервно-мышечного аппарата при подготовке спортсмена к соревнованиям или к тренировке скоростно-силового характера (В.М. Дьячков, 1961; В.В. Вржесневский, 1964; А.В. Ходыкин, 1976). Причем положительный эффект обнаруживает себя только в том случае, если это состояние достигает оптимального уровня. Перевозбуждение ЦНС отрицательно сказывается на точности и координации движений, т.е. на качестве спортивной техники (В.М. Дьячков, 1961; О.Д. Якимова, 1964). Следовые явления в нервной системе и их влияние на эффект последующей работы обусловлены многими факторами, в частности силой раздражителя, утомлением организма и временным интервалом, отделяющим предыдущую работу от последующей. Так, после тонизирующей работы (приседания со штангой) наблюдается следующий характер изменения параметров кривой F(t) взрывного изометрического усилия в контрольном задании (разгибание ноги). Максимум усилия (рис. 43) на первой же минуте увеличивается довольно существенно – на 26% от исходного уровня и затем к 4–5-й мин продолжает возрастать до 65%.
Начальный участок кривой F(t) претерпевает менее существенные изменения, причем величина и длительность превышения исходного уровня тем меньше, чем ближе к началу усилия расположена ордината F(t). Время достижения максимума усилия (рис. 44) сразу же после тонизирующей работы сокращается на 2,6%, затем, на 3–4-й мин, на 4,6% и далее начинает увеличиваться, существенно превышая исходный уровень (В.В. Татьян, 1964).
Наибольшее увеличение динамической силы после статического усилия соответствует нагрузке 50% от максимума (на 90%), наименьшее – нагрузке 25% (на 6,7%) и 100% (на 5,8%). С ростом тренированности послерабочие сдвиги могут соответствовать и бóльшим нагрузкам, вплоть до 100% от максимума (Е.П. Ильин, 1961). Следовательно, с повышением тренированности повышается и сила раздражителя, способного вызвать последующий положительный эффект. Однако в принципе для достижения наибольших послерабочих сдвигов необходима оптимальная, а не максимальная нагрузка. Сила раздражителя определяет также время достижения максимума подъема силы и длительности последействия. Поэтому практически небезразлично, в какой момент должна начинаться последующая работа. Например, высота вертикального прыжка обнаруживает различную динамику изменения в послерабочем периоде в зависимости от характера тонизирующей работы (рис. 45).
После приседаний со штангой максимальная высота прыжка отмечается на 3–4-й мин – 6,8% от исходного уровня, после прыжков в глубину на 8–10-й мин– 8,0% от исходного уровня (В.В. Татьян, 1964). В экспериментах с предшествующим статическим напряжением (Е.П. Ильин, 1961) быстрее всего максимум достигался при нагрузке 25% (через 12 мин), медленнее всего – при нагрузке 100% (через 15,4 мин) и при нагрузке 50% (через 17,2 мин). В исследованиях было определено, что для тяжелоатлетов между подходами к штанге оптимальный интервал отдыха при наличии следовых явлений в ЦНС находится в пределах от 2 до 5 мин (С.Э. Ермолаев, 1937; А.Н. Крестовников, 1951; Ш.Д. Буадзе, 1959; М.Б. Казаков, 1961). Причем установлено, что у штангистов, которые дозировали интервал отдыха, невыполненных упражнений оказалось на 20% меньше, чем у тех, кто не дозировал его (Е.А. Климонов, 1965).
Что касается отставленного эффекта силовой работы, он также зависит от объема и интенсивности предшествующей нагрузки. Например, умеренный привычный объем упражнений со штангой оказывает положительное тонизирующее влияние на двигательный аппарат спортсмена на следующий день или через день (В.М. Дьячков, 1961). Использование же в качестве стимулирующего средства отталкиваний после прыжка в глубину отдаляет этот момент на 5–6 дней (Ю.В. Верхошанский, 1963; А.В. Ходыкин, 1976). Использование следовых явлений открывает интересные перспективы для повышения эффективности силовой подготовки при ограничении объема тренировочной работы. Мыслящие спортсмен и тренер имеют большие возможности для творческих поисков, которые могут значительно обогатить теорию и методику спортивной тренировки.
Дополнительные движения
Некоторые опытные тренеры судят о мастерстве спринтера по... его челюсти. Если зубы сжаты, а лицо выражает мучительное напряжение, – мастерство невелико. Если же челюсть «болтается», лицо спокойно, то перед нами мастер, владеющий искусством свободного, непринужденного и быстрого бега. При всей своей курьезности это довольно меткая оценка мастерства в движениях циклического характера, для которых свойственна работа мышц с быстро чередующимися напряжением и расслаблением. Однако в движениях ациклического характера, требующих мощных силовых проявлений, никто уже не будет оценивать мастерства таким образом. Здесь усилия мышц сконцентрированы в едином кратковременном напряжении и даже анатомические антагонисты функционально действуют как синергисты. В таких условиях повышению рабочего эффекта мышц способствуют так называемые дополнительные движения.
Активность исследуемой мышцы (по электрическому показателю возбуждения) зависит не только от процессов, происходящих в ней самой, но и от состояния других мышечных групп. Как неотягощенные движения, так и движения с большим сопротивлением обязательно вызывают электропотенциалы на неупражняемой стороне тела (М.Н. Фарфель, 1961; А.С. Левина, 1964; F. Sills, A. Olson, 1958). Более того, сила и выносливость мышц руки, выполняющей динамическую работу, значительно повышаются за счет параллельного включения в работу других скелетных мышц (З.Ф. Горбунова, М.И. Хабарова, 1955; Е.А. Мухаммедова, 1958). Упражнение мышц одной стороны тела приводит к увеличению силы мышц на другой, неупражняемой, стороне (С. Wissler, W. Richarson, 1900; R. Davis, 1942; F. Hellebrant a. o., 1947; A. Slater-Hammel, 1950; D. Laun, 1954). Таким образом, дополнительные движения, которые могут не увязываться с понятием экономичности двигательного комплекса, имеют определенную физиологическую целесообразность и большое значение для его рациональной организации. Существуют более выгодные и менее выгодные сочетания двух или нескольких двигательных систем, включаемых в работу одновременно или последовательно. Так, для величины усилия, развиваемого правой рукой, оказывается далеко не безразличным, какая именно группа мышц принимает участие в дополнительном движении: однократные сокращения мышц-сгибателей левой руки увеличивают силу и скорость сокращения мышц правой руки в большей степени, чем сокращения мышц-разгибателей (Е.А. Мухаммедова, 1958). В то же время если при ритмической работе сгибателей правой руки напрягать одновременно разгибатели левой руки, то работоспособность правой руки увеличится на 39–42%; если же напрягать сгибатели левой руки, – снизится на 8–22%. Причем при напряжении левых разгибателей после утомления правых сгибателей последние становятся способными еще на значительную работу. Напряжение же левых сгибателей остается в этом смысле безрезультатным (Г.В. Попов, 1938). Таким образом, изменение работоспособности одних мышц при дополнительном включении в работу других зависит от многих факторов и проявляется по-разному в различных условиях.
На рабочий эффект влияет степень тренированности спортсмена, характер деятельности мышц при дополнительной работе (динамический или статический), а также уменьшение или увеличение нагрузки и ритма работы (М.И. Виноградов, 1966). Так, в упомянутых опытах Е.А. Мухаммедовой большой стимулирующий эффект соответствовал случаю, когда дополнительное усилие левой руки составляло 1 /3–1 /4 усилия, развиваемого правой рукой. Наконец, результат определяется и тем, в какую фазу работы подключаются другие группы мышц или, иначе говоря, в каком функциональном состоянии находится двигательный аппарат. Исследования показывают, что для получения отчетливого стимулирующего эффекта надлежащий двигательный анализатор должен быть в состоянии устойчивой возбудимости и реактивности. Возбуждение одних нервных центров усиливает этот процесс в других центрах, если последние приобретают значение доминирующего очага. Таким образом, напряжение дополнительных мышечных групп вызывает за счет идущей от них афферентной импульсации увеличение возбуждения в доминантном очаге и приводит к усилению эффекторного процесса в основных группах мышц. Исходя из принципа доминанты очевидно, что в начальной стадии работы, когда доминанта еще только образуется, включение других мышц не дает эффекта. Оно сказывается только через некоторое время, когда доминантная установка уже образовалась (Д.И. Шатенштейн, Е.Н. Иорданская, 1955). В спортивной практике можно найти примеры тому, что двигательный эффект при использовании дополнительных движений обеспечивается как за счет образования доминантного очага, так и за счет чисто механического фактора. Подобное явление можно наблюдать в упражнениях типа отталкивания от опоры с использованием маховых движений. В этом случае концентрированное возбуждение мышц, ответственных за ускоренное перемещение маховых звеньев тела, усиливает возбуждение в доминантном очаге, обеспечивающем ведущий элемент толчка – работу мышцразгибателей. В то же время реактивные силы, порожденные ускоренным перемещением массы маховых звеньев, создают в конце фазы амортизации избыточный потенциал напряжения в мышцахразгибателях, который повышает мощность работы мышц при отталкивании (например, в вертикальном прыжке с места в среднем до 25%). Таким образом, дополнительные движения являются примером приспособительной мобилизации организма, когда необходимо проявить максимальное напряжение, и могут найти применение в практике тренировки, направленной на развитие силы мышц.
Подготовительные движения
Если попытаться выполнить прыжок вверх с места из положения полуприседа, то сразу можно будет убедиться, что это невозможно без предварительного подседания. Необходимо большое напряжение воли, чтобы подавить естественные подготовительные движения, к которым человек вольно или невольно прибегает всякий раз, когда готовится выполнить действие, требующее проявления значительных усилий. В каждом конкретном случае подготовительные движения выглядят различно, в зависимости от ситуации и решаемой двигательной задачи, но смысл их один – увеличить длину рабочего пути и подготовить мышцы к более мощному рабочему усилию. Последнее достигается путем растягивания мышц, вызывающего мощный поток двигательных импульсов за счет механизма миотатического рефлекса и создающего дополнительный потенциал упругого напряжения. Здесь уместно вспомнить наблюдения А.А. Ухтомского (1927), который подчеркивал, что первичный сократительный эффект мышцы – это процесс мышечного напряжения и лишь производными от него являются укорочение и механическая работа. Факт предварительного напряжения мышц перед рабочим усилием, требующим концентрированного проявления силы, был отмечен в ряде исследований по данным электромиографии (И.Н. Сальченко, 1960; Е.Г. Котельникова, 1966; В.Б. Попов, 1968; Е. Asmussen, F. Bonde-Petersen, 1974). Правда, из этого не следует делать вывод о необходимости специально напрягаться при выполнении упражнения. Предварительное напряжение мышц может быть целесообразным, если оно своевременно и непосредственно предшествует рабочему усилию или достигается в ходе подготовительного движения, а величина его определяется самим организмом. Таким образом, всегда есть смысл подумать о подготовительных движениях, когда нужно получить большую силу и скорость движения, и не расценивать их как нечто несовместимое с понятием экономичности двигательного действия.
Рациональная координация в работе мышц Даже при относительно несложном движении один и тот же эффект может быть обеспечен многими сочетаниями участвующих в работе мышц. Стереотипность рабочего эффекта при нестандартности в деталях работы мышц отмечена во время регистрации, например, их электрической активности (К. Фиделюс, 1959; Е.К. Жуков, Ю.З. Захарьянц, 1960; Н.В. Зимкин, 1962; И.П. Ратов, 1962). Внешне это проявляется в варьировании амплитуды, быстроты и силы движения. Так, определенному импульсу силы при отталкивании вверх двумя ногами соответствуют различные значения его составляющих – силы и времени ее действия. Чем выше тренированность спортсмена, тем более стабильны эти значения, тем более рационально и устойчиво распределение усилий во времени (Ю.В. Верхошанский, 1963; С.М. Арутюнян, 1964). Таким образом, в процессе упражнения неэффективные и малоэффективные варианты интеграции составляющих движение элементов дифференцируются от более эффективных (Н.В. Зимкин, 1962; А.А. Коробова, 1964). Хорошо подготовленный спортсмен применяет только те эффективные сочетания, которые дают возможность максимально использовать их реальный моторный потенциал. Изменения в характере мышечной активности в процессе выполнения движения могут проявляться в нескольких формах: 1) в изменении порядка включения в деятельность различных мышечных групп, 2) в изменении числа мышечных групп, участвующих в движении, 3) в увеличении или уменьшении степени участия какой-либо мышцы в данном движении (В.С. Аверьянов, 1963; Ю.В. Мойкин, 1964). В движениях циклического характера изменяется длительность фаз активности и относительного покоя (Л.Т. Кучин, 1960; Г.Г. Ратишвили, 1966), а также перемещается максимум активности от одной группы мышц к другой (А.М. Лазарева, 1966; Т.М. Абсалямов, 1968). Для движений, связанных с преодолением больших сопротивлений или выполняемых с большой скоростью, характерно переключение активности на мышцы проксимальных звеньев (М.Ф. Иваницкий, 1956; В.М. Лебедев, 1962; Ю.В. Мойкин, 1964), а также дифференциация в активности разных участков мышцы (В.С. Аверьянов, А.И. Шибанов, 1964). При движении сложной многозвенной системы результирующее усилие не является суммой напряжения, на которое способна каждая из мышц-синергистов.
Так, наибольшее суммарное усилие развивается гребцом в начале гребка (табл. 6), хотя ноги в этот момент «работают» при невыгодных углах в тазобедренных и коленных суставах. Однако процент использования абсолютной силы при этом (сумма максимальных величин усилий, которые развивают мышцы рук, туловища и ног в отдельности) наибольший (В.С. Егоров, 1966). Таким образом, невыгодные условия работы одних мышц могут компенсироваться более выгодными условиями работы других (в данном случае мышц спины) за счет соответствующей координации усилий. Важнейшим результатом координированной деятельности мышц в упражнениях скоростно-силового характера является концентрация силы в ответственных с точки зрения биомеханической целесообразности фазах движения. Будучи одной из наиболее типичных закономерностей выработки двигательного навыка, концентрация мышечной силы в виде динамических акцентов является необходимым условием формирования биодинамической структуры сложного двигательного акта и повышения суммарного рабочего эффекта последнего
Настройка, инструктаж, эмоции
Мышечная деятельность организма, и в том числе при проявлении силы, не обособлена, а включена в формирование так называемой установки индивида. Установка – это основная изначальная реакция субъекта на воздействие ситуации, в которой ему приходится ставить и решать задачи. Она характеризует готовность к определенной деятельности и является важнейшим фактором любой двигательной активности (Д.Н. Узнадзе, 1961; И.Т. Бжалава, 1966). Физиологически готовность к действию связана с настройкой рецепторов, которая обеспечивает адекватное восприятие раздражителя, и с функциональной мобилизацией двигательных единиц, облегчающей двигательную активность. Физиологическая природа этого явления подробно рассмотрена Е.Н. Соколовым (1959); Н.А. Бернштейном (1961); П.К. Анохиным (1965). Двигательная установка в спорте как настройка на предстоящее действие (Н.Г. Озолин, 1949; К.Е. Шойхет, 1964, 1966; Ю.С. Еремин, 1968) формируется под влиянием ситуации и информационно инструктирующего воздействия педагога и предполагает четкое представление двигательной задачи. Формирование такой настройки создает объективные предпосылки для большего успеха двигательного действия. Так, предварительная словесная сигнализация о тяжести груза вызывает изменение тонуса мышц работающей руки. Слова «тяжелый груз» увеличивают тоническое напряжение мышц работающей руки, слова «легкий груз» уменьшают тонус тех же мышц (М.Н. Фарфель, 1961, 1964). Внушая увеличение мышечной силы, можно повысить ее на 22,5%, а внушая ослабление силы – понизить ее на 31,7% (М. Ikai, A. Steinhaus, 1961). Правильный инструктаж может привести к большему эффекту силы, если ориентирует спортсмена на выполнение движения с акцентированием той или иной его качественной характеристики или способствует лучшей координации усилий рабочих групп мышц. Так, оптимальное сочетание силы, быстроты и амплитуды в движениях скоростно-силового типа, обеспечивающее их максимальный (для данного функционального состояния организма) эффект, определяется эмпирически в процессе тренировки. Однако активное руководство действием помогает более быстро найти эффективное сочетание. Указание малоопытным спортсменам выполнить отталкивание вверх после прыжка в глубину быстрее или медленнее против обычного (табл. 7) приводит, как правило, к увеличению высоты взлета (Ю.В. Верхошанский, 1963).
Квалифицированный инструктаж может обеспечить максимальное использование силовых возможностей за счет рационального перераспределения мышечных усилий. Так, гребцов информировали о зарегистрированных величинах усилий, развиваемых суммарным действием всех мышц, имитирующим начало, середину и конец гребка. Затем им предлагали произвести в этих положениях повторные усилия, мобилизуя по преимуществу силу указываемых групп мышц. В результате кратковременного эксперимента с такого рода информацией все испытуемые увеличили силовые показатели (табл. 8) в фазах гребка (В.С. Егоров, 1966).
Приведенные примеры свидетельствуют об эффективности инструктажа, если он исходит из правильного представления о динамической структуре движения. Они говорят также о необходимости учета квалификации спортсмена: по мере роста квалификации эффект инструктажа (в том плане, о котором идет речь) уменьшается, так как мастеру в большей мере свойственно умение мобилизовывать свои возможности. Инструктаж всегда должен формировать предельно четкую двигательную установку в соответствии со смысловой структурой действия. Здесь следует выделить два типа инструктивных указаний: эвристический (что нужно сделать) и конкретный (как сделать). Иными словами, эвристический инструктаж уточняет смысловую структуру движения. В этом случае спортсмену предоставляется возможность самому найти наиболее выгодные для себя детали действия, ориентируясь на соответствие достигаемого эффекта с полученной инструкцией. Второй тип инструкции акцентирует внимание исполнителя на желательном (с точки зрения педагога) способе выполнения конкретных деталей действия. Сочетание этих типов инструкций опытным тренером неизменно повышает эффект выполнения силовых упражнений.
Наконец, величина проявляемой человеком силы в значительной мере определяется его эмоциональным состоянием. Во время сильного эмоционального подъема человек может совершать такие мышечные усилия, на которые в обычном состоянии он не способен. Сильные положительные эмоции могут мгновенно увеличить энергию мышечного сокращения в 4 раза (М.И. Виноградов, 1966). Наблюдения в спортивной практике показали, что деятельность в группе приносит бóльшие результаты, чем в одиночку (Н. Gurnee, 1937; Th. Abel, 1938; N. Weyner, D. Zeaman, 1956; I. Beasley, 1958; B. Cratty, 1965). Присутствие зрителей повышает эффект двигательного действия (G. Gates, 1924; R. Lazaruc а. о., 1952; В. Cratty, R. Hutten, 1964), причем, как правило, неспортсмены демонстрируют значительно более высокий уровень достижений, чем спортсмены (R. Singer, 1965). Таким образом, умелое руководство тренировкой, создание определенного эмоционального фона сделают работу над развитием силы более продуктивной.