Преступление Каина в свете учения свщмч. Петра Дамаскина об отпадении от Бога

(Из блога rexantus_tarvos: https://rexantus-tarvos.livejournal.com/ )

Если попытаться описать в современных терминах богословский метод Петра Дамаскина, то я бы назвал его: «аскетический структурализм». Действительно, Дамаскину свойственно построение чёткой схемы обуздания страстей или, наоборот, их водворения, такие конструкции на протяжении его книги появляются не раз; он выводит чёткую метафизическую систему духовного мира человека. Систематизировать автор стремится решительно всё: и духовные делания, и телесные, аккуратно разграничивая даже очень близкие категории мышления (например, «познание» (γνῶσις) и «уразумение» (κατανόησις).

В связи с этим мне стало интересно попробовать положить одну из таких схем на случай из Писания; выбор пал на одно из самых известных проявлений человеческого греха, на убийство Авеля Каином (Быт. 4:1-16).

1.

У А. Лопухина [1] читаем следующее:

Что здесь для нас наиболее важно:

1) Авель верил в обетованного Мессию, а Каинова вера была слаба, ввиду чего 2) Авель приносил к жертвеннику отборные плоды своих трудов, претворяя веру в действие, а приношение Каина нисколько не свидетельствовало о его вере; 3) Бог прямо указал Каину на опасность и разрушительность его смущения, но тот не стал Его слушать.

Кстати, примечательно, что в свете параллельных мест, приводимых Лопухиным (например, Мф. 23:31 и далее), Авель раскрывается читающему не только как первый мученик и праведник, но и как первый пророк. Мне всё же кажется спорным вопросом, явилась ли недобросовестность жертвы Каина в первую очередь следствием его «гордости, тщеславия, высокомерия», как пишет Александр Павлович, или его неверия в Мессию (Евр. 11:4), или, как говорит Ап. Иоанн, наущения диавола из вечного стремления последнего вредить праведникам (1 Ин. 3:10-13). Разумеется, все эти причины имели место, но одна наверняка была основополагающей. Впрочем, свят. Григорий Палама ясно говорит о том, что неправославная вера и страсти обогащают друг друга и вводятся друг другом (см. его восьмую омилию «О вере» [2]), так что в Каине могли одновременно появиться начатки всех упомянутых пороков, которые затем кормили один другой.

2.

Теперь открываем сочинение отца Петра Дамаскина [3], и вот что мы там видим:

Итак, 1) весь континуум развития страстей и их водворения друг за другом (и друг через друга) строится на двух особо важных категориях: «ведении» и «произволении», которое сравнивается с органом зрения; 2) следуя метафоре Дамаскина о глазах и солнце, понимаем, что человек удаляется от ведения двумя действиями: неверием и леностью. А затем 3) ведение предаётся забвению через праздность и нерадение (которые, очевидно, должны иметь место между появлением неверия и лености и собственно забвением). Далее водворение страстей происходит, как говорится, согласно установленному регламенту.

Прежде чем прилагать эту схему к библейскому сюжету, надо пояснить базовую категорию, которая красной нитью проходит через первые главы сочинения — ведение. Естественно возникает вопрос: ведение чего? Вообще богослов разделяет, прежде всего, естественное и духовное ведения. Последнее он делит на восемь разных ведений, как то: «познание скорбей и искушений», «познание своих согрешений и благодеяний Божиих» et al. (здесь надо заметить, что большинство схем свщмч. Петра обладают не только чёткостью, но и строгой иерархичностью, не являются исключениями и приводимые нами структуры). Но здесь нас скорее интересует естественное ведение, как присущее всем людям независимо от их «духовного прогресса».

Привожу соответствующий отрывок:

«начало всякого блага есть есть естественное ведение, получаемое человеком от Бога, или из Писаний чрез человека, или чрез Ангела хранителя, получаемого при Божественном крещении, для охранения души каждого верного, и называемого совестию».

Несмотря на то, что отождествление совести с Ангелом-хранителем может вызвать у неискушённого читателя мысль о том, что она свойственна лишь новозаветным (крещёным) христианам, это не так, ведь Ап. Павел говорит о наличии совести даже у язычников (Рим. 2:12-16, см. также [4], да и Александр Павлович говорит о совести братоубийцы).

Так что же мы находим у Каина? Как раз те две силы, которые имеют роковое значение в системе свщмч. Дамаскина, а именно — леность (или нерадение, что также по схеме близко; оно проявляется в принесении жертвы, что называется, «спустя рукава») и неверие (в обетованного Мессию; см. первый фрагмент из Лопухина). Всё это должно было вызвать в Каине забвение ведения, что и происходит дальше; Каин убивает Авеля даже несмотря на то, что Бог напрямую указывает ему на опасность и разрушительность тех духовных процессов, которые имели место в душе Каина; не просто указывает на опасность, но и в деталях, как показывает Лопухин во втором фрагменте, объясняет суть этих процессов; здесь уже, видимо, наличествуют неразумие, нерадение и праздность, водворившиеся ещё до забвения.

Примечательно ещё и то, что Каин не то что бы не был способен возвратить ведение сам по себе, но, дав диаволу доступ к душе, он закрыл для себя ведение окончательно (1 Ин. 3:10-12); диавол же, в свою очередь, также ведением не обладает (см. у Петра Дамаскина в той же главе: «но и диавол ничего не может произвести для нашей погибели <...>, а влагает только напоминание зла», и: «...диавол через неразумие и гордость, лишившись ведения, дарованного Богом, по нужде сделался несмысленным, и сам собою не может знать, что должно делать; но смотрит, что делает Бог для спасения нашего, и из этого научается и ухитряется делать подобное к погибели нашей»).

Видно, как сердце Каина постепенно ожесточается: сначала он не слушает Бога, затем убивает брата, а вслед за этим откровенно дерзит Богу (nota bene —почти то же развитие имело грехопадение человека (Быт. 3:1-13): Ева ест плод древа познания добра и зла (преслушание), даёт Адаму (грех направляется в сторону ближнего), затем оба уклоняются от ответов Богу, когда Он их вопрошает (что если не является дерзостью, то весьма близко к ней)).

Таким образом, мы видим, что учение свщмч. Петра Дамаскина не носит умозрительный характер, но применимо к человеку с древнейших времён и обнаруживает тончайший анализ развития порока в сердце человеческом. Аминь.

Автор: Александр Куприн.

Источники:

[1] Толковая Библия, или Комментарий на все книги Св. Писания Ветхого и Нового Завета / Под ред. Лопухина А. П. Том первый. Петербург, 1904.

[2] Беседы (омилии) святителя Григория Паламы. М., 1993.

[3] Творения преподобного и богоносного Отца нашего священномученика Петра Дамаскина. Киев, 1905.

[4] Шиманский Г. И. Конспект по нравственному богословию 2, 5 (на сайте «Азбука веры»: https://azbyka.ru/otechnik/Germogen_Shimanskij/konspekt-po-nravstvennomu-bogosloviyu/3_5 ).