Буддизм в СССР: от притеснений до полного уничтожения
Российский буддизм до революции
Буддизм пришел на территорию России в начале XVII века, с принятием калмыками российского подданства. Несколько позже, в середине того же века, начинается его распространение и в Бурятии. В 1764 г. Екатерина II утверждает титул Пандита-Хамбо-ламы - главы буддистов Восточной Сибири, что традиционно считается официальным признанием этой религии. В 1914 году под протекторат России перешли тувинские земли, где распространение буддизма началось ещё в XIII веке. Так в составе России оказались три региона, где буддизм преобладает и по сей день.
До революции политика в отношении буддизма была достаточно веротерпимой. Об антирелигиозной пропаганде, а тем более прямых репрессиях в отношении данной конфессии не шло и речи. Перед революцией на территории Бурятии действовало более 40 дацанов, в Калмыкии – 28 больших хурулов, в Тыве – 22 хурээ (эти слова — национальные названия буддийских монастырей). В 1915 году в Санкт-Петербурге, столице «тюрьмы народов», был торжественно открыт буддийский храм. Более того, к буддизму проявлялся интерес – в начале ХХ века российская буддологическая школа была одной из сильнейших в мире.
Перед дальнейшим повествованием следует сказать еще кое-что. Все буддийские народы на тот момент практически полностью вели кочевой образ жизни, единственными центрами оседлости были монастыри и храмы. Неудивительно, что в таких условиях они были не только крупными экономическими центрами, но и единственными очагами науки, образования, медицины и искусства в тех местах. Культура бурят, калмыков и тувинцев практически полностью основывалась на буддизме. Духовенство же было своего рода национальной интеллигенцией; для населения ламы были не только представителями религии, но и учителями, культурными людьми – на этом строился их авторитет в обществе.
Приход большевиков к власти подорвет сложившуюся гармонию и будет иметь поистине трагические последствия для буддизма.
1920-е гг. Затишье перед бурей
Советская власть начала проводить антирелигиозную политику практически с момента установления, и все принимаемые меры в равной степени распространялись и на буддийскую конфессию:
1) Декретом «О земле» земли буддийских монастырей были конфискованы и переданы в распоряжение советов крестьянских депутатов
2) Декрет «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» 1918 года лишил буддийские организации государственной финансовой поддержки, прав юридического лица, а также национализировал все их имущество и запретил владеть собственностью;
3) Положения Конституций РСФСР 1918 и 1925 годов лишили буддийское духовенство избирательных прав;
4) Кампания по изъятию церковных ценностей 1922 года коснулась и буддийских монастырей.
Впрочем, до прямого террора дело пока что не доходило, и такая политика позволяла буддизму держаться более-менее устойчиво. В 1920-е годы все же наблюдалось развитие религиозной жизни. В этот период проводились региональные и даже один всесоюзный съезды буддийского духовенства. Пока что разрешалось строительство новых храмов, признавалась ценность буддийской культуры, допускалось беспрепятственное занятие тибетской медициной. К 1928 году состояние конфессии было следующим:
Бурятия – 48 дацанов и около 9100 священнослужителей
Калмыкия – 61 большой хурул и около 1500 священнослужителей
Тыва – 26 хурээ и около 2200 священнослужителей
Буддийское духовенство, в свою очередь, не выказывало сопротивления советской власти. Абсолютное большинство буддийских священнослужителей придерживались нейтралитета в годы Гражданской войны, несмотря на имевшие место случаи разграбления монастырей красными (хотя некоторые ламы в Бурятии и Калмыкии поддерживали белое движение).
Более того, осознавая, что ужесточение репрессий со стороны большевиков всего лишь вопрос времени и желая спасти свою веру, часть сангхи пошла на «ложь во спасение» и открыто объявила о признании советской власти и лояльности к ней. У истоков этого движения, получившего (как и в случае с православием) название обновленческого, стоял один из авторитетнейших лам своего времени Агван Доржиев. Обновленцы распространяли идеи об общности идей буддизма и коммунизма, часто говорили о буддизме как «атеистической религии», призывали к переустройству духовной жизни на демократических и социалистических началах (отказ от роскоши, переход монастырского имущества в пользование всей общины, расширение влияния мирян на духовные вопросы и т.д.). Увы, благие намерения не привели ни к чему хорошему: в религии произошел раскол с т.н. «консерваторами», что не способствовало её упрочению, а террора в итоге так и не удалось избежать.
Более интересным образом ситуация развивались в независимой на тот момент Тувинской Народной Республике. В новообразованном социалистическом государстве сложилась парадоксальная ситуация, когда ввиду катастрофической нехватки образованных кадров многие чиновники и даже руководители оказались выходцами из ламской среды. Это обстоятельство на несколько лет обеспечило буддизму спокойное существование. Для этого периода в порядке вещей было, например, рассмотрение правительством или партией состояния буддийской религии и возможных мер по улучшению её положения в обществе — и это несмотря на то, что по Конституции ТНР 1926 года церковь была отделена от государства. В 1928 г. состоялся всетувинский буддийский съезд, в работе которого приняли участие не только представители сангхи, но и известные члены правительства и ЦК ТНРП. Съезд открыл генеральный секретарь ЦК ТНРП (!), что само по себе крайне удивительно (попробуйте представить что-то подобное со стороны Сталина).
Однако уже в 1925 г. обозначился постепенный поворот к репрессивной политике в отношении буддизма, в первую очередь ввиду провала советской миссии в Тибете в 1924–1925 гг. (а с ней и надежд разжечь огонь мировой революции на Востоке) и ослабления на этом фоне «буддийского фактора» во внешней политике. С 1925 года в Бурят-Монгольской АССР начал действовать декрет «Об отделении…» со всеми вытекающими последствиями. В следующем году в буддистских регионах начали свою работу отделения Союза воинствующих безбожников. И все же полномасштабный террор еще не начался.
1929-1936 гг. Наступление на веру
Переломным моментом в истории буддизма (да в общем и в истории России) стал рубеж 1928-29 годов. В этот момент в партии полностью возобладала линия Сталина на свёртывание НЭПа, форсированную коллективизацию и жесткую борьбу с религией. Антирелигиозная политика в этот период реализуется по нескольким направлениям.
Закрытие монастырей и прямые репрессии среди духовенства и мирян
С 1929 года полностью прекращается строительство новых буддийских храмов и монастырей, напротив, активно разворачивается процесс их закрытия. Создавалась видимость, что происходит это по воле граждан, выраженной на общих собраниях, однако это было не более чем пылью в глаза. Несколько примеров такой якобы «демократии» из Калмыкии:
10 ноября 1929 г. в поселке Калмыцкий Базар на народном собрании, где решался вопрос о закрытии хурула, церкви и мечети, присутствовали 325 человек. Из 974 верующих мирян, из них 246 православных, 398 буддистов и 330 мусульман, почти никого не было.
23 ноября 1929 г. общее собрание граждан Яшкульского аймака: 120 человек, при отутствии 437 верующих - единогласно решило закрыть хурул, а его здание отдать под школу.
В январе – феврале 1930 г. в шести селах Яндыко-Мочажного улуса закрыли 5 хурулов, церковь и мечеть по решению небольшой группы граждан (от 40 до 120 человек) и в основном при отсутствии верующих мирян.
9 января 1930 г. собрание всего из 32 граждан Актюбеевского сельского Совета Хошеутовского улуса приняло решение закрыть хурул и отдать его здание в распоряжение сельского совета.
Уже с начала 1930-х гг. органы гос. безопасности начинают «поиск» и «выявление» различных контрреволюционных ламских организаций в Бурят-Монголии и Калмыкии. В это же время был нанесен удар по высшему буддийскому духовенству – были осуждены многие видные ламы, вплоть до Шаджин-ламы Л. Тепкина и Пандито Хамбо-ламы Д. Мункожапова (главы буддистов Калмыкии и Бурятии). Последние были приговорены к 10 годам лишения свободы.
Усиление налогового прессинга
Большое значение в деле борьбы с религией придавалось мерам экономического воздействия и, прежде всего, налогообложению как части репрессивной политики. Так, по данным информсводки Бурят-Монгольского обкома ВКП(б) от 20 марта 1930 г., ламы, платившие в 1929 году 35-50 рублей подоходного налога каждый, с начала 1930 года стали платить от 700 до 2 000 рублей (!), и это не считая других видов налогов, в т.ч. местных. Изощренным инструментом прессинга на буддийское духовенство стало обязательное «самообложение», размеры которого определялись сельсоветом и порой достигали размера подоходного налога. Имущество лам, неспособных заплатить налоги изымалось и распродавалось – и то, и другое зачастую проводилось с нарушением законности.
Идеологическое давление
С середины 1920-х годов государственная политика была направлена на всемерное противодействие влиянию буддийской культуры. Культурологи клеймили буддийское искусство как «одно из значительных звеньев в общей системе отравления сознания трудящихся масс и угнетения их при помощи буддийского религиозного учения». Считалось, что оно «насквозь пронизано буддийско-ламаистскими религиозными представлениями» и поэтому «мертво» и «не имеет будущего». Но еще абсурднее был тезис о том, что буддийская культура оказывается «внешняя, чужая, занесённая из Тибета». Активно тиражировалась ложь о том, что она антинародна, «непонятна и чужда широким слоям трудящего советского населения», что она приспособила для своих нужд и «всячески использовала народное искусство», а «нерелигиозное искусство» преследовала. Так медленно, но верно разрушалась подлинная основа культуры бурятского и калмыцкого народов.
Параллельно разворачивалась борьба с тибетской медициной, причем становилось очевидным, что это вопрос не столько здравоохранения (ламы-медики признавали и применяли по мере возможности достижения европейской медицины, старались получить новые знания у советских врачей), сколько борьбы с религией. Если раньше отдельные успехи тибетской медицины все-таки признавались, то теперь ламы-медики были открыто объявлены «вредителями здоровья трудящихся» и силой, «враждебной» по отношению к советской медицине. В апреле 1936 года тибетская медицина была окончательно запрещена, занятие ею преследовалось по статье 180 Уголовного кодекса.
В обоих вышеназванных процессах активно принимал участие «Союз воинствующих безбожников». К середине 1929 года он утвердил общую методику антибуддийской пропаганды. Начали проводиться диспуты, карнавалы и другие пропагандистские мероприятия. В 1932 г. союз выпустил свои первые антибуддийские брошюры на русском и бурятском языках. Впрочем, деятельность безбожников в Бурят-Монголии и Калмыкии никогда не была продуктивной и постоянно подвергалась критике со стороны партии и государства.
В результате сочетания насилия с экономическими мерами в 1935–1936 гг. было закрыто 70% буддийских храмов и монастырей в Бурят-Монголии и 80% – в Калмыкии. В 1935 году был закрыт Санкт-Петербургский буддийский храм. Прямые репрессии, непомерный налоговый гнет, постоянное клеймение приводило к выходу священнослужителей из монастырей, часто со сложением духовного сана. К 1935 году в Бурят-Монголии осталось всего около 1300 лам, в Калмыкии - менее сотни, тогда как до революции было около 11 и 2 тысяч соответственно.
Гонения в Тувинской Народной Республике
Начало 1930-х годов в Туве так же ознаменовалось поворотом по отношению к религии, связанным с приходом к власти просоветского (а точнее просталинского) крыла партии. Согласно Конституции 1930 года ламы и шаманы лишались избирательных прав. Представители ламской элиты были полностью выведены из государственных и партийных структур ТНР. Имущество всех монастырей было национализировано. Резко возросло налоговое давление на лам. Обучение в монастырских школах отныне разрешалось только тем, кто достиг 18 лет. Для проведения религиозных мероприятий требовалось иметь специальное письменное разрешение местных органов власти.
Был запущен процесс закрытия монастырей в административном порядке с последующим их уничтожением. Но было и важное отличие. Здесь, в отличие от СССР, разрушением хурээ занимались не столько карательные органы, сколько само население, в первую очередь молодежь, оказавшаяся наиболее восприимчивой к революционным идеям. Бывало, что люди сначала строили храмы, а несколькими десятилетиями позже разрушали их же. Религию выживали и из народной среды – в 1930 г. вышел правительственный указ, требующий «добровольной» сдачи культовых принадлежностей, имеющихся в личном пользовании.
Скорость уничтожения религии поражала – к 1932 году во всей Тыве остался всего один (!) монастырь с пятнадцатью ламами. Опасаясь народного недовольства, власть на время отказалась от столь радикальной политики.
1937-41 гг. Полное уничтожение
К концу 1930-х гг. сталинское руководство приступило к окончательному разрешению религиозного вопроса и выбрало в отношении буддийской конфессии путь радикально жестоких мер.
К 1940 ни в Бурят-Монголии, ни в Калмыкии, ни в Тыве не осталось ни одного действующего буддийского монастыря. Этот факт сомнению не подлежит (применительно к более ранним периодам оценки количества монастырей у разных ученых хоть и несущественно, но варьируются). Абсолютное большинство зданий, уникальных памятников архитектуры, было разрушено. До наших дней дошли только один калмыцкий хурул и несколько бурятских дацанов. Все тувинские хурээ были уничтожены.
В ходе репрессий были навсегда утрачены многие произведения буддийского искусства — картины, ксилографы, рукописи. Листами рукописей, многие из которых имелись только в единственном экземпляре (их не было даже в Тибете), оклеивались оконные рамы. Ксилографы выбрасывались на улицу, где они и сгнивали. Книги, «изъятые» из Цугольского дацана, были использованы как топливо. Многие ценности расхищались.
Духовенство подверглось суровому террору. В Бурят-Монголии за 1929-1941 гг. был репрессирован 1 701 буддийский священнослужитель, в том числе Агван Доржиев, 520 из них приговорили к высшей мере наказания (для сравнения, за тот же период были репрессированы 101 священнослужитель православной церкви, 5 из них расстреляно). В Калмыкии за тот же период было репрессировано около 1500 лам.
По сути, это означало уничтожение и старой интеллигенции этих народов. Так, в ТНР в 1940 году был расстрелян лама Монгуш Лопсан-Чимит – один из образованнейших людей страны, автор проекта первого тувинского алфавита.
Были осуждены и многие учёные-буддологи; с этого времени и до хрущевской «оттепели» буддология в нашей стране будет фактически мертва.
Все это было настоящей катастрофой, ни одна другая религия в СССР не подверглась столь масштабному уничтожению. Буддизм был полностью ликвидирован на институциональном уровне, но все же сохранился в народной среде – многие семьи сохранили веру и предметы культа, пережившие террор ламы отваживались совершать молебны под открытым небом.
Вместо послесловия
В ликвидированном состоянии буддизм пробыл недолго. С началом Великой Отечественной войны антирелигиозная пропаганда была прекращена, а после неё был взят курс на восстановление традиционных конфессий, но уже под полным контролем государства (для использования их в своих интересах). Буддизм не стал исключением. В 1945 г. в Бурятии был открыт Иволгинский дацан, в 1946 г. – Агинский. Два эти монастыря оставались единственными очагами буддизма в стране вплоть до краха социализма – только тогда началось подлинное возрождение этой древней восточной религии.
Список литературы:
- Синицын Ф.Л. Советское государство и буддисты (1917 — 1946), 2013
- Синицын Ф.Л. Советские безбожники и буддизм, 2017
- Синицын Ф.Л. "Искусство поражать и устрашать": Советская политика по отношению к буддийской культуре, 2012
- Синицын Ф.Л. Советская политика в отношении буддийской системы здравоохранения в 1920-1930-е гг. : реформы и репрессии, 2012
- Цыжипов Э.Б. История политических репрессий в Бурят-Монголии. 1928 – июнь 1941 гг., 2006
- Иргит О.Ю. Политические репрессии в Тувинской Народной Республике в 1921-1944 гг., 2019
- Монгуш М.В. История буддизма в Туве (вторая половина VI — конец XX в.), 2001
- Занданова Л.В., Паламарчук А.В. Борьба с ламаизмом в Восточной Сибири в 1930-е годы: документы свидетельствуют, 2016
- Максимов К.Н. Репрессии против буддийского духовенства - носителей национальной идеологии и духовности, 2018
- Доржиев Д.Л. Преследования буддийского духовенства и верующих в Бурят-Монгольской АССР в ходе антирелигиозной компании начального этапа коллективизации сельского хозяйства, 2017
- Кузьмин С.Л. Буддизм и социализм: сравнительный анализ взаимодействий в СССР, ТНР, МНР и КНР, 2019
- История Калмыкии с древнейших времен до наших дней в 3 томах. Том III, 2009
- История Бурятии в 3 томах. Том III, 2011
- История Тувы в 3 томах. Том II, 2007
- Терентьев А. А. Буддизм в России – царской и советской (старые фотографии), 2014 (https://vk.com/album-2049680_265629316)