СТАТЬИ: Тьяцци в драпе о ярле Сигурде
Автор статьи: Snjórlynx
Источник изображения обложки: https://imagebunker.net
Тьяцци упоминается в 6-й строфе драпы о ярле Сигурде (Sigurðardrápa) Кормака Эгмундарсона (Kormákr Ǫgmundarson). Эта строфа также содержится в Саге о Хаконе Добром (Hákonar saga góða), где следует за описанием ярла Сигурда как щедрого правителя и блюстителя жертвоприношений (глава XIV). [1]
«Кормак Эгмундарсон – исландский скальд, умер около 968 г. В «Саге о Кормаке», одной из исландских «родовых car», приводится множество отдельных строф, которые приписываются ему. Сохранилось также несколько строф из его драпы о хладирском ярле Сигурде. В этой драпе заключительная часть последней строки каждого хельминга (т.е. четверостишия, или полустрофы) образует самостоятельную фразу мифологического содержания, не имеющую никакого отношения к содержанию самой драпы» [2] , – пишет М. И. Стеблин-Каменский в комментариях к переводу саги.
6-я строфа драпы в переводе М. И. Стеблин-Каменского звучит так:
Вязам стрел припасы,
Росу бочки к ярлу
Щедрому нет нужды
Брать. В огне сгиб Тьяцци.
Кто пойдет на распрю
Со жрецом, собравшим
Даятелей света
Блат. Добыл Грам злато.
Он также даёт комментарии к кеннингам в ней:
«Вязам стрел» – мужам.
«Росу бочки» – пиво.
«В огне сгиб Тьяцци» – О том, как погиб великан Тьяцци, рассказывается в «Младшей Эдде».
«Даятелей света блат» – мужей (свет болот – золото).
«Добыл Грам злато» – Грам – это меч Сигурда. Он убил этим мечом дракона Фафнира и таким образом стал обладателем золота.
На сайте Scaldic Project приводится оригинал драпы с подстрочником на английском языке, который показывает расхождения с переводом М. И. Стеблин-Каменского:
6. Hafit maðr ask né eskis
afspring með sér þingat
fésæranda at fœra
fats; véltu goð Þjaza.
Hverr myni vés við valdi,
vægja kind, of bægjask,
þvít fúr-Rǫgnir fagnar
fens; vá Gramr til menja.
A man will not have to bring either a bowl or the offspring of the ash vat [BOWL] with him to a meeting with the wealth-wounder [GENEROUS MAN]; the gods deceived Þjazi. Who would fight against the owner of the sanctuary [RULER], since the Rǫgnir <= Óðinn> of the fire of the fen [(lit. ‘fire-Rǫgnir of the fen’) GOLD > GENEROUS RULER] rejoices in the descendant of swords [SWORD]; Gramr <legendary sword> fought for neck-rings.
«Человеку не нужно будет брать с собой на встречу с добытчиком богатства [ЩЕДРЫМ ЧЕЛОВЕКОМ] ни чашу, ни потомка чана из ясеня [ЧАШУ], боги обманули Тьяцци. Кто будет сражаться против владельца святилища [ПРАВИТЕЛЯ], поскольку Рёгнир <= Один> огня болота [(букв. «Огне-Рёгнир болота») ЗОЛОТА > ЩЕДРЫЙ ПРАВИТЕЛЬ] радуется потомку мечей [МЕЧУ]; Грам <легендарный меч> сражался за ожерелья».
В комментарии к этой строфе Edith Marold поясняет:
«Goð véltu Þjaza «боги предали Тьяцци»: эта фраза ссылается на миф о Тьяцци, сохранившийся в поэме Haustlöng. Если существует связь между мифом и этой строфой, она может быть установлена только для самого начала мифа, когда боги изначально отказываются делиться своей трапезой и, таким образом, демонстрируют поведение, которое является антитезой щедрого правителя, который дает пищу всем (Marold 1990a, 116). Кроме того, Тьяцци имеет особое отношение к дому ярлов Ладе, потому что он отец Скади, великанши-прародительницы этой династии (ср. Fidjestøl 1982, 94)».
Мне кажется, что употребление слова «обманули, обхитрили, предали» в связи с мифом о Тьяцци в поэме Haustlöng более уместно для эпизода, когда асы устроили Тьяцци огненную ловушку. Это объясняло бы, почему М. И. Стеблин-Каменский выбрал неточный вариант перевода «в огне сгиб Тьяцци». Тем не менее, версия Edith Marold предполагает наличие связи мифологических полустрок, завершающих полустрофы, с сюжетом самой драпы, в то время как М. И. Стеблин-Каменский эту связь отрицает. (Вопрос о наличии или отсутствии этой связи весьма интересен, но его рассмотрение требует глубокого анализа всей драпы, что для данной статьи неактуально).
В словаре Клисби-Вигфуссона даётся ещё одно значение глагола véla – «иметь дело, справляться». В этом случае, скорее всего, тоже может подразумеваться убийство Тьяцци.
Однако, кроме прочтения véltu – «обманули, предали, обхитрили», существует и прочтение veizlu [3] – «угостили». В этом случае связь с начальным эпизодом мифа о Тьяцци в поэме Haustlöng, о котором говорит Edith Marold, оказывается более прозрачной.
И отсылка к завязке сюжета мифа – угощению Тьяцци мясом быка, и к его развязке – Его убийству или обману с целью убийства, больше подходят для того, чтобы знакомая с мифом аудитория поняла, о чём идёт речь, чем отсылка к изначальному отказу асов угостить Тьяцци, выраженная не самым подходящим словом. Тем более что ни в поэме Haustlöng, ни в прозаическом изложении мифа Снорри никакого отказа не было: Тьяцци не давал мясу изжариться, а когда сказал, что оно изжарится, если Ему дадут поесть досыта, Один попросил Локи разделить быка, и тот разделил на четыре части (для троих асов и Тьяцци).
И все же, нельзя исключать того, что Edith Marold права в том, что здесь скупость правителей-асов (допустим, в лице Локи, ударившего Тьяцци палкой, когда Он проглотил всего быка) противопоставляется щедрости ярла Сигурда, не выяснив, есть ли подобные противопоставления (или другие связи) между остальными завершающими полустроками и содержанием предшествующих им строф во всей драпе.
Хотелось бы верить, что фраза véltu/veizlu goð Þjaza может быть и отсылкой к другому, утерянному мифу о Тьяцци, отголоски которого могла сохранить скальдическая поэзия.