Покидая фестиваль из-за непогоды, вы рискуете потерять нечто волшебное
Погода — вещь непредсказуемая. И иногда летний дождь тоже становится гостем джазового фестиваля. Он, как и зрители, не хочет пропустить выступления любимых артистов и начинает импровизировать вместе с музыкантами, вступая с ними в диалог. И для многих зрителей присутствие стихии на фестивале вовсе не обидное стечение обстоятельств, а часть фестивального процесса. Для некоторых даже волшебство.
Зритель Санкт-Петербургского джазового фестиваля и журналист газеты «Деловой Петербург» Сергей Рыбаков считает, что дождь на фестивале — не повод спешить домой. Свои впечатления от посещения Фестиваля 25 июля в Юсуповском саду он изложил в отзыве, который мы публикуем с его разрешения:
«Когда мы добрались до Юсуповского сада на Saint Petersburg Jazz Festival там заканчивала свою программу Женя Любич — довольно харизматичная певица, которой особенно радовались дети. Она как раз приглашала всех к танцу, потому что вот-вот собиралась исполнить какую-то динамичную и солнечную композицию —именно в этот момент на фестиваль лета и джаза ворвался шквальный ливень. Детей потащили домой, многие бросились под деревья, оставив центр зрительного зала пустовать. Женя доиграла программу, волонтеры раздавали дождевики, ведущий старался нас приободрить, мы старались вторить ему и кучковаться, и прятаться, но опасность испорченного вечера уже нависла над нами.
Тогда на сцене появился пианист Борис Березовский. Звук для остальных музыкантов еще не выстроили, когда он начал играть. Я не могу сказать, что нас осталось больше половины… или меньше половины — мы не смотрели на тех, кто уходил. Словно послушные питомцы все вдруг стали тянуться к сцене, несмотря на капли и ветер, и застывать там, устраиваться, слушать.
В моменте стало казаться, что в погоде виноват исключительно Борис Березовский, так как с каждым раскатистым движением его жадных до виртуозности пальцев дождь как-будто прибавлял.
Когда же он закончился, то мы с удивлением обнаружили, что в джазе под дождём есть своя, отдельной привлекательности эстетика —то ли репертуар был так мастерски подобран в такт капризному петербургскому небу, то ли Борис действительно колдун и все продумал заранее, но всем, кто молился о прекращении ливня вдруг на секунду стало стыдно и жалко, что желание их исполнилось.
Больше всего в Борисе привлекает то, что иногда он смотрит на клавиши так, будто впервые видит их. Потом он вдруг резко вспоминает, и макает тебя в компот с вареньем, а после выбрасывает на автостраду, как куриное крылышко из окна летящего кадиллака! В момент свободного падения я посмотрел наверх — над Юсуповским садом стояло дивное, чистое небо.
После него была Варвара Убель, которую я, к стыду своему, никогда до этого не слышал, и про которую знающие люди говорили, что, мол, уж кто-кто, а Варя точно станет большой звездой джаза. Ей хватило примерно 20 секунд, чтобы убедить в этом и меня.
Поразило сколько титанического труда стоит за этой хрупкой, чрезвычайно одаренной дивой. Подобный талант обычно неизбежно приводит к лености у большинства исполнителей, и лишь единицы способны противостоять ему, чтобы стать на путь большой музыки.
Чтобы не прослыть голословным идиотом приведу один пример: в какой-то момент она решила посоревноваться со своим трубачом. Голосом. Большинству зрителей при этом так и осталось непонятным, что звучало лучше — труба или подражающая трубе Варвара. Признаться, скорее второе.
Когда все закончилось госпожа жизнь вновь принимала награду лучшему драматургу, но не будем обделять похвалой и организаторов, которые сделали все возможное для того, чтобы урок этот прошел для нас с максимальной наглядностью. С мечтательными улыбками на лицах левитировали в сторону выхода гости, и в воздухе стояло приятное чувство благости, и какие к черту рилсы? Вот чем нужно заниматься, товарищи!
А мораль тут проста: прежде чем уходить с фестиваля из-за плохой погоды - сверьтесь с программой. В противном случае вы рискуете пропустить нечто волшебное».
