Отзывы читателей на книги авторов ЮУКЯ
Елена Хусаинова на книгу Анны Матвеевой «Каждые сто лет. Роман с дневником»:
Есть книги, после прочтения которых обязательно начинаешь копаться в себе, в своих чувствах и эмоциях. Такие книги долго не отпускают, заставляют вновь и вновь возвращаться к персонажам. Вот и книга Анны Матвеевой «Каждые сто лет. Роман с дневником» оставила свой след в душе.
Не люблю заниматься описанием персонажей и сюжета (для этого есть книжные аннотации), делюсь тем, чем книга зацепила лично меня.
Во-первых, книга написана на реальных событиях, а это моя любимая тема. Во-вторых, временной промежуток в истории. И в-третьих, вечность затронутых проблем.
Две девочки - Ксеничка Левшина из 19 века и Ксана Лесовая из века 20 - с детства ведут свои дневниковые записи. Совершенно разные, из разных эпох, с абсолютно разными судьбами, они похожи. Дневники - это не только описание чувств и эмоций девочек, девушек, женщин из разных веков, их психологических, семейных, бытовых проблем, - интересно выстраивается в дневниках историческая линия: от дореволюционной России до наших дней. В этих дневниках богатство и бедность, рождение детей и смерть, трудоголизм и алкоголизм, любовь и предательство, альтруизм и эгоизм. Объёмный роман о сложной жизни читается легко и захватывающе. И подумать не могла, что чтение чужих дневников может так затягивать, держать, переживать за судьбы героинь.
К прочтению однозначно рекомендую.
Алексей Панин на книгу Веры Богдановой «Павел Чжан и прочие речные твари»:
Книга Веры Богдановой «Павел Чжан и прочие речные твари» балансирует на грани жанров – судя по премиям, на которые этот роман номинировался и которые получил в 2021 году, перед нами и произведение от «мастера ужасов» и «современная русская проза» и где-то даже «национальный бестселлер». В миру чаще всего это произведение относят к фантастике и более конкретно – к жанру антиутопии, описанию не очень светлого будущего. На деле перед нами скорее модернизированная сказка, в большей степени имеющая отношение к современной мифологии и народному фольклору, чем к наукообразным моделям грядущего. Разнообразие жанровых определений, применительно к одной книге, кажется достойным внимания – читая роман может быть лучше поймём, какая литература в России сегодня ужасна, современна, национальна.
Центральный персонаж романа, Павел Чжан, носитель двух языков, наследник древней цивилизации и очевидец цивилизационного кризиса, живёт в Москве середины XXI века, но мечтает о рае земном, – Пекине, подлинной столице Союза азиатских государств. Завершив самоидентификацию, Россия наконец признала себя Азией, на одной шестой суши в ходу юани, «Лифаны», «Циндао» и прочая китайская нечисть. Павел Чжан создаёт программное обеспечение для чипов, которые по официальной версии заменят гражданам Союза удостоверения личности, а по утверждениям оппозиционной организации «Контранет» лишат людей последних свобод.
В Китае чипы уже применяют повсеместно, каждый житель серединного государства в обязательном порядке снабжён персональным электронным захребетником – и жить становится лучше, жить становится веселее. Впрочем, оказавшись в городе своей мечты Павел слишком быстро понимает, что всё не так весело, как говорят, и сам превращается в оппозиционера. Однако все превращения в романе происходят не столько по законам драматургии, сколько в стиле традиционного китайского театра: необычные маски, сверхъестественные подвиги и амплуа, которые неизменны тысячелетиями.
Вот наш герой, Павел, «человек в лаковом футляре», он тоже носит костюм и маску: «Он невысок и строен, в чёрном пальто и чёрной медицинской маске на лице… и с подозрением он смотрит на стрекоз…». Его амплуа – шуйгуй, «дух утопленника», китайский речной оборотень – не зря у самого Павла ближе к концу между пальцами вырастают перепонки. «Схватил рыбака шуйгуй, надел его тело и ушёл в том теле прочь…».
Образ шуйгуя-оборотня кажется особенно замечательным – ведь так легко объяснить выведенный в тексте портрет России результатом действия злых сил: кто-то зловредный надел на себя тело прежде великой страны и теперь не она перед нами – только раскрашенная оболочка, личина, маска. Но кажется вернее будет сказать, что приведённый в начале образ из китайской мифологии призван задать дальнейшее восприятие книги – осторожно! – здесь начинается сказка, рассказ о злых чудесах и недобрых волшебниках: «…Перед зеркалом зла нет хороших людей».
И сама книга Веры Богдановой подобна оборотню – она не совсем то, чем кажется: не столько фантастика, сколько фантазия, не рассказ о живых людях, но роман о человечности, не отражение нашей насущной действительности, но притча о нашей всегдашней судьбе.
Всё вышесказанное не отменяет литературного мастерства автора: в тексте хорошо прописаны детали, все сюжетные линии и заявленные темы получили логическое завершение, язык романа кажется довольно простым, но при этом не лишён авторского своеобразия, некоторая условность персонажей не мешает им сочувствовать. И как не сопереживать героям. Разве может оставить кого-либо равнодушным тема педофилии, в российских реалиях приобретающая особо отвратный вид? Павел - оборотень поневоле, чудище что живёт под его кожей («Шваль») плод противоестественной связи, результат детского травматического опыта. Автор даже уверяет нас, что весь роман призван привлечь внимание общественности к проблемам насилия над детьми – но кажется об этом можно было написать немного другую книгу.
Главный нерв имеющейся книги - преодоление Павлом Чжаном своего прошлого и попытка найти собственный рай на земле, остаётся оголённым проводом, который наделяет жизнью весь текст, придаёт ему особое звучание, но, тем не менее, не исчерпывает главного содержания. Основное содержание романа Веры Богдановой несколько больше текста, сюжета, рассуждений о возможном будущем. Кажется, главное, что есть в книге, довольно иррационально («инфернально») и выражается больше через образный ряд, нежели через авторское послание прямым текстом. Собственно, уже поэтому роман проще всего назвать сказкой и не искать здесь моделей поведения, нравственного урока или, напротив, очернения действительности. Не любо – не слушай… А прислушаешься – услышишь плеск мёртвой реки, вместившей все десять уровней ада; плач ветра над степью где-то к западу от китайской стены и рассказ о том, что бывает, когда пытаешься жить чужой жизнью. Только нечистый дух с лёгкостью рядится в чужой облик, а живой человек играя не свою роль легко теряет душу. И тогда перед хорошей девушкой открывается воронка «со дна которой уже не было возврата», перед неплохим парнем встаёт призрачный город Вансычэн «откуда нет пути к перерождению».
В книге много русской тоски в китайских декорациях. Самая что ни на есть реальность... Что до оборотней и прочих речных тварей, действующих в романе наряду с людьми, они вполне на своём месте. И для текста нежить даже куда существенней жителей Москвы и Пекина, по виду неотличимых от наших современников.
В начальной притче и коротком эпизоде в конце можно увидеть рамку, задающую тон всему повествованию. В начале романа бедному рыбаку помогает «утопленника дух», в конце к бедной девушке по снегу приходит мёртвый жених – подобно «огненному змею», что в русских быличках посещает тоскующих вдов. И там и там потусторонние сущности оказываются единственными помощниками и утешителями – в самом деле на кого ещё рассчитывать бедным людям, в России ли, в Поднебесной.
Теснимые «злобой дня» книжные страшилки слишком быстро отходят на второй план, предрекаемое будущее ничуть не страшнее настоящего – но наши твари всегда с нами. Мир - не просто сумма обстоятельств, как река - не только вода, а значит, не обязательно плыть по течению. Можно всмотреться вглубь и увидеть то, что изменит твою жизнь навсегда – хотя не обязательно безболезненно.
Марина Новикова на книгу Алексея Сальникова «Опосредованно»:
«Очень легко человека любить, когда он активист какой-то, а чтобы люди радовались, когда ты уже почти куча компоста, вот это я понимаю, что-то должно быть внутри!».
После «Петровых в гриппе и вокруг него» мне захотелось прочитать всё за авторством Алексея Сальникова – настолько меня покорила его проза (он ещё и поэт замечательный, но об этом будет другой отзыв).
Роман «Опосредованно» разворачивается в реальности, где поэзия – это литра, а литра – это наркотик. С одного написанного стишка главная героиня Лена втягивается в литру и сквозь призму запрещённой поэзии мимо неё пролетают люди, события, семья, работа – целая жизнь. Стишки в этой жизни связывают и разделяют людей, дарят надежду и вгоняют в отчаяние, обращают заглянуть внутрь себя. Напрямую или опосредованно стишки влияют на всё и всех в окружении Лены и на неё саму.
Читаешь – смеёшься, грустишь, сродняешься с героями и оттого часто ловишь себя на чувстве ностальгии, укутываешься в одеяло домашнего уюта, изящно сотканное автором, и с замиранием сердца наблюдаешь за развитием сюжета.
«Однажды только встретил рассказчика, который из всего делал эпос, у него поход за пивом превращался во что-то такое гомеровское, банальное перечисление того, как он проснулся, морду бритвой поскоблил, стал подходящие носки, а потом кроссовки выбирать – все развертывалось в такие истории и описания, но тут мне просто шляпу хотелось снять, настолько это было великолепно, человек всю жизнь прожил и даже не понял, что мог книги писать великолепные, вот буквально включал бы диктофон, говорил, ходя до магаза и обратно – все! И я ему это сказал, но он даже не понял: о чем это».
Нескучно, ярко, жизненно – если это то, чего вы ждёте от чтения, то роман «Опосредованно» Алексея Сальникова определённо ваш выбор.
Александра Базаева на книги Дмитрия Воденникова «Воденников в прозе. Лучшие эссе» и «Стихи обо всём»:
Прочитала раньше сборник стихов, а теперь прозу Дмитрия Воденникова. С большим интересом, могу сравнить, что понравилось! Дмитрий Воденников - больше поэт, чем эссеист, поскольку он автор 8 книг стихов ("Репейник", "Holiday", "Здравствуйте, я пришел с вами попрощаться", "Обещание" и др.) А ещё он ведущий программы "Поэтический минимум" на "Радио России". Как он сам описывает процесс, как рождаются стихи: они к нему приходят, и он их записывает. С эссе не так, представляясь эссеистом, он действитльно, удивляет наблюдательностью, знанием жизни, эрудицией, погружаясь в городскую среду он пишет: " ... я заметил, что злободневные темы, с которых я начал писать, не могут сравниться с обычными историями из жизни, которые были, куда причудливей и интересней, и стали складываться в узор, который я сам до конца не мог сперва разгадать. А потом раз - щелчок. И все становится на свои места. И текст живой. ... Это не может заменить стихи , но может дать другой способ существования. В прозе. Мир куда сложнее...".
Эссе Д. Воденникова публиковались в "Газете.Ru", журналах "Сноб", "Русская жизнь", "Story" и др. Сборник "Воденников в прозе. Лучшие эссе" вышел в серии "Культурный разговор" в 2018 году , в Москве, в издательстве АСТ. Читая книгу, я убедилась, что автор ведёт откровенный разговор с нами, и это отражается в содержании в таких разделах: "Воденников в стране", "Воденников в любви", "Воденников в себе". Их названия говорят сами за себя, о чем пишет поэт, выбирая тот или иной сюжет: о России, о культуре вообще и литературе в частности, пишет о чувстве патриотизма подлинном и мнимом, приводит очень много интересных фактов из жизни писателей, очень поразительно трогательно говорит о любви, и о себе, что цепляет воображение. В этой книге собраны, без сомнения, лучшие эссе!
Сравнивая стихи и прозу, можно сказать, что Д. Воденников обладает удивительным качеством сочетать иронию и тонкий психологизм, лиричность и душевность в стремлении постигать мир, ведь "мир, словами поэта, куда больше наших рифмованных строк. ... Иногда что-то главное проваливается мимо них. И я бы хотел это все вытянуть обратно. Вот я и тяну".
Философская проза, - я бы так назвала, - лучшие эссе Д. Воденникова! Чтение увлекает искренностью, проникновенностью, порой особой доверительностью автора, советую читать!
Александра Базаева на книгу Анны Матвеевой «Лолотта и другие парижские истории»:
С интересом прочитала сборник повестей и рассказов Анны Матвеевой "Лолотта и другие парижские истории". Анна Матвеева - удивительный рассказчик, ее рассказы печатались в журналах Новый мир, Звезда, Сноб, она финалист премии "Большая книга", "Национальный бестселлер", а также лауреат премии "Lo Stellato" за лучший рассказ года.
Примечательно, что в каждом рассказе или повести герои парижских историй путешествуют, размышляют о времени и о себе. Читая книгу, попала в Париж, причем у каждого из героев, он свой, и они его любят: это одинокий пенсионер, бывший директор большого завода, учительница французского языка, редактор и даже вор.
Особенно мне понравилась повесть "Рыба в воде", где с главной героиней Таней, юристом отделения N-банка на улице Сони Кривой Челябинска, я неожиданно оказалась не в европейской столице Париже, а в Фершампенуазе и Париже Челябинской области! Села казаков-нагайбаков так назвали в честь победы в битве при Фершампенуазе во время наполеоновской кампании в 1814г., где среди сельских домиков высится копия Эйфелевой башни. Так вот погружаясь в чтение, путешествую по Челябинской области вместе с героями!
Поехали Таня и ее муж Дима на машине по приглашению матери, на "майские праздники", т.к. у Тани приступами отнимаются ноги, проезжают знакомые места: "...Поселок Фершамка - то есть Фершампенуаз, Нагайбакский районный центр - большое село, где при желании можно найти и крем для депиляции, и бабку-знахарку". Знахарка Аврора Константиновна даёт Тане банку с золотисто-белой рыбкой, советует смотреть на нее каждый день и поручение отвезти письмо внуку Юре в Аркаим, а он путь, оказывается , совсем не близкий!...
Поразительно, что в повести очень многое связано с историей нашего края. Хотя Таня была в Париже, вспоминает о нем, но малая Родина лучше: "Ах, Париж, мой Париж... все вспомнилось в секунду, большой каменный город отъехал на задний план. Нет и никогда не было на свете N-банка, нашей с Димой квартиры, кино, клубов, и сети вай-фай. Яркие крыши, палисадники, распираемые сиренью - уже кое-где проржавевшей, процветающей... Ранняя весна была в Париже - в Челябинске сиренью ещё не пахло".
Анна Матвеева пишет легко, "вкусно", чтение захватывает!
Александра Базаева на книгу Анны Матвеевой «Перевал Дятлова, или Тайна девяти»:
Кто только не писал об этой страшной загадочной истории! Существует достаточно много исследований, публикаций, книг о версиях гибели в феврале 1959 года группы студентов Уральского Политеха.
Прочитала интересную книгу Анны Матвеевой, которая стала первой, кто написал роман, о таинственном происшествии в горах Северного Урала! Анна Матвеева - известный прозаик, уроженка Екатеринбурга, автор романа "Завидное чувство Веры Стениной", сборников рассказов "Горожане. Удивительные истории из жизни людей города Е", "Спрятанные реки. Истории о попутчиках", "Девять девяностых", "Подожди, я умру - и приду", финалист премий "Большая книга", "Национальный бестселлер", лауреат премии Lo Stellato за лучший рассказ года, гость Южно-Уральской книжной ярмарки.
До сих пор не ясно , что же приключилось той февральской ночью на далёком снежном перевале. Версий огромное множество. Анна Матвеева первая написала о дятловцах художественную книгу, выстраивая сюжет от лица молодой женщины, которая волей обстоятельств занялась и увлеклась историей группы Дятлова.
В пору "лихих девяностых" героине дискомфортно прежде всего не от безденежья, а от ощущения несправедливости секретности дела Дятлова. Все переживания связаны и с личной жизнью героини, ее предал молодой человек, связался с подругой... Как пишет сама Анна Матвеева: "Мы ищем то, что тревожит нашу совесть".
Читая книгу, я одновременно погрузилась полностью в историю судьбы героини и изучение "дятловских архивов", захотелось посмотреть ещё и фильм, основанный на реальных событиях! Роман захватывает, написан ярко, сюжет развивается динамично, на основе фактов и документов ведётся расследование по словам автора, "... глазами человека, переживающего эту трагедию через многие годы" .
эстетический опыт индивидуума на книгу Веры Богдановой «Павел Чжан и прочие речные твари»:
Если про "Сезон отравленных плодов" Веры Богдановой мне было тяжело писать, потому что роман слишком сильно задел меня за живое, то в случае с "Павлом Чжаном и прочими речными тварями" сложность вызывает непонимание, с какой вообще стороны подойти к этому многослойному тексту. "Павел Чжан..." - это настолько насыщенный, плотный роман, что читать его можно множеством разных способов.
Можно как думерскую антиутопию с налетом киберпанка - писательница нашла идеальную пропорцию знакомого быта обитателей панельных домов и технологий завтрашнего дня. Вера Богданова не пускается в оголтелый футуризм, поэтому в мире "Павла Чжана..." наш современник себя находит и ощущает.
Можно (и нужно - на этом в эпилоге делает упор и сама создательница романа) как суровую социальную прозу. Привлечение внимания к проблеме насилия над воспитанниками детских домов - одна из причин рождения "Павла Чжана...". Главный герой книги пережил этот травмирующий опыт и результатом стало раздвоение его личности. Пережив свою боль Павел становится сдержанным, амбициозным, трудолюбивым, но при этом жестоким карьеристом, не задумывающимся о последствиях, детдомовской швалью. Любой укол, толчок, удар способен пробудить его темную сторону. К какому же взрыву тогда приведет такой мощный триггер, как встреча с насильником?
Можно попробовать читать "Павла Чжана..." как политический роман. В России будущего проблемы остаются старые. Фантазия на тему, что произойдёт при сближении России с Китаем соседствует здесь с критикой нам уже знакомых кумовства и рейдерства. Есть здесь и свои революционеры - "Контранет" - противники всеобщей чипизации и борцы против цифрового концлагеря (горячий привет поклонникам теорий заговора!).
Можно, чем черт не шутит, прочитать "Павла Чжана..." как любовный роман. Отношения Паши и Сони странные, изначально надломленные - но какие ещё отношения могут быть у таких людей, как Чжан? Но - любовь была, и глазами Сони (при каждом появлении на страницах книги вызывающая неотступные достоевские вайбы) мы видим другого Чжана - сильного, но беззащитного.
При большом желании в этом романе можно вычитать и хоррор о темном прошлом, крепко настоянный на китайском фольклоре. Темные воды Янцзы пропитывают страницы книги. А из-под темных вод за живыми неотрывно следит тяжелый взгляд духа утопленника.
Делать тяжелые вещи о травмирующем опыте, соблюдая при этом правила игры крепкой развлекательной прозы; создавать насыщенные событиями сюжеты, при этом сохраняя долю узнаваемости и даже комфортной предсказуемости - в этом Вера Богданова добилась совершенства. Этот баланс обычно хорошо соблюдается авторами переводной прозы миддл-сегмента, но, к счастью, теперь мастера такого рода литературы появляются и у нас.
Наталья Файзуллина на книгу Дмитрия Воденникова «Сны о Чуне»:
Что объединяет Мэрилин Монро, Николая II, Владимира Маяковского, президента Кеннеди и автора книги "Сны о Чуне" Дмитрия Воденникова? Любовь к собакам!
Правда, любовь эта у каждого из них разная. И истории, связанные с собаками, разные.
Вот, например, Маяковский очень любил бульдожек. Свою Бульку он привез из Парижа. Собака оказалась плодовитой, и поэту приходилось время от времени пристраивать щенят по знакомым. В день, когда Маяковский совершил самоубийство, Булька вскармливала очередных щенят.
Николай II тоже любил собак. Но лишь породистых. Дворняжек он почему-то отстреливал. И кошек. И ворон. О чём старательно делал записи в своём дневнике.
А вот президент Кеннеди не разделял собак на породистых и не очень. В его семье жила дворняжка Пушинка. Интересно, что её матерью была знаменитая Стрелка. А сама Пушинка была подарком Хрущёва.
У Мэрилин Монро было много собак, и она их очень любила. Актриса даже говорила: "Меня никогда не кусали собаки, только люди".
Собака автора книги Дмитрия Воденникова - такса Чуня, или по паспорту - Жозефина Тауровна. Озорная, своенравная, непредсказуемая и глубоко любимая хозяином.
История Чуни (появление в доме, взросление, забавные случаи, болезнь) удивительно гармонично переплетается с историями известных людей: поэтов, писателей, актрис, императоров, художников. Они были знамениты. Их помнят до сих пор.
А вот собак история забывает.
И Дмитрий Воденников постарался устранить эту вселенскую несправедливость, написав свои "Сны о Чуне". Книгу, в которой характеры знаменитых людей раскрываются сквозь призму их отношения к собакам, в частности, и к животным, в целом.
Так что и не разберёшь: это книга о собаках или всё же о людях?
Анастасия Корнильцева на книгу Александры Черчень «Дом на двоих»:
Дело происходит в Ирландии. Если Вы знакомы с заморской мифологией, фольклором, сказками (кому, что и как больше нравится), то в книге, главные герои - фейри. Не считая нашу главную героиню - человека, Беата.
Болезненный разрыв с любимым человеком и перспективный заказ по работе, мотивируют Беату без лишних вопросов и сомнений принять подозрительный дом, который ей достался по наследству.
При чем здесь заказ? Героиня художник, а заказ - это персонажи для игры. Где, как ни в сказочной глуши рисовать сказочных героев?!
А подозрительный сосед, даже два соседа, совсем не помеха, а наоборот - натура для эскизов! Да какая!