Герой настоящего интервью — наш преподаватель, Иванов Николай Александрович — прошёл через несколько жизней в одной: он раскрывал преступления, воспитывал студентов, тренировал молодых спортсменов, писал научные статьи, а затем — добровольно ушёл на фронт.
Это интервью — не просто свидетельство участия в событиях специальной военной операции. Это голос человека, который сохраняет достоинство, внутреннюю честность и педагогическую миссию даже в условиях войны. Его слова о жизни, памяти, выборе, труде, страхе и надежде — откровенны, личностны и полны смысла. Они звучат как обращение к каждому: студенту, преподавателю, гражданину.
— Расскажите немного о себе и вашей специальности.
— В университете я работал и тренером, и преподавателем кафедры физической культуры и спорта. Параллельно был директором учебно-оздоровительного центра. Основные интересы — педагогика и спорт. До этого занимался юриспруденцией: окончил Уральский юридический институт МВД России, служил в уголовном розыске, расследовал убийства и преступления против несовершеннолетних. Переехав в Сочи, преподавал в школе, затем в колледже. Устроился в Сочинский государственный университет по конкурсу. Планирую в ближайшем будущем защитить кандидатскую, опубликовал 28 статей и учебное пособие моего авторства. Позже подписал контракт с Воздушно-космическими силами. По должности — старший техник авиационного вооружения. Занимался запуском разведывательных БПЛА — о деталях рассказать не могу, поскольку еще числюсь в рядах военнослужащих.
Прошел через Донецкую, Луганскую и Запорожскую области. Участвовал в боевых действиях. Представлен к награде за уничтожение живой силы противника и РСЗО «HIMARS».
Спорт, особенно единоборства, очень помог: выносливость, реакция, умение быстро принимать решения. Иногда спасает именно это. И еще — смекалка.
Служу в 4-й Армии ВКС МО РФ — это легендарное подразделение, родоначальники беспилотной авиации в России. Сейчас из них формируются войска беспилотных систем.
Что по-настоящему тронуло — мой прадед освобождал Краснодар, и я побывал на тех же территориях, что и он. Словно передал эстафету.
Ну и встречаться с ребятами, рассказывать о том, что у нас самая великая страна на самом деле. И её стоит защищать не только на поле боя, но и учиться как следует, становиться хорошими специалистами. И обязательно заводить семьи, рожать детей, чтобы нас было гораздо больше.
— Когда вы приняли решение отправиться на СВО?
— В конце февраля мне позвонил товарищ Айрат. Сказал, что уже ушел на СВО. Я посоветовался с семьей, сообщил в университет и ушел. Страха не было. Хотя говорят, не боятся только дураки. Но все, кого я там встретил, — настоящие солдаты. Ни один не шел ради денег. Только ради Родины. Как говорил наш командир: «Вы вернетесь другими людьми». И я понял — это значит снова любить жизнь, рожать детей, работать для страны.
Главный мотив — не стыдиться потом. Когда все закончится, я бы не смог себе простить, если бы остался в стороне.
— Что вы можете рассказать о своих боевых товарищах?
— С самого начала у нас шло боевое слаживание — не только в тактическом смысле, но и на уровне взаимопонимания. В подразделении были только ребята с высшим образованием. Юмор спасал. Мы, взрослые мужики, превращались в мальчишек. Все становились единым целым. Один за всех, все за одного. Есть такое понятие — боевое братство. Мы называли это «шака» или «джамбо» — символ приветствия воинов. Там неважно, кто ты по званию. Настоящий характер проявляется в деле.
— Что вас поддерживало в самые трудные моменты?
— Телеграм-канал университета. Новости родного вуза — как окошко в мир. Один товарищ с позывным «Страш» делал потрясающие фотографии природы на фоне войны. У него художественный взгляд. Мы играли в нарды, в компьютерные игры. Читали. Я писал научные статьи — четыре из них были написаны прямо на передовой. Последняя — о реабилитации участников СВО.
Собирал трофеи — литературу, учебники, журналы. Там видно, как работает идеология. Принесу в университет — пусть историки изучают, как «переписывают» реальность.
— Расскажите о ранении.
— Это произошло ночью в июне 2025 года. Я увидел вспышку и потерял сознание. Очнулся уже на операционном столе в Донецке. Хирург заставил встать — «лежать нельзя». Через пять дней я уже ходил сам. Медики там — настоящие ангелы. Без выходных, самоотверженно спасают жизни. Вернулся бы еще раз, но по состоянию здоровья уже нельзя. Нужно помогать по-другому — «гуманитаркой», логистикой, поддержкой.
— Изменилась ли ваша картина мира после ранения?
— Очень. Захотелось преподавать больше, писать, передавать опыт. Понимаешь, как мало времени на самом деле. Хочется создать что-то новое — и в науке, и в воспитании.
Хочется просто жить, гулять по городу, слышать детский смех. Радоваться простым вещам: солнцу, еде, морю, детям. Собираемся завести еще двоих. Это приказ нашего командира — «иначе вы не настоящие солдаты».
— Что бы вы хотели сказать тем, кто остался на фронте?
— Есть три тоста. Первый — за победу. Второй — за ПВО и медиков. И третий — за память павших. Солдат умирает тогда, когда о нём забывают. Мы не забудем. Никогда. И если ко мне обратится кто-либо из них — я всегда помогу. Это мои братья. Их семьи — мои семьи.
— Что бы вы хотели сказать студентам?
— Меньше праздной жизни. Учёба — это тоже фронт. Это ваша линия обороны. Нам нужны не недоучки, а специалисты, инженеры, педагоги. Те, кто будет воспитывать, строить, лечить. Читайте правильную литературу. Знайте свою историю. Фашизм — не миф, он снова поднял голову. Мы его победим, но вы должны быть готовы.
Держите слово. Особенно парни. Если вы научитесь быть честными с собой, вы уже хорошие солдаты. А значит, и хорошие люди.
Всё получится. Только надо работать. Много, упорно, без иллюзий. Тогда жизнь раскроется в полной мере.