Проникнуться Словенией
словенский фольклор в переводе Собаки
Из сборника «Gori, doli, sem in tja»
Понес один младенца крестить, зимой дело было. Принес к церкви – закрыто. Повесил там на спинку скамьи в тряпке и пошел за священником. Пока ходил, пока вернулись – ребенок в тряпке замерз. Руки так сцепил перед собой.
Цыган Павел сказал:
– Эх, жаль его. Руки так хорошо держит – отличный органист бы был!
Хозяин тамошнего замка – давно дело было – побывал где-то в чужих краях, привез оттуда негра. Через год его жена родила черного ребенка. Несколько раз священник ходил его освящать – ничего не помогало. Все равно был черный. Наконец поняли, что это дьявол, и скинули в пропасть. А та женщина с тех пор ни разу не улыбнулась.
Из сборника «Vse sorte je že blou»
Как-то работал я в поле с другом и одной теткой в летах, а она была большая шутница. Рядом соседи работали на своей ниве. Тетка мне и говорит: а давай над соседями подшутим! Я тогда еще пацаном был, только школу закончил – заробел над соседями шутить. Ну да она меня уговорила.
Оставалось и нам, и соседям работы еще на весь завтрашний день. Она нас, пацанов, разбудила ночью, и до рассвета мы большую часть дела сделали. Солнце встает, соседи в поле выходят – а мы уже работу заканчиваем и над ними ржем.
Подшутили над соседями, значит. И спать пошли.
Были в деревне две хозяйки. У одной дело спорилось, работящая была. А другая только смотрела, как что у других, вместо того чтобы самой работать. Просо у нее уже все сорняками пошло, потому что не пропалывала. Пошла к работящей и спрашивает:
– А что ты делаешь, что у тебя просо такое хорошее? Мое никуда не годится.
– А я каждый день хожу ему жопу показываю, – отвечает та (а сама каждый день его полола).
– А, вот как? – удивилась лентяйка.
И сама принялась ходить в свое просо. Юбку поднимет и говорит: «Просо, смотри на жопу! Просо, смотри на жопу!»
Да, говорят, не помогло. Все равно у соседки просо было лучше.
Интересную параллель нашла подписчица собакерки — отечественный анекдот.
Две дачницы разговаривают. Одна:
— Слушай, что ты делаешь, что у тебя такие помидоры красные? У меня совсем зеленые.
— Да я выхожу по ночам без одежды в огород, — говорит другая. — Помидоры смотрят на меня и краснеют.
Встречаются через неделю. Вторая у первой спрашивает, мол, ну как твои помидоры, помог способ?
— Да нет, сделала все, как ты сказала. Выхожу каждый вечер ни в чем в огород. Помидоры как были зелеными, так и остались. Но огурцы поперли!
Из сборника «Kralič pa leipa Vida». Необычные фрагменты обычных сказок
…Идут сын с матерью по лесу, вдруг сын видит – на сосне хлыст висит, а рядом надпись: «кто снимет хлыст, будет владеть всем миром».
– Вы, матушка, идите, а я вас догоню.
– А чего вдруг?
– Да посрать надо.
Мать пошла дальше, а он на сосну залез и хлыст снял...
…Думает вор: как же добыть ночнушку графини? Взял дрожжей, развел водой. Ночью прокрался в графскую спальню и графине дрожжи вылил между ног.
Графиня проснулась и мужу говорит:
– Ой, я обосралась вся.
– Ну сними ночнушку и выкинь, делов-то, – сонно отвечает граф.
Так она и сделала. Сняла, кинула под кровать и дальше спать.
– Ну ее, эту ночнушку, не нужна она мне.
Из книги Павле Заблатника «Od zibelke do groba»
Как-то пришли к новорожденной rojenice/sojenice предсказывать судьбу, а под окном соседский парень подслушивал. Одна говорит:
– А чего мы предскажем тому, кто подслушивает?
– А дадим ему новорожденную в жены.
Ему не хотелось столько ждать, уже взрослый был. Ну он тайком пришел и засадил новорожденной в затылок иглу. Только она не умерла. Выросла и стала его женой, а он про тот случай и думать забыл. Как-то раз она ему говорит:
– Слушай, у меня что-то затылок чешется, будто вошь, посмотри.
Он полез смотреть и вытащил иголку.
Нашла параллель с этим сюжетом в японской сказке «Женитьба Сато», опубликованной в журнале «Детский мир» (1907. № 21):
Из сборника проф. Веры Смоле «Naruobe prav»
Черт и просо
Тут у одного мужика жена разболелась, дома лежала. А работы невпроворот. Решил мужик жене помочь и отправился на поле – просо полоть. Возился-возился, пропалывал – работа-то женская! – сорняков полно... Ну, он и начал ругаться: «Проклятое просо, черт бы его побрал!»
Тут откуда ни возьмись – какой-то господин в черном, сам элегантный такой. Мужик ему:
– Ты кто такой?
А он:
– А я черт, которого ты всё утро зовешь. Вот, пришел. Просо это теперь мое, как ты и хотел.
– А, – говорит мужик, – так я домой пошел. И полоть не буду!
И припустил домой.
Пришла пора второй раз полоть – просо ведь надо раза три-четыре в год пропалывать. Мужик на поле не пошел. Жена ему говорит:
– Ты чего не идешь-то?
Мужик юлить, да разве от жены что скроешь – вывела его на чистую воду. Всё как есть пришлось ей рассказать.
Жена говорит:
– Вот что, ты иди пропалывай, а я уж позабочусь, чтобы черт ни с чем остался. Пусть на чужое не зарится!
Делать нечего – пошел мужик во второй раз пропалывать, а там и в третий, и в четвертый. А жена всё болеет.
Вот пришло время просо убирать. Пришел мужик на поле с соседями, а черт тут как тут. Говорит:
– Это просо я скошу, а ты его не трогай! Ты мне его подарил, вот и иди себе домой!
Что мужику делать? Вернулся к жене, жалуется: черт с поля прогнал... Жена говорит:
– Ну, я его так напугаю, что он убежит!
– Что ты сможешь-то? Нас трое было, он нас не испугался, а от тебя какой толк?
– Вот увидишь, – говорит жена.
Пришла она на поле, разделась догола, из-под козольца взяла борону да на спину себе ее взвалила, зубьями вверх. И так поползла к черту.
Черт как увидел ее, серп из рук выронил да как завопит:
– Ой, да это ж сам Сатана! Сатана пришел на поле!
И исчез, будто его и не бывало.
Шалуны
Жила тут такая Шпанчкова Мицка. Черт, а не баба! Чуть что – всё у нее мы, пацаны, виноваты. А у нас такой закон был: с мая по август мы в козольцах спали, где сено сушат. В дому никогда не спали.
Как-то мы с братом не могли уснуть, ну и пошли к этому Шпанчеку. А уже осень была, кукуруза поспевала, а в кукурузе стояло пугало. Ну а мы что – пугало взяли да Шпанчеку прямо у двери и поставили.
И вот пять утра, Мицка как заорет: «Чертовы мальчишки!»
Мама ей: «Что они опять натворили?!»
«Уж натворили! – орет Мицка. – Пугало нам у дверей поставили! Муж вышел поссать да прямо на пороге и уссался! Вот только мне и забот с утра – штаны ему стирать!»
Месть в погребе
Обмолачивали как-то зерно. Тогда была такая забава: оставляли последний сноп, а кто его украдет – тому была награда, или деньги, или что еще. Ну, кто молотили, конечно, берегли – знали же, что ночью придут сноп красть. Ну, стерегут, тут пришел парень, залез на елку, сноп снял. Наши его схватили – и в погреб. А в погребе стоял уксус в кадушке, яблочный.
Ну вот, посадили его в подвал, сами наверху встали – и ну дразнить его. А он говорит:
– Держите меня тут сколько влезет, говорите что в голову взбредет, а я вам в уксус нассал.
Тут они умолкли, подвал открыли, выпустили его, а он как припустит домой – только пятки засверкали.
Фото на память
Чесали как-то лен. Он снаружи сушился. Такая печь была, и вот его сушили. Девки там пили, болтали, веселились. Тут идет какой-то парень мимо. Девки ну его дразнить: пусть-де подождет, они ему хвост приделают. Такая забава была: втихаря человеку хвост изо льна прицепить, а он потом ходит, ничего не замечает.
Послушал их парень этот и говорит:
– Нет, вы мне никакого хвоста не прицепите. Лучше я вас на память сфотографирую!
Встал перед ними, спустил штаны и говорит:
– Вот вам и фото!
Страх и голод
Что хуже: страх или голод? Страх. Со страху усрешься, а с голодухи – нет: нечем.
Поговорки
Баба три угла подпирает, а мужик четвертый ломает.
Где баба портки носит, там хозяин хлеба просит.
Бог бабе язык вырвал, посеял – хрен вырос.
Лентяй сам у себя время крадет.
Кто во всем меру знает, на небо попадает.