Женщина, не согласившаяся быть игрушкой. Судьба Марины Мнишек

Пешка

В 1589 году в семье сандомирского воеводы Ежи Мнишека родилась четвертая дочь – Марина (Марианна). Воевода Мнишек были не самым влиятельным, но весьма амбициозным польским магнатом – род Мнишеков был чешского происхождения и не принадлежал к старой аристократии Речи Посполитой. Благополучие рода было тесно связано со службой польским королям, в том числе с выполнением различных приватных и не слишком законных поручений, вроде похищения из монастыря любовницы для короля. Те же амбиции и беспринципность сделали воеводу главным польским патроном появившегося в Речи Посполитой «счастливо спасшегося царевича Дмитрия».

Марине было всего 15 лет, когда она обручилась с Лжедмитрием – в реальности царского статуса которого, и она, и ее отец скорее всего сомневались. Брак с претендентом на московский престол был, естественно, решением отца Марины – саму ее вряд ли спрашивали хоть о чем-то. И с точки зрения многих польских шляхтичей Мнишек отдал дочь в наложницы сомнительному человеку в надежде заполучить себе частицу царских богатств. Но ставка Мнишека неожиданно оправдалась, «царевич Дмитрий» занял московский престол. 22 ноября 1605 года состоялся брак Марины с царевичем – «по доверенности» через посла. А в 18 лет Марина Мнишек была помазана на московское царство.

Царица на 9 дней

Но Марина пробыла полноценной царицей только девять дней. Уже 17 (27 по старому стилю) мая 1606 года жители Москвы взбунтовались, Лжедмитрий, многие из его приближенных и многие поляки из свиты Мнишеков были убиты. Саму царицу спасла от верной смерти хаотичность бунта и верность ее людей, спрятавших миниатюрную Марину под платьем рослой гофмейстерины Барбары Казановской.

Марина пережила длительное заключение в Ярославле вместе со своим отцом. После двух лет переговоров Мнишеки получили разрешение покинуть страну – но амбиции Ежи Мнишека взяли верх, и вместо Речи Посполитой его кортеж направился в лагерь нового, счастливо спасшегося «Дмитрия» в Тушино. Марине пришлось примириться с необходимостью играть роль царицы при очевидном самозванце, войска которого занимались беззастенчивым грабежом. За новые обещания богатств и земель воевода Мнишек оставил дочь в качестве «символа легитимности» в разбойничьем лагере и уехал в Польшу. После этого Марина уже не увидит отца.

Игрок

Потрясения ареста и немногим лучшая жизнь в Тушинском лагере закалили хрупкую дочь польского магната. «Царица» сумела воодушевить разношерстное воинство Лжедмитрия к защите стен города Дмитрова, а однажды сумела спасти от расправы обвиненных Лжедмитрием в предательстве тушинских немцев, публично встав на колени перед своим мужем.

После прихода под Москву польских войск Марина решительно отвергла предложения вернуться в Польшу во владения своего отца. «Чем мне, русской царице, с таким позором возвращаться к родным в Польшу, лучше уж погибнуть в России. Я разделю со своим супругом все, что нам Бог предопределил». Уйдя вместе со своим «царем» из Тушина в Калугу, Марина приняла свою судьбу и стала не только врагом прежних сторонников Шуйского, но и соперником королевича Владислава. Марина одела мужской костюм на гусарский манер, подпоясалась саблей и показалась перед войсками в седле.

Но уже скоро Лжедмитрий II был убит своими приближенными. Марина на последнем месяце беременности ожидала казни и писала отчаянные просьбы о помощи гетману Сапеге, бывшему полководцу Лжедмитрия, все еще промышлявшему на территории России. Гетман оставил письма Марины без ответа. Рождение Мариной сына позволило ей сохранить жизнь и продолжить борьбу за престол – на сей раз за счет казаков атамана Заруцкого.

В Калуге сына Марины, царевича Ивана, крестили в православие. Приехавшая в Россию с большой польской свитой и целым отрядом католических священников, Марина перестала отстаивать католичество. В окружении Марины поляков сменили немцы. Но слава «латынянки и люторки» накрепко пристала к Марине. И православные иерархи и земские ополчения призывали не допустить «маринкиного сына на царство».

После провала интриг Заруцкого против князя Пожарского под Москвой и его ухода на юг Марина не сумела убедить атамана уйти в Литву. Атаман решил взять под свой контроль южные окраины Московского царства и править от имени сына Марины. Но самозванчество переживало свои последние дни. За Заруцким и Мариной Мнишек были отправлены крупные отряды, и на реке Яик они были пойманы. Трехлетнего сына Марины повесили, а атаман Заруцкий окончил свою жизнь на колу. Сама Марина скончалась в заключении в 1614 году, как писалось, «от тоски». Несмотря на многие легенды о «башнях Марины Мнишек», мы не знаем места ее заточения и смерти.