Ответ на критику манифеста 4.0
https://vk.com/@redsig-strugaya-manifestceplyaemsya-i-kritikuem-station-marx
Вот оригинал критики, с которым мы советуем ознакомиться перед прочтением нашего ответа.
В первую очередь хочется поблагодарить за написание критики, и призыв к нормальной полемике. Всегда приятно отвечать на здравые суждения, а не голословные обвинения в оппортунизме/ревизионизме/троцкизме/сталинизме (нужное подчеркнуть).
Для начала не согласимся с утверждением, что кружки стали появляться после 2018 года. Возможно, это связано с тем, что утверждающие это товарищи начали сами заниматься кружками в это время, в таком случае такая субъективная ошибка вполне понятна.
«Буржуазная пропаганда была на самом пике, действие власти поддерживало большинство. Во многом кружки стали появляться, когда вся эта шапкозакидательская истерия политологов из телевизора, стала разбиваться о меркантильные реформы правящего класса в 2018 году».
Кружки появились гораздо раньше 2018 года. 2018 год и пенсионка подарили движению новый толчок, привлекая новых людей, которые раньше не интересовались левым движением. Это так, но ошибочно утверждать, что это стало именно тем первоначальным толчком. Кружки современного типа стали появляться уже в 2015 году, это были кружки Lenin Crew, Политштурма, и несмотря на то что мы можем во многом быть не согласны с данными организациями сейчас, нельзя отрицать тот факт, что кружками они занимались задолго до пенсионных протестов. Почему же именно конфликт на Украине мы выделяем как точку отсчета? Дело в том, что для людей, которые в левом движении не с 2018, а гораздо раньше, очевидно, что конфликт на Украине ознаменовал конец стагнации. Проблема в том, что в тот момент среди левых произошел раскол. Рассмотрим это на примере. Известны случаи, когда из одной группы людей часть уезжала поддерживать ЛДНР, а другая Азов. И стало понятно, что без теоретической базы движение дальше существовать не может. Тогда же и стали образовывать кружки, нацеленные на актуализацию теории в соответствии с историческим моментом. Насколько им это удалось это другой вопрос, тем не менее ошибочно выделять пенсионную реформу, и протесты как первичное начало кружков.
Дальше авторы критики рассуждают о влиянии КС и группы Engels на развитие кружкового движения. Безусловно, данные товарищи помогли на определенном этапе широко распространить информацию о кружках онлайн, которые на тот момент были прогрессивны. Этого никто не отрицает, но дальше авторы вновь совершают ошибку, которая связана с тем, что они ставят во главу свой опыт, а не коллективный кружковый, что уже было нами замечено в начале.
«Что говорит ни сколько о явной необходимости кружков, сколько о появившемся тренде в коммунистической среде, как некий путь низовой самоорганизации».
Рассуждая о трендах и брендах в коммунистической среде мы низводим ее до мелкобуржуазной общности, что в корне неверно. Здесь путается причина и следствие. Известный КС стал помогать распространению информации о кружках, потому что правильно оценил низовой общественный запрос, а не потому что стал искусственно создавать некие тренды. Искусственно созданные объединения без низового запроса всегда обречены на провал, поэтому кружки и стали так популярны. Не потому что кто-то сверху хорошо их прорекламировал, а потому что реклама легла на общественный запрос. Людям стало нужно собираться сначала онлайн, а потом оффлайн, чтобы коллективно обсуждать работы, и добиваться лучшего усвоения материала. Дабы не быть голословными — в теорию авторов критики не вписывается в таком случае самоорганизация кружков в городах, которые возникли без участия внешних сил вообще, а таких автономных групп великое множество по всей России.
Дальше хочется покритиковать авторов критики за неправильное приведение аргументов.
«Нет, это не так! Кружки создают, или в них приходят люди попавшие под коммунистическую пропаганду крупных интернет ресурсов. Эти люди уже заряжены политикой, случайные прохожие в кружок не попадают, объявления на столбах мало кто расклеивает».
«Нет это не так» не является аргументов в споре. Это низведение полемики до высказывания личного голословного мнения. После тезиса нужна четкая аргументация с доказательствами. Мы ведь не спорим, что в кружки приходят люди через крупные интернет ресурсы, было бы странно нам утверждать обратное, являясь как раз таким ресурсом. Мы несколько лет ведем статистику — через какие ресурсы люди начинают увлекаться марксистскими идеями, речь то о том, что мы имеем в виду несколько иное. Кружковое движение заставило этих людей не только смотреть видосики после работы или учебы, а подняться с дивана и хотя раз в неделю посещать занятия, что уже прогресс и переход из пассивного состояния в активное.
В дальнейшем авторы говорят, что мы выдаем желаемое за действительное, но при этом вновь не приводят аргументы. Объединение кружков уже происходит, во многих регионах идет удачное сотрудничество кружков, изначально созданных при помощи разных организаций. При этом мы не брезгливо говорим об онлайн кружках, а утверждаем, что данная форма была прогрессивной, но нынче уже устарела, потому что в любом даже самом маленьком городе можно найти единомышленников и собираться вживую. Если же не выходить из интернета, то можно годами общаться, но не сформировать коллектив. Потому что коллектив формируется из живых людей, а не иконок в дискорде, за которыми может скрываться кто угодно.
«Если вы так видите, то почему бы не описать приблизительный механизм взаимодействия, подготовленных кружками кадров между собой, между регионами или как минимум конкретно с вашей площадкой. А то может получиться так, что готовим кадры, а применить их не знаем как, и сами кадры забудут для чего готовились».
Справедливый упрек, вот тут согласимся. И мы уже занимаемся данной работой, и прописываем механизмы совместно с товарищами из других организаций. Однако это вопрос не одного дня, мы хотим скомпилировать опыт многих уже действующих взаимодействий. В ближайшее время мы покажем результаты и этой деятельности. Манифест — не окончательный конкретизированный документ.
«На сегодня нет противоречий между городом и деревней, крестьянского способа производства в РФ больше не существует, есть агрохолдинги с пролетариатом. На сегодня самое заметное противоречие между малыми городами и областными центрами, куда съезжаются все "за своей мечтой". Этакой деревней стали именно маленькие городки, в то время как деревни, практически прекратили свое существование, как характерное противопоставление городу.»
Разберёмся с вопросом подробнее.
Сегодня в России насчитывается всего 153125 сельских населённых пунктов (далее – СНП) (1). Количество СНП без населения – 19439, т.е. 12,69%. СНП с населением 50 человек и более – 64728, т.е. 42% от всех СНП. Действительно, количество не такое уж и значительное. Но это – среднее значение по России. «Наибольшее число сельских населенных пунктов — около 80% СНП без населения и с числом жителей не более 10 человек — сосредоточено в регионах Центрального и Северо-Западного федеральных округов, в том числе около 30% — в Тверской, Вологодской и Псковской областях, отличающихся низкой средней людностью СНП.» (1)
А как же дело обстоит с остальной Россией? Возьмём, например, Ставропольский край (данные за 2010 год). Из 735 СНП только 6 без населения. А вот с населением 50 человек и более – 691 СНП, т.е. 94% от всех СНП (1). Всего сельского населения в Ставропольском крае 1 192 185 человек (42,8 % от всего населения Ставропольского края) (2).
Рассмотрим ещё несколько субъектов РФ.
Республика Дагестан (данные за 2010 год). Из 1588 СНП всего 43 – без населения. 1408 СНП с населением 50 человек и более. Это составляет 88% от всех СНП (1). Всего сельское население Дагестана составляет 1 577 674 человек (57,6 % от всего населения Дагестана) (3).
Республика Хакасия. Из 264 СНП всего 1 – без населения. 214 СНП с населением 50 человек и более, что составляет 81% от всех СНП (данные на 2010 год) (1). Сельское население определим по данным 2019 года. Всего сельское население Хакасии составляет 222 241 человек (41,45% от всего населения республики) (4).
Республика Башкортостан. Из 4532 СНП 98 – без населения. 3379 СНП с населением 50 человек и более, что составляет 74% от всех СНП (данные за 2010 год) (1). Сельское население (под данным 2018 года) составляет 1 528 849 человек, т.е. 38% от всего населения республики (5).
Всего в России на 2018 год проживало 26% сельского населения, т.е. примерно 38 189 000 человек (6). Но, как мы видим из приведённых выше данных, сельское население в России распределено крайне неравномерно. В национальных республиках сельское население может составлять половину всего населения или даже превышать городское.
Теперь о противоречии между городом и деревней. Действительно, сегодня противоречие между городом и деревней носит не такой острый характер, который был присущ полуфеодальной Российской Империи. Да и характер противоречия качественно изменился: в Российской Империи причиной противоречия было развитие капитализма внутри преимущественно феодальной страны с частной собственностью на землю, которая была сконцентрирована в руках помещиков, в Российской Федерации — загнивание полупериферийного капитализма, при котором происходит утечка прибылей из регионов в столицу.
Современный капитализм сам разрешает это противоречие. Но устранить противоречие между городом и деревней можно по-разному: либо по-капиталистически, либо по-социалистически.
Капитализм уничтожает деревни, вынуждая сельское население перебираться в города, продавая свои хозяйства за копейки агрохолдингам или же просто бросая участки с постройками, если на территорию деревни ещё не положил глаз какой-нибудь эффективный собственник. Разрешение противоречия между городом и деревней по-капиталистически в России приводит к обострению национальной вражды и сепаратистских настроений, т.к. сельское население в национальных республиках особенно распространено. Именно этот процесс мы и наблюдаем сегодня. Он касается не только СНП, но и мелких городов, как верно заметил автор критики.
Социализм же развивает деревню, поднимая её на уровень развития города, сокращает отсталость деревни, обобществляя разрозненные мелкие хозяйства, внедряя в сельское производство современные технологии, развивая культуру. Каким образом противоречие между городом и деревней разрешится в России зависит от того, какой класс будет это противоречие разрешать.
Что касается переходного этапа — ответ простой: мы под переходным этапом между капитализмом и социализмом подразумеваем такую политико-экономическую систему, в которой уже установлена диктатура пролетариата, но экономика включает в себя несколько способов производства, противоречащих друг другу. Цель диктатуры пролетариата на этом этапе — обеспечить продвижение к социализму путём экспроприации и национализации производства, создания единого государственного плана с помощью современных технологий.
Большое спасибо за критику, будем дальше работать в данном направлении.
Ссылки на статистические данные:
2 https://ru.wikipedia.org/wiki/Населённые_пункты_Ставропольского_края\
3 https://ru.wikipedia.org/wiki/Список_населённых_пунктов_Дагестана
4 https://ru.wikipedia.org/wiki/Население_Хакасии