Инфляция, нестабильность и нарастание противоречий капитализма

Правительства по всему миру потратили последний год на стимулирование капиталистической системы беспрецедентной государственной поддержкой. Однако, эти отчаянные меры заложили бомбу под основы мировой экономики, которая вот-вот сработает.

Ровно 100 лет назад наиболее левые члены Коминтерна считали, что война приведет к «окончательному кризису капитализма», поскольку все противоречия внутри капиталистической системы вырвутся наружу.

Тем не менее, правящему классу на международном уровне удалось стабилизировать ситуацию после подавления революционной волны, захлестнувшей Европу вслед за окончанием войны. Это, в свою очередь, обеспечило политическую основу для определенного экономического возрождения.

Едва избежав падения

Как и столетие назад, сегодня правящий класс вздыхает с облегчением, потому что его система все еще жива.

Более того, капитализм кажется наполненным динамикой и жизнеспособностью, в ожидании сильного отскока, предсказанного в предстоящем году - по крайней мере, для развитых капиталистических стран.

Увидев падение мирового ВВП примерно на 3,3 процента в 2020 году, МВФ в настоящее время прогнозирует рост на 6 процентов в этом году и 4,4 процента в 2022 году; другими словами, относительно быстрое возвращение к уровню до пандемии.

На первый взгляд, это кажется поворотным моментом. Когда пандемия только разразилась, экономика оказалась в штопоре – возвращение к 30-м годам казалось очевидным. Во втором квартале 2020 года ВВП в США, Европе и Великобритании упал на 10–20 процентов - худшее трехмесячное падение со времен Великой депрессии.

И даже в октябре прошлого года МВФ все еще предсказывал медленное восстановление после кризиса с коронавирусом, сопровождающееся «необратимыми рубцами».

В конце концов, как результат отчаянных мер, предпринятых правящим классом, худшие кошмары капиталистов не сбылись, и система смогла устоять.

Когда общество перешло в режим изоляции, правительства поддерживали капитализм на жизнеобеспечении за счет беспрецедентного уровня вмешательства в экономику. Это и является основной причиной, почему прогнозируемой депрессии и сопутствующего ей социального взрыва удалось избежать.

По последним оценкам МВФ 16 триллионов долларов было потрачено на финансовую поддержку в виде правительственных траншей и стимулов. И еще 10 триллионов долларов были закачаны в экономику центральными банками в рамках программы количественного смягчения и денежного финансирования: с использованием вновь напечатанных денег для финансирования государственных займов.

Однако, предотвращение полного краха дорого обходится. Отчетливо заметно, что «капиталистический организм», как он выражался, дышит тяжелее, чем в прошлом; его сердце и легкие работают усерднее, чтобы перекачивать кислород к жизненно важным органам.

Предотвратив полный крах, капиталисты теперь обеспокоены поворотом экономики в другом направлении, опасаясь перегрева. «Призрак преследует инвесторов - все ждут возвращения инфляции», - отмечает Мартин Вольф в Financial Times.

Настоящий шторм

В то время как капиталисты празднуют обратный отскок и «возвращение к норме», в мировой экономике назревает настоящий шторм.

Во-первых, как описал бывший министр финансов США Ларри Саммерс, это «чрезвычайно слабые финансовые условия» и экспансионистская фискальная политика, имевшая место в прошлом году, как указано выше.

К этому сочетанию добавляется большой отложенный спрос, который возник из-за локдауна, когда потребители не имели возможности тратить деньги - и, следовательно, были вынуждены накапливать их. По некоторым оценкам, эти накопленные личные сбережения могут составлять до 10 процентов ВВП в таких странах, как Великобритания (хотя распределяются эти средства очень неравномерно среди населения).

Теперь, когда ограничения повсеместно снимают, а экономика выходит из состояния анабиоза, эти два источника дополнительного спроса - со стороны правительств и домашних хозяйств - высвобождаются одновременно.

Но, действуя в условиях рыночной анархии, так называемой «невидимой руки рынка», производство не может быстро наверстать упущенное, неизбежно создавая узкие места и дефицит. Точно так же по мере того, как глобализация идет на спад, международные цепочки поставок вынуждены перестраиваться. Действительно, при исторически низком уровне инвестиций производственные мощности отстают.

В результате всплеск спроса сталкивается с ограничениями предложения. А это рецепт инфляции, то есть общего роста цен.

Тревожные знаки

Годовой уровень инфляции в США составил 4,2 процента — это самый высокий уровень, наблюдавшийся после краха 2008 года, и скачок по сравнению с 2,6 процента, наблюдавшимся месяцем ранее.

Компании повсюду сообщают о росте цен: от стали до перевозки и полупроводников.

К этому добавляются различные пузыри из активов, которые уже были раздуты потоком дешевых денег: от акций до недвижимости, криптовалют и других новомодных инструментов для спекуляций.

Некоторые комментаторы и политические институты, в том числе Федеральная резервная система США, довольно безразличны к этим последним данным инфляции. Они говорят, что после того, как в прошлом году цены резко упали (включая отрицательные цены на нефть, впервые в истории), вполне естественно, что сейчас цены будут расти по мере возобновления экономической активности.

Таким образом, позиция ФРС состоит в том, чтобы продолжать работу, исходя из предположения, что рост цен будет временным, поскольку накопленные сбережения тратятся, а производители ищут баланс.

Прибавляя вес своим аргументам, сторонники Байдена подчеркивают продолжающийся дефицит занятости в США по сравнению с уровнями до COVID — это признак того, что в системе существует запас и, следовательно, нет риска долгосрочной инфляции.

Кроме того, они указывают на тот факт, что инфляция оставалась низкой на протяжении десятилетий, даже несмотря на близкие к нулю процентные ставки и постоянный поток количественного смягчения (QE) после краха 2008 года.

В самом деле, сам Саммерс ранее описывал ситуацию как «стагнацию века», когда «чрезвычайно слабые финансовые условия» необходимы только для того, чтобы поддерживать ничтожные темпы роста.

Причина этого сценария после 2008 года заключается в том, что, пока центральные банки печатали деньги, частные банки зарабатывали меньше, а спрос на кредиты (в форме ссуд, ипотеки и т. д.) со стороны предприятий и домашних хозяйств резко падал.

В этом отношении, добавляют оптимисты, лучше иметь временную инфляцию сейчас, чем альтернативу: нисходящую спираль дефляции и депрессии.

Остальные, однако, немного больше озабочены не столько инфляцией, как сейчас, сколько тем, что может быть в недалеком будущем.

В конце концов, многие страны все еще находятся в изоляции; большая часть отложенного спроса все еще сохраняется и триллионы долларов расходов администрации Байдена, а также программ стимулирования экономики, составляющие 18% ВВП США, также будут в скором времени влиты в экономику.

И на этот раз общая денежная масса резко выросла - значительно больше, чем в период количественного смягчения.

«Опасное самодовольство»

Поэтому все громче звучит хор, предупреждающий президента Байдена о том, что он должен сократить свои кейнсианские методы, грозящие инфляционными эффектами, которые они могут вызвать. Такие эффекты, в свою очередь, могут ударить как по капиталистическим кредиторам, снижая стоимость долгов, так и по рабочим, съедая реальную заработную плату.

Это точка зрения Ларри Саммерса, вышеупомянутого экономиста из Гарварда, который недавно упрекнул ФРС в «опасном самоуспокоении», обвинив центральный банк США в поощрении «инфляционного давления такого рода, которого мы не видели за целое поколение».

Однако настоящее беспокойство Саммерса вызывает не столько сама инфляция. Скорее, как и многие представители правящего класса, он обеспокоен тем, что лекарство может оказаться хуже заболевания.

Известный экономист-демократ предупредил, что перед лицом безудержной инфляции ФРС будет вынуждена провести резкое повышение процентных ставок, чтобы «охладить» экономику за счет ограничения денежной массы.

Но с учетом того, что капитализм пристрастился к дешевым кредитам, такое ужесточение может оказаться катастрофическим. Обремененные кредитами домохозяйства и правительство будут ввергнуты в банкротство. Многие зомби-компании будут похоронены навсегда. И деньги устремятся с фондовых рынков в иные тихие гавани, заставляя раздутые пузыри лопаться слева, справа и по центру.

Рожденный в США, этот кризис вскоре распространился по всему миру. Ведь как говорится: когда у Америки насморк, остальной мир колотит лихорадка.

Такой хаотический сценарий может быстро остановить любое зарождающееся восстановление, отправив как экономику США, так и всю мировую экономику в рецессию, а миллионы рабочих – в ряды безработных.

Вот почему правящему классу следовало бы дважды подумать, прежде чем пойти по этому пути. Вместо этого, как и много раз в прошлом, кейнсианская политика подготовит почву для инфляции, которая только накапливает еще больше противоречий.

Другими словами, после недолгого бума, так или иначе, кризис капитализма вернется с удвоенной силой.

Все дороги ведут к разорению

Эта дилемма Златовласки - экономика, которая сначала работает слишком горячо, а затем слишком холодно, - является отражением общей неустойчивости и нестабильности капиталистической системы; еще один симптом возраста и общего состояния капитализма.

Избранные представители буржуазии - что бы они не делали и как бы не бездействовали - все равно будут подвергаться жесточайшим нападкам. Отсюда раскол среди правящего класса США по вопросу о стимулировании и инфляции.

Дело в том, что обе стороны правы, но обе ошибаются. Если они не будут продолжать вливать деньги в систему, восстановление может остановиться - и даже пойти вспять. Но если они продолжат идти по инфляционной траектории, все закончится слезами. При капитализме все дороги ведут к разорению.

Правящему классу ничего не оставалось, как заткнуть деньгами брешь в ситуации, когда обвал в связи с коронавирусом обрушил мировую экономику. Альтернативой была бы массовая безработица с последующим «бунтом с вилами» на улицах.

Точно так же с каждой новой волной вируса капиталистическим политикам приходилось продолжать увольнять рабочих и спасать предприятия - меры, которые, как изначально заверяли недалекие последователи Хайека, были временными.

Несмотря на положенную им веру в «свободный рынок», правящий класс может видеть масштабы разрушений и мер, необходимых для достижения экономического «равновесия». И они не очень уверены, что смогут справиться с социальными потрясениями, которые могут последовать.

«Да, есть некоторый риск, что в будущем у нас возникнет экономическая нестабильность, - заметил Кеннет Рогофф, другой влиятельный экономист из Гарварда, комментируя сегодняшний «Новый курс» Байдена, - сейчас же у нас политическая нестабильность».

Сыр бывает бесплатным только в мышеловке. С одной стороны, открыв краны, правительства теперь понимают, что их не так просто закрыть. В конце концов, «забирая чашу для пунша» посреди вечеринки, вы остаетесь с множеством разъяренных пьяниц.

С другой стороны, все триллионы, используемые для поддержки системы, появляются на другой стороне баланса в виде огромной горы долгов.

Общий объем мирового долга - государственного, корпоративного и домашнего - в настоящее время составляет примерно 281 триллион долларов (или более 355 процентов мирового ВВП) и увеличился примерно на 24 триллиона долларов в результате пандемии. Между тем, по данным МВФ, общий государственный долг во всем мире эквивалентен невероятным 100 процентам ВВП.

Так или иначе, этот счет придется оплачивать: либо через инфляцию, с последующим снижением реальной заработной платы, если будет продолжаться мягкая фискальная и денежно-кредитная политика; или через жесткую экономию, через сокращение услуг и повышение налогов.

Правительства развитых капиталистических стран, которые имеют большую свободу действий, когда дело доходит до заимствований, до сих пор в значительной степени были в состоянии отсрочить день расплаты. Но рано или поздно этот судный день настанет - предвещают взрывные события в таких странах, как Колумбия и некоторых других.

Кривая капиталистического развития

Невозможно предсказать, как именно пойдут дела. У нас нет хрустального шара. Ход событий зависит от целого ряда взаимодействующих факторов - не только экономических, но также и политических решений и развития пандемии.

Скорее всего, произойдет временное оживление в развитых капиталистических странах по мере ослабления карантина (хотя даже это может быть прервано новой волной вируса). И такое восстановление, вероятно, будет сопровождаться приступом инфляции по причинам, изложенным выше.

Скорее всего, произойдет временное оживление в развитых капиталистических странах по мере ослабления карантина (хотя даже это может быть прервано новой волной вируса). И такое восстановление, вероятно, будет сопровождаться приступом инфляции по причинам, изложенным выше.

Кроме того, мы не можем знать, что произойдет наверняка. Может возникнуть спираль инфляции, чего опасаются Ларри Саммерс и другие. Может произойти быстрое возвращение к рецессии, если центральные банки вмешаются и ужесточат меры слишком быстро.

А в долгосрочной перспективе может произойти «японизация» мировой экономики, при которой рост будет стабилизироваться, а цены останутся дефлятированными - несмотря на крайне мягкую денежно-кредитную политику - из-за сохранения избыточных мощностей в мировом масштабе.

Другие эксперты, и в их числе американский экономист Нуриэль Рубини (он же доктор Дум), тем временем предупредили о стагфляции: рост цен наряду с экономическим спадом, наблюдавшимся в 1970-х годах.

Эпоха кризиса

Мы можем быть более категоричными и четко заявить: возврата к послевоенному буму не будет. Условия для такого развития отсутствуют.

В самом деле, глядя в ретроспективе на более широкую картину за последние четыре десятилетия, мы можем увидеть, что все показатели капитализма находятся четко на нисходящей траектории: от роста производительности, загрузки производственных мощностей; инвестирования в бизнес и до процентных ставок.

Как объяснил Тед Грант в своей книге «Будет ли спад?», беспрецедентный капиталистический подъем, наблюдавшийся после Второй мировой войны, зависел от совокупности факторов. К ним в первую очередь относятся: разрушение производительных сил, имевшее место во время войны, что открыло путь для новых инвестиций и массовое расширение мировой торговли, основанное на гегемонистском положении империализма США и открытии новых рынков.

Точно так же общий период роста, наблюдавшийся в 1980-х и 90-х годах, стал возможен благодаря продолжающемуся расширению торговли («глобализация»), включая присоединение Китая и России к мировому рынку через реинтродукцию капитализма.

Но ни одного из этих условий сегодня нет. Помимо роста мировой торговли мы наблюдаем и марш протекционизма. Возможностей же для прибыльных инвестиций - движущей силы реального экономического роста при капитализме - не хватает.

В настоящее время присутствует недовольство дефицитом. Однако общий характер эпохи — это не дефицит, а перепроизводство.

До пандемии симптомы этого можно было видеть повсюду: насыщенные рынки, переполненные товарами; избыточные мощности во всех отраслях промышленности - от сои и стали до смартфонов. Заниженные цены. Безудержные спекуляции и скопления свободных денег в руках крупного бизнеса.

И вместо того, чтобы разрешать эти противоречия, все меры, принятые правящим классом в ответ на кризис с коронавирусом, усугубили перепроизводство и нестабильность внутри системы.

Легкие деньги еще больше разожгли спекуляции и превратили еще больше предприятий в фирмы-зомби. Примерно каждая пятая публичная акционерная американская компания в настоящее время является зомби (убыточной и способной удержаться на плаву только благодаря дешевому кредиту). На долю подобных компаний приходится более двух миллионов рабочих мест и 2 триллиона долларов корпоративного долга.

И к этому добавляются миллионы рабочих-зомби в Европе - фактически безработных, но удерживаемых на работе благодаря правительственным схемам отпусков.

Наконец, государственная поддержка выступает в качестве формы протекционизма, становясь одновременно причиной и следствием увеличения перепроизводства в глобальном масштабе. Каждое правительство использует государственное вмешательство для защиты своих рынков и бизнеса, по сути, пытаясь экспортировать кризис куда-то еще. Но в целом такая политика «разорения соседа» приводит к сокращению мирового рынка, увеличению избыточных мощностей во всех секторах.

Нужда в революции

Все это показывает пределы кейнсианства - дефицитного финансирования, государственного вмешательства и попыток управлять экономикой, ориентированной на прибыль, в любой форме.

Капитализмом управлять нельзя. Это по своей сути анархическая и подверженная кризисам система, основанная не на рациональном плане производства, а на частной собственности, конкуренции и слепой погоне за прибылью.

Другими словами: чтобы сохранить политическую стабильность, правящий класс, за последний год, предпринимал самые отчаянные меры. Это посеяло семена огромной экономической нестабильности и кризисов. Борьба с этими последствиями будет означать дальнейшие атаки на рабочий класс, что приведет к обострению классовой борьбы во всех странах.

Более того, даже временное восстановление может спровоцировать забастовки и борьбу, поскольку рабочие стремятся вернуть себе все, что они потеряли в прошлом году - и за предыдущие десятилетия. Между тем вид кровососущих миллиардеров, извлекающих выгоду из пандемии, станет только топливом для того пожара гнева и ненависти со стороны простых людей.

В конце концов, мы должны помнить, что все эти события происходят не впервые, а являются результатом более чем десятилетнего кризиса и жесткой экономии, которые уже привели к глубокой политической поляризации и массовой радикализации во всем мире. И маховик истории уже не остановить.

Новое поколение, вступающее в борьбу, не знает ничего, кроме кризиса и насилия. И все же, в одной стране за другой эти рабочие и молодежь сопротивляются: ищут выход из этого тупика; ищут альтернативу этому прогнившему статусу-кво.

Только социалистическая революция может открыть путь вперед и положить конец кризисам капитализма, покончив с этой изжившей себя системой раз и навсегда.

Источник: In Defence of Marxism

https://www.marxist.com/inflation-instability-foreshadow-recession.htm