Заметки бравого сержанта Флоу о Сутках на Броне XVI
Море грязи, окружающее нас, в последний раз качнулось, и грузовик остановился. Замполит нашей команды — Ками, — окинула взглядом стоящих на обочине бойцов, которых мы видели десять минут назад, проезжая мимо этой точки в направлении «туда», и, не скрывая свои эмоции, воскликнула:
— Да, это точно «Альфа». Посредник, ты куда нас опять привёз?!*
Грузовик, который должен был отвезти всю нашу команду «грачей» на точку «Гамма», уже второй раз остановил машину не там.
После бурной перепалки Ками с посредником, строившим маршрут для грузовика, мы всё таки двинулись обратно, надеясь, что ну в третий-то раз посредник остановит грузовик в нужном месте. Ситуация была дурацкой и смешной, и кто-то сказал:
— Жаль, с нами нет нашего бравого бойца Отто.
Боец Отто горячо любим нашей командой за прекрасные очерки курьёзных ситуаций с игр, и описание катания туда-сюда строго мимо нужной нам точки было более чем достойно его пера. Но, к сожалению, его действительно не было с нами, и описать это было некому. «Некому ли?» — подумал я, и решил взять на себя смелость продолжить дело бравого бойца по описанию страйкбольных курьёзов. В конце концов, когда в одном месте собирается большое количество людей в форме, начинает регулярно происходить что-то нелепое и смешное. Так что предстоящая игра должна была дать достаточное количество материала для историй.
В общем-то, так оно и вышло.
*Прим. цензора (который, как известно, также являлся неотъемлемым элементом отчетов Отто): воскликнула она, конечно, много всего еще, но это аккуратно вырезано цензурой.
«Птичий язык»
Сразу после начала игры вся наша рота отправилась по двум дорогам вперёд, атаковать точку «Орлан». Мы с Ками, которая была ещё и ротным командиром, остались на перекрёстке этих дорог следить за ходом атаки и распределять прибывающих бойцов подкрепления.
Я, будучи радистом роты, в оба уха слушал свои рации. Наконец та рация, по которой я связывался с другими ротами и командованием фронта, в котором состояла наша рота, голосом радиста фронта Теары выплюнула шифровку: «Романов Яковлеву. Лима-51, Лима-51. Приём». Романов был как раз мой шифрованный позывной, и я, довольный тем, что востребован как радист, быстро составил свою первую на этой игре шифровку о том, что наша рота атакует точку «Орлан»: «Яковлев Романову. Лима-34-32. Повторяю, Лима-34-32. Приём».
Ками, стоявшая у истоков шифрования радиопередач нашей стороной, и не раз сидевшая в штабе на связи, с материнской теплотой в голосе заметила:
— Какой знакомый суржик! Но смешнее было, когда мы зашифровали все польскими ругательствами. Эх, Курва-25, Дупа-18…
«Всегда готов!»
Мы с сержантом Кадьяком сидели на отвалах окопа друг напротив друга и лениво перебрасывались фразами. Через несколько минут посредник должен был проверить наличие установленного флага на занятой нами точке и начислить победные очки стороне. Об этом Кадьяк, собственно, мне и сообщил:
— Сейчас сбор флагов.
— Поэтому мы тут и сидим, — ответил я, указав рукой ему за спину.
Кадьяк обернулся и с удивлением обнаружил флаг нашей стороны, воткнутый в землю ровно за его спиной. Подумав секунду он встрепенулся, расправил плечи, подтянул живот и бодро отрапортовал:
— А. Ну вот я и собрался.
«Необычный диверсант»
Уже час вокруг точки «Гамма» не было боевых действий. Бойцы расслабленно сидели в окопах, ротный командир Ками ходила вперёд-назад по самому высокому холму точки, проверяя, достаточно ли хорошо мы обороняем точку, я сидел на склоне и слушал тишину в рациях.
Вдруг в кустах под склоном холма послышался хруст веток — кто-то ломился через кусты, окружавшие точку. Но кто? Неужели у противника нашёлся настолько отчаянный диверсант, готовый в одиночку, не скрываясь, прийти на точку и атаковать её? Или может это возвращается кто-то из наших? Но почему с такой неожиданной стороны? И как он так быстро двигается через кусты? А может это лиса?
Почти.
Все бойцы на точке начали кричать: «Олень! Олень!», — и тыкать пальцами, но не друг в друга, как можно было бы ожидать, а в удаляющуюся пушистую жопку какого-то парнокопытного.
«О пользе миномёта»
Перед тем, как в очередной раз отправиться атаковать точку «Феникс», крайне уставший сержант Кадьяк обсуждал с таким же крайне уставшим бойцом Алабаем необходимость наличия в атаке средств усиления в виде миномёта. Бойцы из огромной толпы, также готовившейся отправляться в атаку, высказывали свои сомнения в этой необходимости фразами типа: «Да нафиг он нам там пока нужен?»
Кадьяк внял голосу толпы и оставил миномёт на «Гамме». А через двадцать минут я услышал в рацию голос взводного Милко, командующего атакой:
— Полцарства за миномёт!
«Философы Феникса»
Когда все бойцы противника были выбиты с точки «Феникс», а я даже уже принёс и поставил флаг стороны на точке, настало затишье. Появилась возможность просто посидеть и пообсуждать то, что на данный момент очки приносят только две точки — «Феникс» и «Молот», с кем-нибудь. Этим кем-нибудь оказался боец Бьёрн.
Я рассказал свою теорию, заключавшуюся в том, что эти точки были выбраны организаторами из-за того, что каждая находится примерно посередине между респами сторон, и мы с противником находимся как бы в равных условиях. Бьёрн очень внимательно выслушал эту теорию и, попыхивая сигаретой, философски заметил:
— Но вполне возможно, что конкретно эти точки были выбраны потому что.
«Главное — озадачить»
Точку «Гамма» атаковал противник. Бойцы нескольких рот бегали в темноте, суетясь и стараясь не попасть под атаку. Во всей этой суматохе ротный командир Ками хладнокровно пыталась сделать так, чтобы задания, приносящие победные очки стороне, выполнялись. Выбрав трёх бойцов имевших неосторожность задержаться рядом с ротным командиром больше, чем на минуту, Ками выдала и разъяснила им задание — доставить в штаб нашей стороны пакет с донесением. Бойцы понимающе кивнули, взяли донесение и отправились в ту сторону, с которой был слышен треск приводов противника.
— Кажется, штаб находится в другой стороне, — задумчиво заметил я.
— Я не понимаю, кого я отправила, не понимаю, куда они идут, но я довольна, что они это хотя бы делают, — радостным голосом ответила Ками.
«Особенности обороны точки»
Боец Клим вернулся после похода в лагерь полностью готовый к ночной игре и первым делом, как и полагается хорошему бойцу, пришёл к командиру получить задание и доложить обстановку. Он рассказал, что видел на подходе к точке, и завершил рассказ фразой:
— А ещё там какие-то тела в зелёнке трутся. Непонятно, наши или синие.
— А, это, скорее всего, наш «секрет», — предположила Ками.
— Они там в полный рост стоят, — ответил Клим со скепсисом в голосе.
Ками задумалась на секунду.
— Это тупой «секрет».
«До чего доводит утро»
Обстановка на точке «Гамма» была спокойной, противника не было видно уже несколько часов. Уставшие, сонные и голодные после долгой ночи бойцы обсуждали то, что неплохо бы поесть.
Боец Скотт из команды Wild Frogs предложил план — отправить нескольких бойцов в мертвяк и принести еду оттуда.
Командиру второго фронта Алексу идея очень понравилась, и он обратился к взводному Милко:
— Милко, организуй доставку еды из мертвяка!
Милко был не в восторге от такой инициативы, начал возражать, на что сонный Алекс, пытаясь донести до Милко проблему находящихся на точке бойцов, по-отечески ласково сказал ему:
— Саша, людей надо кушать!
«Так вот почему он такой»
Славный боец Бьёрн и взводный командир Милко, проспавший всю ночь в окопе, вели беседу, темой которой было то, что в страйкболе есть очень много похожих людей — больших, бородатых и носящих Soft Shell. Разговор свернул на обсуждение одного из известных страйкболистов*, подходящих к этой категории.
— Он похож на Рагнара из фильма, — сказал Милко.
— Только в нём два Рагнара поместится, — заметил Бьёрн.
— Ну так, он одного Рагнара сожрал, и поэтому он — Рагнар Второй.
*Прим.цензора: Мы решили обойтись без имен, но посмотрите в первые ряды в атаке, послушайте, где громче всего звучит хор ВВД-пулеметов, и вы, возможно, поймете, о ком мы.
«Держи флаг»*
Ротный командир Ками нервно прислушивалась к передачам в рации — шли бои на Фениксе, куда только что отправился почти весь состав одиннадцатой роты. Осталась минута до очередного клика.
— Милко, доложи статус флага!
— У нас бои, флаг стоит, Пэрис под флагом.
— Насколько далеко от флага Пэрис? Успеет выдернуть и убежать, если что?
— Ты не поняла, Пэрис прямо под флагом!
И только позже принесенная фотография расставила все по местам. Вот что значит, действительно «держать флаг».
*История от цензора) Мне тоже есть, что рассказать.
«О предпочтениях»
Боец Анор заварил в большой кружке чай и предложил всем собравшимся. Кто-то отказался, кто-то угостился, последней чай попробовала Ками, поставила кружку, ещё наполовину заполненную чаем, рядом с собой и отвлеклась на разговор.
Через пару минут из леса вышел боец Сокол, подошёл к нам, закурил и стал рассказывать, как славно он повоевал на Фениксе. Подумав о том, что нужно угостить доблестного бойца чаем, я спросил:
— Сокол, ты чай будешь?
Сокол аж выплюнул сигарету в предвкушении горячего напитка и воодушевлённо воскликнул:
— Конечно, хочу! — и после паузы продолжил, — Я не так люблю полевую кухню, как полевой кофе и полевой чай.
«О том, как правильно учитывать имеющиеся ресурсы»
Утром воскресенья шло бурное обсуждение, какая точка будет выбрана точкой «последнего рывка».
Командир девятой роты Ветер с высоты своего опыта небрежно заметил:
— Хаки спокойно берётся двумя ротами.
— Двумя нынешними ротами или двумя вчерашними? — с легкой ехидцей поинтересовался особо почётный «грач» Бор.
«Хватит!»
Только что наступил конец игры. Точка «Альфа», за атакой на которую всё командование желтой стороны с замиранием сердца следило уже час, была захвачена ровно за минуту до конца игры.
Из рации посредника, который был рядом с нами на точке, послышался устало-раздраженный голос Сержа:
— Мы приняли по Альфе. Больше не надо по ней передавать, что она захвачена.