Учимся распознавать когнитивные искажения
Отрывок из книги Тома Чатфилда "Критическое мышление. Анализируй, сомневайся, формируй своё мнение".
Tom Chatfield — британский культуролог, популяризатор критического мышления, научный журналист в BBC Future. Предлагаем вашему вниманию опубликованную на его личном сайте статью, которая вошла в его книгу
"Критическое мышление: Анализируй, сомневайся, формируй свое мнение",
посвященной принципам рационального мышления.
Из статьи Вы узнаете, какие четыре упрощенные схемы мы используем в повседневной жизни, в каких случаях мы можем доверять эвристикам, как типичные когнитивные искажения влияют на наши суждения и почему люди неадекватно оценивают собственный опыт.
Напомним. Когнитивные искажения — это систематические ошибки в мышлении, которые влияют на наши суждения и принимаемые нами решения. Благодаря когнитивным искажениям мы получаем ошибочные суждения, демонстрируем нелогичное поведение и иррациональные поступки.
Читайте статью Тома Чатфилда:
Многие эмоциональные реакции служат основой для упрощенных схем мышления или эмпирических методов, позволяющих быстро принимать эффективные решения, не тратя слишком много времени или энергии на длительные раздумья, — так называемых эвристических правил. Наше мышление изобилует этими прикладными приблизительными методами, не гарантирующими успех, но совершенно необходимыми в обыденной жизни.
Ключевой для понимания многих мыслительных схем и привычек является способность эвристических правил замещать сложные вопросы моделями, позволяющими быстро находить простое интуитивное решение. Если решение оказывается удачным, как бывает в большинстве случаев, то мы даже не осознаем, что произошло. Но иногда упрощенные схемы пасуют и порождают когнитивное искажение, то есть дефектное суждение, не основанное на корректной оценке ситуации. Искажения невозможно исключить, но их реально осознать и нейтрализовать, если проявить внимательность и действовать стратегически.
ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЮ. Прежде чем продолжить чтение, сделайте паузу и задумайтесь: знаете ли вы за собой когнитивные искажения? Можете привести примеры? Какие искажения и деформации вы чаще всего наблюдаете у других? Разделяете ли вы их?
Четыре типа эвристических правил
Далее описываются четыре важнейших типа эвристических правил, на сегодняшний день изученные специалистами. Помимо них, есть также и другие правила, но главное — познакомиться с лежащими в основе их всех психологическими механизмами и усвоить, что в большинстве случаев эти механизмы поразительно эффективны и приводят к адекватным суждениям.
- Аффективная эвристика
Представьте, что вы госпитализированы в связи с редким заболеванием, которое может вызвать летальный исход, и должны выбрать один из двух экспериментальных методов терапии. В клинических исследованиях участвовали 20 000 пациентов. Что вы предпочтете?
Какой будет ваша естественная реакция в данном случае? Если вы внимательно читаете и думаете, то, вероятно, заметите, что метод А является лучшим вариантом. Если метод В спас 70% больных, то метод А — 75,5%: 4900 человек — это 24,5% от 20 000. То есть в живых осталось большее количество пациентов, получавших лечение А.
Однако для многих людей яркая и конкретная информация о 4900 умерших перевешивает чисто математическую оценку шансов на излечение. Это так называемая аффективная эвристика, отражающая тенденцию руководствоваться силой эмоциональной реакции на варианты выбора, даже если эмоциональный отклик вводит в заблуждение.
Как установили психолог Пол Словик и другие ученые, склонность людей подчинять выводы своим симпатиям и антипатиям имеет общие следствия. Например, если вы считаете себя консервативно мыслящим человеком, то склонны положительно оценивать консервативные аргументы и отрицательно — аргументы противоположного характера. Напротив, если вы устойчиво ассоциируете себя с либеральной политикой, то либеральные идеи кажутся вам убедительными и полезными, а противоположные им — необоснованными и вредными.
Не слишком ли это радикальная и упрощенная картина? Отнеситесь к данной тенденции как к проявлению нашего желания видеть мир более упорядоченным, чем он есть на самом деле. Если нечто кажется хорошим, то, естественно, мы недооцениваем минусы и отрицательные стороны этого явления. Столь же естественно пренебречь достоинствами и преимуществами того, что представляется нам опасным или дурным. Когда вы пытаетесь выбрать одну из альтернатив, эмоциональное воздействие замещает все прочие факторы.
Допустим, вы решили жертвовать $10 в месяц на борьбу за сохранность морей и хотите выбрать ту из двух организаций, которая наилучшим образом распорядится деньгами. Какое из обращений вас привлечет?
Вопрос о том, кто найдет наилучшее применение вашим деньгам, остается открытым, но я считаю второе обращение более заманчивым по чисто эмоциональным причинам. Пусть его манипулятивность очевидна — заботиться о дельфинах интереснее, чем распространять информацию, — обращение к эмоциям трудно отделить от процесса принятия решения в целом. Вопрос, на который сложно ответить («Как лучше всего потратить средства на благотворительность?»), заменяется простым и очевидным («Что мне больше нравится: повышать осведомленность людей о проблеме или защищать дельфинов?»).
2. Эвристика доступности
Как вы думаете, чего в английском языке больше:
Какой вариант вы выбрали? Скорее всего, первый. Однако это неправильный ответ. На самом деле английских слов, в которых третьей буквой является «К», примерно в три раза больше, чем начинающихся на «К». Но значительно труднее вспоминать слова по третьей букве, чем по первой, и эта относительная трудность провоцирует быструю стереотипную реакцию: первый вариант ответа.
Здесь проявляется так называемая эвристика доступности, описывающая нашу склонность оценивать вероятность или значимость события или явления прямо
пропорционально легкости, с которой оно приходит на ум. Пожалуй, самый знаменитый пример: люди склонны переоценивать риск смерти или ранения вследствие
террористической атаки (поскольку нападения экстремистов привлекают огромное внимание СМИ и получают широкую огласку) и одновременно недооценивать опасность для жизни и здоровья менее сенсационных факторов (например, болезней сердца и автомобильных аварий). А между тем для среднестатистического американца вероятность умереть от сердечно-сосудистого заболевания, чем погибнуть вследствие теракта, примерно в 35 000 раз выше.
Тем не менее нет ничего иррационального в боязни непредсказуемых событий, которые могут иметь очень тяжелые последствия.
Иными словами, один чрезвычайно выразительный рассказ, получивший широкую известность, может значительно сильнее повлиять на представления людей, чем любые реальные показатели вероятности или значимости. Если вдруг какая-то знаменитость умирает от редкой формы рака, то многие люди начинают именно ее бояться значительно сильнее любой другой, более распространенной формы этой болезни.
В целом простота или сложность припоминания определенной информации становится для нас прямым показателем возможности события. Отсюда, в частности, следует, что чем чаще повторяется какое-либо утверждение, тем вероятнее, что люди в него поверят (это неопределенное ощущение привычной истинности даже в отсутствие доказательств лучше всего передается понятием «правдоподобность»). Рассмотрите два утверждения и постарайтесь дать искренний ответ, подчеркнув наиболее подходящий вариант.
- В целом я провожу за чтением книг и статей больше времени, меньше времени или примерно столько же времени, что и среднестатистический человек.
2. В целом я пользуюсь мобильным телефоном больше времени, меньше времени или примерно столько же времени, что и среднестатистический человек.
Оценили ли вы себя выше среднего в каком-либо случае или в обоих? Как правило, люди склонны переоценивать собственные затраты времени и усилий в сравнении с чужими, поскольку о своих делах знают больше, чем о чужих. Наши привычки «выпирают» на общем фоне, так как они у нас на виду. А то, чего мы не знаем, автоматически сбрасывается со счетов. Трудно избежать искажений, проистекающих из постоянного самосознания.
В одном эксперименте с участием супружеских пар каждому партнеру по отдельности предлагалось оценить в процентах собственный вклад в общие домашние заботы: стирку, покупку продуктов, мытье посуды и т.д. В большинстве случаев сумма вкладов обоих супругов превышала 100%. Каждый из них систематически переоценивал свою работу на ниве домашнего хозяйства, так как вспомнить собственные действия оказывалось намного проще.
Эвристика доступности предполагает подмену головоломного фактического вопроса («В каких пропорциях вы с партнером делите домашние обязанности?») намного более простым, удобным и эмоциональным («Насколько легко вам вспомнить собственное участие в домашних делах в сравнении с вкладом вашего партнера?»).
Следствиями эвристики доступности являются многочисленные любопытные феномены. Особого внимания заслуживает эффект новизны — тенденция переоценивать значимость недавних событий, потому что их проще вспомнить. Ответьте на вопрос:
Кого вы считаете пятью величайшими музыкантами всех времен и народов?
Вы смогли назвать пятерых? Сколько из них родились в последние полвека? А сколько в последние 100, 200 лет? Интересно, если бы вы составляли список из 20 или 50 музыкантов, то назвали бы хоть нескольких, живших ранее XIX в.?
Эффект новизны неизбежно срабатывает в подобных случаях, поскольку мы гораздо меньше знаем об отдаленном прошлом, чем о недавней истории. Выбор величайших музыкантов субъективен, обычно подобного рода вопросы задаются для развлечения; совсем иное дело такие сферы, как политика, техника, экономика или история. Чтобы достичь максимального понимания мира, абсолютно необходимо умение видеть картину во всей ее полноте и компенсировать непропорциональное внимание, интуитивно уделяемое недавним событиям просто потому, что этот опыт еще свеж.
3. Эвристика закрепления
Внимательно прочтите два абзаца и заполните пропуски числами, которые кажутся вам подходящими.
Я привык делать покупки в магазине «Вкусное вино» в доме № 997 по Хай-стрит рядом с «Мясной лавкой» в доме № 999 и «Зелеными-презелеными овощами» в доме № 995. Так славно было при случае купить бутылочку вкусненького винца по совету владельца магазина. Жаль, что он внезапно умер в прошлом году в возрасте…..лет.
После этого я стал отовариваться в магазине «Элитное вино» в доме № 12 по Хай-авеню, между «Овощной империей» в доме № 10 и салоном «Сегодня с волосами, завтра без» в доме № 14. Так славно было при случае купить бутылочку отборного вина по рекомендации владельца магазина. Жаль, что и он внезапно умер на прошлой неделе в возрасте …… лет.
Выполните это упражнение, даже если находите его странным. Здесь нет правильного или неправильного ответа — просто вставьте любой возраст, который вам нравится. Готово? Прекрасно! В каком абзаце число больше? Если в первом, вы только что наблюдали проявление эффекта закрепления.
Закрепление происходит, когда нечто срабатывает в качестве якоря для вашего суждения, придавая ему определенное направление, причем сами вы этого не осознаете. Содержание обоих абзацев из моего примера практически одинаково, за исключением номеров домов: в первом использованы значительно большие числа (997, 999, 995), чем во втором (12, 10, 14). Очевидно, что адреса не имеют прямой связи с возрастом, в котором может скоропостижно умереть какой-либо человек, пусть даже вымышленный. Однако, как свидетельствуют исследования, даже совершенно нерелевантные якоря способны оказывать на наши суждения влияние, остающееся незамеченным.
Почему? Да хотя бы потому, что никакое суждение не выносится в безвоздушном пространстве. В любой сфере мы оцениваем вещи и события путем сравнения, а не в абсолютных показателях. Земля большая по сравнению с телом человека, но маленькая в масштабах галактики Млечный Путь. Если я предложу продолжить список действительно больших объектов, то ваши варианты почти наверняка будут различаться в зависимости от
того, как я его начну: «планета Юпитер, Солнце, возраст Вселенной» или «Эмпайр-стейт-билдинг, Великая Китайская стена, пирамида Хеопса».
Этот механизм восприятия контекста вполне обоснован и необходим для оптимизации повседневного существования, но его невозможно просто взять и выключить, даже в ситуации, когда он нам вредит. Первая полученная информация всегда оказывает особое влияние на суждение. Как знает большинство работников сферы продаж, полезно начать переговоры, озвучив запредельно высокую цену, чтобы затем просто высокая показалась разумной, или сначала предложить клиенту слишком дорогой для него товар — все последующие будут восприниматься как дешевые. Рестораны и супермаркеты используют эту хитрость: на фоне очень дорогих блюд и товаров просто дорогие представляются более доступными.
Даже если никто не закажет омара, полезно включить его в меню — рядом с ним цыпленок кажется дешевле!
Разновидностью данного феномена является эффект фокусировки — тенденция уделять слишком большое внимание одной сразу же бросающейся в глаза характеристике, приводящая к несбалансированной оценке. Представьте, что обсуждаете с другом его мечту о переезде. Кажется ли вам обоснованным следующее суждение?
Я сыт по горло холодной промозглой Англией! Три месяца в году вообще не видишь солнца.
Поеду в Калифорнию и попробую найти работу. Солнце, море, красивые люди, Голливуд! Уж там-то я заживу на славу, не сомневаюсь! Не будет больше никаких блужданий в сумерках, никаких пальто поверх двух свитеров.
Очевидно, вы должны узнать намного больше, чтобы дать другу дельный совет. Высказанное им мнение наводит на подозрение, что он слишком сосредоточивается на единственной, самой очевидной стороне жизни в Калифорнии — погоде, упуская из виду остальные факторы.
Этот паттерн уже знаком нам по другому эвристическому механизму. Сложный вопрос, требующий комплексной информации («Следует ли мне переезжать в Калифорнию?»), подменяется простым, связанным с удобством и эмоциями («Какие чувства вызывает у меня первое, что приходит в голову при упоминании Калифорнии?»). Даже если замечаешь этот скачок, не всегда удается нивелировать непропорциональное влияние первого фактора.
4. Эвристика репрезентативности
Перед вами одно из самых нашумевших психологических исследований последних десятилетий, которое получило название «проблема Линды». Прочтите описание и выберите один из двух предлагаемых вариантов.
Линде 31 год, она не замужем, у нее прямой характер и очень живой ум. В колледже она специализировалась по философии и серьезно интересовалась вопросами дискриминации и социальной справедливости, а также участвовала в демонстрациях против ядерного оружия. Что более вероятно?
Ну и что вы предпочли? Из первой части книги вы могли усвоить, что версия «Линда — кассир» более вероятна, чем «Линда — кассир и феминистка», поскольку второй вариант представляет собой частный случай первого. Количество сотрудниц банка, активных на ниве феминизма, никак не может превышать общее количество банковских служащих женского пола.
Если вы выбрали второй вариант или хотели это сделать, то попали под воздействие так называемой эвристики репрезентативности. Этот научный термин обозначает простую вещь: зачастую на людей сильнее влияет убедительность подачи информации, а не ее достоверность. С учетом описания Линды более убедительным выглядит, что она является кассиром в банке и одновременно активной феминисткой, и в результате формируется предпочтение, способное перевесить математическую вероятность.
Ведутся оживленные дебаты о том, иллюстрирует ли «проблема Линды» иррациональную невосприимчивость к вероятности, не естественно ли в данном контексте считать «наиболее вероятное» синонимом «правдоподобного» и нельзя ли объяснить этот эффект другим процессом, абсолютно рациональным. Очевидно, что присущее каждому человеку стремление к связному последовательному повествованию может привести к ложной уверенности в точности суждений, отвечающих этому требованию. Рассмотрим еще один пример.
Я молодой англичанин со здоровым загаром, стремлюсь поддерживать хорошую физическую форму, люблю проводить время на свежем воздухе и пить крепкий чай с двумя кусочками сахара. В какой из перечисленных сфер я, скорее всего, работаю?
Выслушав подобное описание, разумнее всего прикинуть, сколько англичан заняты в каждой из перечисленных сфер деятельности. Менее рациональный ответ: «Похоже, твоя работа предполагает активный физический труд под открытым небом, например в сельском хозяйстве или коммунальных службах».
В Великобритании сотрудников здравоохранения и социальных служб в четыре с лишним раза больше, чем во всех остальных перечисленных категориях, вместе взятых41. В отсутствие другой необходимой информации это означает, что я с наибольшей вероятностью являюсь медицинским или социальным работником. Однако эвристика репрезентативности описывает нашу склонность при оценке подобных сценариев искать не значимые данные, а наибольшую близость стереотипу. Чем больше описание соответствует нашим ожиданиям относительно того, как выглядит типичный индивид, тем выше шансы, что мы за него ухватимся.
Здесь, опять-таки, наблюдается эффект замещения. Мы подменяем сложный вопрос, требующий ресурсоемкого поиска ответа («Сколько людей заняты в каждой сфере деятельности?»), на простой, связанный с эмоциями и ожиданиями («Какому стереотипу наиболее соответствует описанный человек?»). Стереотипность является универсальной особенностью нашего восприятия не только посторонних людей, но и даже многих из тех, с кем мы хорошо знакомы. Это лишь верхушка айсберга социальных предубеждений — предвзятостей, которые влияют на наши суждения о других и в сочетании со структурным социальным неравенством становятся несправедливостью высшего уровня.
Обучение с умом: четыре главных эвристических правила
Мы рассмотрели четыре типа эвристических правил, в каждом из которых воплотилась одна из четырех упрощенных схем мышления.
- Аффективная эвристика: суждением управляют сильные эмоции, даже если это оборачивается заблуждением («Знаменитость выглядит в этой рекламе такой красивой и счастливой — этот товар великолепен!»).
- Эвристика доступности: суждением управляет то, что легче всего приходит на ум, даже если это оборачивается заблуждением («Я слышал, что у этого знаменитого актера непереносимость лактозы — надо и мне тоже провериться!»).
3. Эвристика закрепления: суждением управляет первая полученная информация, даже если это оборачивается заблуждением («За новый автомобиль просят всего $45 000. Правда, придется дополнительно заплатить еще $1000 за красные сиденья — но все равно это очень выгодное предложение!»).
4. Эвристика репрезентативности: суждением управляет близость предмета или явления нашим ожиданиям («Это вино дорогое, разлито в изысканные бутылки и подано официантом-французом в белом смокинге — оно, бесспорно, изумительно!»).
Помните: эвристика естественна и жизненно необходима. Но вот только при неверном использовании, приводящем к необоснованному суждению, она становится причиной когнитивного искажения. Это наиболее вероятно при спешке, неопытности, избыточном поступлении информации, намеренной манипуляции (см. вышеприведенные примеры из области рекламы, СМИ, продаж и маркетинга) или в случаях, когда вы попадаете под влияние стереотипов и социальных предубеждений.
Когда следует доверять и не доверять эвристике
Эвристика обеспечивает быстрое принятие решений и оценку ситуаций, превращая сложный вопрос в интуитивно постигаемый. В целом эти механизмы исключительно эффективны и жизненно важны — без них мы не смогли бы нормально функционировать.
Когда эвристика и интуиция дают наиболее достоверные результаты? В условиях, в которых люди эволюционировали сотни тысяч лет, вырабатывая ценнейшие навыки. Это ситуации, когда мы:
1) взаимодействуем со знакомыми людьми в хорошо известных повседневных ситуациях;
2) делаем однозначный выбор, располагая надежной информацией;
3) принимаем решения в области, в которой обладаем релевантным опытом, выработанным благодаря многократному значимому использованию определенного навыка.
Напротив, эвристика и интуиция значительно менее надежны в сложных ситуациях, достаточно новых в эволюционной истории человечества или лично для нас, из-за чего мы не имели возможности накопить соответствующий опыт и выработать эффективные навыки поведения. Это происходит, когда мы:
1) взаимодействуем главным образом с незнакомыми людьми на расстоянии;
2) должны принять решение на основе неадекватной информации или сталкиваемся с избыточным количеством вариантов и входящих потоков информации; Это относится к очень многим нашим действиям в интернете!
3) принимаем решение в области, в которой не имеем релевантного опыта, вследствие чего лишены практики с информативной обратной связью.
Рассмотрите несколько ситуаций. Следует ли в них доверять интуиции на основе ментальных эвристических механизмов? Обоснуйте ответ.
- Вы познакомились с неким человеком в интернете и никогда не виделись в реальной жизни, но он так описывает в сообщениях свои чувства, что кажется, будто вы век знакомы, а на фотографиях у него очень открытое и доброе лицо. Вдруг он сообщает, что ему срочно нужны деньги. Вы нутром чуете, что можете доверять этому милому дружелюбному человеку. Поддадитесь ли вы этому чувству?
2. Фондовый рынок лихорадит. Вы работаете трейдером пять лет и нутром чуете, что акции продолжат расти. Поддадитесь ли вы этому чувству?
3. Вы участвуете в турнире по гольфу. Вы профессионально занимаетесь этим видом спорта уже два года, а прежде десять лет каждый день посвящали тренировкам все свободное время, чтобы достичь нынешнего уровня. Вас беспокоят мышцы спины; правда, на игре это как будто не сказывается — пока, но вы нутром чуете, что рискуете получить травму, если не сойдете с дистанции. Поддадитесь ли вы этому чувству?
В первом примере доверять интуиции явно нельзя. Привлекательная внешность и ласковые слова могут создать иллюзию, что вы хорошо знаете человека, но виртуальные знакомства сильно отличаются от реальных. Теплые чувства, вызванные приятными обликом и речами, могут возобладать над доводами рассудка, но допускать этого не следует.
Во втором случае вывод менее очевиден. Трейдер с пятилетним опытом работы считается экспертом, однако в силу сложности и непредсказуемости рынка акций никакая опытность здесь не поможет. Все свидетельствует о том, что мы не умеем прогнозировать поведение масштабных комплексных систем, а стало быть, любое «нутряное» чувство в данном случае является иллюзией, которую лучше проигнорировать.
Наконец, третий пример: в гольфе, как в большинстве видов спорта, значимый личный опыт действительно имеет огромное значение. Здесь нарабатываются реальные навыки, ситуации доступны для понимания и сравнения человеческим мозгом, а результаты в значительной мере зависят от способностей и тренировок. Таким образом, более десяти лет практики обеспечивают глубокое интуитивное знание как данного вида спорта, так и своего собственного тела. Это тот случай, когда к интуиции стоит прислушаться.
Обучение с умом: зачем нужны знания об эвристических механизмах мышления?
Понимание того, как действуют эвристические правила, приносит двойную пользу как в бытовых, так и в рабочих ситуациях.
Во-первых, зная об упрощенных схемах, которыми наш мозг пользуется в повседневной жизни, вы лучше разберетесь в собственных предпочтениях и усвоите, что они, в определенной степени, не нуждаются в строго рациональном обосновании.
Во-вторых, это знание поможет вам замечать и во всеоружии встречать как намеренные, так и случайные источники когнитивных искажений.
Чтобы противодействовать им, нужно прежде всего перестать суетиться — потратить немного времени на то, чтобы дважды обдумать происходящее и подвергнуть критическому рассмотрению упрощенные схемы мышления, к которым (возможно, неосознанно) прибегли вы сами или другие люди.
Упрощённые схемы мышления приводят к предвзятости подтверждения.
Предвзятостью подтверждения называется склонность людей обращать внимание только на то, что подкрепляет уже имеющиеся представления.
Она характеризует универсальную, присущую всем людям тенденцию использовать новую информацию для подтверждения имеющихся убеждений, но не для того, чтобы их поколебать или опровергнуть.
Предвзятость подтверждения — враг объективности и скептицизма. При этом типе мышления существующие представления воспринимаются как догма, а не как предмет проверки, совершенствования и при необходимости замены вследствие появления новых данных.
Совершенно избежать предвзятости данного вида невозможно. Все мы стоим на определенных исходных позициях — нельзя относиться скептически абсолютно ко всему. Можно, однако, приучить себя к большей осознанности. Постарайтесь мыслить скептически и понимать, где на пути критического суждения может встать предвзятость подтверждения. Понимание того, как действуют эвристические правила, ведёт к выявлению предвзятости.
Искажения вследствие особенностей подачи фактов
Здесь описаны разновидности когнитивных искажений — ошибок, причинами которых являются предсказуемые деформации, вызванные использованием упрощенных схем при принятии решений. Для начала, не задумываясь, ответьте, какой из двух продуктов вы предпочтете купить, если они попадутся вам на глаза в супермаркете.
Думаю, вы заметили, что речь идет об одном и том же продукте, представленном по-разному: говяжий фарш, на 90% лишенный жира; и говяжий фарш, имеющий 10% жира. Однако первая формулировка более привлекательна для покупателей. Это так называемый эффект фрейминга. Как одна и та же картина по-разному выглядит в двух разных рамах, так и информация о содержании жира в фарше оказывает различное эмоциональное воздействие в зависимости от того, каким образом она подается. Как вы вскоре узнаете, люди принимают большую часть решений на основе эмоционального воздействия, а вовсе не анализа статистических данных.
Этот эффект особенно важен, поскольку никакую информацию невозможно представить без тех или иных рамок, и в большинстве случаев вы увидите только один «вариант оформления», а следовательно, не заметите других возможных взглядов на тот же предмет. Рассмотрим на нескольких примерах, как осуществить рефрейминг информации, сделав паузу и сместив акцент. Определите возможные причины фрейминга и рефрейминга в каждом случае.
- Уровень преступности является самым низким за последние 40 лет и в этом году составляет всего 370 преступлений, связанных с насилием над личностью, на 100 000 человек. / Хотя уровень преступности является самым низким за последние 40 лет, в этом году все еще совершается 370 преступлений, связанных с насилием над личностью, на 100 000 человек.
2. В ходе исследования в области образования мы установили, что уровень прогулов у студентов-пятикурсников составляет 10%. / В ходе исследования в области образования мы установили, что посещаемость занятий студентами-пятикурсниками составляет 90%.
3. Один из десяти политиков сообщает, что в его приемную приходят письма с выражением ненависти. / В приемную 90% политиков никогда не приходили письма с выражением ненависти.
4. Надо пробежать еще 10 миль, я ни за что не выдержу всю марафонскую дистанцию. / Я пробежал уже 16 миль и продолжаю движение по марафонской дистанции. Я справлюсь! Эти альтернативы могут казаться очевидными, но большинство людей просто принимают информацию, поданную определенным образом, не замечая, что любой способ подачи предполагает допущения, подчас весьма спорные. Рассмотрите следующие два варианта. Какому из них вы инстинктивно отдадите предпочтение?
Если вы отдали предпочтение второму варианту43, еще раз внимательно перечитайте оба. Они абсолютно идентичны, во всяком случае с точки зрения математики. Каждый дает вам 10% вероятности стать на $95 богаче и 90% — уйти, лишившись пятерки. Мне и самому сложно преодолеть этот мощный эффект.
Тем не менее большинству людей второй вариант нравится больше. Почему? Вроде бы речь идет об одном и том же, но оформление в обоих случаях разное: в первом варианте вы видите, что рискуете потерять деньги при очень небольшом шансе выиграть, тогда как во втором покупаете шанс на выигрыш.
Подобная психологически действенная разновидность фрейминга называется неприятием потери. Это одно из фундаментальных положений теории перспектив, основанной на наблюдениях и описывающей воздействие на людей различных форм воспринимаемого риска, возможных выигрыша и проигрыша.
Теория перспектив, разработанная Даниэлем Канеманом и Амосом Тверски в конце 1970-х гг., сыграла чрезвычайно важную роль в истории молодой науки — поведенческой экономики, принеся своим создателям Нобелевскую премию. Она опровергает стандартную предпосылку экономики, согласно которой люди оценивают риск по конечным результатам, и утверждает, что риск оценивается по психологическому воздействию сопряженных с ним потенциальных проигрышей и выигрышей. Это главным образом и предопределяет принятие решений.
Вероятно, самое ценное открытие теории перспектив заключается в том, что люди острее воспринимают проигрыши, чем выигрыши, — весьма разумная стратегия с точки зрения эволюции — и что выраженное неприятие воспринимаемой потери непропорционально сильно влияет на принятие решения. Что вы предпочтете?
Я подозреваю, что при условии, что вы можете себе это позволить, вы будете испытывать искушение заплатить $20 — за избавление от страха потери. Рационально ли такое поведение? Трудно сказать, поскольку с психологической точки зрения это абсолютно обоснованный шаг — отдать небольшую сумму и освободиться от тревожности, вызываемой риском потерять большую.
Стоит, однако, вспомнить, что на протяжении жизни нам приходится принимать множество подобных решений, и с учетом данного обстоятельства обосновать данный выбор станет сложнее.
Если вы часто принимаете решения такого рода, готовность выложить $20 за страховку при риске 1% означает, что вы потратите 20 × 100 = $2000 на каждую потерю в $1000, на компенсацию которой можете рассчитывать.
Как вы теперь относитесь к приобретению страховки? Все в конечном счете зависит от того, насколько высоко вы цените собственное спокойствие. Отметим, что решение, представляющееся совершенно рациональным и беспроблемным, будучи единичным, оказывается намного менее осмысленным в качестве общей стратегии. Во многом именно этим обеспечивается прибыльность индустрии страхования: ведь там каждая выплата трактуется как однократная возможность устранения риска, а не как последовательность решений протяженностью во всю жизнь.
На другом конце спектра наблюдается связанный эффект в ситуации, когда существует призрачная возможность избежать почти гарантированного проигрыша. Например: Делая в магазине покупки, вы потеряли сумку с $1000 наличными, отложенными на долгожданный отпуск. Вот досада! Если выложить $75 за такси, чтобы как можно быстрее вернуться, то есть очень небольшая, приблизительно 4%, вероятность того, что сумка по-прежнему стоит под скамейкой в парке на другом конце города.
Вы возьмете в данной ситуации такси? Опять-таки, это разовое решение, принимаемое ради собственного спокойствия. Готовы ли вы потратить $75, чтобы получить хотя бы шанс вернуть значительно более крупную сумму? Вполне возможно, что готовы. Ваш порыв легко понять. Разве четыре шанса из 100 найти потерянную $1000 не стоят 75 баксов, тем более что потом вы сможете утешаться тем, что сделали все от вас зависящее?
Тем не менее с точки зрения постоянной стратегии принятия решений этот поступок представляется малообоснованным. В долгосрочной перспективе $75, отданные за 4%-ную вероятность вернуть $1000, означают сумму, примерно равную $1875, отданную за каждую возвращенную $1000. Невыгодная сделка!
Если обобщить вышесказанное, то в целом ситуация выглядит следующим образом:
• люди часто склонны переоценивать (в чисто математическом выражении) возможность устранить небольшой риск проигрыша — этим и кормятся страховые фирмы;
• люди также склонны переоценивать (опять-таки, с чисто математической точки зрения) даже ничтожные шансы избежать почти неизбежного проигрыша — отсюда азартные игры до последнего пенни.
Теория перспектив остается предметом дискуссий и корректировок, не в последнюю очередь касающихся вопроса об истинной причине феноменов, на которых она основывается (в том числе о том, какую роль в наших решениях играют сожаление и предвкушение). В целом это значимый разворот современной экономики к наблюдению за принятием решений реальными людьми, к изучению вопросов о том, как можно способствовать принятию удачных решений либо умело манипулировать людьми, подталкивая их к решениям, желательным для нас.
Предвзятости, вызванные недостаточным пониманием
В 1999 г. психологи Джастин Крюгер и Дэвид Даннинг провели серию экспериментов с участием студентов — слушателей курсов по психологии в Корнеллском университете. Результаты оказались неожиданными. Успешные студенты весьма точно оценивали свой уровень знаний по логике и грамматике, тогда как слабые продемонстрировали устойчивую тенденцию значительно переоценивать его: они считали, что по результатам тестирования вошли в верхнюю треть рейтинга, хотя в действительности попали в нижнюю его четверть.
В чем причина? Авторы также отметили, что, пройдя дополнительное обучение в сложных для себя областях, отстающие студенты стали более ясно осознавать собственное отставание. Иначе говоря, люди, знающие в любой предметной области слишком мало, практически не способны заметить, что им не хватает знаний, поскольку не представляют объема информации, которой не владеют. Нужно достичь определенного уровня, чтобы увидеть, как много тебе еще предстоит узнать.
В основе данного феномена, который в честь первооткрывателей был назван эффектом Даннинга‒Крюгера, лежит тот факт, что, не обладая определенным уровнем навыков и способностей, человек не может объективно сравнивать себя с другими. Пока этот уровень не достигнут, мы склонны переоценивать собственные возможности. Невежество приводит к самоуверенности, тогда как взвешенная самооценка обеспечивается самоотверженной наработкой навыка.
Если бы этим все представления психологии об опыте и исчерпывались, то можно было бы жить спокойно, руководствуясь постулатом: люди компетентные оценивают себя реалистично и только в отношении тех, кто даже не понимает, что ничего не знает, нужно быть настороже. К сожалению, не менее распространен и другой эффект, также подкрепленный экспериментальными свидетельствами.
Так называемый эффект сверхуверенности описывает мощную психологическую тенденцию относиться к своим суждениям с большим доверием, чем они того заслуживают. В классическом исследовании, проводившемся на протяжении 1968/69 учебного года, специалисты по принятию решений Марк Альперт и Говард Райффа предлагали студентам Гарварда приблизительно оценить различные показатели — производства куриных яиц в США в определенном году и объема импорта легковых автомобилей до сборов за проход судов по Панамскому каналу и, количества докторантов в Гарвардской школе бизнеса49.
Поскольку студенты не располагали подобной информацией, им предлагалось указать вероятные пределы каждой величины, например: с вероятностью 98% правильный ответ лежит в таком-то интервале. Для начала попробуйте сами пройти этот тест. Для каждого из следующих вопросов задайте интервал, к которому, как вы почти — если быть точным, на 98% — уверены, относится правильный ответ.
Поскольку с тех пор прошло уже около 50 лет, оценить эти показатели вам будет еще труднее, чем студентам 1968/69 учебного года. Так что следует быть максимально осторожным в оценках и задать как можно более широкие рамки. А теперь посмотрите верные ответы.
Как ваши успехи? Если вы принципиально не отличаетесь от студентов, когда-то проходивших этот тест, то, скорее всего, хотя бы один результат выпадает из установленных вами рамок. Как оказалось, реальные данные не укладывались в заданные студентами интервалы вовсе не в 2% случаев (как должно было быть, поскольку они претендовали на 98%-ную точность), а в 40% — то есть уровень ошибок оказался в 20 раз выше заявленного.
О чем это свидетельствует? Как многократно подтвердили последующие исследования, людям свойственно неоправданно доверять точности своих прогнозов, и эта
самоуверенность проявляется практически в любой сфере, где человек почти не сталкивается с репрезентативной выборкой чужих результатов, будь то вождение автомобиля, кулинария, предпринимательство или секс.
Кто же особенно этим грешит? Эксперты. Эксперт способен спрогнозировать результаты в своей сфере, но его самоуверенность не ограничивается областью собственного опыта. Человек, по праву считающий себя весьма компетентным в одной области — например, досконально знающий макроэкономическую теорию, — чаще, чем неспециалист, испытывает необоснованную уверенность в других.
Только вспомните, сколь часто, например, популярного писателя или актера спрашивают, что он думает по поводу чего-либо, в чем совершенно не разбирается, и знаменитость принимается уверенно рассуждать, скажем, о политике или международных благотворительных организациях! Мало того, нередко и эксперты делают прогнозы в областях столь непредсказуемых (например, изменение цен на нефть или отдаленные геополитические тенденции), что единственным честным ответом в данной ситуации было бы заявить: «Мы не можем этого знать!» Однако никакие слова не даются труднее человеку, профессиональная обязанность которого — казаться увереннее остальных.
Одним из самых полезных, на мой взгляд, материалов по когнитивным искажениям является «шпаргалка», созданная блогером Бастером Бенсоном, в которой основные искажения распределены по четырем категориям. Это великолепное мини-пособие поможет вам осмыслить собственную деятельность, привычки и образ мыслей. Привожу свое резюме основных моментов памятки Бенсона, более подробный ее вариант можно найти в интернете.
- Информации слишком много, поэтому мы склонны обращать внимание только на существенные изменения, бросающиеся в глаза моменты, повторы и подтверждения своих убеждений.
2. Смысла слишком мало, поэтому мы склонны заполнять пробелы паттернами, обобщениями, допущениями, упрощениями и проекциями своих нынешних представлений.
3. Времени недостаточно, поэтому мы склонны предполагать, что правы и компетентны, что самое простое или доступное является наилучшим, а начатое необходимо доводить до конца.
4. Запомнить или отследить все невозможно, поэтому мы избирательно вспоминаем собственный опыт, делаем обобщения на основе примеров и архетипов и используем свою память в качестве инструмента.
Важно отметить, что научная база наблюдений, описанных в этой главе, продолжает развиваться, что это тема активной полемики и я лишь прошелся по верхам. Не считайте данные отрывочные сведения полноценным описанием основ человеческой природы. Это не более чем краткий обзор исследований, проводившихся в последние десятилетия, и отправная точка вашего собственного углубленного изучения проблемы: ее надо осмыслить и прочитать соответствующую литературу.
Резюме
Тщательное, глубокое осмысление чего-либо требует времени и сил, поэтому люди в процессе эволюции привыкли пользоваться огромным массивом неосознанных, по большей части инстинктивных, основанных на эмоциях приемов, позволяющих выносить быстрые и в целом верные суждения.
Мы называем когнитивные упрощенные схемы, обеспечивающие быстрое принятие решений и оценку ситуации, эвристическими правилами. Обычно они предполагают замену сложного вопроса другим, допускающим быстрое простое решение.
Особенно интересны и широко представлены в литературе по поведенческой экономике — относительно новой области знания, использующей методы и открытия психологии для изучения (путем экспериментов и наблюдений) принятия решений в реальной жизни, — четыре типа эвристики.
- Аффективная эвристика представляет собой тенденцию использовать силу положительного и отрицательного эмоционального отклика в качестве основы для принятия решения.
2. Эвристика доступности отражает непропорционально сильное влияние любой информации, вспоминающейся без усилий, на принятие решения или оценку возможных вариантов.
3. Эффект закрепления связан с нашей склонностью при суждении опираться на изначальные ценности или взгляды, пусть даже не связанные с предметом рассмотрения.
4. Эвристика репрезентативности заставляет нас отдавать предпочтение убедительности какой-либо истории или характеристики в ущерб оценке ее вероятности.
Научившись понимать эвристику, управляющую мышлением в обыденных ситуациях, мы сможем изучать человеческий опыт, основываясь на реалистических оценках формирования суждений. Это также поможет нам замечать как сознательные манипуляции, так и случайные источники ошибок и успешно противодействовать им.
В большинстве случаев эвристические методы эффективны и надежны в повседневных ситуациях, особенно связанных со знакомыми людьми и привычными делами.
Если они приводят к ошибкам, то, значит, имеет место когнитивное искажение — предсказуемая деформация суждения или умозаключения. В частности:
• эффект фрейминга — различное восприятие одной и той же информации в зависимости от способов ее подачи;
• рефрейминг — сознательный выбор иного способа подачи информации с целью изменения акцента, созданного изначально заданными рамками восприятия;
• неприятие потери — поскольку потеря от проигрыша воспринимается острее, чем эквивалентное приобретение вследствие выигрыша, люди склонны избегать ситуаций, ведущих к потенциальному проигрышу;
• предвзятость подтверждения — склонность обращать внимание только на то, что подкрепляет имеющиеся представления, и игнорировать или пытаться оспорить опровергающие их свидетельства;
• эффект Даннинга‒Крюгера — склонность людей, не имеющих знаний или навыков в определенной области, значительно переоценивать свои возможности и испытывать, вследствие собственного невежества, необоснованную самоуверенность;
• эффект сверхуверенности — склонность, присущая большинству людей, в особенности экспертам, при выходе за рамки своей области, демонстрировать излишнюю уверенность в собственных суждениях и способностях.
_____________________________________________________________________________________
Это была статья Тома Чатфилда, опубликованная на сайте автора.