«Здесь нас впервые поняли» — история Юлии Т.
В «Шередаре» Юлия впервые за долгое время почувствовала, что её боль важна. Что об этом можно и нужно говорить. Что есть люди, которые готовы слушать и понимать.
«Я хотела, чтобы меня услышали»
«Когда поступило предложение о семейной реабилитации в “Шередаре”, я не раздумывая заполнила анкету, — рассказывает Юлия. — Мне было очень тяжело морально и физически. В новом городе мы столкнулись с непониманием. Нам говорили: “Зачем вы сюда приперлись? Езжайте домой”. А объяснять каждому, что наш дом разрушен, город разбит... Они не могли себе этого даже представить».
Юлия с семьёй — из Артёмовска (Бахмута). Они долго не хотели уезжать, думали: ещё немного — и всё закончится. Уехали после того, как женщина попала под третий обстрел. «Транспорт уже не ходил, я шла к маме, услышала выстрел. Мужчина сзади крикнул: “Ложись!” Я упала под бордюр — произошёл взрыв: посыпались камни, стёкла. Я долго не могла встать, а когда встала, смотрю: мужчина уже мёртв. Очень долго не могла прийти в себя, тряслись руки».
Утром они быстро собрали вещи и, когда закончился комендантский час, выехали с одной сумкой, оставив всё, что было нажито годами.
На границе стояли 5 суток: было очень много машин. Еды не было, только на третьи сутки нашлись добрые люди, которые пустили в дом и накормили детей.
«Я спасала детей, но чувствовала вину перед родными. Родители не захотели бросать дом: остались, попадали под обстрелы, сидели без света и воды, однажды маму заблокировало в доме. Но даже после этого она не хотела уезжать. И тогда сестра поставила ультиматум: “Или мы уезжаем, или остаемся и вместе переживаем этот кошмар”».
Родителей мужа, к сожалению, спасти не удалось: они погибли при штурме города.
«Часто снится, будто я дома»
«Мы верили, что вернёмся. Дети просились домой: там остались их велосипеды, игрушки, вся прежняя жизнь. Я обещала: “Скоро поедем”. Несколько раз собирали вещи. Но когда начался штурм города, стало ясно: ехать нам некуда. Город наш разбит. Дома наши взорваны. Прежней жизни уже не будет».
Не хватает родных стен, города, любимой работы. У нас был семейный бизнес — два продуктовых магазина. Это была моя отдушина.
Здесь всё по-другому. Иногда вижу в магазине вещь — и вспоминаю: у меня такая была. Какая-то мелочь, самые обычные вещи, но твои: тарелки, сковородки, баночки какие-то, любимая кровать, подушка.
Часто снятся сны, будто я дома. Вздыхаю с облегчением: “Слава богу…” Просыпаюсь — а мы в чужой квартире. Даже фотографий не осталось — свадебных, с роддома, бабушкиных...»
«В “Шередаре” я смогла раскрыться»
В «Шередаре» Юлии показали, что можно достигать своей цели и ничего не бояться. А ещё — хотя бы ненадолго — вернули забытое ощущение дома:
«Очень понравилось всей семьёй кататься по лесу на лошадях. Я в детстве много каталась на лошадях, люблю этих животных, они замечательные, такие сильные. Когда я в “Шередаре” села на лошадь, словно вернулась в прошлое.
Мне не было стыдно на мастер-классах: там были такие же, как я. Я знала, что здесь меня поймут и не осудят. Когда делала свечу, впервые за долгое время расслабилась. Теперь зажигаю её дома — вспоминаю те тёплые моменты. И мне становится легче на душе, спокойней».
В «Шередаре» женщина не только расслабилась, но и преодолела свой страх:
«Выход на сцену стал для меня настоящим испытанием. Я всегда боялась выступать перед публикой, а тут еще яркий свет софитов, — его резкие вспышки невольно напоминали мне взрывы. В первые мгновения хотелось упасть на пол и закрыть голову руками, будто снова попала под обстрел. Руки дрожали, ноги подкашивались, голос срывался... Но мы справились. Вместе преодолели и этот страх».
Когда организм кричит о помощи
«Я долго держала всё в себе — пока организм не начал кричать о помощи. Болела вся правая сторона, тряслись руки, дрожали ноги, были истерики — я уже не могла говорить. Врачи разводили руками: “Ничем не можем помочь”. Психолог в ПВР удивилась: “Неужели там действительно такое происходит?”
В “Шередаре” я впервые поняла: моя история важна. Не нужно бояться говорить о боли. Есть люди, которые не будут смотреть с недоверием или говорить: “Возьми себя в руки”. Они просто были рядом — и этого оказалось достаточно». Спокойная обстановка расслабляла, успокаивала, и напряжение уходило «само собой».
Сейчас семья Юлии живёт в Балашихе. Старший сын адаптировался к новой школе, муж нашел работу. А коллаж, созданный в «Шередаре», теперь висит у них на холодильнике. Юлия смотрит на него каждый день и вспоминает не только радость, пережитую в лагере, но и то тёплое чувство защищённости, которое дарит настоящий дом. Однажды они создадут такой уют снова.
