То, что мило сердцу моему.

Шумные ветви — «ЖИВОЕ» (06.06.2026)

… За целым семипесенным альбомом стояла всего одна мечта. В своём блоге, посвящённом творческому пути проекта, фронтмен Андрей «Воли и Волны» говорит, что мечта создать проект в жанре атмосферик‑блэк‑метал жила в нём больше десяти лет. Дальше вступает в силу принцип, которому лично я пыталась придерживаться всегда, потому что он кажется единственно верным: если хочешь сделать что‑то хорошо — бери и делай это сам, невзирая на преграды на пути. А их, по словам Андрея, было множество: от нехватки мощностей железа до проблем со сведением.

Тем не менее идея проекта привлекла и других музыкантов, так что «ЖИВОЕ» не превратился в очередной one‑man‑band‑релиз. Если вы посмотрите в кредиты альбома, то обнаружите команду из четырёх человек. А ещё к этому же альбому был почти сразу выпущен клип, главную роль в котором сыграла супруга Андрея. На съёмочной площадке присутствовала и их маленькая дочь, что превращает работу в настоящий семейный подряд. И от этого становится очень тепло, невзирая на то, что сам жанр вообще не располагает к сантиментам.

Концептуально релиз подаётся как «дорожный дневник» от сибирских просторов к уральским хребтам. Тексты и атмосфера пропитаны образом древнего леса, населённого духами и колдовством, отголосками забытого времени. И действительно, если обратиться к ряду источников, то обнаружим, что Тюменская область — кладезь мифов: от легенд Гилёвской рощи до преданий коренных народов, например хантов. На такой благодатной почве не вырасти чему‑то, подобному «Живому», кажется просто нереальным.

«То, что мило сердцу моему».
Открывающая альбом композиция — это своеобразный манифест связи с родной землёй и природой. Начало путешествия, где герой буквально отождествляет себя с ландшафтом и будто стремится запечатать в сердце перед долгой дорогой милые образы: эхо синевы, проблеск солнца, трепет листьев. Но здесь очень много и сакрального: это место загадывает загадки и в то же время даёт ответы.

«Созвучная дождю тоска» пронизана тревогой и беспокойством. Родной край оставлен позади, а на путника обрушиваются дождь и гроза. Но тоска здесь не что‑то разъедающее и травмирующее — скорее, это некий ритуал очищения, когда ливневыми потоками смоет запах родных мест и душа станет чиста для нового, пройдя через стихию.

А дальше, обсохнув, скиталец доходит до загадочных спящих мегалитов. Это обломки забытых знаний, кружащие голову притягательной, но зловещей мощью. Эти истёртые временем молчаливые свидетели минувшего спокойно взирают на человека, жизнь которого слишком скоротечна, чтобы хотя бы запомнить его в лицо. Меж тем этот «несчастный муравей» уйдёт дальше, навсегда очарованный непостижимой древней силой.

Вместе с героем поднимаемся всё выше по кряжистому Уралу, уходя прочь от привычного, по следам предков, чтобы забраться на самую вершину и оттуда увидеть весь мир как на ладони, найти ответы на вопросы о незыблемом вечном, затеряться в облаках и дышать так, чтобы разреженный воздух хоть сколько‑то напитывал лёгкие, привыкшие к жизненному копошению «в низинах». И в этом состоянии, когда мысли такие же кристально чистые, как воздух вокруг, приходят сны об ушедших городах и революциях, о городе верхнем, где «пылает огонь», а история ускользает, как дым из печей, растворяется, как отражение в окнах.

И главное — не заплутать в этих снах, ведь «зима приходит рано». Казалось бы, ответы уже есть, но их недостаточно; когда за спиной многие километры истоптанных подошв, жизнь буквально останавливается, агонизируя. «Когда зима приходит рано» — одна из самых хрупких и уязвимых композиций со своим образом птицы со сломанными крыльями. Но зима циклична, холодный сон не вечен: нужно только дождаться, пока тяжёлое колесо времени, скрипя, сделает очередной оборот и пробудится жизнь.

Когда слушаешь альбом впервые, тяжело вникать в тексты, потому что музыка действительно очаровывает, несмотря на огрехи сведения. Разумеется, это вкусовщина, и, на мой взгляд, сведение звучит «глуховато»: ему не хватает объёма, чтобы полностью окутать слушателя. Но кто‑то найдёт в этом свой шарм, потому что пластинка звучит как любимая старая кассета — чуть затёртая, будто потерянная на перевале среди жёсткой травы, борющейся за выживание, пробивающей корнями трещинки в вековых скалах, лишь бы добраться до драгоценной влаги.

Таким же, как будто бы несовершенным, но не менее красивым от этого видится и клип на композицию «Созвучная дождю тоска». Включая его, словно переносишься во времена, когда в России только‑только начали появляться различные поджанры блэка и видеоролики к ним. Разумеется, если бы у группы было больше технического оснащения и штат профи, работа получилась бы не просто «вайбовой» с «заделом под старину», но и максимально глубоко передающей атмосферу песни, о которой мы поговорили выше.

Тем не менее «ЖИВОЕ» — это то, что хочется переслушивать: под настроение и без него — для настроения. Прошаренные критики скажут, что всё это не ново и где‑то уже они это слышали. Пусть так. Но, как мне кажется, иной раз важно не думать судорожно о том, что скажут другие, а идти вперёд к своей мечте. Особенно трогает то, что этот альбом — подарок любящего отца дочери, о чём Андрей, не таясь и не натягивая на лицо маску брутального пафоса, говорит в своих дневниковых записях.

Интересно, станет ли это её любимой пластинкой, когда девочка вырастет?