Уровень жизни в Российской Империи ;часть вторая
В прошлой части мы затрагивали тему классического вычисления уровня жизни ( подсчёт индекса цен и динамика зарплат ) в Российской Империи.
Сегодня мы приступим к изучению питании горожан в Российской Империи. Питание можно назвать своеобразным вычислителем уровня жизни. Думаю, каждый человек, увидивший большое потребление продуктов питания и их обширное разнообразие в стране поймёт, что население данной страны живёт вполне хорошо. Аналогичный анализ мы проведём исследуя питание в Российской Империи.
В 1840–1850-е гг. губернские статистические комитеты стали собирать и публиковать сведения о потреблении продовольственных продуктов в отдельных губерниях, что позволяет нам узнать потребление отдельных продуктов питания.
Обычно в источниках приводятся данные о потреблении на душу населения, но все физиологические расчеты делаются для взрослого мужчины. Вследствие этого необходимо определить коэффициенты для перехода от абстрактной души к взрослому мужчине, к так называемому полному едоку. Для перехода от одного абстрактного человека к взрослому мужчине, учитывая половозрастной профиль населения, различие физиологических потребностей в энергии, во второй половине XIX — начале ХХ в. принимается коэффициент 1,41.
Это означает: взрослому мужчине в середине XIX в. требовалось энергии примерно на 40% больше, чем «среднестатистической» душе. Умножив среднедушевое суточное потребление (2988 ккал) на 1,4, получаем 4183 ккал, что примерно соответствует потреблению взрослого мужчины — это удобно для расчетов, которые, как правило, основываются на потребностях взрослого мужчины.
Выясним теперь, насколько это соответствовало физиологической норме. В начале ХХ в. суточная потребность в энергии у взрослого мужчины в возрасте 18–60 лет весом 65–70 кг при полном покое оценивалась в 1800 ккал, при относительном покое — 2300 ккал, при легком труде — 2500 ккал, при умеренном — 3500, при тяжелом — 4000, при очень тяжелом труде — 4500 ккал 15. В середине XIX в. нормальный трудовой день у трудящихся, например у рабочих, продолжался 11–13 часов и был связан с физической работой, слабо обеспеченной механизацией. Поэтому примем за суточную норму 4000 ккал, покрывающую потребность в энергии мужчины, занятого тяжелым физическим трудом. Однако В году число рабочих дней, когда требовалось сильное напряжение, не превышало 290, в остальные, праздничные и выходные, дни предполагаем умеренный труд, когда потребность в энергии составляла около 3500 ккал. Отсюда следует: суточная потребность работающего мужчины равнялась 3898 ккал, значит, «средний» горожанин потреблял такое количество продуктов, которое обеспечивало его энергией для с о вершения тяжелой физической работы в течение рабочего дня круглый год.
Как показывают расчеты, с количественной стороны питание низшей, не говоря уже о средней и высшей группах, являлось достаточным, так как на взрослого мужчину в низшей группе приходилось в день около 3986 ккал (2847 х 1,4), в средней — 5285 ккал (3775 х 1,4), в высшей — 5531 ккал (3951 х 1,4). Для ответа на вопрос о достаточности или недостаточности питания с качественной стороны сопоставим научно обоснованные и действительные нормы потреблении . Можно заключить: питание городского населения в середине XIX с энергетической точки зрения было удовлетворительным. [1]
Имеющиеся конкретные данные о питании в середине XIX в. это подтверждают. В 1850–1857 гг. С.-Петербургское мещанское общество кормило на кухне мещанской богадельни рабочих, нанятых для очистки площадей и тротуаров. На каждого рабочего в день отпускалось (фунты и золотники переведены в граммы): хлеба печеного — 1229 г, говядины или рыбы вареной и снетков — 231 г, масла постного — 13 г, масла топленого — 17 г, гороха — 205 г, муки для щей — 21 г, крупы гречневой для каши — 128 г, капусты — 246 г, картофеля — 283 г, лука — 188 г, грибов сухих — 34 г, соли — 26 г . Все продукты давали рабочему 4584 ккал 19, что соответствовало суточной потребности взрослого мужчины, занятого тяжелым физическим трудом. [2]
Французский социолог Ф. Ле-Плэ, восемь раз посещавший Россию с целью изучения положения населения, оставил записки, в которых привел сравнительные данные о питании русских и зарубежных рабочих . Они свидетельствуют о предпочтительном положении русских. К аналогичным выводам пришел известный немецкий исследователь А. Гакстгаузен, утверждавший: русские рабочие — самые благополучные в Европе. [3]
Однако самое главное изменение пореформенного времени состояло в том, что потребление понемногу улучшалось, соответственно с ним и размеры тела. 372 эксперта, приглашенные в Комиссию для исследования «нынешнего положения сельского хозяйства в России» (далее — Комиссия 1872 г.) в 1872–1873 гг., ответили на 68-й вопрос анкеты о пище крестьян и сельскохозяйственных рабочих после крестьянской реформы.
Улучшение питания крестьян отметили 40,1% респондентов, некоторое ухудшение — 9,1% и 50,8% не заметили изменений, в частности не отметили роста потребления мяса. Позитивная тенденция более проявилась в центральных черноземных, украинских, а также в белорусских и прибалтийских губерниях. [4]
Погубернские отчеты комиссии говорят следующие[5][6][7][8]:
«Пища крестьян стала лучше: сало, баранина, домашняя птица в постоянном употреблении; зажиточные крестьяне начинают употреблять чай» (Воронежская губ.).
«Пища крестьян вообще улучшилась. Молоко, творог, масло и сало они почти повсеместно употребляют сами» (Волынская губ.)
«Потребление мяса крестьянами с начала шестидесятых годов значительно увеличилось. Плохой хозяин кормит двух свиней для своего продовольствия; для этой же цели и для овчин содержатся овцы, а зажиточные крестьяне нередко употребляют в пищу и мясо собственного рогатого скота. Молоко употребляется в летнее время ежедневно. Количество содержимого крестьянами скота удвоилось. Из покупных припасов в большом ходу соленая рыба» (Могилевская губ.)
«В последние 15 лет пища работников улучшилась, и употребление мяса увеличилось; впрочем, употребляется больше рыба соленая» (Эстляндская губ.)
«В некоторых местностях пища крестьян улучшается, и потребление мяса увеличивается, в других же этого улучшения не замечается» (Тверская губ.)
Из данных таблицы выше следует, в 1896–1915 гг. крестьяне в целом получали в день 2952 ккал на душу, в переводе на взрослого мужчину (при поправочном коэффициенте 1,4) — 4133 ккал, что являлось достаточным для совершения тяжелой физической работы в течение дня круглый год. Известный эксперт по питанию начала ХХ в. С. А. Клепиков определяет калорийность питания взрослого крестьянина в 4501 ккал. [9][10]
Сделанные наблюдения над питанием можно проверить на данных о весе или об индексе массы тела: индекс равен отношению веса, выраженного в килограммах, к квадрату роста, выраженного в метрах. Индекс менее 18 свидетельствует о недостаточном питании, в диапазоне от 18 до 24 — о нормальном питании и более 24 — об избыточном питании
У детей, подростков и юношей масса тела соответствовала норме: оптимальный индекс массы тела для детей несколько меньше, чем для взрослых, — 17–20. [11]
Во всех ростовых группах индекс массы тела находился в зоне нормы, следовательно, питание было нормальным во всех возрастных группах. В интервале 161–170 см удлинение тела на 1 см увеличивало вес примерно на 0,7 кг. [12]
В целом с 1811–1820 гг. по 1911–1920 гг. прибавка в весе происходила более интенсивно, чем в росте, — соответственно 7,4 кг и 4,1 см, благодаря этому индекс массы тела повысился на два с половиной пункта — с 21,8 до 23,3. При этом даже в годы уменьшения веса индекс массы тела не опускался ниже 21,4.[13]
[1] — Подсчитано по Кабо Р. М. «Потребление городского населения» С. 50–51.
[2] — Покровский А. А. «О питании» стр. 335-359
[3] — Гакстгаузен А. «Исследование внутренних отношений народной жизни и в особенности сельских учреждений России» стр. 97–98
[4] — Доклад Комиссии 1872 г. Приложения. I. Отд. 1. С. 238.
[6] — Там же. С. 245.
[7] — Там же. С. 247.
[8] — Там же. С. 225.
[9] — Клепиков С.А. «Питание русского крестьянина» стр. 4.
[10] — Ливрон В. «Статистическое обозрение Российской империи» стр. 81, 83, 91. 98.
[11] — «Методические указания по нормативам физического развития детей г. Москвы от рождения до 17 лет»
[12] — Миронов Б. Н. «Социальная история России»
[13] — Прозоров Г. Г. «О влиянии поста на вес и рост детей//Протоколы заседаний общества русских врачей в С.-Петербурге»
