Каким может быть цвет парусов
Цвет парусов на парусниках XVII–XIX веков значительно отличался от привычного нам белого. Он зависел от материала, доступности сырья и даже национальной принадлежности корабля . Вопреки романтичным описаниям в литературе, белый цвет был скорее исключением, а не правилом.
Основным фактором, определяющим цвет, был, конечно, исходный материал. Парусину не красили специально, а использовали ткань того цвета, какой она получалась после обработки волокон.
Выбор тканей для парусины был ограничен.
Пенька (конопля): давала зеленоватый оттенок. Пеньковая парусина была самой доступной и дешевой. В Российском флоте, вплоть до эпохи Николая I, паруса были именно такими — от грязно-желтого до зеленовато-серого цвета . Пенька высшего сорта могла иметь серебристо-серо-зеленоватый цвет .
Лён: цвет варьировался от серого до коричневого. Льняные паруса были прочнее и легче пеньковых, но и дороже. Они имели натуральный светло-серый цвет, который мог темнеть и приобретать коричневатые оттенки от погоды и пропиток .
Хлопок: единственновозможный белый цвет. Хлопковые паруса начали широко применять американцы с 1830-х годов. Именно они и были по-настоящему белыми или с легким голубоватым оттенком, так как хлопковое волокно само по себе светлое.
Существовало несколько причин, по которым моряки не стремились к белоснежности парусов:
- Защита от гниения и соленой воды. Ткань пропитывали специальными составами, которые продлевали срок службы парусов, но неизбежно меняли их цвет. Испанцы, например, вымачивали лен в красителях, что давало грязно-желтый оттенок . Рыбаки в разных частях света практиковали «дубление» — вываривание парусов в смеси дегтя, жира и коры, после чего они становились от красновато-кирпичных до темно-коричневых.
- Экономия и доступность. Флоты стран с ограниченным доступом к качественным материалам искали замену. Например, у голландцев и французов паруса были "грязно-белыми", так как они использовали отбеленную льняную ткань с примесью дорогой для них пеньки.
- Выцветание. Со временем под палящим солнцем и солеными брызгами паруса выцветали. Конопляный парус, например, мог выцвести почти до белого цвета, что часто было признаком его износа и скорого разрушения. Так что Лермонтов, писавший "Белеет парус одинокий", вполне мог описывать реальную картину — старый, выгоревший парус рыбацкой лодки.
Таким образом, вместо одного «парусного» цвета существовала целая палитра, отражавшая практичность, экономику и технологии своей эпохи.
Если говорить о цвете парусов в российском флоте, он определялся не столько военной доктриной, сколько экономикой и доступностью материалов.
Парусина почти всегда сохраняла свой естественный, «природный» цвет. И до самой середины XIX века этот цвет был... зелёным, поскольку Россия была крупнейшим производителем и экспортером пеньки, её было гораздо больше, чем льна.
Цвет же парусов, который чаще всего можно увидеть на картинах XVII–XIX веков, будет зависеть от столетия и художественной школы. В этом вопросе есть четкая эволюция: от сумрачных, «грязных» тонов старых мастеров к романтическому свету и белизне у художников XIX века.
Можно выделить два основных подхода к изображению парусов, которые хронологически сменяли друг друга.
- Голландская школа XVII века (темные и приглушенные тона)
Художники «Золотого века» Голландии стремились к документальной точности. Они писали море таким, каким его видели — суровым, а паруса — пропитанными солью и временем .
Их палитра — это оттенки серого, коричневого, охристого и зеленого .
Они не «причесывали» реальность. Паруса на их полотнах выглядят тяжелыми, часто темными от непогоды или, наоборот, выцветшими и выгоревшими. Это был реализм без прикрас. Например, на картине Антониса Арта 1617 года цветовая гамма именно такая — приглушенная и суровая . Если бы они рисовали русские пеньковые паруса, они бы точно передали их зеленоватый оттенок.
- Романтизм и реализм XIX века (светлые и белые тона)
В XIX веке, особенно с приходом романтизма, подход изменился. Художники, вдохновленные в том числе и появлением белых хлопковых парусов, стали изображать их более светлыми и поэтичными.
В палитру активно входят белила, светло-серые, голубоватые и жемчужные тона, а паруса превратились в важный элемент, отражающий свет и небо. Они стали символом свободы и романтики моря.
Например, Лев Лагорио (ученик Айвазовского) в 1840-х годах использовал белила для придания реалистичности объему парусов .
Поль Жан Кле в 1869 году писал паруса в мягкой, импрессионистической манере, используя оттенки серого, синего и белого .
Архип Куинджи наполнял свои морские пейзажи светом, и его парусник на спокойном море выглядит почти невесомым.
Русская маринистика XIX века, безусловно, следовала общеевропейской традиции. На полотнах Айвазовского, Лагорио и других мастеров паруса, как правило, светлые, белые или жемчужно-серые. Они служат главными "светоотражателями" в картине, создавая то самое романтическое настроение .
Хотя мы знаем, что реальные российские паруса из пеньки были зеленоватыми, на парадных картинах они обретали более благородный, светлый вид. Художники XIX века изображали не столько «пеньку», сколько поэзию моря.
Таким образом, моделист имеет достаточно большой выбор цветов и оттенков для окраски парусов:
— зеленовато-серый, болотный или грязно-зеленый оттенок,
— серый, бежевый, грязно-серый, грязно-белый,
— красно-кирпичный, темно-коричневый,
— светло-желтый до почти оранжевого.
В. Мондфельд в книге «Модели исторических кораблей» пишет примерно о таких же цветах:
Цветом паруса были от очень светло-желтой охры неотбеленной парусины через бесконечное разнообразие серой и желтоватой охр вплоть до более или менее яркого красного, включая от красно-коричневого до коричневого цвета дубленых парусов.
О своих попытках получить нужный оттенок парусов для моделей подробно расскажу в следующей статье.
_________________________________________
Александр Загорулькин