По тропе Золотого леса

Сотни дорог соединяли королевства, стелились в самые далёкие и забытые уголки карт и были готовы стать верным другом тому, кто ищет своё счастье. И уже который день выбивали пыль из троп и тропинок копыта статных жеребцов. Наездники не гнали их во всю прыть, но и останавливаться давали редко. Может, потому что до конца не знали, какова их конечная точка путешествия?

Вечер медленно опускался на мир, и путники остановились в охотничьем домике, который сейчас пустовал. Пока один юноша остался снаружи устраивать лошадей, второй осторожно зашёл внутрь. Мало ли что могло ждать внутри? Впрочем, там были только пауки в углах и немного запылённая мебель. Отбросив в сторону все манеры, Теодор плюхнулся на ближайший стул и обвёл взглядом скудную обстановку. Ему уже не привыкать, но всё же хотелось быстрее вернуться обратно в замок. Лучше уж слушать бесконечное «Ваша Светлость», чем ещё неделю трястись в седле. Но было нечто, что заставляло его двигаться дальше.

Маркиз был влюблён. Окончательно и неоспоримо. С женитьбой его, как среднего в семье, не подгоняли, но он сам под предлогом отыскать ту самую покинул дом и теперь ехал по стране в сопровождении напарника по детским играм и занятиям.

— Всё ещё не отказываешься от этой сумасшедшей идеи? — спокойно спросил Кристиан, прикрывая дверь. — Может, и не существует её вовсе, этой девушки?

— Нет, друг мой, — юноша усмехнулся и слегка коснулся узора на нагрудном кармане. — Я верю, что она существует.

— Странные вы люди — влюблённые, — пробормотал Кристиан.

Теодор прикрыл глаза. Он не мог винить друга, который ещё не испытывал подобного чувства и поехал просто за компанию. Оба не наследники, маркиз и граф были почти неразлучны, и только лучшему другу Тео мог доверить в полном объёме тайну, что связана с его возлюбленной.

— Ты уверен, что мы едем в нужном направлении? — уточнил Кристиан во время ужина.

— Абсолютно, — ответил маркиз и для убедительности энергично кивнул. — Я ведь уже говорил тебе, что подсознательно чувствую направление.

Его друг только головой покачал. Теодор взъерошил короткие каштановые волосы и глянул в окно. Солнце последними лучами золотило небосвод, и этот свет был похож на её волосы. Или всё же такого цвета были глаза?

Сон пришёл почти мгновенно, и юноша улыбнулся, привычно осматривая окружающий его пейзаж. Казалось, вся природа вокруг была пронизана золотыми нитями, которые окрашивали кору, листву и траву в один оттенок. Листья тихо звенели от любого дуновения ветра, а опавшие — шелестели под ногами. Все эти звуки были знакомы Теодору уже давно, и он наслаждался ими. Шёл вперёд, пока снова не увидел её. Улыбнулся. Золотыми у неё были как волосы, так и глаза, она казалась воплощением леса, его частью, сердцем. Девушка неслышно подошла ближе, но между ними всё ещё была невидимая стена. Незнакомка протянула руку, и по её губам юноша прочитал короткую мольбу. Слегка кивнул.

— Да. Я спасу тебя.

Почему она хотела покинуть этот лес? Теодор не знал, но дал себе обещание помочь. Ветер подхватил листья с земли, и их танец скрыл девушку, а через несколько секунд она пропала вместе с невидимой стеной. Стараясь задержать видение, юноша рванул вперёд, но поймал руками только воздух. Он снова был один в чудесном золотом лесу до пробуждения.

Только Кристиан знал, что маркиз видел свою единственную лишь во снах и следовал за сердцем, без карт и указателей. Узнали бы родители — точно не отпустили бы из замка даже на шаг, слишком уж несерьёзной звучала настоящая история «знакомства». Потому и пришлось выдумывать иное объяснение и причину, и легенда даже не звучала, как ложь.

Новое утро Теодор встретил с мыслью: он совсем недалеко от своей цели. Эта мысль не исчезала, и задумчивый вид маркиза вскоре заметил его друг. Когда же Тео поделился ощущениями, Кристиан едва слышно выдохнул, но тут же нахмурился. По обыкновению, рассуждать начал вслух:

— Найдёшь ты свою красавицу, а дальше что? Голоса её ни разу не слышал, о характере ничего не знаешь. Не кажется тебе слишком рискованной затеей идти наугад?

Теодор молча посмотрел вдаль и дёрнул поводья, заставляя коня идти медленнее. В чём-то друг был прав, да и сам юноша думал об этом. Да, он идёт спасать идеальный образ из своих снов, зная о нём почти что ничего. Рискованно? Очень. Однако…

— Когда кто-то так отчаянно ищет помощи, пробираясь в сны, можно ли не отвечать на зов? Она ждёт меня, и мне не хочется её разочаровать. С остальными проблемами буду разбираться, когда они появятся.

Решив так, юноша снова перешёл на галоп. До конца дня ему хотелось добраться до хоть какого-то поселения.

— Надеюсь, когда я найду себе спутницу, наше знакомство будет не настолько сумасшедшим, — сказал Кристиан, когда нагнал Теодора. — Ты даже имени её не знаешь!

— Зато увлекательно! — жизнерадостно заявил юноша.

Крик друзья услышали когда до выезда из леса оставалось не так много, и в просветах между деревьями уже виднелась более ровная дорога. Не сговариваясь, повернули с тропы и вскоре увидели девушку. Она стояла, прижавшись спиной к дереву. Её окружили несколько волков, которые замерли, не сводя взглядов с жертвы. Юноши неслышно спешились и достали мечи. Теодор быстро привлёк внимание хищников к себе, Кристиан же сперва осторожно обогнул поляну и отвёл незнакомку к лошадям. Девушка вцепилась пальцами в поводья и прижалась к боку животного, испуганно глядя в сторону «сражения». Но она хотя бы была в безопасности. Убедившись в этом, граф присоединился к другу, который уже разобрался с несколькими волками.

В компании битва пошла быстрее, и некоторые хищники исчезли в темноте леса, истекая кровью. Однако два волка с разбега напрыгнули на Теодора. Он смог справиться с ними, но не заметил, что со спины на него бежит ещё один зверь. Кристиан успел отреагировать быстрее, чем волк напрыгнул на его товарища, и до маркиза долетели только брызги крови. Тео ещё несколько секунд стоял в боевой позиции, после чего вытер меч о траву и убрал в ножны. Кристиан повторил те же действия. Быстрое сражение всё же забрало у них силы, и какое-то время друзья стояли, восстанавливая дыхание.

Когда они вернулись к лошадям, девушка уже перестала дрожать и слегка поклонилась.

— Благодарю за помощь. Не будь вас здесь, я бы, скорее всего, не выжила.

— Нам только в радость помочь такой прекрасной госпоже, — слегка кивнул Теодор.

— Они не успели вам навредить? — спросил Кристиан.

Девушка быстро помотала головой, а потом охнула, указала куда-то вниз. Крис проследил за её взглядом и цокнул языком. Одна штанина его брюк была располосована когтями.

— Всё-таки он меня задел. Ладно, на смену есть в мешке. Если мы, конечно, успеем к вечеру до деревни. Придётся ждать до дома с починкой, ненавижу шить сам.

— Я… Я могла бы помочь, — робко предложила девушка, поправив съехавший капюшон. — Я в село возвращалась, здесь пешком часа четыре, не сворачивая с дороги. Можно и на лошади, только мою волки спугнули, она меня и скинула. У меня ничего не сломано только чудом, не иначе, только вещи все в седельной сумке остались.

— Значит, на лошадях вдвое быстрее, — подумав, сказал Теодор и запрыгнул в седло. — Кажется, нам по пути. Составите компанию, госпожа?

Девушка, очевидно не привыкшая, что её называют так, зарделась, но отказываться не стала. Кристиан посадил её перед собой, и они отправились дальше. Ехали не быстро и за время пути успели познакомиться. Девушку звали Маргарет, была она дочерью кузнеца в селе аккурат рядом с Золотым лесом. Может, потому деревня и называлась Голдвуд.

— Но в самом лесу никто не живёт. Если вам дальше ехать надо, то лучше с востока это место объехать. Дурная слава у него.

Хоть товарищи и решили последовать совету, Теодор всё думал, что же ему напоминает это название: Золотой лес.

Меньше, чем через два часа въехали в село. Маргарет кивала и улыбалась знакомым, а когда кони остановились у кузницы, легко спрыгнула и попросила подождать. Юноши тоже спешились и осмотрелись. Сейчас они были почти у края деревни, и вдалеке виднелись деревья. Тот самый Золотой лес. Хоть сейчас и стояла весна, даже издалека было видно, что кроны деревьев усыпаны золотыми листьями.

— И трава в этом лесу тоже жёлтая. Даже не потому что прошлогодняя, — сказал Теодор.

— Почему ты в этом так уверен? — спросил Кристиан и пригляделся, словно стараясь увидеть ту самую траву, что описывал его друг.

— Я этот лес уже который день вижу во сне, — уверенно пояснил юноша.

Граф сперва будто не поверил, но потом схватил Теодора за рукав и прошептал:

— Ты же не собираешься туда идти? Маргарет нас предупреждала…

— Мне надо пойти в этот лес, — ответил маркиз, покачав головой. — Но интересно будет узнать, почему же местные так его боятся.

Разговор мог бы продолжиться, но в этот момент к юношам снова подошла Маргарет.

— Отец будет рад, если вы у нас остановитесь. Я одежду подлатаю, а вы пока отдохнёте.

— Было бы неплохо, — кивнул Кристиан. — К тому же, мой друг хочет у вас кое-что узнать.

Теодор сделал вид, что не заметил взгляда, которым его одарил товарищ, и следом за девушкой пошёл к конюшне. Если у него есть возможность узнать хоть что-то, то почему бы ею не воспользоваться? Только он не знал, как уместно спросить об этом. Интерес к особенностям пейзажа в этой части королевства? Случайно упомянуть в разговоре?

Маркиз ещё не знал, что эта тема всплывёт сама собой. Скрывать своего благородного происхождения друзья не хотели, тем более что родители Маргарет оказались людьми открытыми и умели будто бы случайно расположить к себе. Хозяин — улыбкой и полушутливой манерой общения, хозяйка — очень вкусной едой. Потому юноши, быстро переглянувшись, решили не делать из своего происхождения какую-то огромную тайну.

— Ох, господа, как-то неудобно даже, что у нас вы остановились, — тут же запричитала женщина.

— Да бросьте вы это. — Теодор махнул рукой. — Вон, Маргарет никак не изменилась, а тоже ведь, наверное, удивлена.

— Не вы первые высокородные, с кем я общаюсь, — девушка улыбнулась, выговаривая сложное слово. — Вернее, общалась. Барышня меня грамоте обучила да как говорить правильно, только…

Она запнулась, опустила взгляд, но не закончила и быстро перевела разговор на другую тему. Кажется, хозяева дома знали, чем обеспокоена их дочь, но говорить не спешили. Товарищи тоже решили не допытываться. Но когда Теодор спросил, почему же им стоит обходить Золотой лес стороной, то получил не только пинок под столом от Кристиана, но и испуганный взгляд Маргарет.

— Прости, я не хотел… Если это запретная тема, ты только скажи, я сразу перестану, — начал оправдываться маркиз, но девушка покачала головой.

— Расскажу, после обеда. Всё равно поговорить во время работы люблю, а так хоть с кем-то своими давними тревогами поделюсь.

Но даже когда девушка через час сидела с нитками и иголками, то была погружена в свои мысли, и друзья даже вздрогнули, когда она заговорила.

— Не ведаю я, почему лес наш весь золотом усыпан, только дурная слава у него не с ничего взята. Издавна ходит поверье, что лес священен и нельзя оттуда даже лист вынести. А все листья на тех золотых деревьях целебные, способны любую хворь вылечить и на ноги вновь поставить. Но случилось так, что несколько лет назад указ этот заповедный был нарушен. У помещика жена давно уж болезнью неясной маялась, никто не знал, как излечить её. И тогда госпожа сама в лес пошла да набрала себе листьев для отвара. Говорила, что любую цену заплатить готова, только бы здоровья у неё прибавилось.

Маргарет снова замолчала, излишне состредоточенно зашивая подранные брюки.

— И что она отдала? — наконец не выдержал Теодор.

— Свою дочь, — выдохнула девушка. — Точнее, мы все так считаем. С барышней я хорошо знакома была и знаю, что она по своей воле в тот лес бы не отправилась. Её никогда на приключения не тянуло, а тут как зачарованная шла, да так в том лесу и пропала.

Слова давались с трудом, Маргарет начала тяжело дышать, стараясь не заплакать, но её пальцы дрожали. Подавшись вперёд, Кристиан накрыл ладони девушки своими и посмотрел ей в глаза. Слегка улыбнулся, подбадривая, перевёл взгляд на друга. Однако Теодор покачал головой. Своего решения он менять не хотел. Да и кто знает, вдруг его красавица из снов и есть пропавшая подруга Маргарет? Было бы прекрасно, если бы девушки смогли снова встретиться.

Похоже, Маргарет и правда нужно было кому-то рассказать обо всём, потому что успокоившись, она стала вспоминать самые яркие моменты, что связывали её с барышней.

— С ней весело всегда было, хоть бегать она и не любила. Читала вслух, знала, как научить так, чтобы знания надолго остались, да смеялась весело и часто. Только в одном я лучше была: в пении. Не могла Катрина порой в правильные ноты попадать, как ни старалась. — Вздохнув, Маргарет перестала улыбаться и продолжила: — Помещица наша от хвори излечилась, да только тоска по барышне высушила её в миг. Да и все сельчане горевали. Катрина же как солнышко была, волос светлый и глаза на золото похожи. Кто по такой драгоценной горевать не будет?

— Всё-таки это она, — пробормотал Теодор.

Какое-то время он смотрел, как Кристиан успокаивал девушку, которая снова стала плакать. Они так ладно выглядели вместе, что у юноши даже пролетела шальная мысль оставить друга здесь. Да и когда Тео пойдёт в Золотой лес, то помощь ему, скорее всего, не понадобится.

Выгадав момент, он отвёл графа в сторону.

— Понравилась она тебе? — спросил, заранее зная ответ. Ну не смотрят подобным взглядом на каждую встречную!

— В-возможно, я никогда не встречал таких девушек, — запинаясь, ответил Кристиан. — Когда она плакала, мне хотелось её от всего защитить. Не должны такие сияющие синие глаза прятаться за слезами.

— Тогда могу я на тебя её оставить? Не пойдёшь со мной — так хотя бы за ней приглядишь.

— Тебя ведь не отговорить?

— Ты и сам знаешь ответ. — Теодор улыбнулся. — Я отправлюсь рано. Надеюсь, вернусь быстро. Придётся с лесом поторговаться за Катрину, но посмотрим, что я смогу предложить.

— И всё-таки ты сумасшедший, — выдохнул Кристиан.

— Как будто я сам не знаю.

Во сне к Теодору снова пришла гостья. Взгляд у неё будто изменился, но она продолжала тянуться к нему. Юноша всё так же не мог взять её за руки, лишь слегка улыбнулся.

— Я уже близко. Я спасу тебя, Катрина.

Она словно услышала его слова, вздрогнула, руки отдёрнула, и по губам её Теодор прочитал:

— Плату она потребует.

— А я умею договариваться. — Юноша решил не спрашивать, кто эта таинственная «она». Всё равно ответа не услышит. — Жди, скоро приду.

Утро маркиз встретил в дороге. До леса было рукой подать, поэтому даже на конюшню заходить не стал. Бодрым шагом Теодор шёл через поле по едва заметной тропке: в Золотой лес местные и правда ходили не так часто. Когда же юноша зашёл под тень деревьев, то его встретила необычайная тишина. Будто в лесу и не жил никто никогда. Решившись, быстро пошёл вперёд.

Ему казалось, что он снова попал в уже привычный сон. Те же золотые деревья, листья, трава. И тихий ветер, от которого звенело всё вокруг. Только теперь этот звон ещё рождал эхо, которое проникало под кожу, хотело запугать, сбить с пути. Теодор помотал головой и ускорился, смотря по сторонам. В один момент уловил какую-то тень. Мелькнула она меж деревьев, скрылась и тут же снова показалась ближе. Юноша замер, не в силах поверить в свою удачу, и смог лишь тихо позвать. И услышала его тень, метнулась в сторону. Казалось, исчезла насовсем, но деревья будто расступились перед маркизом, и нехоженной тропой к нему вышла Катрина. Солнце вставало из-за горизонта и подсвечивало её и без того светлые волосы. Теодор шагнул ей навстречу, и девушка быстро оказалась в его объятьях.

— Ты пришёл… Правда пришёл…

— Я же обещал. — Юноша погладил девушку по голове и не мог сдержать улыбки.

Сколько дней между ними были преграды, километры, сны… Теперь всё это казалось ненастоящим, придуманным. Теодор понимал, что ещё будет испытание. Возможно, даже не одно. Но пока ещё была возможность, он хотел запомнить момент, когда любимая была рядом.

Вспомнился вопрос, которым юноша задавался, когда сны с Катриной только начались.

— Почему ты снилась именно мне? Во всём мире столько людей, а ты почему-то выбрала меня. Может, даже не знала, что я был очень далеко.

Девушка улыбнулась, протянула руку, и в её пальцы тут же легла ветка одного из деревьев.

— Листья Золотого леса многое видят и многое знают. Они наделены особой магией, что не только лечит тело, но и может помочь излечиться одинокой душе. Многому меня Госпожа научила, да только всё равно было мне тоскливо. И тогда спросила я листья о своей судьбе. О том, кто предназначен моему сердцу. И показали они мне тебя, научили, как связь крепче сделать через сны.

Чуть отступила назад девушка, в глаза юноши посмотрела. Спросила:

— Ты сможешь меня освободить? У тебя есть, чем заплатить Госпоже?

— Посмотрим сперва, какую цену она попросит, — задумчиво протянул Теодор. Взял Катрину за руки, пальцы её слегка сжал. — Кто эта Госпожа, чем её можно удивить?

Девушка опустила взгляд, медленно покачала головой.

— Чем удивить её можно, о том не ведаю. Не то фея Госпожа, не то дух. Знаю только, что ей весь лес подчиняется, из её магии сотканный. Потому и не любит, когда забирают то, что ей принадлежит. Не укрылось от неё, что с тобой я ночами вижусь, а как узнала, потребовала привести тебя к ней, если прийти решишь. И вот…

Она не закончила, только посмотрела испуганно своими удивительными золотыми глазами. Маркиз снова обнял её за плечи.

— Я справлюсь. Ради тебя сделаю, что угодно.

— Не говори, пока не узнаешь. Матушка моя уже обмолвилась, так теперь я здесь уж которую луну брожу.

Катрина вздохнула и оглянулась. Дорога нехоженая всё ещё стелилась куда-то вдаль, и девушка кивнула в ту сторону.

— Пойдём. Спросишь у Госпожи о моей свободе.

Деревья сходились за их спинами, отрезая путь назад. Теодор продолжал держать Катрину за руку, пусть и понимал, что испытание придётся проходить без неё. Но она ведь поддержит его?

С неба резким порывом прилетел ветер, раскидал листья под ногами, а когда затих, перед молодыми людьми стояла удивительно красивая женщина. Она казалась ожившим деревом: пряди её волос были усыпаны листьями и узором ветвей украшено платье. Только на лице её не было никаких эмоций, словно у куклы. Катрина шагнула вперёд и поклонилась.

— Я вернулась, Госпожа.

— И вижу, что не одна, — кивнула женщина. Голос был столь же спокойным, как и не изменившееся выражение лица. — И что же ты можешь предложить мне, юноша, за лучшую мою ученицу? Мать её плату за листья дала, и боюсь, тебе расплатиться будет нечем. Слишком дорога Золотая Дева лесу. Как и мне.

— Неужели и у листьев цена была так высока? — не смог не съехидничать Теодор. — А не промахнулись ли вы, считая их ценность? Магия ведь не только в вашем лесу существует, и на рынке цену ей давно знают. И не такую, что взяли вы.

— Смеешь оспаривать ценность моей магии? — Госпожа чуть повысила голос.

Снова ветер пролетел меж деревьев, закружил, взревел и опал. Она ждала ответа.

— Всего лишь ставлю под небольшое сомнение, — невозмутимо ответил маркиз. — Неужели нет у вас других способов обмена? Договоримся на берегу, чтобы потом не было неприятных сюрпризов.

Несколько долгих секунд они смотрели друг на друга, но почему-то не пугал Теодора холодный блеск серых глаз Госпожи, лишь придавал уверенности.

— Что же, есть у меня испытание для таких смельчаков безумных, как ты. — Госпожа слегка усмехнулась. — Да только начав его, не сможешь вспять повернуть время. Иначе навсегда в моих владениях заплутаешь, имя своё позабыв.

«Если смогу видеть Катрин, то согласен и на такой исход», — подумал юноша и уверенно кивнул. Девушка хотела что-то ему сказать, но махнула Госпожа рукой. В тот же миг ветер подхватил красавицу, словно она ничего не весила. Скрыл в кружении листьев — и стал каждый лист изменяться. И вот перед Теодором стояла сотня девушек, похожих, словно они были отражениями друг друга.

Снова махнула Госпожа ладонью, и отражения разбежались по лесу.

— Час тебе даю. Докричишься до моей ученицы — твоя она. Пойдёшь за эхом, что на неё лишь лицом похоже — из леса уж никогда не выйдешь.

Сказала так — и исчезла, только трава чуть примята была в месте, где стояла создательница Золотого леса. Всё произошло так быстро, что Теодор с трудом мог уложить это в мыслях. Опомнившись, достал карманные часы, но их стрелки будто сошли с ума и шли вопреки механизму то быстрее, то медленнее.

— Значит, решили и здесь меня запутать? — спросил в пустоту Теодор.

— Запутать… Запутать… Запутать…

Лес подхватил его слова на сотню ладов, слишком близких друг к другу, а от эха зазвенели листья. Метнулся юноша в одну сторону, в другую, но голоса не становились тише или громче. Тогда он остановился и задумчиво пощёлкал пальцами. Словно молнией пролетели в воспоминаниях слова Маргарет:

«Только в одном я лучше была…»

— В пении! — громче, чем хотелось, сказал юноша. С трудом верил, что эти слова могут помочь, но попробовать стоило.

Знала ли Госпожа об этом небольшом «недостатке» Катрины? Не всё ли равно? Настроившись, Теодор быстро распелся. Эхо повторяло его ноты на все лады, но уже сейчас уловил он лёгкое несоответствие. Словно кто-то в этом «хоре» отчаянно хотел не отставать, но получалось откровенно плохо. А когда маркиз начал петь…

Нельзя было назвать юношу хвастуном, но своим голосом он гордился, как и музыкальным слухом. Направление уже было найдено, оставалось только медленно идти и петь. Выбирать самые сложные песни, которые он мог вытянуть в одиночку, и победно улыбаться в перерывах, когда замирал звон листвы.

Катрина точно старалась, но своим неидеальным исполнением лишь упрощала задачу. Отражения же эхом повторяли всё нота в ноту. Госпожа где-то просчиталась, дав им только внешность девушки, но не её эхо. Теодор усмехнулся и снова прислушался.

Было в голосе его любимой и то, что отличало её и без песен. Слёзы или просто случайная дрожь, но они делали каждый звук живым. Маркизу казалось, будто девушка снова идёт рядом, был готов взять её за руку, но настоящий голос пока звучал далеко. Может, Теодор снова начал чувствовать направление сердцем, а не только голосом? Всё же он хотел снова увидеть её. Взять за руки, заметить смущение, обнять. И навсегда забрать из плена этих золотых деревьев.

Изредка Теодор видел, как среди деревьев мелькали силуеты. Но их голоса были пустым, безжизненным эхом, и юноша не вёлся на такой простой обман. Только раз посмотрел в сторону, но в груди кольнуло холодом, и не сошёл он с пути.

Ещё пара поворотов — и снова стоял он напротив Катрины. Знал, что она — настоящая. Боялся, что может она исчезнуть, и потому продолжал петь, словно стараясь этим удержать её на месте. И как заколдованная, вторила девушка каждому его слову, только протянула руки и спрашивала взглядом. Без ответа взял Теодор её ладони в свои. Пальцы тонкие, тёплые, чуть дрожат.

Юноша улыбнулся.

— Я тебя нашёл.

— Нашёл… — тихо повторила она, и не отозвались её слова эхом.

Улыбнулась в ответ. рядом вихрем листья закружили и показалась Госпожа.

— Видать, узы меж вами в самом деле крепки, раз не смогла тебя магия моя запутать, — сказала она, глядя на Теодора. — Уговор свой исполню: выходите из леса, преград не встретите на пути.

Поклонились влюблённые и снова посмотрели друг на друга.

— Благодарю, — тихо сказала Катрина и резко выдохнула.

Из её тела вылетела маленькая искра. Блеснув, растворилась в воздухе.

— Ни к чему тебе все знания в мире людей, — ответила Госпожа на немой вопрос. — Лишь в целительстве магия будет помощником, а о другом её не проси.

— Спасибо и за такой дар. — Катрина вновь поклонилась. — Не знаю я, в чём ваше счастье, но хочу, чтобы вы обрели его так же, как и я.

От этих слов дрогнула и надломилась спокойная маска Госпожи. Вздохнула она, мягко погладила девушку по плечу.

— Счастье мне будет, когда все знания свои передам преемнице и на покой уйти смогу. С тобой не случилось этого. Что же, однажды найду себе нового ученика и желать буду, чтобы он усердием твоим обладал.

Через миг вновь не стало женщины, а среди деревьев дорожка пробежала. Теодор не хотел встревать в разговор с прощанием. Только когда Катрина повернулась к нему, протянул руку. Девушка рассмеялась, обняла маркиза. На обратном пути говорили обо всём и будто ни о чём, просто наслаждаясь компанией друг друга. Даже не заметили, как кончился ковёр листьев под ногами и лес позади остался.

— Ты меня искал по… голосу? — всё ещё не могла поверить девушка.

Пристыженно опустила взгляд. Теодор тут же слегка сжал её ладонь.

— Может, у меня получится тебе помочь? — спросил он. — Или будешь слушать, как пою я, а по вечерам читать. Как бы ты ни пела, голос у тебя красивый.

Катрина снова отвела взгляд, на этот раз от смущения. На её щеках расцвёл румянец, и она прижалась ближе. Маркиз невесомо провёл пальцами по её волосам, обнял за плечи, в мыслях благодаря судьбу за такой подарок.

Теодор заметил Маргарет издалека. И кажется, его она увидела раньше, потому что моментально сорвалась с шага на бег. Или всё же не его так ждала?

— Кэти!

— Марго!

Кинув короткий взгляд на юношу и получив в ответ улыбку, девушка отпустила его и сама побежала. Разлучённые подруги почти стукнулись лбами и долго не могли выпустить друг друга из объятий. Кажется, Маргарет заплакала, так много чувств вызвала эта долгожданная встреча.

Теодор подошёл к девушкам одновременно с Кристианом.

— Тебя не было всего полтора часа, а сейчас вы своим появлением весь Голдвуд переполошите, — сказал граф, похлопав друга по плечу. — А вообще, я рад, что с тобой всё в порядке.

— Даже лучше, чем в порядке. — Кивнул Теодор и глянул на девушек. — Ну что, будем их растаскивать?

— Погоди. — Кристиан покачал ладонью. — Я понимаю, что у тебя любовь, но дружба порою бывает даже крепче.

— Намекаешь, что обратно поедешь со мной? А как же Маргарет?

Граф отвёл взгляд, но тут же быстро посмотрел на девушку. Та, казалось, даже не думала отпускать Катрин. Юноша странно улыбнулся.

— Увезу с собой. Ты ведь тоже планируешь забрать свою золотую красавицу?

Теодор кивнул. Кажется, им обоим предстоит разговор с родителями избранниц.

— Спасибо, спасибо огромное! — продолжала твердить Маргарет, пока они шли к деревне.

От такого количества благодарностей Теодор чувствовал себя немного неловко, старался искать поддержки, но Кристиан, как-то хитро улыбнувшись, предложил другу приготовиться. Всё-таки Катрина была любимицей всех сельчан, и выслушивать слова благодарности придётся не раз и не два. Лёгкое прикосновение к ладони Теодор ощутил не сразу, и тогда Катрине пришлось дёрнуть его за рукав. Поймав его взгляд, она подмигнула.

— Справимся. Мы ведь теперь вместе.

Выдохнув, Теодор улыбнулся. И правда, справятся. В первый раз, но ведь всё бывает впервые. Обнял девушку и заметил, как Кристиан словно случайно притянул к себе Маргарет. Кажется, она даже была не против. Товарищи обменялись понимающими взглядами.

«Ну что, узнал, что такое любовь, дорогой друг? — подумал Теодор. — И кажется, с первого взгляда. Когда ехали сюда, ты мог посадить её на мою лошадь, но не сделал этого. А ведь даже имени её тогда не знал»

Оглянулся на Золотой лес. Теперь это в прошлом, а впереди… Загадывать рано. Но одно Теодор знал точно: свою Золотую Деву он больше не бросит.

И возвращаться будут вчетвером. Всё-таки прав Кристиан: любовь любовью, а друзей ради романтики не бросают.