Интервью Ричи для радио HTV, 27 сентября 2001
- Во-первых, зачем эти костюмы, почему вы их одеваете?
- Хороший вопрос, я часто над ним размышлял. Почему мы носим костюмы? Мне кажется, просто в поддержку того, за что мы стоим, и… большая часть нашей музыки была написана в XVI веке. Многое из этой музыки написал Тильман Сусато, композитор того времени. И, думаю, таким способом мы словно показываем, что у нас единый образ мыслей, в отличие от многих сегодняшних групп, которые просто носят футболки, бейсбольные кепки, все такое, и мне кажется, что это придает… как бы сказать… мы все боремся за возможность играть такую музыку, и нам бы хотелось расшевелить людей. Думаю, нам также нравится, когда нас спрашивают, зачем мы их носим. Полагаю, всего понемногу.
- Как на это реагируют поклонники? Я слышал, что многие из них тоже надевают такие костюмы, но трудно представить, что кто-то будет это делать всерьез.
- Верно. Многие люди носят женскую одежду. Вообще-то, обычно это женщины, не так ли (смотрит на Кэндис)? Да, они тоже наряжаются. Это помогает нам создать идеальное настроение Ренессансной ярмарки.
- А что насчет самих фанатов? Кажется, что многие из них относятся к вам с невероятным фанатизмом. Что вы можете об этом сказать?
- Наша фан-база очень лояльна. Думаю, многие из них стали моими поклонниками еще в 68-м, когда я основал Deep Purple, и они остались со мной, это очень приятно, также они стали старше. И, подозреваю, они стали чуть более, осмелюсь это сказать, утонченными в плане восприятия музыки. Мы играем не так много старых вещей, хотя, наверное, процентов сорок из того, что мы исполняем, это роковый материал. Остальные шестьдесят процентов – это ренессанс, фолк, псевдо-ренессансная музыка.
- Большинство знают вас по Deep Purple и Rainbow. Был ли какой-то определяющий момент, заставивший вас играть другую музыку?
- Нет, я подсел на эту музыку еще в семидесятых. Точнее, в семьдесят втором. Это был Дэвид Монро, который играл музыку для фильма о Генрихе VIII. Это был телевизионный сериал на BBC, и с тех пор я подсел на крумхорны и эту напыщенную музыку, которая очень напоминает рок-н-ролл. Она играется квинтами, что производит этот эффект… (играет на гитаре) … вероятно, если сыграть это задом наперёд, получится… получается «Child In Time». Еще она играется квартами, вся эта музыка основана на ренессансе, многие этого не понимают. Мы лишь приоткрываем дверь, давая людям возможность увидеть, что творится на другой стороне. Потому что многие говорят, что ненавидят ренессансную музыку, но им нравится наша музыка, она другая. Это не совсем так, просто мы берем лучшие моменты из ренессансной музыки и немного ее разбавляем.
- Для меня это новость.
- Спасибо.
- Кэрол говорила мне, хотя сама она в этом не уверенна, что ваш отец был валлийцем.
- Верно, он родом из Кардиффа.
- Вы поддерживаете связь с Уэльсом?
- Да, конечно, я родился в Уэстон-сьюпер-Мэр, а мой брат родом из Бристоля. Мой дед, кажется, был родом из Суонси, но я в этом не очень хорошо разбираюсь, хотя хорошо знаком с уэльским контингентом.
- Не сказать, что у вас в Уэльсе такие древние корни.
- Мне кажется, что это на самом деле так. Думаю, мой отец родом оттуда. По-моему, мне от отца досталось эта упертость. Не уверен, что это валлийская черта! Я люблю Уэльс, и, конечно, мы каждые каникулы ездили в Уэстон-Сьюпер-Мэр, пока мне не исполнилось 15 лет, мы частенько посещали Кардифф, Суонси, все как полагается. Кстати, помню, как кто-то из Уэстон-Супер-Мэр прошел по воде прямо до Кардиффа. Он не провалился под воду! Думаю, на нем была теннисная обувь, и он просто перешел через воду на другой берег. Очень странно!
- В Уэльсе больше замков, чем во всей остальной стране, при этом замки играют важную роль в творчестве Blackmore’s Night. Что вы об этом думаете?
- Пребывание в замках вдохновляет нас сильнее всего, и мы часто путешествуем по Европе. Особенно по Германии, большая часть нашей музыки по своему происхождению тевтонская. В ней не так много кельтского, сколько среднеевропейского, а замки играют большую роль в нашей жизни, нам просто нравится запираться в замках и играть такую музыку. Это очень вдохновляет, каменные стены, уединение, загадочность, полнолуние, заглядывание за парапеты, все такое. Наверное, это большой контраст с прогулкой по какой-нибудь оживленной улице или сидением за чьим-то компьютером. Это полная противоположность.
- Вы же не все время носите такую одежду?
- Чаще всего, только не в постели, пока до этого не дошло, хотя однажды я как-то так напился, что завалился в кровать в этом костюме. Это часть меня; это не ради шоу, по крайней мере, не в моем случае. Мы часто устраиваем вечеринки с друзьями, которые принадлежат к таким организациям, играют аутентичные вещи, так что мы частенько одеваем такие костюмы. Наряды, как их принято называть, хотя, говоря серьезно, звучит это унизительно. Я бы никогда не одел нечто столь глупое (показывает на одежду журналиста)! Нет, серьезно, конечно бы надел. Но, наверное, на семьдесят процентов все это просто наш стиль жизни, сейчас нам нравится удаляться от общества, и у нас это очень хорошо получается.
-В округе много замковых отелей, но, как я понимаю, вы не очень довольны отелем, в котором остановились сейчас.
- У нас… в каждом отеле мы постоянно на что-то жалуемся, пока отель не начинает платить за нас, и мы проживаем в отеле бесплатно. Этим утром я услышал звук дрели и молотка, мы пожаловались, так что, мне кажется, прошлую ночь мы прожили тут бесплатно. Сегодня пожалуемся на что-то еще, например, на еду. Кто-нибудь получит пищевое отравление, так мы делаем в каждом отеле, в итоге мы ничего не платим.
