Interview: In Isolation

И следующее, что я помню, это то, что один из наших техников сидел на мне сверху…

Я довольно долго гуглил готические группы в Ноттингеме, пока случайно не нашел In Isolation на Bandcamp, и они взорвали мне мозг. Я был очень рад, что Тони — барабанщик — предложил встретиться лично, чтобы дать интервью. Мы встретились в местном пабе, и Тони оказался отличным рассказчиком. Я нажал кнопку записи на диктофоне, и началось…

Итак, в этом году вы празднуете свое пятнадцатилетие, не так ли?

Эм, да, полагаю. На первый взгляд, это долго. Но если посмотреть с другой стороны, это не так уж и долго. Странно. Я не осознавал, насколько это долго.

Вы чувствуете себя зрелой группой?

О да. Мы все играли в других группах. Джон был в Die Laughing. Райан был в Emma Conquest. Майк играл во многих группах. Его последняя - Dick Venom & The Terrortones. Сейчас он тоже играет в другой группе. Но да, я имею в виду, мы все много чего записали, отыграли кучу концертов. Да, я полагаю, мы можем сказать, что мы очень зрелая группа.

Это должен был быть самый тихий паб в округе, но через 10 минут после того, как мы пришли, парень сел за пианино и начал играть песни. И пришлось пойти к Тони домой.

Планируете ли вы играть на фестивалях вроде Infest, Whitby Goth Picnic и т.д.?

Да, мы уже дважды играли в Уитби, но это было тогда, когда его организовывали другие люди, а не те, кто организует его сейчас. Я думаю, что они, возможно, уже сменили пару промоутеров, так что я не знаю [как у них идут дела]. Что касается Уитби, там есть площадки поменьше, на которых можно иногда выступить, но у нас нет никаких планов на данный момент времени. Хотя мы играли там раньше, и да, нам очень понравилось. Сначала мы собирались выступить на разогревающей вечеринке в 2020 году, но, очевидно, пришла «великая чума» и всё отменилось, а потом… Я думаю, когда они организуют снова, мы сможем сделать это. Мы собирались играть на разогреве у Covenant в [клубе] Rescue Rooms в Ноттингеме. Но отменилось из-за COVID. А потом, когда они отправились в тур, они не смогли договориться с площадками в Ноттингеме, в которые собирались ранее. Так что у них тур был гораздо меньше, что очень жаль. Но мы разогревали Тойю Уиллкокс, певицу из восьмидесятых. Мы разогревали ее в Rescue Rooms, что действительно здорово. Это хорошее место.

Какое было твое лучшее и худшее выступление?

На самом деле, мне очень понравился [фестиваль] HRH Goth, на котором мы выступали. Но мы также играли на Gotham City, небольшом фестивале, которым руководит наш друг из Лидса. Это было очень круто. Худшее [выступление] случилось вскоре после того, как я присоединился к группе [In Isolation]. Мы отыграли концерт в Дерби, и единственными людьми на концерте были люди из другой группы. Они ушли до того, как мы сыграли, но так как мы уже приехали туда, мы решили всё-таки сыграть. В общем, мы играли пустому залу. Это было довольно скверно. Уж не знаю, какая там была реклама концерта. В моей предыдущей группе, Every New Dead Ghost, мы выступали на панк-фестивале в Берлине, когда ещё был «железный занавес». Нам нужно было ехать из Восточной Германии в Берлин, и это было настоящее безумие. Там нас не очень хорошо принимали, потому что это был панк-фестиваль, а мы были типа готической группой. И наша тогдашняя вокалистка Джейн сделала несколько язвительных замечаний в адрес панков, из-за чего началась большая потасовка посреди толпы. Но это было очень увлекательно, скажем так. Понимаете, все это проходило на фоне «железного занавеса». Так что, наверное, это был мой лучший опыт с той группой. Хуже всего с Every New Dead Ghost было, когда я и басист подрались на сцене.

Оооо, почему?

Ха-ха! Это немного долгая история, но мы поссорились, и как-то всё завертелось. Короче, я играл, пробил дырку в барабане и бросил в басиста свои барабанные палочки, а он перепрыгнул через ударную установку с бас-гитарой наперевес. И следующее, что я помню, это то, что один из наших техников сидел на мне сверху, а другой – на нем. Но дело в том, что в этом туре у нас было очень мало денег. Дело было в Германии, во Франкфурте. После этого нам пришлось пойти к промоутеру и промямлить: «Есть ли шанс получить хоть какой-то гонорар?» Я знал, что в тот вечер мы сыграли не более четырех песен. И он такой: «О нет, вы можете получить оплату целиком. Мы будем теперь долго обсуждать ваше выступление. Это было круто!» Я такой: "Фух, слава Богу!" Но да, от рассказов о моей старой группе действительно бросает в дрожь. В In Isolation это немного более профессионально. Хе-хе! С Every New Dead Ghost, которую всегда называли Ghostes, с Ghostes, мы однажды спали на сцене того клуба, где мы выступали, потому что спать было негде. А парень просто говорит: «Ну, вы можете спать на сцене».

Тру панки!

Ага, хаха! Парни из In Isolation ни за что на это не пойдут.

Что ж, возвращаясь к In Isolation, я был правда очень удивлен, что вы продолжаете держаться подальше от огласки. В смысле, я долго гуглил местные готические группы, и мне удалось найти вас на Bandcamp только по тегам. Вы делаете это намеренно: остаетесь в тени? Или это суровый музыкальный бизнес?

Нет, в смысле, в последнее время мы мало играли в Ноттингеме. Возможно, с этим надо что-то делать. Но очевидно, что у нас скоро будет это выступление. Да, обычно, когда у нас приближается концерт, вы можете увидеть плакаты по всему городу и тому подобное, что я обычно делаю. Райан [вокалист] больше любит заниматься продвижением в интернете.

Вас узнают на улицах? Я имею в виду всех участников группы.

Ну, некоторые люди узнают, потому что они были знают сцену Ноттингема достаточно долго. Но на самом деле мы, конечно, не достигли такого уровня славы. Хотя я знаю таких людей, как: «О, Тони!», которые узнали меня либо через Ghostes, либо через In Isolation. Энди Казин играет нас в своем радиошоу, и Мик Мерсер тоже. Так что это хорошо. И мы хотели попробовать дать несколько концертов зарубежом, но, знаете ли, очень сложно все организовать. Организовать тур по этой стране достаточно сложно, не говоря уже о зарубежье. Нам действительно нужен кто-то, кто возьмет это на себя.

И у вас никогда не было специального человека, типа менеджера, букинг-агента?

Нет. Я имею в виду, что у нас есть промоутеры, которые... Например, парень, который поставил нас на разогрев у Тойи Уиллкокс, а раньше он ставил нас на разогрев у Balaam and the Angel, что было просто шикарно. На самом деле, мы могли бы взять это в свои руки. Но мы пока этого не сделали. Сейчас это висит либо на мне, либо на Райане.

Ясно. На твой взгляд, что является лучшим или золотым временем музыки?

Ну, я необъективен, потому что восьмидесятые годы были временем моего совершеннолетия. И я всегда буду говорить это, плюс тот факт, что я видел некоторые из больших готик-групп восьмидесятых именно в восьмидесятых, такие как Killing Joke и тому подобное. Так что для меня это всегда будет лучшее время.

Ага, понятно. В смысле, никаких возражений.

Siouxsie and the Banshees также были одним из моих любимых выступлений. Но я не упомянул некоторые группы просто потому, что моя группа была в туре, когда они играли в городе или как-то. Так, совсем недавно я впервые увидел [выступление] Sisters of Mercy, и я до сих пор не видел The Cure, одну из групп, на выступление которой, знаете ли, обязательно нужно сходить.

Что ты слушаешь сейчас? Что в твоём плейлисте?

Сейчас я обычно слушаю много групп, с которыми мы играем, которые нам попадались. Так, мне нравится группа Berlin Black, с которой мы несколько раз играли, такие группы, как Gothzilla. Но недавно я слушал группу Энди Казина X-Superstar. А потом Feather Trade и слушал, скажем, шоу Мика Мерсера или Энди Казина и там всех новых артистов. Я упоминал Gothzilla? Потому что мы также организовываем с ними несколько выступлений. Именно так я всегда находил новую музыку, с которой играет моя группа, и говорил: «О, они довольно хороши» и начинал их слушать.

Итак, компакт-диски, винил или стриминговые платформы?

Ну, Райан всегда хотел, чтобы все было на виниле, но мы так и не дошли до этого. Я думаю, что единственный винил, на котором мы выпускались, был компиляцией. Сборники с нами выходили на виниле. Но это действительно вопрос стоимости. Очевидно, что в старые времена винила выпускалось так много, что он был довольно дешевым. Теперь, компакт-диски дешево печатать, так как они не так нужны. Но это становится камнем преткновения, когда многие людей больше не волнуют компакт-диски. Я говорил людям: «Вы хотите компакт-диск?» Они: «Нет, потому что я больше не слушаю компакт-диски». Но очевидно, что материал можно легко выпустить в цифровом формате. Значит, ты все равно это сделаешь. Что ж, мне по-прежнему нравятся физические вещи, так что я по-прежнему готов покупать пластинки или компакт-диски групп. И если мне нравится группа, я захочу их компакт-диск. К тому же… сейчас CD-плеер сломан в моей машине, что очень раздражает… большинстве автомобилей установлен CD-плеер, что является хорошим способом слушать музыку в долгой дороге.

Ясно. К слову, о свежей крови. В одном из недавних интервью Райан сказал о сцене готической сцене Ноттингема: «Но из ниоткуда, около пяти лет назад, ночи альтернативных клубов были завалены молодыми готами, и теперь сцена, похоже, процветает». Ты согласен или не согласен с этим?

Ну, я заметил, что последние пару раз, когда я был на готической вечеринке под названием Spellbound, и есть еще одна, которая называется Nightmare... Последние пару раз, когда я был на них, там действительно было много людей, на удивление много. За несколько лет до этого кто-нибудь устраивал готик-пати, и в первый раз на неё пришло много народу, а в следующем месяце было примерно вдвое меньше. В следующем месяце придёт в четыре раза меньше, и они как бы выдыхаются. А потом это останавливается, потому что [организаторы] подумают, что больше нет смысла этим заниматься. Затем кто-то другой начинал всё по новой, и снова полный зал в первый раз, и потом всё точно так же шло на убыль. Но да, как я уже сказал, последние несколько раз, когда я был в Spellbound или Nightmare, там было очень много посетителей. И паб The Salutation Inn, который, кажется, стал центром готики в Ноттингеме на данный момент, что является одной из причин, почему я решил сделать наше выступление там... Так что я думаю, что на Spellbound, которая будет в эту субботу, я могу идти и раздавать флаеры как сумасшедший для нашего концерта.

А как насчет новых групп и новых музыкантов?

Как я уже говорил, я обычно открываю новые группы, играя с ними. Это основной способ, с помощью которого я всегда знакомлюсь с новыми группами, такими как те, о которых я упоминал ранее, а также через шоу Энди Казина, Мика Мерсера и тому подобное. Да, хорошие шоу.

Я не люблю спрашивать о COVID, потому что сейчас все спрашивают об этом. Но тем не менее, изоляция из-за COVID помогла вам написать много новых песен.

Нет, не особо. Поскольку мы были в изоляции, внезапно заговорили об In Isolation, но не о группе (in isolation переводится как “в изоляции”). Хорошо это или плохо для нас? Не думаю, что это действительно хорошо. Если вы погуглите «In Isolation», вы получите много информации о COVID. Ну, а ищете-то вы группу. Но да, идея была в том, что мы собирались написать много материала во время ковида. Но не думаю, что у нас это получилось.

У тебя есть какие-нибудь заключительные слова для ваших слушателей, для наших читателей?

Меня удивляет одно. Я думал, ты спросишь меня о песне "Russian Doll" (“Матрёшка”). Я думал, это будет твой первый вопрос о. Конечно, тексты песен – дело рук Райана, поэтому он обычно дает интервью, потому что может больше рассказать об этом.

Насколько я понял, это скорее метафора.

Да, именно. Это было навеяно отравлениями в Солсбери, поэтому в начале песни женский голос говорит по-русски: "Я тебя отравлю". У Райана есть знакомая, кто это сделал. Кто-то, кого он знает в России, просто чтобы надиктовать эту фразу по телефону, а потом вставить в трек. И он был вдохновлен этим, но на самом деле песня о международном шпионаже и о зле, которое люди делают во имя служения своей стране.