Никита Бобунец: «Вечно молодой — это про жизнь»
Текст: Виктория Ситникова
Единственный сын лидера «Смысловых галлюцинаций», основатель группы «Шарташ», арт-директор неформального рестобара «Вечно Молодой» (Екб/Спб/Сочи), организатор, музыкант, диджей, звукорежиссёр — все это Никита Бобунец, достойный наследник своего отца и продолжатель традиции уральского рока.
Я встретилась с Никитой в его новом заведении, чтобы поговорить с ним о вечной молодости, уральском роке и написании песен.
— Вы с детства окружены музыкой. Расскажите об особенном воспоминании из детства.
— Так или иначе, все мое детство проходило на репетициях, мероприятиях, студиях, поэтому сложно выделить что-то одно. Наверное, хочу рассказать про акустический концерт в ДИВСе 1 сентября. У отца был день рождения, и я подарил ему футболку, нарисовал на ней скелетик, очень детский. И отец собственно сразу же в моем подарке пошел на концерт, на огромную аудиторию. Это было, конечно, очень прикольно.
— С чего вы начинали свой путь на сцене?
— Я ездил с отцом на гастроли в роли звукорежиссера, и был на сцене, но не в главной роли: я настраивал звук, играл на гитаре, общался с другими артистами. Поэтому я органично влился в нахождение на публике и со временем привык выступать, а на своих концертах, в дальнейшем, мне было уже легче.
— Было ли создание вашей группы «Шарташ» вдохновлено чем-то конкретным?
— Мы с моим напарником, Александром Воробьевым, просто любили играть музыку в моменте. Когда играешь специально, нажимаешь кнопку записи, то весь процесс чувствуется уже иначе, поэтому мы ничего не выпускали. Потом появилась одна подруга, которая попросила записать пару треков, «вдруг кому-то откликнется». Так мы записали первую песню «Птица». Весь первый альбом мы хотели запечатлеть такой промежуток жизни, когда все резко менялось. Наши треки менялись от легких, гитарных и веселых к более тяжелым. Поэтому не было такого, чтобы мы сели специально записывать песню. Название группы «Шарташ» появилось тоже очень быстро. Наши треки про легкость и запечатление отдельных моментов жизни.
— Вы сказали, что ваши песни основаны на впечатлениях. Расскажите, пожалуйста, поподробнее об их создании.
— Вообще тексты писал Саша, а музыку мы вместе. У каждой песни не было конкретного пути: например, одно мы записали, потому что не смогли другое. Есть артисты, которые играют в определенном жанре и настраиваются специально для него, а мы делали все по наитию.
— Если говорить про Свердловских рок, как вы считаете, чем он отличается от, скажем, Ленинградского и остальных?
— Ленинградская музыка больше про загадочно грустных людей, не таких как все. В Москве это что-то сложное и модное, что можно продать.
А Урал, я считаю, самобытный, и люди не пытаются кого-то повторить, хотят быть собой. Мне кажется, это в целом обосновано тем, что Екатеринбург — столица, но не там и не тут, здесь Европа и Азия, тепло и холод. Вообще я очень люблю Екатеринбург, Урал в целом, несмотря на то, что было много вариантов переехать. Считаю, что люди здесь настоящие и музыка настоящая, самобытная. И старые, и новые артисты выделяются и отличаются своей «настоящестью», не пытаются кого-то повторить, а быть собой.
— Почему вы назвали свое заведение «Вечно молодой», что для вас лично значит эта песня?
— Конечно, это самое узнаваемое лицо бренда моего отца, главная песня, которая продвинула его в массы.
А лично для меня: я не знал жизни без этой песни. Она вышла как раз тогда, когда я родился, и это все равно, что люди спрашивают мою любимую песню, тоже сложный вопрос. Наверное та, которую я меньше всего слушал, потому что меня эта музыка окружала постоянно, не как рабочий процесс. Как мы знаем, что солнце встает, а я знаю, что отец песни поет.
Сейчас я вижу, чем стала эта песня для людей в целом — есть же целое движение «Вечно молодой». В начале парень пошел на Эльбрус и сказал, что ему очень нравится наша команда и он хочет вознести наш флаг на вершину. И он никогда серьезно этим не занимаясь, взобрался на Эльбрус, и теперь флаг на вершине. «Вечная молодость» — это также про аудиторию заведения, у нас нет никаких конкретных рамок. Не все, что поется в песне, поется буквально. «Вечно молодой» — это про жизнь, различные занятия, активное движение, помощь себе и другим.
— Вопрос, который больше лично меня интересует. Дизайн — это ваше творчество или команды?
— В оформлении дизайна у нас действительно есть большая команда, мы знаем какие смыслы несет наше заведение в массы, мы очень сильно участвуем в его жизни, каждый день мы здесь с утра до ночи.
Поэтому дизайном занимаются отдельные люди. Нам был сделан ребрендинг, когда мы поняли, что выходим на новый уровень: открываемся в нескольких городах. Мода циклична и сейчас даже фильм «Брат» снова интересен обществу: проводятся концерты, записываются каверы и так далее.
Мы в целом стараемся собрать людей, которые горят «вечной молодостью». Это про тех, кто хочет быть частью движения, кто знакомится, объединяется и делает что-то творческие, кто хочет делать что-то уникальное и живет этим. Здесь собираются музыканты, режиссеры, диджеи, танцоры и так далее. Мы двигаем культуру города вперед, потому что в Москве и Питере тяжело куда-то двигаться самостоятельно: сложно быть замеченным, нужны большие деньги. Мы хотим объединять людей и помогать им и всем нам продвигать нашу Уральскую музыку.
— А сейчас вы продолжаете, как раньше, играть для себя в «случайные моменты»?
— Вообще еще вчера, несмотря на то, что я поздно пришел домой, я посидел, попробовал сыграть. Но сейчас я вообще начал больше думать, из-за того, что идет постоянный мозговой процесс, какие-то задачи, сложно расслабиться и беззаботно сесть и выдать что-то, не думая. Сейчас возникают мысли о том, что это кто-то услышит, плохо это или хорошо. Нужно быть либо слишком самоуверенным, либо молодым и неопытным, но интересующимся музыкой, когда ты с душой занимаешься любимым делом и получается прикольно.
Но сейчас нужно учиться расслабляться, это другой опыт, когда ты знаешь, что собирает прослушивания, что нет, как люди отреагируют на тот или иной трек. Но лично мне сейчас надо снова учиться, чтобы вновь прийти к этому.
