Учебный поход
Осень вовсю понижала температуру, беспощадно наступал ноябрь. Падал снег, выли ветра, ежедневная пасмурность действовала на нервы, что отражалось на настроении окружающих. В принципе, идти никуда не хотелось. Ещё и эти промозглые ветра. Но так получилось, что я наткнулся на интересную информацию – можно обучиться на инструктора-проводника, причём, бесплатно. Но по результатам обучения выдают настоящие документы о профессиональной подготовке. Поскольку временем я располагал, решил подать заявку – почему бы и не «да». Конечно, это обучение нужно для коммерческих проводников (к коим я не отношусь ни единым боком), но отчего не получить документы о профессиональной подготовке. Я бы не рассказывал об этом эпизоде своей жизни, если бы он не предполагал учебного похода – практического занятия в рамках обучения. Вот так я и оказался среди обучающихся.
Обучали нас разные люди, включая непосредственно относящихся к туризму (например, из Федерации спортивного туризма РБ), преподаватели различных смежных дисциплин, спасатели и даже чиновники. В процессе обучения выяснилось, что однодневный выход заменён на двухдневный с ночевкой. Который, к тому же, сместился на день раньше; этим наложился на мои рабочие планы. Пришлось согласовывать всё, благо, руководитель похода пошёл мне навстречу (за что я благодарен).
По легенде я должен был эвакуироваться посреди ночи из-за непредвиденной ситуации – всё, как в реальности, так сказал руководитель. Вообще любые новые вводные добавляют интерес к любому занятию и зачастую заставляют тихо материться исполнителей этих вводных. Для возможной ночёвки впервые пришлось готовить оба имеющихся в наличии коврика, два спальника и палатку. Рюкзак оказался легче, чем обычно.
Оказалось, что нас в поход идёт аж 35 человек, ужас для любого организатора. Но как-то получилось организоваться. Все люди были поделены на 6 отделений. Каждое отделение должно было само позаботиться о коллективной экипировке, питании, ночёвке и порядке движения к указанной точке ночёвки. Хоть и предполагалось, что каждое отделение автономно и само решит свои вопросы (всё-таки, не случайные люди попали в обучение), всё же руководителю иногда приходилось самому участвовать. В моём, шестом, изначально было 4 человека, но потом все остальные по разным причинам отказались идти. Я остался один – сам себе отделение. В назначенный день все собирались с рюкзаками в точке оправления. Стартовали из колледжа, где и обучались.
Местом начала похода была выбрана Пыхта, маршрут – движение вниз до поляны на реке Грязнухе. Там ночёвка (оттуда мне эвакуироваться), а дальше – по лесу в сторону Улан-Удэ. Но это лишь план. Как получился на деле – смотреть по месту и по обстановке, как всегда, в любом моём путешествии. На то он и поход, чтобы адаптироваться под складывающиеся условия. От колледжа все грузились на автобусы. Рюкзаки либо складывались штабелями в проходы между сидений, либо держались на руках. Ехали по отделениям. Моё шестое отделение также погрузилось в полном составе в один из автобусов.
Пыхта нас встретила редким для ноября голубым небом. Почти не было ветра. Наверное, такое количество людей перевал не видел с лета. В отличие от города тут снег лежал уже достаточно давно. Забросились мы аж на трёх автобусах. Вся наша компания начала выгружать рюкзаки и броуновским движением крутиться близ них. Проезжающие мимо люди разглядывали многочисленную и разноцветную команду с большими рюкзаками. Даже движение замедляли, чтобы поглазеть от души.
Я думал, что на перевале ещё полчаса все будут собираться, экипироваться, перекладывать вещи и тому подобнее, как это обычно и бывает. Поэтому не принимал походную форму загодя. Но все остальные приготовились ещё в колледже. Пока я фотографировал, они наводили последний марафет. Пришлось действовать быстро, чтобы никого не задерживать.
После экипирования Ардан Агванович, руководитель похода, построил всех, проинструктировал очередной раз и по отделениям отправлял вниз.
Напрасно я опасался всех задержать. Пришлось снимать рюкзак, чтобы помочь человеку экипироваться. Он шёл в поход первый раз, своего снаряжения никакого у него нет, взял где-то. А это рюкзак литров на 30 со сломанным поясным обхватом. К тому же его отделение (из самых опытных) большую часть тяжестей отдало именно ему. Насколько это было возможно, помог, после чего вдвоём поспешили за всеми остальными. Никогда я не спускался с Пыхты вниз перпендикулярно дороге (вверх поднимался), и вот теперь этот пробел устранён. Мы вошли в лес.
Наши многочисленные отделения шли двумя группами. Хоть руководитель и дал задание каждому отделению двигаться самостоятельно, все люди организовались в две большие кучи. И идти позади всех оказалось легко и приятно. Когда перед тобой по снегу проходит десять человек, твоя основная задача не свалиться на бок и всего-то! Протоптали тропу – иди, радуйся. Я шёл и радовался.
Совсем недавно выпал снег, поэтому ветер ещё не успел его скинуть с ветвей. Тайга в снегу – это не просто лес, скованный морозом, это целая вселенная, погружённая в тихую добрую сказку. Мир вокруг совсем изменился, мне кажется, это ощущали все. Воздух хрустальный. Не будь тут столько людей, можно было бы услышать, как он звенит. И тогда отдельным удовольствием является слышать, как ухает с кедровой лапы на целик.
Наш путь лежал в целом всё время вниз. Вскоре гора по правую сторону осталась позади и солнце ударило сквозь ветви с новой силой. Какая же красота кругом! Пока человек не окажется тут, не поймёт, что он теряет, оставаясь дома. Свежий воздух и физическая нагрузка критически важны человеку. Температура не ниже десяти градусов – на мой взгляд, самая оптимальная погода. Будь чуть теплее – промокнет обувь, одежда.
Сколько я не смотрел по сторонам, не мог налюбоваться природой. Свежий лёгкий снег драпирует ветви пушистыми гирляндами, а редкий бурелом превращает в неведомых зверей. Солнечный свет отражается многочисленными микробликами от снежинок, похожий на алмазную пыль. А уж контраст с голубым небом вдохновляет на дальнейшее погружение в тайгу. Я оглянулся – там, позади, где-то в самом начале пути сидели на рюкзаках люди, скоро подтянутся.
Тропа, которую вытоптали впередиидущие, привела нас в кусты. Это означает, что мы находимся близ русла речки. По карте – таковая именно тут и начинается. Я видел провали под тонкий полый лёд. Вот в чём прелесть идти позади всех – видно, куда наступать. Мы вошли в долину реки Малая Дабата. По ней лежит дорога – это очевидно по ровной поверхности павшего снега и отсутствию деревьев.
Вскоре впереди показалась достаточно широкая полянка, на которой сидело множество людей. Это пионеры нашей группы, которые отдыхали, устав от тропёжки. Несмотря на лёгкий снег, лежащий на поверхности, идти по целине не просто. Внизу упавший и уже спрессовавшийся старый снег, который нужно пробивать. Тропить одному достаточно тяжело, поэтому необходимо меняться.
Синие тени всё увереннее ползли на восток, солнце опускалось за вершины деревьев. Сразу стало тоскливее. Наш путь начался полтретьего дня, скоро в лесу лягут сумерки. Вот тогда он из весёлой сказки превратится в напряжённого соседа. Вот тогда он, отойдя от солнечных ванн, заметит, что какие-то люди вторглись в заповедные чащи и мешают местным обитателям готовиться ко сну.
Русло Малой Дабаты располагалось справа от нас. За ним гора, а уж далее место стоянки. Вторая группа отделилась от нас давным-давно, неизвестно, где шагала. На мой взгляд, нужно было уже поворачивать направо и сходить с дороги, однако штурман пятого отделения, которое и тропило, принял решение о движении вдоль реки. Что ж, зимой, да ещё в тайге лучше не отделяться от людей. Идём все вместе.
Наша толпа состояла из четырёх отделений. Я шёл сразу за третьим. Оно являло собой детей-студентов из иволгинского колледжа, которых, по всей видимости, обещаниями нереальных впечатлений от зимнего похода соблазнил их инструктор и преподаватель Андрей. Нет сомнений, что он сам получал удовольствие, но некоторые из детей явно дулись на снег, лес, друг друга и несправедливость жизни.
Последние лучи солнца пробиваются через ветви. Свет уже не льётся потоком, а бьёт стрелами. Пробивающееся пятно подсвечивает вокруг ареала. Последние потоки сегодняшнего дня. Солнце словно приглашало нас идти на запад, ко второй группе. Но, видя, что мы не решаемся, махнуло рукой и не спеша заползло за горизонт – ту самую гору, которую нужно преодолеть.
Наступили первые сумерки. Стало прохладнее, унылее. Кто-то устал. Но нужно идти дальше, нас ждёт долгий путь. В целом двигаемся медленно. Будь тут только те люди, с которыми я обычно хожу по таёжным сугробам, наверное, двигались бы раза в два быстрее. Вернее, один из них – Зорик – тоже участвовал в учебном походе, но он ушёл с другой группой, неизвестно где сейчас топтал снег. Скорость толпы определяется скоростью самого медленного из неё. Приходится ждать отстающих – но это норма походной жизни, по-другому и быть не может. Человека одного бросать нельзя.
Видимо, снег стал совсем тяжёлым, потому что я, идущий среди последних, догнал пятое отделение, брошенное на тропление. Представители пятого отделения отдыхали. Думаю, ждали, кто же их поменяет в этом нелёгком деле. Но кто мог их сменить? Второе отделение веселилось где-то позади вне пределов видимости. Третье отделение – сплошь дети, которым рано тропить. Остаётся в нашей группе одно отделение – шестое. В моём лице. Обогнав всех, я пошёл по целине.
Этот снег я, конечно, прочувствовал. Хорошо, что тропить приходилось вниз. Несколько сот метров я шёл бодрым темпом, оторвавшись от остальных. Когда сердце уже готово было выпрыгнуть из груди, позади, к счастью, раздались крики, что нужно отдохнуть.
Когда все собрались, приняли решение, что нужно сворачивать с дороги направо. Снова первыми пошли люди, тропившие до меня. Довольно скоро достигли реки. Кто-то даже провалился под лёд, но воды почти не было, повезло. А вот когда пошли вверх, многие мгновенно уставали. Даже те, кто шёл уже по готовому пути, задышали. Поэтому стали чаще останавливаться.
В тайге день не кончается внезапно, он не гаснет. От растворяется. Наступают ранние сумерки – время так называемого «Синего часа». Такое бывает только в тайге, только зимой и только ясным днём. Из-за горизонта солнце ещё напоминает о себе – синева небесного купола отражает последние лучи. Пушистый снег становится стальным и колючим, всё пространство наполняется призрачным холодным, фарфоровым светом.
Пока мы шли в подъём, постоянно останавливаясь, сзади на нашей тропе постепенно появлялось второе отделение. Где они были и что делали – можно только предполагать. Но пусть уж эти предположения останутся при мне. В принципе, шли они неспеша, только вот я с отстающими шёл ещё медленнее, уговаривая людей в моменты остановки чуть прибавить. Первый общий сидячий привал случился, как только выбрались из долины Малой Дабаты.
Наконец в тайге отключили освещение, некоторые зажгли налобные фонари. Я сторонник как можно более позднего их включения. Во-первых, экономится энергия, а в условиях зимы её расход в два раза быстрее. Во-вторых, глаза приспосабливаются под искусственный свет и хуже различают то, что творится за пределами лучей.
На тот момент шли уже больше трёх часов, медленно пробираясь через лес. Как только пошли с фонарями, лес стал гуще, словно подгадал.
Тьма сгущалась, словно наваливаясь из-за деревьев. В зимней тайге и так не густо с цветами, а тут мир вообще стал чёрно-белым. Теперь шли на спуск. Некоторые из нас, впервые оказавшиеся в таких условиях, не ели, поясняя, что не хотят. Ошибка, конечно. В лесу, особенно заснеженном, еда не только поддерживает силы, но и согревает. Я шёл последним, добровольно приняв на себя функции замыкающего, следя, чтобы никто не потерялся во тьме.
Я уже начинал подумывать, а не рано ли заказал машину эвакуации, мне ведь ещё добраться нужно обратно к дороге. А уходили мы всё дальше и дальше. Ладно, придётся выгребать быстро-быстро. Наша шедшая впереди часть группы оживлённо заговорила. Когда хвост подтянулся, руководитель похода показал широкую колею в снегу, сказав, что мы вышли на след второй группы. Теперь-то пойдём быстрее.
Колея действительно шла к месту ночёвки. В какой-то момент мы, видимо, вышли к притоку Грязнухи, поскольку опять под ногами чернели дыры в тонком льду, а не успевшая замёрзнуть почва чуть ли не чавкала. По тропе было множество кустов, что обычно для ручьёв. Приходится как-то пробираться. Грех жаловаться – вторая группа протоптала отличную дорогу, можно бежать. Благо, оставалось не много.
Наконец, я вышел на широкую поляну. Вот почему руководитель хотел именно сюда. Тут столько ровного места, что можно основать небольшой посёлок. Вторая группа в составе первого и четвёртого отделений пришли полтора часа назад, поставили палатки, развели костры и уже доваривали ужин. Это мне рассказал Зорик, угостивший горячим чаем. Остальные только начали разбивать лагерь. На этом первая часть моего похода – коллективная – закончилась.
Дальше начиналось самое интересное. Время – начало десятого, мне предстояло по отмеченной на карте дороге выходить к карьеру близ Пыхты. Заверив руководителя, что меня провожать не нужно (то, что я и один справлюсь, подтвердил заслуживший в былые годы доверие руководителя Зорик), я приготовился.
– Отзвонись потом! – дал наказ Ардан Агванович.
Я пообещал звонить, после чего пересёк Грязнуху. Огромная поляна оставалась на левом её берегу, а на правом передо мной в ночи лежала заснеженная дорога.
Вот теперь настоящее путешествие! Мне предстоит пройти два с половиной километра, набрав около двухсот метров высоты. Тропить вниз и наверх – две большие разницы. Если я вниз-то прошёл по целине несколько сот метров и напрягался, что что уж теперь говорить. Правда, на полпути меня должны были встретить двое туристов, идущих к полянке. И вот по их следам идти будет гораздо проще.
На тропе были старые следы, тут когда-то шёл человек. Только вот после человека и снег снизу спрессовался, и новый навалил. Но вскоре и эти следы пропали, остались лишь звериные. Пробивать дорогу по уплотнившемуся снегу в гору оказалось далеко не лёгкой работой. Заранее я переложил конфеты «Ярче» из рюкзака в карман, чтобы поддерживать силы смесью шоколада и орех. Мне совсем не нужно, чтобы энергия закончилась на полпути.
Деревья аркой нависали над дорогой, приходилось чуть ли не проползать под ними.
Чтобы упорядочить своё движение и не выдохнуться, я делал так – сто шагов, потом отдых, потом ещё два раза по сто. Проверяю расстояние по навигатору – за три таких подхода я проходил двести метров. Мало, но в сложившихся условиях медленно, но верно я поднимался в гору. По краям берёзы стояли непотревоженные, тянули свои костлявые руки ко мне, словно пытаясь схватить, но в ответ лишь получали палкой по пальцам.
Лёгкие работали, как меха. И вот сейчас, посреди ночи, я начинал вспоминать, какие это нагрузки. Оказывается, я скучал по ним. В такие моменты изо всех сил чувствуешь себя живым. Пробиваясь через снег, я ощущал всю мощь мышц и радовался, что несколько дней накануне тренировался. Дыхалка не подводила.
Вокруг чернел лес, кто уж ждал меня в темноте, я не ведал, но надеюсь, что не волки, ибо от них никуда не убежишь. Так и поднимался постепенно, провожаемый сотней невидимых кровожадных глаз, затаившихся в ночи.
По моим подсчётам, идущие навстречу мне уже должны были встретиться со мной. Но их всё не было. Ни лучи фонарей не мелькали выше по дороге, ни хруст снега не тревожил слух. Ночь вообще удивительно тиха. Я надеялся, что с незнакомыми мне туристами ничего не случилось. Позже выяснилось, что они пошли по другой дороге, но на тот момент я об этом не знал.
На середине пути подъём стал круче, идти ещё тяжелее, соответственно, шаг короче. Я попытался ускориться, ничего хорошего из этого не вышло. Я посмотрел на карту перепада высот. Оказывается, что эта крутизна скоро закончится, нужно немного потерпеть. Но у меня не было другого варианта. В целом, я чувствовал себя хорошо. И физически, и морально. Вокруг моя природа, тут спокойно, красиво.
Когда наиболее крутой участок закончился, я захотел пить. Пить можно только чай из термоса. Поэтому я устроил небольшой привал. Чай приятно насыщал. Не скажу, что он согревал, ибо я и так был достаточно разогрет. Заодно и перекусил. Сладости уже надоели, но сейчас они были лучшей пищей, ибо быстро давали ту энергию, которая мне и была нужна. Туристов я так и не увидел, уже тогда предположив, что мы разминулись. Поначалу я хотел вместе с ними испить чаю при встрече, но поняв, что не удастся, навернул вторую кружку вне нормы.
После сладкого ужина я пошёл быстрее. Мог делать уже более ста шагов без отдыха. Видимо, подъём стал положе. Последнюю сотню метров до перекрёстка я почти пробежал. На перекрёстке две дороги сходились почти под прямым углом. Тут я увидел следы во все стороны, кроме моей. Как интересно. Явно более двух человек ходили. Едва я ступил на протоптанную тропу, как ноги меня понесли с удвоенной энергией. Андрюха, ожидавший меня, уже несколько раз звонил, спрашивал «Тыскоро-тыскоро?»; я и так злоупотреблял его временем.
Самый свежие следы уходили под углом к моей дороге вниз. А пришли они со стороны карьера, куда теперь шёл я. Достаточно громко слышался гул машин, значит, я совсем рядом. Выполаживание ещё ускорило меня. Теперь нет смысла смотреть на карту – тропа одна, совсем свежая, пробита отчётливо, не заблужусь. Да и осталось метров двести, не более. После тропления в гору я чуть ли не прыгал.
Следы уперлись в колею от автомобиля и растворились в ней. Вот уж финишная прямая, я вижу андрюхину машину, стоявшую на «аварийке». Вот я и выгреб из тайги, набрав двести метров высоты. Это было не всегда приятно, но безумно круто! Наверное, ради этого (ну, кроме необходимости получить «корочки» о профессии) я и пошёл в поход. Я скинул рюкзак возле открытого багажника, тем самым констатировав окончание лично моего учебного похода.
