Пик Тальцинский
Первая таёжная ночь традиционно прошла беспокойно. Спать особо не удавалось, в спальнике ворочалось неудобно, как итог, задремали только под утро (хотя и легли поздно). Над палаткой кричала какая-то птица. А с рассветом к ней присоединились её сородичи. Но, тем не менее, открыв навстречу утру палатку, глядели на прекрасные солнечные горы.
Проснулись достаточно поздно, но полагали, что есть тропа, чего же переживать. Идти недалеко, вроде бы, мы уже поднялись немного.
Утро позволило рассмотреть окружающую природу при более ярком освещении. Какая же услада душе после привычных городских камнепереплетений! На палатку никто не нападал ночью, посему готовы к дальнейшему путешествию.
Зажгли горелку, приготовили завтрак. Литра кипятка хватило и на чай, и на кашу быстрого приготовления. А кто-то наслаждался чудесным кофе, о чём давно уже мечтал(а). Окончив завтрак, не спеша начали собираться.
После восхождения планировали вернуться обратно, поэтому решили часть вещей оставить тут. Не стали упаковывать палатку, спальники, коврики и прочий неактуальный на вершине груз. Унесли всё в заросли и спрятали под камуфлированную накидку от лишних глаз, мало ли кто увидит. Конечно люди в горах – туристы – почти всегда хорошие, чужого не берут, но как говорит наш ныне не пошедший в поход друг, «бережёного бог бережёт».
Едва собрались, как внизу мелькнули яркие несвойственные природе цвета, а позже на тропе появились три человека. Первый – явно проводник, гид, лет 60-и, худощавый, прям сухой. Идеальное телосложение для восхождения. Следом шла женщина лет 35-и, третьим поднялся уставший мужчина – явно туристы. Гид нам сказал, что мы в самом начале пути, а самое сложное ещё впереди. Рассказал, что воду наверх нести нет смысла – на всём пути встречаются ручейки, от жажды тут ещё никто не умирал. Они пошли дальше.
Ну, вот, первые туристы. В отличие от нас, у них маленькие рюкзаки. Мы, немного дав им фору, пошли следом. Хорошо натоптанная тропа сразу повела наверх без всяких серпантинов. По краям высилась зелень, небо голубело, а по мере восхождения всё шире открывался вид на хребет Хамар-Дабан.
Путь и правда был круче, чем до нашей ночёвки, частенько приходилось останавливаться, отдыхать. Пекло нещадно, сейчас стояли самые длинные дни в году и самое высокое солнце. Но ручейки были ледяными – просто так воду не попьёшь; некоторые совсем маленькие.
Выйдя на ложную вершину, мы увидели вырезанный идол и огромную поляну, словно тут и заканчивался уровень леса. Но нет. Поляна – огромный гул в долине с высокой травой. Деревья тут почему-то не росли. Мы перешли через неё и остановились немого отдохнуть у ручья, громыхавшего по отполированным камням. Перед нами тут же отдыхала троица туристов, но, едва мы приблизились, ушли.
Дорога повела по камням вверх. Долины и цирки настолько утопали в зелени, что не верилось, что это не специально разбрызгивали краской. На склонах белели снежники. Скорее всего, ещё неделя – и тут их уже не будет. Водопад в долине, слышимый нами ещё с Танцплощадки, не утихал и на такой высоте.
Когда взошли по камням, увидели палатку. Она была накрыта дождевиком. Я подошёл, осмотрелся; Явно уже несколько дней тут никого не было. Тропа как будто и закончилась у палатки, но рядом чуть ниже лежал ледник, по ту его сторону Таня нашла тур, значит, нам туда. Лёд грязно-белый, с многочисленными следами ног. Внизу журчал ручеёк. Не провалиться бы, подумал, неизвестно же, какая глубина. Но прошли ледник благополучно. Вчерашние туристы, видимо, поднялись до этого места. Что ж, достойно.
Тропа потянулась дальше. Одни виды сменяли другие. Мы то и дело перешагивали через ручейки, некоторые бежали прямо нам навстречу, не желая себе пробивать своё русло. Периодически налетал ветерок, но тут же пропадал, вокруг жужжали и звенели редкие насекомые, но как-то лениво, то ли разморённые жарой, то ли недавно оттаявшие.
Мне всегда интересно, а кто и как прокладывал эти тропы. Я много раз ходил без каких-либо троп, когда пробираешься через бурелом, непонятную лесную подстилку, камни и болота. Ногу поставить страшно – или подвернёшь, или провалишься. А кто-то шёл именно тут и нашёл оптимальный путь. Да ещё и много раз. Даже сейчас шаг к сторону – и неизвестно, на что наступишь.
Наконец тропа вышла из зоны леса. Высокого кондового леса. Теперь нам встречались кусты, стланик и трава ниже ботинка. Мы выходим на высокогорье. Теперь впереди альпийские луга. Виднеется преобладающая высота. Я сверился с картой – это и есть Тальцинский. А сколько же зелени вокруг, какое голубое небо, какие холодные, прозрачные ручьи! Не хватает только коровы из «Милки». Идем по выбитой тысячами ног каменной тропе.
Слева из-за горки показалось озеро, к нему Таня сразу же спустилась с исследовательскими целями. С одной из сторон в озеро упирался курумный склон. В этом месте, вероятно, высшая точка стоянки. На возвышенности около озера находилось кострище, около него ровная площадка могла вместить несколько палаток. Если только сюда забраться с палатками, несколько дней тут можно просто наслаждаться природой. Такие виды сложно сыскать.
Дальше начались льды. Первое неширокое поле, обрамляющее небольшой водоём прошли, прислушиваясь, не трещит ли лёд. Чуть дальше – огромный участок с почти идеальной трещиной кругом посредине. Я заглянул в трещину – явно не менее метра толщиной. Наверное, оставшихся двух месяцев жаркой погоды будет маловато, чтобы такая толща растаяла. На противоположной части ледника по крутой поросшей робкой растительностью осыпи тройка туристов поднималась на гребень.
После ледника начался крутой и опасный подъём наверх. В дождь тут сложно подниматься, если уж сейчас, в сухую погоду, приходится хвататься за камни, чтобы не слететь обратно вниз. За всё наше время восхождения этот участок имел наивысший угол подъёма. То и дело кроссовки скользил вниз, отправляя шиверу на свидание с ледником.
Наконец, поднявшись, могли насладиться живописным видом цирка. Он состоял изо льда, курумов и зелёных полей на склонах, на одном из которых, к тому же, темнел стланик. А по ту сторону мощной грядой высились сине-зелёные зубья хребта.
Мы поднялись в ещё один маленький цирк, в центре которого конечно же находилось ледяное пятно. Тропа вела через него, поднимаясь на гребень. Мы шли следом и упёрлись в стену стланика. Удивительно, но до сей поры стланик нам попадался редко и, тем более, не преграждал путь.
Как это часто бывает, противоположный склон гривы, на которую мы поднялись, сплошь в стланике. Невысокий, но плотный, он словно волны спадал в сторону Байкала. Озеро-море прекрасно просматривалось с гребня во всю ширину вплоть до иркутских берегов.
Ровная и чёткая тропа лежала вдоль границы стланика. Почувствовав близость вершины, Таня чуть ли не бегом пошла в ту сторону, несмотря на тяжёлый рюкзак за спиной, я отправился следом. Туристы исчезли где-то за поворотом. Иногда слышали женский смех, но разглядеть их не могли.
А посмотреть тут было на что во все стороны! С таких высот куда ни глянь – везде красиво. Пытаться описать все свои впечатления сложно. Сюда нужно подниматься, набирая километры высот только для того, чтобы увидеть то, что видим мы.
Тропа упёрлась в обрыв и повернула в стланик. Теперь идём по северной стороне гребня. Тут уже и упасть не страшно – до первых ветвей, они спружинят, смягчат падение, даже боли не почувствуешь, разве только в смоле измажешься. Северные склоны не менее прекрасные, но более дикие. Сверху сложно найти маршрут.
Вершина появилась внезапно. Вроде идёшь-идёшь, а потом триангопункт. Но в нашем случае – просто палка. Мы взошли (Таня минут на пять раньше меня) на пик Тальцинский и в награду получали возможность любоваться горами, как и всегда.
Туристическое трио заканчивало фотосессию. Проводник нам рассказал, что живёт в Выдрино и водит людей то на пик, то на Соболиные озёра (куда собирался завтра). Когда я поведал о наших блужданиях в самом начале пути, он рассказал, что табличку про якобы отворот от основного пути по просеке специально повесил владелец баз на Тёплых озёрах, чтобы простые смертные бесплатно не шастали через его владения. При этом проводник не знает, можно ли подняться на пик иным путём, кроме этого, но, возможно, кто-то поднимается. Договорившись встретиться на Соболиных озёрах завтра, мы разошлись. Вернее, он увёл свою команду обратно вниз.
Теперь могли спокойно насладиться природой окрест! На севере пятнистая лесная равнина переходила в Байкал. От пика вниз тёмно-зелёными волнами скатывались склоны хребта. На юго-западе высилась гора Валунная. Судя по гугл-картам, люди ходят и туда, а за ней, якобы, есть место стоянки. Гид-проводник на мой вопрос ответил, что он не знает, ходят ли туда люди, лично он ни разу не был там. Валунная на два метра выше Тальцинского, путь к ней ведёт по стланику, а с южной стороны – крутые обрывы. Я изначально рассматривал вариант ночёвки на ней, но отказался в итоге, мало ли, вдруг там нет воды.
Тут было всё – и зубья гор вглубь Хамар-Дабана, и цирки, и снега, и серые безжизненные осыпи, где явно никто не бывает. Хотя я с удовольствием побывал бы в этих нехоженых людьми местах. Конечно же, недостаток стланика по пути с лихвой компенсировался наличием его во все стороны. Смотря на него я почти физически испытывал, как пытаюсь продраться через него, а он не гнётся, цепляет рюкзак и не даёт пройти. Смола и кажущаяся безнадёга – к этому стланик приучил меня очень хорошо. Эти ощущения, думаю, теперь со мной на всю жизнь.
Мы давно мечтали испить свежий кофе в высокогорьях. Наступила его пора. Какое же восхождение без перекуса, а посему скинули рюкзаки, достали продукты, устроились поудобнее. Я поставил горелку, Таня насыпала кофе в кофейник. И так на самом верху пика Тальцинский мы сварили себе кофе. Жизнь прекрасна вдвойне! А с «Жокеем» - ещё и бодрее.
После перекуса среди камней нашли пластиковый герметичный контейнер, в котором лежал блокнот. Он являл собой маленькую записную книжку, где каждый из посетителей вершины должен был оставить запись о визите и немного информации о себе, либо о природе, да хоть о чём! Мы тоже оставили.
По нашей шкале этот подъём считается попсовым. Сюда лежит прекрасная тропа, часто поднимаются люди, даже, наверное, самые неподготовленные. Да и следов медведей мы не встретили. Но кто сказал, что попсовая вершина не может быть крутой? Пик Тальцинский – очень красивая вершина! Крутая!
Как бы ни хотелось стоять почти на крыше мира, но нужно возвращаться. И так вышли на два часа позже, чем планировали. По пути вниз встречались и снежные выступы, через которые тянулась грязная цепочка следов, и тропинка прямо через стланик. Прошли через ворота – так мы назвали переход с северного склона на южный.
Туристическое трио сидели внизу на пригорке, еле видимые отсюда, за ледником с круглой трещиной (ещё ранее названной нами смайликом). Спуск по крутой тропинке дался нелегко. Во-первых, ботинки скользили, из-под подошвы дробью летели камни, во-вторых, вниз всегда идти опаснее, не за что ухватиться. А в-третьих, напрягаются колени, работают совсем другие мышцы. Но спустились к смайлику без приключений.
Всё время нашего получасового спуска туристы отдыхали, видимо, пили чай. Но едва мы прошли, они собрали вещи и пошли за нами. Гид поторапливал их недостатком времени, пугал перспективами идти ночью по тайге, но женщина не могла не сделать пару сотен фотографий.
Солнце опускалось за пик. Сначала вниз мы шли в его лучах, как и вся природа, ярко освещённые лучами. Но первые тени уже тянулись за нами. Всегда самые крутые и опасные спуски желательно пройти при естественном освещении.
Чем ниже спускались, тем темнее становилось. Солнце опустилось за гору, освещая лишь противоположную сторону долины Снежной. Мы сильно оторвались от людей, но пока исследовали стоянку около очередного кострища, расстояние сократилось. Палатку на леднике никто не тревожил. Я думал, придут сегодня в неё люди, но нет.
Восхищавшие нас на подъёме луга выглядели уже не так весело и гостеприимно. Словно в траве пробуждалось что-то, что стимулировало побыстрее спускаться в тайгу. В траве кто-то бегал, шелестел. Появились насекомые, переждавшие дневную жару.
На всей протяжённости тропы на деревьях краской проставлены метки, видимо, чтобы не заблудиться. Хотя заблудиться здесь сложно – тропа-то одна. Мы спустились к танцплощадке. Наши вещи под маскировочным укрытием никто не тронул. Таня, как всегда, пришла раньше и вытащила их из глуши поближе к тропе. Пока мы заново собирали рюкзаки, троица нас догнала и ушла дальше.
Дальше тропа становилась положе. Можно было расслабиться. Мы шли знакомыми местами, чем ниже, тем быстрее. На лес опускались сумерки. Шли через привычные брёвна, переправы. Сейчас задача стояла в том, чтобы выбрать подходящее место под ночёвку. Желательно где-нибудь на берегу поближе к отвороту в сторону Соболиных озёр. Карта показывала, что этот отворот почти около излучины – границы базы Тёплых озер.
Дошли мы и до основной переправы через реку Тальцы с двумя брёвнами и мощным тросом. Я шёл первым. Обернувшись, я обратил внимание на указатель, который ранее видел, но не рассматривал. На дереве стрелка вправо указывала на пик Тальцинский, а вот на левой стрелке вырезано «С.Озёра». Видимо, отворот тут, а карта врёт.
Я вернулся на правый берег. От развилки влево действительно тянулась широкая тропа, почти дорога, со следами от квадроциклов. Чуть дальше исследовав её, на деревьях заметили лоскуты ткани. Эта тропа ещё шире и увереннее, чем на пик. Никуда, кроме нужного нам озера, она вести не может. Значит, скидываем рюкзаки тут и ставим палатку.
Мы остановились на излюбленном месте туристов. Тут сооружены стол, скамьи, собраны дрова, очищено место под палатку. Вторую ночь мы проведём тут. Сварили суп, вскипятили воду, а перед сном устроили импровизированный душ. Смыв с себя дневную грязь, усталость и убитых комаров, влезли в сухую одежду и спальники. Если в первую ночь нас убаюкивал шум водопадов, то ныне колыбели поёт относительно спокойное течение Тальцов.
На завтра нас ждал путь на Соболиные озёра.