Кукучелок
– Когда ехал в сторону Гусиноозёрска, за Оронгоем видел какое-то ущелье с правой стороны, – вспоминал Эрдэм.
В поисках ущелья открыли карту. В этих краях ещё не искали, поэтому информация о рельефе ограничивалась лишь общими сведениями. Ущелье – как явно выраженный объект – мы не нашли, зато увидели кое-что более интересное. В стороне от населённых пунктов, между сёлами Ключи и Оронгой, за горной грядой высится Кукучелок – господствующая высота в окрестностях (на самом деле нет). В ближайшие выходные туда и собрались.
Как обычно – изучали пути, собирали информацию, в том числе о транспортной доступности. Ко дню «Д» у нас появился транспорт. Утром 8 февраля вчетвером поехали в оронгойскую долину.
У подножья гор лежала здравница-лечебница; у забора, её огораживающего, экипировались, оставили машину и по левой стороне обошли ограждение.
Лёд на степи, представший нам по пути, объяснялся просто – тут бежало несколько источников, подписанных, как целебные.
На них не останавливались, пошли по тропе в подъём, которая, впрочем, скоро закончилась. С этого момента наш путь в подъём лежал по нехоженому снегу.
- Тропи! – Ваня указал мне пальцем наверх.
Но едва я начал, он сам обогнал и привычно побежал по указанному направлению.
Буквально через несколько десятков метров дали о себе знать и длительный простой между такими нагрузками, и отсутствие спорта в ближайшем прошлом, и набранные за новогодние праздники килограммы. Казавшийся несложным подъём предстал внезапно изматывающим. Когда вошли в полосу молодого сосняка, вынуждены были остановиться и унять пришедшие с непривычки в шок организмы.
Солнце висело в лёгкой дымке где-то над Оронгоем, слабо освещало и не грело.
Стометровая хвойная полоса осталась позади, вновь шли по лысому склону, уже продышавшиеся и размявшиеся. По сути, шли по степи, непонятно с чего решившей подниматься. Из-под неглубокого снега торчали лысые бурые кусты, изредка валялись сухие ветки и тонкие стволы.
Верхний горизонт обрамляла тёмно-зелёная щетина. Вскоре эта щетина выросла до размеров очередного молодняка.
Первый отдых устроили тут же, на поваленном стволе.
В сторону города параллельно нам шёл вверх гребень с негустой растительностью.
А наш путь шёл через небольшой лес, и вскоре мы забрались на первый рубеж. С которого дальше на запад хорошо виднелась вершина.
По всей видимости, искомый нами Кукучелок. В глубине сознания мелькнула мысль, что уж что-то слишком быстро до него дошли, но радость восхождения перекрыла математические расчёты. Требовался отдых – длительный подъём достаточно вымотал. Левее и выше из снега торчали камни.
На этой первой высоте утроили привал с чаем и шоколадом. Было тепло, тридцатиградусные морозы, жавшие весь январь, отступили, в контрасте с ними день мог казаться чуть ли не ранневесенним.
Набравшись сил, отправились дальше. До видневшейся вершины пролегала удобная седловина с очень небольшим перепадом высоты.
Леса становилось всё больше, появился валежник. В какой-то момент вышли на свободную от деревьев полосу, вдоль которой кое-где из снега поднимались камни. По всей видимости, поднимались по занесённой дороге.
Оставалось совсем недалеко. Седловина тянулась лёгкой волной, повышающейся по мере движения. Слева и справа открывались виды на соседние гребни.
Снег становился глубже и крепче. Дорога на гору тянула вверх. По мере восхождения природа преподносила приятный бонус – небо навстречу нам голубело, растекаясь всё ярче – тучи уходили. Завершающие метры по насту и…
мы выходим на вершину… Но только для того, чтобы увидеть дальше на запад ещё одну гору, выше нашей.
Мы поднялись не на Кукучелок, он высился за глубокой долиной. Карты, расчёты времени передвижения и логика подтверждали первоначальный вывод. А отсюда пока любуемся во все стороны пейзажем.
Пока Таня и Валентин уходили по гребню на юг, я и Ваня соображали, как же идти дальше. Очень не хотелось терять с таким трудом набранную высоту, но, предположительно, гора под нами стояла одиноко, без связи хребтами с целью. А это означало, что проще спускаться, после чего вновь подниматься, уже гораздо выше. Тяжело, но надёжно. Однако Ваня указал направо:
- Может быть там проход есть, чтобы не спускаться!
Из-за леса оценить и проверить предположение возможности не представилось.
- Думаешь?.. – я снова посмотрел на карту. Вроде бы, Ваня прав, там перепад высот значительно меньше.
- Да, мне кажется, там соединяются хребты.
По всей видимости, между хребтами, правее от нас, находится перемычка, и долину можно обойти по высоте. Поэтому повернули на север, чтобы дальше войти в лес в поисках удобного прохода. А оставленную позади гору назвали Ванькиным взгорком.
Шли хвойным лесом. Нас сопровождали звериные следы. Чем дальше продвигались, тем отчетливее представали очертания седловины, соединяющей таки два хребта.
Тени от стволов поначалу указывали направление движения. На небольших спусках съёзжали вниз. Вот прям съезжали, а не сходили.
Чуть дальше встретились камни, большой массив на вершине.
За камнями взору из снега поднимались берёзы и кусты.
Шли по косогору, чтобы сократить по гипотенузе путь на седловину. Ваню чутьё и опыт не подвели – перемычка ложилась под ноги.
На седловине внезапно обнаружилась дорога, сошли на неё и какое-то время никто не тропил, однако она потянулась вниз, а мы потянулись наверх.
Отсюда виднелся и сам Кукучелок, и вершина, на которой мы уже побывали. Склон тут менее лесист, поэтому-то и отчётливо просматривались соседние горы.
- У меня тут гора закончилась! – раздался откуда-то из снега ванин голос.
- Так всё, мы на хребте, путь на гору открыт, идём! – предстояло выйти из леса
Шли по северному склону кукучелокского хребта, чтобы по косогору выйти на гребень. Открытое пространство, на западе белели отроги Хамар-Дабана, которые манили вглубь хребта. А внизу разбросаны постройки.
Когда добрались до гребня, обнаружили очередную дорогу. По всей видимости, ту же, по которой уже шли. Прямо на гору, сквозь редкий лес, всё поднимаясь, вели тракторные следы.
Уже перед финальной вершиной следы повернули влево, поэтому вновь поднимались по целине.
Силы заканчивались, проделали уже большую работу по восхождению. Ноги переставлялись не так бодро, скорее, еле-еле. Уже физически чувствовалось, что силы кончаются. По ощущениям вершина вот уже должна быть.
И ощущения не подвели! Из-под снега торчал знак, извещающий о том, что мы достигли вершины Кукучелка. Наконец-то.
Вокруг лес, во все стороны. Меж деревьев гулял пронизывающий ветер, дувший с западной стороны – признак любой высоты. А дальше – занесённую колею, люди сюда заезжали и на транспорте.
Теперь надлежало развести костёр, обогреться. С восточной стороны (укрываясь от ветра) у вершины лежала почти ровная площадка. Спустились туда, выбрали подходящее место. Расчистили от снега, наломали и нарубили дров, развели костёр.
Отдых и тепло ощутимо восстанавливали силы. А в это время Таня принесла откуда-то бревно, потом нашли второе, расположили недалеко от костра.
Обустроим место привала, распаковали своим рюкзаки, достали сало, хлеб, приготовленные котлеты, прочую снедь. Что надлежало разогреть, разогрели. Столом послужили два полотенца, на которых стояла продукция. Чай в термосах был ещё горячим – очень существенное подспорье в зимнем походе.
Горячая пища, горячий чай, замаринованные хорошей физической нагрузкой и приправленные свежим лесным воздухом, являлись верхом наслаждения. Отдых удавался на славу!
Костёр догорал, солнце всё ниже скользило по стволам вершины Кукучелка, посему, отдохнув, собрали вещи и затушили костёр.
Теперь нас ждал путь обратно. Ещё раз подошли к геодезическому знаку, осмотрелись вокруг и приняли решение спускаться по дороге.
Очередной гребень, по которому тянулась дорога, лежал в нужном нам направлении. Планировали выйти к шоссе, потом дойти до машины.
Но дорога неожиданно закончилась, вновь ступили на нетронутый снег. После отдыха, приёма пищи, обогрева силы восстановились, шли весело и легко. Приняли левее, спуск стал круче; вошли в берёзово-осиновую рощицу.
Деревья и кусты взяли перерыв. Этот перерыв являлся зеснеженной дорогой, уже без следов колёс.
Они вела мимо горы, которую мы изначально приняли за Кукучелок, – Ванькиного взгорка. На него постепенно вползала тень, но пока ещё хвойная вершина освещена.
А дорога всё спускалась и спускалась, вскоре даже появилась колея.
Когда спустились, в сторону Кукучелка действительно увидели ущелье. Возможно, про него и говорил Эрдэм.
Потом шли по степи, мимо строений.
Шли по дороге, пока не вышли к машине.
