Дождавшись весны
За спиной рюкзак тяжелый,
Я несу свои мечты.
Ухожу в ветровке новой
От забот и суеты.
У меня законный отпуск,
Туристический настрой.
Карты местности как пропуск,
Компас в сумке полевой
Не нужны мне пляжи Сочи,
Все курорты – чепуха.
Лучше гор с брусникой сочной,
Чай на травах и уха.
Словно белым парашютом
Над землей туман парит,
Я иду прохладным утром,
Отбивая четкий ритм.
Отдохнуть душой и телом
Можно только у воды.
Прокопчённым, загорелым
До глубокой черноты.
Мой загар костра и солнца,
Как серебряный родник,
До глубин души до донца
Наполняет жизнью дни
Кто хоть раз ходил в походы,
На земле в палатке спал,
Кто дарил любимой оды,
На гитаре ночь играл,
Тот уже прожить не сможет
Без пьянящей тишины
И с волнением ждет до дрожи
Наступления весны.
Я наконец-то дождался весны. От зимы она не особо отличалась, но уже и морозов нет таких, и снег оплавился местами, и день длиннее. Путешествие зрело-зрело и, наконец, назрело. Наступила мартовская пятница, вечером наша большая компания собралась около вагона. Предстояло выехать за пределы республики. Нас было шестеро. Таня, бывавшая очень во многих путешествиях со мной. Андрей, бывал чуть менее, но всё же опыт немаленький. Оля и Влад – как минимум, гору Маркова мы прошли легко. Зорик; вместе мы лезли через высокогорный стланик Хаимских гольцов и через снега Брусничной горы.
Вагоны качнулись, и мы поехали в ночь. Первым местом назначения являлся Иркутск, именно там мы пересаживались на автобус. Довольно быстро погасили свет, но в последнем купе нашего вагона голоса и смех не прекращался ещё долго. Подозреваю, что многие ругали нас в подушку. Ночь проходила, как выяснилось позже, почти у всех без сна. Хотя кто-то и спал, словно убитый.
Ранним утром в субботу мы прибыли в Иркутск. Каждый из нас тут бывал, почти все – многократно. Несомненно, Иркутск, как старый казачий город, привлекателен с туристической точки зрения, но нас нынче интересовали не памятники, архитектура и его история. Интересовали нас два объекта – магазин и автовокзал. В первом мы покупали продукцию для продолжения путешествия, а со второго надлежало ехать дальше.
Закупив провизию, едва успели (благодаря некоторым!) на автобус. Мы прибыли в Иркутск в 07.40, а уже в 10.00 наш транспорт поехал дальше. Теперь путь лежал на берег Байкала. Благо, не все места были раскуплены, можно и рюкзаки рядом поставить. Почти всё время за стеклом был лес, периодически попадались маленькие населённые пункты. Постепенно вокруг обрастало горами, пока не оказались в глубине Приморского хребта. Не считая пика Черского, в горах Иркутской области я не был ни разу.
Посёлок Большое Голоустное встретил нас голубым небом и свежим ветром, я и не думал, что тут такая погода. Центральная улица с тротуаром, фонарями и многочисленными знаками дорожного движения. Пройдя пару перекрёстков, направились к своему домику. Посёлок был окружён горами, словно выдавлен к Байкалу, и лежал вдоль реки Голоустной. Нас обгоняли машины, направлявшиеся к Байкалу.
Домик стоял словно вне улиц, на бывшем пустыре, забронировали мы его накануне. В ограде, помимо самого дома, стояла баня и туалет, вдоль металлического забора растянулась поленница. Внутри он имел одну большую комнату с тремя кроватями и такую же кухню с раскладным диваном, большим столом и всеми прелестями готовки. Красиво сложенная печь несла отнюдь не декоративную функцию. В общем, дом благоустроен и оснащён всем, что нужно.
Чуть позже, дождавшись Влада и Зорика, приехавших отдельно на машине, пошли в местное дорогущее кафе и дальше – на лёд Байкала. Почва тут каменистая, даже невероятно, что может расти огород. Когда-то прямые и строго определённые улицы теперь расстроились, искривились в хаотичном порядке. По-прежнему дул сильный ветер с Байкала. По побережью стояло около сотни машин. Да, несмотря на отдалённость и погоду, тут достаточно популярное место.
На берегу продавалась рыба. Самая разнообразная, солёная, копчёная, свежая. Мы ступили на лёд Байкала. Поразило, насколько же он скользкий. В других местах можно спокойно идти, но тут постоянно проскальзываешь. На льду стояло ограждение из ледяных блоков, а чуть подальше – хоккейная коробка. А людей больше, чем машин.
Лёд сплошь пронзён трещинами. Поначалу, немного напрягаясь с непривычки, осторожно шли по нему. Но потом, видя машины уже на льду, перестали опасаться. Толщина тут была не менее метра. Об этом же говорили и рыбаки в палатках.
Поверхность не была абсолютно гладкой, как стекло. Видимо, замерзала вода не сразу и во время ветра. Кое-где встречались островки снега, по ним шли увереннее, но недолго. По мере продвижения ветер слабел. Солнце ярко светило, погода была отличная! Вот бы и завтра также!
Через несколько сот метров вышли на изогнутую линию торосов. Такого я ещё не видел, поэтому посчитал их опасными. Но окружающие спокойно переходили через них в обе стороны. Подойдя, я убедился, что всё замёрзло достаточно крепко, путь безопасен. Далеко за торосы не заходили. В скользкой обуви что туда, что обратно шли медленно. Ясно, что необходимы накладки, иначе особо по льду не походишь.
Когда шли обратно, ветер почему-то опять дул нам навстречу, и вся пыль летела в глаза. Если к побережью мы шли по главной улице, то к домику возвращались пыльными околотками, чтобы прямым маршрутом связать наш штаб с берегом. Завтра лишние крюки не нужны.
На сегодня задача по исследованию пути, побережья и льда закончена. Предстояло завершить день приятным столом и подготовиться к завтрашнему дню. Пока одни во дворе жарили шашлык, остальные готовили провиант внутри. Наш домик принимал нас тепло. Чувствовался какой-то уют. Всё под рукой, тепло и много мебели. Завтра этого будет не хватать.
Вечер завершался шашлыком, вкусной едой и весёлым времяпрепровождением. Завтра предстоял ранний подъём, поэтому я предлагал лечь спать пораньше. Моё предложение почему-то не приняли и смеялись уже далеко затемно. Наконец приготовили термосы на завтра, разложили в режиме доступности вещи и улеглись спать...
Февраль 1920 года. Белая армия под командованием В.О.Каппеля , отступавшая на восток, вышла на берег Байкала. Дальнейший путь предстоял по льду, вплоть да станции Мысовой. Измотанные люди – те, кто ещё был жив, – ступили на поверхность. Каппель на тот момент умер, армию вёл генерал С.Н.Войцеховский.
Переход начался 11 февраля 1920 года до рассвета и усугубился начавшейся пургой. Изнеможенные длительным переходом лошади, кованные на обычные подковы без шипов, падали на скользком льду и больше не вставали. По свидетельству проходящих этой ледовой переправой на следующий день, след дороги был отмечен более чем 300ми павшими и брошенными лошадьми. В конце февраля 1920 года через Байкал, по оценкам очевидцев, прошло более 30 тысяч самых разнообразных повозок, саней, розвальней.
Генерал Каппель умер, но солдаты везли гроб с его телом до самой Мысовой. Даже в гробу он вёл свою армию дальше.
Генерал-лейтенант К. Сахаров в книге «Белая Сибирь» так описывает переход через Байкал: «Тяжело было идти по Байкалу. Только местами попадались небольшие пятна, покрытые снегом, который осел, как песок на морских дюнах, тонкими, извилистыми, волнистыми линиями. Все пространство озера было ровной ледяной пустыней. Взошедшее солнце блеском своим сверкало и переливалось на льду миллионами брильянтовых искр. Ветер, вырвавшийся из гор, несся свободно и буйно, завывая по временам и ударяя с такой силой, что валил пешехода с ног. Ехать все время в санях было невтерпеж – мороз и пронзительный ветер обращали все тело в сплошную ледышку, ныли кости, останавливалась кровь. Люди вскакивали из саней и бежали пешком рядом, чтобы отогреться. Двигались очень медленно, с остановками, так как при авангарде шел специальный отряд проводников, байкальских рыбаков, с длинными шестами, определяя прочность льда, осторожно отыскивая путь, чтобы не наткнуться на трещину».
Преодолевая мороз и усталость, пройдя нечеловеческие испытания, эти железные люди Белой армии генерала В.О. Каппеля в феврале 1920 года перешли через Байкал по льду из Большого Голоустного в Мысовую, ныне город Бабушкин.
Завтра утром мы должны выйти из Большого Голоустного и к вечеру прийти в Бабушкин.
Завтра нам предстояло идти по следам Белой армии генерала Преодолевая мороз и усталость, пройдя нечеловеческие испытания, эти железные люди Белой армии генерала В.О. Каппеля в феврале 1920 года перешли через Байкал по льду из Большого Голоустного в Мысовую, ныне город Бабушкин.
Завтра утром мы должны выйти из Большого Голоустного и к вечеру прийти в Бабушкин.
Завтра нам предстояло идти по следам Белой армии генерала В.О. Каппеля.