Соотношение права и морали
Со школьной скамьи мы знаем, что мораль и право – разные виды социальных норм. Мораль обеспечивается общественным мнением, а источником контроля соблюдения моральных норм выступает совесть человека. Право же создаётся государством, а соблюдение правовых норм гарантируется системой санкций, которые часто связаны с физическим принуждением. Так говорят нам в школе, и при такой постановке проблема, кажется, решается сама собой: связи между моралью и правом нет.
Однако на одном из первых семинаров по теории права и государства перед нами, студентами, ставится вопрос, как же соотносятся мораль и право. Очевидно, если семинарист задаёт такой вопрос, значит, не всё так однозначно…
Проблему наличия или отсутствия связи между моралью и правом затрагивали в своих работах представители, пожалуй, всех школ права. Однако, как это часто бывает в вопросах теории права и государства, на первый план здесь выходит антагонизм позиций представителей правового позитивизма и юснатурализма.
Начало спору о роли морали по отношению к праву положили мыслители XVIII-XIX столетий. Иеремия Бентам и Джон Остин, «отцы-основатели» правового позитивизма, в своих работах неоднократно упоминали «разделительный тезис», который обязательно должен учитывать учёный при рассмотрении права. Содержание этого «тезиса» довольно лаконично: необходимо разграничивать право, какое оно есть, от права, каким оно должно быть. Такой подход выводил мораль за рамки исследования правовой системы.
Однако эта концепция была пересмотрена уже в XX веке представителем позитивизма новой волны Гербертом Хартом. Британский учёный признал необходимость связи между правом и моралью в случаях, когда норма закона не может в буквальном смысле быть применена в конкретном деле. По мнению учёного, судья, оказавшийся в такой ситуации, должен выявить «полутень» значения. Ему следует принять решение, толкуя конкретный случай как нарушение нормы или нет. Также Герберт Харт выдвинул идею «минимального содержания естественного права», которая состоит в том, что право должно способствовать цели выживания людей в обществе, а не наоборот. В то же время учёный считал, что даже в случае конфликта права с этой целью правовая система не может быть названа неправовой, а её нормы должны соблюдаться.
Если говорить о представителях юснатурализма и их ответе на вопрос о соотношении права и морали, то нельзя не вспомнить Лона Фуллера. Этот представитель возрождённого юснатурализма образца XX века не только указывал на необходимую связь между правом и моралью, но и выделял отдельно внутреннюю и внешнюю морали права. Внешняя сторона моральности представляет собой оценку правовых норм на соответствие представлениям о справедливости. Внутренняя мораль права, новаторство Фуллера, предъявляет к праву 7 критериев (принципов) законности, которые охватывают в основном сам процесс создания норм. Так, по мнению правоведа, законы должны быть понятными, непротиворечивыми, не иметь обратной силы и не требовать от людей невыполнимого. Грубое нарушение этих критериев делает отдельную норму неправовой, а, следовательно, её соблюдение необязательным.
Рональд Дворкин, который не относил себя ни к позитивистам, ни к юснатуралистам, разработал так называемую «третью теорию». Учёный признавал необходимость включения морали в область правового. Дворкин считал, что судьи при рассмотрении дела опираются не только на нормы, но и на принципы, которые черпаются из ценностей общества. Принципы наравне с нормами являются частью правовой системы, даже если они не формализованы в правовых актах.
Итак, я постарался изложить некоторые ключевые позиции учёных-правоведов по вопросу наличия или отсутствия связи между правом и моралью. Споры, касающиеся этой темы, не прекращаются между правовыми мыслителями и по сей день. Исследование этого вопроса, помимо предмета дебатов, имеет и практическую пользу, например, устанавливая границы и объём судебного толкования правовых норм. Каждый учёный своими трудами приближает нас всё ближе к решению, что же есть право и мораль в их взаимосвязи. А уж чья позиция ближе, решать вам.