Почему философия Юма столь актуальна сегодня?

Джеймс Харрис (интервью)

Что касательно Юма волнует вас больше всего?

Что больше всего привлекает меня в Юме — так это его решительный отказ подкупаться экстремистскими, фанатичными вариантами религиозного, морального и политического дискурса. Юм жил в политически напряженное время, которое можно сравнить с разделённой американской политической культурой сегодня. Тогда царил всеобщий фракционализм, который на самом деле представлял опасность для культуры, поэтому Юм пытался преодолеть разногласия между виги и тори и предложить новый взгляд на политику.

Юм говорит, что, как только мы понимаем истоки наших чувств — нравственных, политических, религиозных, — они начинают сами себя усмирять, и в обществе становится меньше причин для конфликтов. Я думаю, что это действительно выдающееся, актуальное и не утрачивающее своей значимости послание — и не имеет значения, в каком обществе вы живете. Больше всего меня привлекает идея, что понимание мира — это способ сделать мир более мирным местом.

Почему современные философы так часто идентифицируют себя с Юмом?

Ну, я думаю, по целому ряду причин. Ближе к верхней части списка, вероятно, будет тот факт, что он был религиозным скептиком. Интересно, что людям раньше не нравился этот факт – по крайней мере, до недавнего времени. Также, я полагаю, сыграл роль общий скептицизм относительно безграничности человеческого знания и уверенности в том, чего человеческие существа могут достичь. Это созвучно людям; плюс, конечно, необыкновенный стиль письма, чувство юмора и, очевидно, просто необыкновенный интеллект. Все эти вещи вместе; это редкое сочетание.

Верно ли, что он преподносил свои убеждения в завуалированных, наиболее приятных для общества формах?

Я знаю, что многие люди смотрят так на философию Юма. Но я вижу всё несколько иначе.

Как вы это видите?

Он был скептиком в истинном смысле этого слова. Одна из действительно необычных вещей, касающихся его, которую было трудно понять окружающим и его друзьям, — это то, что большинство глубоких вопросов религии просто не имели значения для него. Отчасти это было потому, что многие из теорий, которые были в распоряжении светских людей в те дни — как о происхождении Вселенной, так и об эволюции, — очевидно, были непригодны для Юма.

Были и другие люди (и Джеймс Босуэлл служит тому примером), которые увлекались Юмом, но не могли помочь себе преодолеть ужас от мыслей о смерти и перспектив того, что происходило после неё. Юму это не нравилось. Я думаю, что его точка зрения заключалась в том, что мы просто не можем знать ответы на эти вопросы. Соответственно, они не должны иметь значения.

Но даже просто быть скептиком было довольно рискованным или по крайней мере спорным делом в то время. Конечно же, у него действительно была необходимость использовать непрямые способы литературного выражения, когда речь заходила о религии как наиболее опасной теме, что, безусловно, усложняет задачу читателя, когда он пытается выделить точку зрения Юма. Но слишком легко преувеличить степень, в которой его взгляды были опасны в Англии того времени. В определенных кругах люди просто теряли интерес к религии. Я говорю о терпимости-мудрости, но другим подходящим словом может быть просто «безразличие». Юм знал это и пользовался преимуществами сложившейся ситуации. Но он не был догматическим атеистом. Многие из его друзей были служителями церкви, к примеру. Он не соглашался с ними по ряду вопросов, но у них были настоящие дружеские отношения, причем я думаю, именно интеллектуальные дружеские отношения. Таким образом, как мне кажется, в этом смысле Юм был очень современной фигурой.

Хотел ли Юм быть философом, когда он рос?

Еще в раннем возрасте он решил, что хочет быть кем-то, кто бы зарабатывал на жизнь письмом. Это стало возможным в 18-м веке, но возможность попала в поле зрения Юма, лишь когда он был молодым человеком. Таким образом, на самом деле, у него не было каких-либо очевидных примеров для подражания. Я думаю, что желания сына удивили членов его семьи и принесли им разочарование; но он настоял на своём, и, я думаю (далеко не все думают так же), не пойдя на компромисс со своими интеллектуальными амбициями и целями, он жил полной жизнью, в полной мере, добившись необыкновенного успеха и сумев стать очень богатым. Нам не стоит одурачиваться его довольно самоуничижительным и ироническим способом описания самого себя как непонятого человека, оцененного не должным образом.

Удалось ли современной моральной психологии оправдать идеи Юма об этике и уме?

Некоторые говорят, что да. В 20-м веке Юм стал своего рода пророком появления особого рода философии — натуралистической философии, — которая принимает вид нечеткой границы между философией, психологией и когнитивной наукой. Есть много людей, которые пишут книги, пытаясь понять смысл идей Юма с использованием концепций и экспериментов современной когнитивной науки. Натуралистическая направленность Юма делает его подходящим для этого; с другой стороны, есть люди, которые думают, что в своем антииннатизме и крайнем эмпиризме Юм неправильно понимает некоторые из самых основных свойств человеческого познания и способы, которыми мы строим свой мир.

Я думаю, что одна вещь, которая действительно характерна для Юма как морального философа, – это его общий скептицизм относительно способности философии внести что-то в повседневную жизни. Он очень скептически, к примеру, рассматривает древние греко-римские идеи относительно того, что философия – это способ сделать себя лучше и счастливее. Это не тот вид деятельности для Юма. Счастье, хороший характер и так далее гораздо больше зависят от удачи, чем все остальное. С другой стороны, он действительно думал, что у него было что предложить в качестве своего рода психотерапии для политической культуры. Политика по-прежнему склонна к фрагментации на фракции и ей присущи все проблемы, которые порождаются такой политической культурой, и я думаю, что у нас есть чему поучиться у Юма там.

Какие, на ваш взгляд, идеи Юма оказались самыми недооцененными?

Я думаю, что религиозный материал легче всего неправильно понять из-за проблем, которые я описал. Точно так же легко неправильно понять его моральную философию и принять его как своего рода субъективиста-антиреалиста, если использовать язык современной философии. Также легко неверно оценить его политику, что, безусловно, и произошло в его время и в 19-м веке, когда Юма рассматривали как представителя консервативных тори. Я думаю, что это неправильно.