«Разочаровывающая рок-сага Genesis» (11 января 1975)
Молодой длинноволосый блондин, но без рубашки, судорожно танцевал и явно не обращал внимания на происходящее на сцене, где сквозь пластиковый пузырь прорывался Слиппермен.
Остальные из менее чем 2 тыс. зрителей вчерашнего концерта в West Palm Beach Auditorium просто сидели и пытались осмыслить, как Genesis, британская «современная рок-группа», исполняла свою «рок-сагу» под названием «The Lamb Lies Down on Broadway» .
Молодой танцор, очевидно, не понимал разницы между хорошей и плохой музыкой. Либо ему было все равно. Остальные зрители, видимо, оценили квазидраму на сцене, но второго выхода на бис требовать не стали.
«The Lamb Lies Down on Broadway» - это модернизированный „Сатирикон“, сделанный без особого мастерства. В нём рассказывается хроника жизни Раэля, который путешествует по Нью-Йорку и сталкивается с воображаемыми чудовищами в поисках «иллюзорного идеала».
Шоу разочаровало. Возможно, Genesis надеется, что плохую музыку можно скрыть, украсив сценическими уловками. В отличие от «Tommy», «Jesus Christ Superstar» или других рок-опер, «The Lamb» обречен на жертвоприношение.
Разочарование от шоу усугубилось тем, что все пять участников группы - выдающиеся музыканты. Видимо, они умеют только хорошо играть, хотя в их музыке нет ни характера, ни цельности, ни утонченности.
Выступая на небольшой сцене, огороженной с трех сторон и сверху черными портьерами (а-ля авансцена), вокалист Питер Гэбриэл демонстрировал своего Раэля невразумительными вокальными художествами. Впрочем, он проявлял и свои способности, когда играл на флейте, но ненадолго.
Аналогичным блестящим образом проявили себя ведущий гитарист Стив Хакетт, проведший большую часть концерта, играя на 2-грифовом Fender, а также басист и акустический гитарист Майк Резерфорд, барабанщик Фил Коллинз в защитных наушниках и клавишник Тони Бэнкс.
Самыми яркими моментами театрализованного представления, которое включало в себя специальные световые эффекты и расположенные позади в ряд три проекционных экрана с хорошо синхронизированными слайдами, стали фрагменты произведений под названиями «The Lamia» (мифологическая змея) и «The Colony of Slipperman».
Гэбриэл, одетый большую часть шоу в джинсы с закатанными манжетами, кроссовки, футболку и черную кожаную куртку, внезапно появился в трико внутри 12-футового цилиндрического шатра, украшенного рисунками рептилий.
В определенные моменты цилиндр вращался, и удачно расположенное освещение показывало Гэбриэла внутри - прием, который используется в театре уже несколько десятилетий.
Выйдя из "Ламии", он вошёл в "Слиппермена". Длинная пластиковая труба надувалась с задней стороны сцены, открывая гротескную фигуру внутри - Гэбриэла, облепленного шариками и другими пупырчатыми приспособлениями, которые наводили на мысль о каком-нибудь мутанте, пережившем ядерный холокост. Это было забавно.
Финальный номер, названный «'it», завершился взрывами светошумных хлопушек на авансцене. Клубы дыма поднялись к высокому потолку зрительного зала, а затем медленно опустились на толпу.
Genesis и «The Lamb» исчезли в дыму, а молодой длинноволосый блондин без рубашки продолжал судорожно танцевать, даже не подозревая, что он - жертва.