Владимир Зисман «Путеводитель по оркестру и его задворкам» — рецензия П. Можейко
«Слово «оркестр» настолько многозначно, что в нем может скрываться все: и совокупность партитуры, и сто человек на сцене или шестнадцать на кладбище (но тоже пока с инструментами), социум друзей и единомышленников или, наоборот, Государственный академический серпентарий, пиратская шхуна или гастролирующий концлагерь.» (цитата из книги)
Эта рецензия на «живой книге»:
https://www.livelib.ru/review/978674-putevoditel-po-orkestru-i-ego-zadvorkam-vladimir-zisman
НАЗВАНИЕ: Путеводитель по оркестру и его задворкам
АВТОР: Владимир Зисман
ОРИГИНАЛЬНОЕ НАЗВАНИЕ: ---
ISBN: 978-5-17-090591-1
ГОД ИЗДАНИЯ: 2017
ИЗДАТЕЛЬСТВО: «АСТ, Астрель-СПб»
СЕРИЯ: «Записки музыканта»
КОГДА МНОЙ ПРОЧИТАНО: Июнь 2018
ИСТОЧНИК: Оригинальная книга
МОЕ МНЕНИЕ О КНИГЕ:
Отправляясь в путешествие и приезжая в чужой город мы частенько покупаем себе путеводитель. Конечно, нам хочется, чтобы информация в нем была полной, доступной, но при этом краткой, а желательно еще и увлекательной. Но, как правило, присутствует только что-то одно. Однако, Владимир Зисман, профессиональный музыкант, теоретик с классическим образованием и большим опытом работы в оркестре (английский рожок) казалось бы сумел объединить в своей книге все эти качества, объединить, с помощью остроумного юмора, самоиронии и легкого, разговорного стиля повествования.
«Оркестр по своему базовому смыслу и функции — это музыкальный инструмент, на котором исполняется музыка, которую нельзя без существенных потерь исполнить на любом другом, менее дорогостоящем инструменте. Вот, собственно, и все. Дальше идут детали. Изысканные. Потому что это и инструмент, и социум.»
Эта книга попала мне в руки (и на глаза) совершенно случайно. Я искал источники для вопросов для кино-музыкальной викторины, которую я периодически делаю и провожу. Однако, когда увидел книгу в первый раз в книжном магазине, покупать ее не решился. И вот, как раз, она оказалась в наличии у моей коллеги. И тут уж сам книжный Бог велел, как говорится…
В первую очередь стоит отметить, что эта книга предназначена для простого обывателя. Это не академическое издание для музыкальных школ или тем более для консерваторий. Это не учебник. Для этих целей книга слишком веселая, а учитывая, что в ней есть алкогольные и иные бравурные похождения музыкантов, и местами довольно грубые шутки, для детей она не подойдет вовсе. Это и не автобиография, в ней много личных историй, но это не описание жизни автора или его карьерного роста. Эта книга относится к таким произведениям, в которых профессионалы пытаются «примирить» свою профессию с остальным миром, показать, что она «такая же как все остальные», что в ней есть много трагичного и комичного, тяжелого и легкого, ответственного и легкомысленного, показать, что оркестровые музыканты точно такие же обычные «трудяги», по-своему прекрасные и интересные. Задача этой книги показать Жизнь оркестрового музыканта как она есть, и мне кажется, у В. Зисмана это вполне получилось.
«…Но самое ужасное — книга абсолютно правдива. Весь жизненный опыт однозначно и бескомпромиссно говорит о том, что чем точнее в книге изображена жизнь, тем эта книга смешнее. Правду жизни я вам обещаю.»
Книга хороша тем, что относится к жанру самоиронии, остроумной самоиронии. Ведь самоирония, по сути, самый "благородный" и притягательный вид юмора. Сатира, пародия, фельетон - все это жанры, направленные на высмеивание «других». Самоирония же направлена «на себя» и говорит нам об особой открытости автора, способности принимать себя (а скорее всего и других) такими, какие они есть, и это, по-своему притягательно. Настолько же остроумной и веселой (правда не столь доступной далекому от темы человеку) мне в свое время показалась другая «профессиональная» книга, а именно «Советское строительное проектирование» Михаила Глебова, своеобразный путеводитель по советским конструкторским и проектным бюро (кому интересно, книга доступна лишь в самиздате, например, по этой ссылке: dwg.ru/dnl/11491).
«Я пойду скорее по пути Феллини, который единственный из всех этих безусловно достойных граждан догадался, что на музыкальных инструментах играют люди. Музыканты с тонкой трепетной душой, глубоким пониманием музыки и широким набором вредных привычек.»
Условно сам «путеводитель по оркестру» (описание его структуры и входящих в состав инструментов) занимает лишь половину книги. Остальная часть книги посвящена самым различным вопросам, таким, например, как выбор профессии музыканта, музыкальные школы, муштра родителей за «фано», династии музыкантов, КГБ и гастроли, подмена музыкантами разного профиля друг друга, различные падения и оговорки ведущих и мн. др.
Вот, например, о публике:
«Публика, наоборот, помогает. Успокаивает. Потому что ты знаешь: во-первых, чем пафоснее публика, тем меньше она понимает в музыке. В этом смысле дежурная фраза маэстро о том, что «у нас сегодня ответственное выступление», чисто профессионально понимается с точностью до наоборот (это не повод играть хуже, а просто подсознательная оценка происходящего).»
... о сценическом оркестровом костюме:
«Для того чтобы во фраке перемещаться по городу и не привлекать внимание психиатров, достаточно застегнуть фалды на животе английской булавкой, а сверху надеть куртку.»
… и его особенностях у женщин:
«У женщин отношения с оркестровым костюмом складываются несколько иначе. С одной стороны, женский костюм менее формализован, и артистки, например, в оркестровой яме могут играть в том, в чем пришли. А пришли они, разумеется, в черном. Хоть и разном. На сцене наоборот: женщинам, в отличие от мужиков, вовсе не по барабану, как они выглядят, и тут начинаются вариации в пределах канона. Что, безусловно, будет любопытно для специалиста по костюму. Потому что самые интересные результаты достигаются тогда, когда художник ограничен в средствах выражения.»
… и о рабочем сцены, срывающем аплодисменты:
«Рабочий сцены - это тот самый импозантно одетый человек, который перед концертом срывает аплодисменты публики, когда в самом начале выходит на сцену с партитурой, с целью положить ее на пульт дирижера и уйти, после чего публика сконфуженно затихает.»
… и о некорректных классических партитурах и связанных с этим случаях на концертах:
«А когда вернулся к работе, ход мысли был уже потерян, а может, нотные листы кто-нибудь переложил. И партию четвертой валторны он написал в партию рожка. Или просто вложил в его папку. Потому что и рожок, и валторна записаны в одном строе — in F. Мог и перепутать. В результате с тех пор аккомпанемент в вальсе из «Спящей» играют три валторны и английский рожок. А четвертый валторнист сидит и валяет дурака. На его месте должен был быть я! Другой переписчик был с шизоидным компонентом. Знаете, бывают такие маньяки, которых просят нарисовать домик, а они рисуют многоэтажный многоподъездный дом со всеми двумястами пятьюдесятью восемью аккуратненько нарисованными окошечками. Так вот, этот диверсант и шизофреник очень красиво, просто каллиграфично написал партию гобоя черной тушью, а все сольные места — красной. Видно, что с душой отнесся к делу. И все бы ничего, но репетиция была всего одна. И даже это было бы не страшно: в оркестре народных инструментов и одной репетиции достаточно. Но на концерте на сцене Кремлевского дворца съездов аккурат в этой песне врубили красные прожектора. Художники, блин, по свету. Чрезвычайно удачная и своевременная находка! Ни одной ноты, написанной красной тушью, не видно! Хорошо хоть мотивчики на слуху да легкие тени на бумаге, слегка продавленной пером.»
… и о полезности знания латыни в магазине:
«Знание музыкальной терминологии вкупе с не пойми откуда завалявшимися в мозгу ошметками латыни сильно облегчают жизнь в Италии. На автобусных остановках так и написано «Fermata», а зная, что «вполголоса» — по-итальянски mezzo voce, несложно сформулировать понятие mezzo litro.»
… о гастролях и экономии:
«Таким образом, сборы в дорогу приобретали характер подготовки к полету в космос или длительному походу на подводной лодке. С собой нужно было взять все — от зубной пасты до еды на все гастроли. Мой рекорд составил 45 дней. Чемодан упаковывался виртуознейшим образом, принимая во внимание ограничения по весу при авиаперелетах. В стандартный рацион, учитывая критичное в этой ситуации соотношение калории/вес, входили консервы с тушенкой, гречка, сахар в виде таблеток, чай, кофе, сухари, картофельное пюре в порошке, немного шоколада и т. д. В общем, стандартный набор полярника. И спирт — чего воду-то возить? Соответственно этому репертуару выработалась и технология приготовления пищи: консервы разогревались в закрытом виде под горячей струей воды в раковине, вода для каш и чая доводилась до нужной кондиции в металлическом термосе с помощью киловаттного кипятильника, а спирт разбавлялся с помощью льда, который можно было получить из ice-machine почти в каждом японском отеле. Единственной проблемой были вылетающие пробки во всех этих «Хилтонах» и «Шератонах», когда весь оркестр и балет после спектакля одновременно втыкал в розетки свои киловаттники…»
… об обломах на соло и управлении гордыней:
«Но как только появляется ощущение, что ты наконец научился играть, в библейской терминологии называемое гордыней, расплата следует незамедлительно и выражается в виде жестокого сольного облома. Поэтому, как только я чувствую приближение намеков на самодовольство, я играю что-нибудь из Моцарта. Без свидетелей. Совсем немного. Результат надежный, как от хождения по граблям.»
… о вычурности концертных залов:
«Топологии не знаю. Знаю только, что все концертные заведения в мире проектировали больные на всю голову Мебиусы.»
В книге можно часто встретить остроумные сравнения и наблюдения.
«Постукивание палочки дирижера по пульту и палочки ударника по барабану, будучи технически практически идентичными, несут почти противоположный музыкальный смысл.»
А иногда автор дает и юморные советы читателям!
№1 «Не подавай надежд!»:
«Когда маленьких детей начинают учить музыке, они еще ничего не понимают. Когда они начинают соображать и пытаются выдернуть чуть подросшую ручонку из сильных, мозолистых от постоянного употребления педагогического реквизита рук родителей и учителей, как правило, уже поздно: подал надежды — терпи.»
№2 «Не уверен – не вступай»:
«Если не уверен, не вступай. Не сыгравший музыкант менее заметен (по крайней мере, для публики), чем засадивший что-нибудь непотребное в полной тишине.»
Наконец, пройдя всю «инфраструктуру», автор переходит непосредственно к оркестру.
«Оркестр — это толпа музыкантов, иногда даже количественно превосходящая толпу зрителей.»
Автор описывает все основные классические инструменты оркестра с нескольких позиций: а) сам инструмент и б) психология музыканта на нем играющего, приправляя это все забавными случаями, анекдотами и шутками. Так что каждый инструмент в книге описан с технической точки зрения и психологической (с точки зрения музыканта). Также, для каждого инструмента описана основная роль в оркестре, то, в каких местах произведений он используется, и какие настроения привносит в звучание оркестра.
Начинается все конечно же с дирижера. В книге автор явно не выражает к дирижерам большой любви, много шутит о них, критикует, периодически, к сожалению, переходя на личности. Это, пожалуй, самый большой и чуть ли не единственный минус книги. Даже если у автора «накипело», то с его уровнем остроумия все это можно было сделать завуалированно, не переходя на личности. Ведь из напечатанного тиража слово не выкинешь, а отношения с этими людьми (и их приверженцами) могут в дальнейшем поменяться.
«Дирижер как минимум должен знать, чего он хочет, а как максимум уметь показать это. Про флюиды молчу: они либо есть, либо их нет. Либо не долетают.»
О трудягах и бездельниках в оркестре:
«У струнников, этих оркестровых трудяг, пауз не так уж и много. Но у остальных бездельников… Даже, право, неловко как-то. Открываешь партию, а там сорок девять тактов паузы, семьдесят пять… Даже смысла считать нет, все равно собьешься.»
Из струнных больше всего достается альту, своеобразному «переростку» скрипки:
«— Сколько всего анекдотов про альтистов? — Два. — А остальное? — А остальное — правда.»
…и альтистам тоже:
«Если в горящем доме оказались альтист и дирижер, и вы можете спасти только одного, что вы выберете: выпить кофе или сходить в кино?»
Зато у старшей сестрицы виолончели есть особый «вандальный» момент исполнения:
«Виолончельный шпиль — это остро заточенная железяка, созданная для того, чтобы виолончель, упираясь в пол, не уползала от исполнителя. И вот представьте себе: вы, выдающийся виолончелист, приходите в Эрмитаж, или Версаль, или Букингемский дворец, раскланиваетесь и под аплодисменты бомонда втыкаете шпиль в полированный трехвековой паркет.»
Ну и как же не пошутить про огромный контрабас?
«— Какое различие между контрабасом и гробом? — У контрабаса покойник снаружи.»
Далее идет блок духовых. Некоторые из них в произведениях традиционно связаны с надвигающейся гибелью:
«Обобщая жизненный опыт, можно твердо сказать, что, если во время спектакля в оркестровой яме вы услышали соло группы альтов или бас-кларнета, можно с большой степенью уверенности предположить, что кто-то из действующих лиц до антракта не доживет.»
О трудягах-духовиках и «телодвижениях от Лукавого»:
«Если посмотреть из зала на оркестр, то сразу станет заметно, что единственная духовая группа, которая двигается не меньше, чем скрипки, — это тромбоны. Остальным-то шевелиться особо незачем: перебирай пальцами, и дело с концом. Все остальные телодвижения — от лукавого и излишней музыкальности. Ну и от нервов, конечно. То ли дело тромбоны — кто может отрицать зрелищность блестящей кулисы, систематически пролетающей у самого уха впереди сидящего коллеги!»
Конечно же инструментов в оркестре много, и каждому из них посвящено по одной главе. Поверьте, в книге вы найдете и все, что вам знакомо, и, возможно, кое-что, о чем услышите в первый раз. В том числе и прикладные устройства, метроном, тюнер и пр.
«Самый распространенный после мобильника прибор в оркестре — это тюнер. <…> Самый ненужный и бессмысленный прибор в оркестре — это метроном. Хотя дома он есть почти у всех.»
Несмотря на то, что книга довольно строго структурирована, из-за легкого повествовательного стиля, постоянно разбавляемого историями из жизни, создается ощущение некоторой размытости, «перескакивания». Лично мне это показалось некритичным. Возможно, мне было немного проще читать книгу, т.к. я и сам являюсь музыкантом-любителем. Субъективно, мне кажется, что у читателей «не музыкантов» чтение книги больших сложностей вызвать не должно. Заумная музыкальная терминология здесь практически отсутствует. При описании инструментов и «случаев из практики» автор часто ссылается на определенные музыкальные произведения и их места. Рекомендую будущим читателям находить в интернете эти произведения, а также прослушать звучание каждого из описанных инструментов. Это сделает прочтение еще более полным.
Нельзя не отметить и то, что во втором издании появились замечательные иллюстрации Евгении Двоскиной. Их довольно много, они всегда уместны, и в унисон автору содержат немалую долю иронии.
Книга Владимира Зисмана очень веселая, очень остроумная, и очень…добрая, ведь так смеяться над собой и над своей профессией можно только тогда, когда несмотря ни на что любишь ее всем сердцем и уважаешь. Читатель в легкой разговорной форме повествования узнает не только о составе оркестра, его устройстве, о конструктивных особенностях инструментов, но и все Человеческое, все те маленькие житейские нюансы, которые делают живой и интересной не только профессию оркестрового музыканта, но и любую другую деятельность человека, лишь бы она была любима и хватило внимательности, чтобы эти нюансы подмечать.
Эта книга вполне сможет заставить вас по-новому взглянуть на ваши профессии, а возможно, и написать свой «путеводитель».
МОЕ МНЕНИЕ ОБ ИЗДАНИИ:
Довольно удобное карманное издание, отлично подойдет для чтения в поезде или по пути на работу.
Формат карманный (130x165 мм), твердый переплет, без суперобложки, 416 страниц.
Достоинства издания: твердый переплет, сатирические иллюстрации.
Недостатки издания: серая бумага.
ПОТЕРЯЛ БЫ Я ЧТО-НИБУДЬ, ЕСЛИ БЫ ЕЕ НЕ ЧИТАЛ:
Да. Во-первых, это интересная история о профессии, о которой я почти ничего не знал до этого. Во-вторых, это очень веселая книга, которая отлично поднимает настроение и позволяет даже на свою профессию смотреть более оптимистично. В-третьих, мне она помогла найти несколько интересных вопросов для своей музыкальной викторины, что и явилось по сути первопричиной ее прочтения.
КОМУ ПОРЕКОМЕНДОВАЛ БЫ:
Тем, кто хочет открыть для себя что-то новое в мире музыки, практикующим музыкантам любого уровня и жанра, тем, кто хочет почитать что-то веселое, остроумное, но без избитых шуток на классические темы. Тем, кто хочет написать о своей профессии, но не знает, с чего начать.
ТЕГИ: Нон-фикшн, история музыки, музыка, классическая музыка, сатира, книга о профессии, автобиография.
ВИДЕО В ТЕМУ: Я предлагаю вам не только почитать автора, но и послушать его. Все-таки он не только писатель, но и прежде всего отличный опытный музыкант.
#PavelMazheikaBooksReview
#PavelMazheikaBooksNonfiction