Оливер Сакс «Человек, который принял жену за шляпу, и другие истории из врачебной практики» - рецензия П. Можейко
«Безумие относительно. Все зависит от того, кто кого запер в какой клетке». (Рэй Брэдбери)
НАЗВАНИЕ: Человек, который принял жену за шляпу, и другие истории из врачебной практики
АВТОР: Оливер Сакс
ОРИГИНАЛЬНОЕ НАЗВАНИЕ: The Man Who Mistook His Wife for a Hat and Other Clinical Tales
ISBN: 978-5-17-078603-9
ГОД ИЗДАНИЯ: 2013
ИЗДАТЕЛЬСТВО: «АСТ»
СЕРИЯ: «Оливер Сакс: невероятная психология»
КОГДА МНОЙ ПРОЧИТАНО: Ноябрь 2020
ИСТОЧНИК: Оригинальная книга
МОЕ МНЕНИЕ О КНИГЕ:
Одно из самых больших заблуждений, свойственных человеку, заключается в том, что мы считаем себя целостными. Мы уверены, что наше сознание неделимо, а предпочтения относятся к нашей личности в целом. Мы считаем, что наше поведение всегда вызвано нашими же осознанными намерениями. Мы неуклонно пользуемся своим правом и возможностью «хотеть» и «действовать», осуществляя свои желания посредством тела и мысли. И как бы не уверяли религиозные доктрины, что тело простое убежище для души, мы интуитивно считаем собой именно его, а не придатком сознания, по крайней мере, пока душа это тело не покинула. Но так ли мы монолитны? Способны ли мы заметить потерю части своего «Я»? Многолетняя практика известного американского невролога и нейропсихолога британского происхождения Оливера Сакса (1933-2015) не раз убеждала его в том, что наше психическое здоровье, наше сознание способно на самые причудливые метаморфозы, вызванные травмой, болезнью или простым человеческим безразличием.
Медицина – дисциплина, очень зависящая от практики. Практика подразумевает конкретные алгоритмы действия и опыт, нарабатываемый повторениями. Такой подход эффективен, когда работаешь непосредственно с телом. При упрощенном рассмотрении, человеческое тело ничто иное, как классическая инженерная машина, с каркасом, емкостями, коммутацией, тягами, шарнирами и т.д. Да, живые ткани, из которых состоят части тела, сложны, но в целом, это сугубо материальная машина, подвергаемая во многих случаях прямому регламентированному ремонту. Но что касается сознания, то тут мы имеем дело с нематериальной, сложно организованной программой, с обширным деревом возможностей и ошибок. Как структурировать то, что даже сложно вообразить объектно: волю, желание, страх, чувство времени, память? Напрашивается ответ, что это возможно только через проявление нашего «Я», через объекты, на которые оно направлено, через те действия, события или знания, которые влияют на интенсивность его проявления. А что это все в сумме, как не наша собственная жизнь? Принцип включения жизненного опыта (нарратива) пациента в программу лечения его заболевания лег в основу этой книги и в целом, методологии автора. То, о чем думают, как воспринимают себя пациенты, страдающие от редких и просто невообразимых болезней, стало неотъемлемой частью анамнеза. Оливер Сакс привнес личное в безличное (а иногда, и вовсе безразличное).
«В узко понятой истории болезни нет субъекта. Современные анамнезы упоминают о человеке лишь мельком, в служебной фразе (трисомик-альбинос, пол женский, 21 год), которая с тем же успехом может относиться и к крысе. Для того чтобы обратиться к человеку и поместить в центр внимания страдающее, напрягающее все силы человеческое существо, необходимо вывести историю болезни на более глубокий уровень, придав ей драматически-повествовательную форму. Только в этом случае на фоне природных процессов появится субъект – реальная личность в противоборстве с недугом; только так сможем мы увидеть индивидуальное и духовное во взаимосвязи с физическим.»
Современная научно-популярная литература о медицине, мозге, мышлении и психологии в большинстве своем говорит о физиологии процессов, устройстве органов, причинах болезней (отклонений) и способах их лечения. Изданная впервые в далеком 1985 году, а написанная и того ранее, эта книга отличается от современных. Главное ее отличие в том, что она говорит не столько о причинах заболеваний, сколько об их проявлениях.
Неврологические нарушения — это болезни центральной и периферической нервной системы, кардинальным образом меняющие качество жизни и проявляющиеся через поведение человека, его самовосприятие, движения, мышление, речь и способность запоминать. Часто эти болезни приходят к вполне здоровым до того пациентам уже в зрелом возрасте или даже в старости, застигая их врасплох. Заболевшие порой не могут дальше вести прежний образ жизни, а поведение их становится абсолютно иррациональным, вызывая у окружающих подозрение в безумии. Но люди эти не безумны, они просто лишились части своих когнитивных возможностей, и их жизнь теперь полностью укладывается в логику этого нового ограниченного мира. Чтобы понять это, необходимо прочувствовать, каково это – быть ими. И именно поэтому автор избегает сухого академического языка и ярко описывает каждую историю, будучи непосредственным участником всех описываемых событий, как нечто глубоко личное, что не может оставить читателя равнодушным. Несмотря на то, что эта книга научно-популярная, во многом написана она как художественная автобиографическая книга практикующего врача, где каждый пациент не просто манекен, для отображения очередного клинического случая, а персона, личность, со своим характером, достоинством и опытом.
«Человек, который принял жену за шляпу» - это сборник из 24 статей, в каждой из которых наряду с болезнью, описана история конкретного, реально существующего человека. Статьи написаны в разные годы первой половины 1980-х годов, из-за чего сборник выглядит немного неравномерным, но в целом, каждая из статей подчинена определенной структуре. Сначала мы знакомимся с героем статьи, и получаем свою долю иррационального «шок-контента». Сакс хорошим литературным языком, через диалоги и поведение пациентов, знакомит нас с проявлениями заболевания. Затем выдвигает свои предположения о причине заболевания (чаще всего это травма, опухоль или врожденное заболевание). Затем, через метафоры и образы, автор описывает внутреннее состояние пациента, чтобы читатель мог прочувствовать, каково это, иметь такое неврологическое заболевание. А далее, следуют рассуждения о состоянии пациента и его жизни с точки зрения социологии, психологии и философии. Иногда в статье больше личной истории пациента, иногда - описания болезни, порою – философии. Собственно, в этом и заключается неравномерность сборника.
24 статьи составляют 4 части: «Утраты», «Избытки», «Наития» и «Мир наивного сознания». Названия эти не случайны и объединяют клинические случаи не по причине заболевания или его серьезности, а по схожести проявлений болезни, точнее ключевого воздействия на жизнь пациента.
Самая объемная первая часть «Утраты» включает в себя 9 глав, и посвящена потерям пациентами тех или иных способностей. Здесь мы встретим тех, кто разучился различать лица; потерял ощущение собственного тела (проприоцепцию); не видит все, что находится слева; не помнит ни одного дня, после 1945 года; воспринимает свою ногу как чужую и искусственную; не считает работоспособные руки инструментом, подчиненным своему сознанию; ощущает фантомные боли в ампутированных конечностях; не замечает, как болезнь Паркинсона заставляет его ходить опасно наклонившись набок; потерял способность воспринимать смысл слов или интонацию живой речи (агнозия и афазия). Эти отклонения вызваны, как правило, проблемами в правом полушарии мозга.
«К правому полушарию долгое время относились снисходительно – оно считалось второстепенным и не привлекало должного внимания. Одна из причин подобного отношения состоит в том, что связанные с правым полушарием синдромы трудно различимы, тогда как последствия поражений противоположной части мозга выступают гораздо резче. Вдобавок правое полушарие всегда рассматривалось как более «примитивное», и только левое признавалось настоящим достижением эволюции человека. Это отчасти справедливо: левое полушарие действительно более сложно организовано и специализировано, являясь позднейшим результатом развития мозга у приматов и человекообразных. Оно подобно компьютеру, подключенному к базовому животному мозгу и отвечающему за программное обеспечение, чертежи и схемы. Правое же полушарие управляет ключевыми способностями по распознаванию реальности, необходимыми любому животному для борьбы за существование. Классическую неврологию схемы всегда интересовали больше, чем реальность, и поэтому, вплотную столкнувшись с синдромами правого полушария, первые исследователи сочли их странными, непонятными, не укладывающимися в привычные рамки.»
Вторая часть «Избытки» противоположна первой по смыслу, и включает в себя 5 глав, описывающих неожиданные «приобретения» пациентов. «Избытки» - третий вид нарушения здоровья, нехарактерный для других областей медицины. Здесь мы встретим пациента с синдромом Туретта; 90-летнюю бывшую проститутку, у которой из-за запущенного сифилиса в почтенном возрасте остро заявило о себе «желание любви»; бакалейщика, потерявшего кратковременную память и вынужденного из-за этого каждую минуту заново выстраивать связь с окружающей реальностью; женщину, с приобретенным безразличием ко всему и одержимую девушку, «отыгрывающую» по двадцать ролей за несколько минут.
«Дефицит», как уже говорилось, любимое слово неврологов, и никаких других понятий для обозначения нарушения функции в современной науке не существует. С точки зрения механистической неврологии, система жизнедеятельности организма подобна устройству типа конденсатора или предохранителя: либо она работает нормально, либо повреждена и неисправна – третьего не дано. Но как быть с противоположной ситуацией – с избытком функции? В неврологии нет нужного слова, поскольку отсутствует само понятие. Неудивительно поэтому, что «продуктивная», «энергичная» болезнь бросает вызов механистическим основаниям нашей науки, – несмотря на важность и распространенность, такие расстройства не получают должного внимания.»
Третья часть «Наития» включает в себя 6 глав и посвящена различным неотличимым от реальности переживаниям пациентов. Сакс отмечает особо, что из-за специфики проявления галлюцинаций, их сюжетности и субъективности, они редко привязываются специалистами к проявлению физиологии, а не психики пациента.
«Наития», часто пронзительно-яркие и проникнутые личностным содержанием, вместе со снами обычно относят к области психического. Психологи считают их плодом бессознательной или предсознательной активности, мистически настроенные умы видят в них проявления духовного начала, медицинский же и неврологический их аспект почти никогда не выходит на первый план. Эти явления трудно рассматривать в качестве объективных «симптомов», поскольку они наполнены драматическим, повествовательным и личностным смыслом. В силу самой своей природы наития чаще всего оказываются в ведении психоаналитиков и исповедников, принимаются за психотические состояния или объявляются религиозными откровениями; к врачам с ними приходят очень редко. Нам трудно допустить, что откровение может относиться к области медицины, – считается, что наличие органической подоплеки его «обесценивает» (это, разумеется, неверно, ибо оценки и ценности не имеют ничего общего с этиологией).»
В этой части книги мы встретим звуковые галлюцинации, наплывы ностальгии, предельно точные сны о прошлом, внезапное обострение обоняния, неожиданное воспоминание о давно забытом убийстве и религиозные видения. Оливер Сакс выделяет тут две смысловые вселенные человека:
«Человек существует одновременно в двух смысловых вселенных. Одну можно назвать физической, другую – феноменальной. Первая несет в себе аспекты количества и формальной структуры, вторая – качества и целостности мира. У каждого из нас есть свой особый мир, свои внутренние ландшафты и маршруты, и для большинства они не требуют никаких точных неврологических коррелятов. Обычно о жизни человека можно рассказать без всяких медицинских подробностей (в лучшем случае они покажутся излишними, в худшем – нелепыми и оскорбительными). Мы считаем себя свободными личностями, и даже когда речь заходит о том, что сдерживает нашу свободу, мы ссылаемся скорее на сложную систему культурных и нравственных устоев, нежели на превратности нейронных функций и нервной системы. Так происходит в нормальных жизненных обстоятельствах, однако время от времени человеческая жизнь оказывается глубоко затронута и преображена действием органического расстройства. В этом случае рассказать историю человека, не упоминая о физиологии и неврологии, невозможно.»
Четвертая часть «Мир наивного сознания» включает в себя 4 главы и посвящена она проявлению выборочной гениальности у людей с ограниченными умственными способностями. В этой части мы встретим людей, которые нашли в себе поэтический дар, дар художника или музыканта, легко запоминающего партии всех услышанных опер, а также узнаем историю братьев-«счетчиков», мгновенно определявших количество спичек в рассыпавшемся коробке.
Мир наивного сознания по Саксу представлен следующим образом:
«У пациентов с отклонениями в развитии сохраняются определенные умственные способности – не затронутые болезнью и часто даже превосходящие средний уровень, и эти способности делают неполноценных в одних отношениях людей абсолютно состоятельными и глубокими в других. Неконцептуальные свойства мышления – вот что можем мы наблюдать с особой ясностью в жизни «наивного» сознания. То же самое справедливо и в отношении детей и дикарей.
<…> Что это за новое качество, столь яркое, что можно говорить о мире умственно отсталого, как говорим мы о мире ребенка или дикаря? Если бы нужно было ответить одним словом, я назвал бы это качество конкретностью. Мир «наивного» сознания столь ярок, насыщен и подробен и в то же время столь непосредствен и прост потому, что он конкретен: его не осложняет, не разбавляет и не унифицирует абстракция.»
Также автор обращает внимание на неоднозначность общепринятой терминологии для таких людей:
«Термин «умственно отсталый» подразумевает недоразвитого ребенка; термин «умственно неполноценный» – неполноценного взрослого; в каждом из этих понятий содержится одновременно глубокая истина и серьезная ошибка.»
Главное, что выделяет Оливер Сакс в мироощущении людей, страдающих от аутизма, это то, что мир для них предельно конкретен и лишен абстракций. В общем-то, для них мир даже более реален, нежели для нас самих. Но проблема в том, что конкретности эти очень малы и многочисленны, чтобы конкурировать с обобщенной абстрактной (но цельной) картиной мира здоровых людей.
Абстрактные концепции ничего не значат для аутиста, тогда как конкретное и индивидуальное составляют для него весь мир. Неважно, связано это со способностями или с психической установкой, но именно так обстоят дела. Понятие общего чуждо аутистам, и их картина мира состоит из набора частностей. В результате они существуют не в универсуме, а в «мультиверсуме» (выражение Вильяма Джеймса) – во вселенной, составленной из бесчисленных, точных, бесконечно живых особенностей. Мышление аутиста при этом максимально далеко от процессов обобщения и категоризации, от научного подхода – но все же ориентировано в сторону реальности, нацелено на нее, пусть и совершенно другим способом.
Интересное место в историях Оливера Сакса занимает возможность пациентов играть роли, тем самым помогая себе. В этом активно помогает музыка. Вот интересное наблюдение автора по этому поводу:
«Музыка способна успешно и весело организовать бытие там, где неприменимы абстрактные схемы. Именно поэтому она так важна при работе с умственно отсталыми и страдающими апраксией и, вместе с другими художественными формами, должна стать основой их обучения и терапии. Драма еще эффективнее – посредством роли она может организовать, собрать больного в новую законченную личность. Способность исполнять роль, играть, быть кем-то дается человеку от рождения и не имеет никакого отношения к показателям умственного развития. Эта способность присутствует и в новорожденных младенцах, и в дряхлых стариках.»
Книга Оливера Сакса выдержала многочисленные переиздания, счет которым идет уже на десятки. Она увлекательно написана, легко читается и самое главное, дает читателю уникальный опыт, помогает ему увидеть, что все люди, страдающие от неврологических заболеваний не безумны, а действуют вполне рационально, но лишь в пределах той реальности и той логики, которая осталась им доступна. Неспроста, стала популярна цитата из Шекспира, что мол «за каждым безумием скрывается своя логика». За последующие после первого издания сорок с лишним лет медицина ушла еще дальше вперед, найдены новые способы лечения, скорректированы методы. Но несмотря на все это, многие неврологические болезни остаются неизлечимыми, и все что остается, это относится к пациентам с должным уважением и пониманием. Именно к пониманию приучает нас эта книга, лишний раз доказывая, что наш мозг настолько уникальный и сложный орган, что способен познавать свои же поломки.
«Прозрев в их душах благодатное,
Прости бессилие минут:
Теперь уныло-непонятное
Они, счастливые, поймут».
(Валерий Брюсов)
Цитаты, позволяющие ознакомиться с содержанием книги, познакомиться с каждым из героев 24 статей и оценить стиль автора, вынесены в отдельный КОНСПЕКТ-ЦИТАТНИК (см. ссылку ниже). По каждой главе выписаны наиболее увлекательные моменты, позволяющие оценить все разнообразие проявления неврологических болезней.
КОНСПЕКТ (ЧАСТИ "УТРАТЫ" и "ИЗБЫТКИ"):
https://telegra.ph/pavelmazheikabooksreview---186---konspekt-01-11-20
КОНСПЕКТ (ЧАСТИ "НАИТИЯ" и "МИР НАИВНОГО СОЗНАНИЯ"):
https://telegra.ph/pavelmazheikabooksreview---186---konspekt-02-11-20
МОЕ МНЕНИЕ ОБ ИЗДАНИИ:
«АСТовская» серия «Оливер Сакс: невероятная психология» выделяется своими причудливыми обложками, при этом внутри оставаясь оформленной точно также, как и многочисленные серии классической и современной художественной литературы.
Формат стандартный (145x215 мм), твердый переплет, без суперобложки, 320 страниц.
Достоинства издания: научный редактор – Борис Херсонский (канд. мед. наук); хорошее качество печати; белая бумага; твердый переплет; наличие колонтитулов; информация об авторе; библиография с комментариями автора (разбита по главам), подробное оглавление, иллюстрации с подписями.
Недостатки издания: не обнаружено.
ПОТЕРЯЛ БЫ Я ЧТО-НИБУДЬ, ЕСЛИ БЫ ЕЕ НЕ ЧИТАЛ:
Да. Книга доступным и живым языком знакомит читателя со всем многообразием проявления психических заболеваний, вызванных нарушениями правильной работы мозга и нервной системы. Несмотря на то, что книга во многом знакомит читателя именно с проявлениями заболеваний, а не с их причинами, и на то, что впервые она издана аж 35 лет назад, читать ее интересно, а изложенные в ней истории не теряют своей актуальности и в наши дни.
КОМУ ПОРЕКОМЕНДОВАЛ БЫ:
Всем, кого привлекают парадоксы в мышлении, работе мозга и поведении человека. Тем, кто хочет почитать что-то небанальное и увлекательное на тему психологии, но при этом основанное на реальных событиях.
ТЕГИ: Нон-фикшн, науч-поп, психология, неврология, психиатрия, мозг, мышление, поведение.
ВИДЕО В ТЕМУ: В 1990 году режиссер Пенни Маршалл сняла фильм «Пробуждение» (Awakenings) по книге мемуаров Оливера Сакса (его сыграл выдающийся Робин Уильямс). В фильме отражены подходы Сакса к лечению тяжелых неврологических заболеваний.
https://vk.com/pavelmazheikabooksreview
https://t.me/pavelmazheikabooksreview
=> Эта рецензия на "живой книге (мой ник PavelMozhejko) <=